Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Сколько военных выставок вы посещаете за год?
Две-три российских
    40,24% (33)
Ни одной
    20,73% (17)
Две-три российских и хотя бы одну зарубежную
    20,73% (17)
Одну российскую
    18,29% (15)

Поиск на сайте

Наркомфлот Н.Г. Кузнецов и его вклад в развитие военно-морского искусства

По материалам научно-практической конференции подготовил к.в.н., доцент, капитан 1 ранга Вальков В.А.

Широко известен то факт, что, несмотря на вероломное нападение врага, утром 22 июня 1941 года Рабоче-Крестьянский Красный Флот не потерял ни одного корабля, успешно отразив атаки с воздуха и моря. Это свидетельствует о высокой степени боевой готовности кораблей, соединений и частей Флота, во главе которого находился легендарный Адмирал Кузнецов. Основываясь на знаниях и своем богатом опыте, Николай Герасимович Кузнецов внес неоценимый вклад в теорию и практику военно-морского искусства, нашедшую практическое применение в стратегических наступательных операциях 1944 г. Именно они оказали решающее влияние на исход Великой Отечественной войны и Второй мировой войны в целом. В стратегических наступательных операциях, вошедших в историю как 10 «сталинских ударов», Красная Армия сокрушила военную мощь Германии, полностью освободила территорию Советского Союза и страны Восточной Европы.

В предвоенные годы военно-морские теоретики занимались разработкой общефлотских руководящих оперативно-тактических документов. Относительно стратегического применения сил флота они ориентировались на основные положения советской военной доктрины, сущность которой была сформулирована в проекте Полевого устава 1939 г.: «На всякое нападение врага Союз Советских Социалистических Республик ответит сокрушающим ударом всей мощи своих Вооруженных Сил...
Если враг навяжет нам войну, Рабоче-Крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий.
Войну мы будем вести наступательно, перенеся ее на территорию противника.
Боевые действия Красной Армии будут вестись на уничтожение с целью полного разгрома противника...».
Накануне Великой Отечественной войны в теории советской военной стратегии отмечалось, что при выполнении задач, поставленных флоту на каждом морском театре военных действий, исходящих из общего плана войны, может потребоваться проведение как самостоятельных операций, так и операций во взаимодействии с сухопутными силами.

Главные принципы стратегического использования ВМФ, сформировавшиеся накануне войны, заключались:
  • в поддержании боеготовности сил, отвечавшей потребностям войны и каждого ее этапа;
  • сосредоточении основных усилий против главной группировки противника и ведении решительных боевых действий с целью ее разгрома;
  • тесном взаимодействии флота с объединениями и соединениями других видов вооруженных сил и между разнородными силами флота;
  • использовании маневра силами между морскими театрами военных действий, а также формировании новых объединений и соединений на базе местных сил;
  • соблюдении полной скрытности подготовки и стратегического развертывания сил;
  • во всестороннем обеспечении боевой деятельности флота;
  • в централизованном управлении силами флотов;
  • систематическом обобщении и распространении боевого опыта.

Эти принципы были закреплены утвержденным в 1940 г. Н.Г. Кузнецовым «Наставлением по ведению морских операций» (НМО-40) и в целом, как показал опыт войны, оказались правильными.


Однако вопросы, касающиеся содействия флота сухопутным войскам, в теории, и особенно в практике, были разработаны слабо. Это явилось следствием того, что высшее армейское руководство не верило в способность флота решать оперативно-стратегические задачи.

Оценивая предвоенное состояние теории военно-морского искусства, спустя многие годы на страницах газеты «Красная Звезда» Н. Г. Кузнецов писал: «К сожалению, в армейских кругах мало придавалось значения войне на море и в прибрежных районах. Господствовали классические сухопутные теории войны, и Генеральный штаб отмежевывался от всех флотских вопросов, не придавая им большого значения «…Словом, накануне войны у нас не было четкой военной доктрины, а поэтому не могло быть и четко сформулированных задач флоту, не была определена его роль в системе Вооруженных сил. Без это-го нельзя было приступить к разработкам конкретных задач флотам».

Задачи, поставленные флотам в директиве Наркомата обороны от 27 февраля 1939 г. и с незначительными уточнениями остававшиеся в силе вплоть до начала войны, имели стратегические масштабы и были невыполнимыми. Варианты неблагоприятного развития событий на приморских направлениях вообще не рассматривались, поэтому перед флотом оборонительные задачи не ставились.

Недостаточная обоснованность и некоторая расплывчатость задач обусловливались в первую очередь неразработанностью отдельных теоретических проблем, о чем убедительно свидетельствует признание Н. Г. Кузнецова: «Мы не имели единого взгляда на доктрину ведения войны… Доктрина, как нечто плохо осязаемое для нас, скрывалась в голове Сталина, а он неохотно делился своими мыслями и намерениями… И не случайно, сейчас нельзя привести в пример ни одного документа за его подписью, в котором излагались бы взгляды на ведение войны, ее характер и взаимоотношения наркоматов».

Для Советского Союза Великая Отечественная война 1941–1945 гг. носила континентальный характер, в связи с чем конечные цели военных действий могли быть достигнуты лишь в результате успешного ведения операций на суше и разгрома, прежде всего сухопутных сил противника. Это и предопределило направленность боевой деятельности наших флотов, основные усилия которых на протяжении всей войны были сосредоточены на поддержке приморских флангов сухопутных войск.

События начального периода Великой Отечественной войны спутали все предвоенные замыслы и планы, особенно относительно стратегического руководства Вооруженными Силами. Предполагалось, что задачи флотам на стратегический этап будет определять Ставка Главного Командования, а оперативные задачи по ходу кампании – Нарком ВМФ и командующие объединениями сухопутных войск, в оперативном подчинении которых будут находиться флоты. На практике же этого не произошло. После образования Ставки Главного Командования (23 июня 1941 г.), а затем Государственного Комитета Обороны (30 июня 1941 г.) Балтийский и Черноморский флоты были оперативно подчинены Военным Советам приморских фронтов.

Общее руководство применением сил действующих фронтов и флотов осуществлялось Генеральным штабом. 10 июля 1941 г. в связи с образованием трех главных командований, Северный и Балтийский флоты подчинили Главнокомандующему Северо-Западного направления, а Черноморский – Юго-Западного. Для организации взаимодействия различных видов Вооруженных сил в штабах Главкомов приморских направлений создавались морские группы. Летом 1942 г. на некоторых флотах вводилась должность заместителя командующего флотом по сухопутным войскам, а на фронтах – заместителя командующего войсками фронта по морской части. Но эти группы вопросами взаимодействия армии и флота, как правило, не занимались.

В апреле 1943 г. начальник Оперативного управления Главного морского штаба контр-адмирал В. Л. Богденко в служебной записке отмечал: «За время войны Главный морской штаб ВМФ ни разу не был ориентирован Генеральным штабом по вопросам дальнейшего хода боевых действий и возникающим задачам флотов и флотилий. Без этого штаб был в затруднительном положении при постановке задач флотам, расчетах потребного количества кораблей и вооружения, расчетах развития базового и аэродромного строительства».

Все попытки наладить взаимный обмен информацией между Главным морским штабом и Генеральным штабом были безуспешными. В связи с этим в декабре 1943 г. Н. Г. Кузнецов доложил И. В. Сталину о том, что командующие фронтами и армиями, ставя задачи оперативно подчиненным им флотам и флотилиям на совместные операции не то что не согласовывают их с Главным морским штабом, но и не ставят его в известность о планируемой операции.

Он просил, чтобы оперативные директивы флотам исходили только из Ставки. Предлагалось объединить усилия Генерального и Главного морского штабов при подготовке оперативных директив флотам и флотилиям. Для лучшей организации взаимодействия сухопутных, воздушных и военно-морских сил во фронтовых и армейских операциях он предложил в штабах фронтов и армий сформировать морские отделы, подчиненные начальнику штаба фронта (армии). 31 марта 1944 г. вышла директива Ставки ВГК, в которой были сформулированы основные принципы управления силами флота и их взаимодействия с другими видами Вооруженных сил, а 5 апреля Н.Г. Кузнецов подписал приказ о формировании морских отделов и морских групп. Теперь флоты и флотилии подчинялись Наркому ВМФ. Только Балтийский флот до декабря 1944 г. оставался в подчинении фронта.

С этого времени Нарком стал Главнокомандующим ВМФ. Вскоре начальники Генерального и Главного морского штабов утвердили положение о морских отделах. Впоследствии проекты оперативных директив Верховного Главнокомандующего, где ставились задачи флотам на предстоящие кампании или операции, стали разрабатываться непосредственно в Главном морском штабе и после этого Н.Г. Кузнецов или начальник Главного морского штаба согласовывали их с начальником Генерального штаба.

Дальнейшим развитием системы управления силами явилось разработанное Главным морским штабом «Положение о морском представительстве при фронтах, отдельных армиях и военных округах Красной Армии», введенное в действие 8 июня 1944 г. Документ разрабатывался с учетом полученного опыта в первых стратегических наступательных операциях кампании 1944 г. Проблема оперативно-стратегического управления флотом значительно упростилась с введением 2 февраля 1945 г. Н.Г. Кузнецова в состав Ставки ВГК.

В годы Великой Отечественной войны на всех театрах военных действий главным содержанием действий советского ВМФ явилась поддержка приморских флангов сухопутных войск.

Наши флоты, озерные и речные флотилии участвовали в 27 стратегических оборонительных и наступательных операциях. В то же время, за весь период войны флот не провел ни одной самостоятельной операции стратегического масштаба.

Полученный в первый и второй периоды войны опыт был положен в основу применения сил флотов в стратегических наступательных операциях 1944 г. В полной мере свои боевые возможности ВМФ проявил в 1944 г. в ходе совместных действий с сухопутными войсками в 8 из 10 стратегических наступательных операциях, названных «сталинскими ударами». Поучительной и результативной была Ленинградско-Новгородская стратегическая наступательная операция. Проводили ее войска Ленинградского, Волховского, 2-го Прибалтийского фронтов и Балтийский флот с 14 января по 1 марта 1944 г.

На этапе подготовки операции силы флота осуществили скрытную переброску 2-й ударной армии из Ленинграда и Лисьего носа на Ораниенбаумский плацдарм. В ходе самой операции морская артиллерия калибра от 100 до 406мм в интересах войск фронта выполнила более 1000 стрельб. В подавляющем большинстве случаев батареи противника накрывались огнем нашей артиллерии и замолкали, успев произвести только 2-3 залпа. Было достигнуто огневое превосходство над противником в полосе наступления наших войск. Одним из важнейших итогов операции явилось полное снятие блокады Ленинграда, 60-летие которого широко отмечается сегодня.

Не менее поучительным было участие Черноморского флота в Крымской наступательной операции. Учитывая большую значимость задачи по срыву эвакуации противника из Крыма, Черноморский флот был выведен из оперативного подчинения фронта и подчинен непосредственно Ставке ВГК. Директиву флоту готовили под непосредственным руководством Н. Г. Кузнецова. Причем общие задачи флоту ставились Ставкой, а конкретные – по отдельным этапам операции – разрабатывались в Главном морском штабе и ставились Наркомом ВМФ. Координацию действий войск фронта с силами флота осуществлял представитель Ставки ВГК начальник Генерального штаба А. М. Василевский.

По воспоминаниям Н.Г. Кузнецова в основу директивы Ставки ВГК на проведение этой операции, подписанной 11 апреля 1944 г. И.В. Сталиным и А.М. Василевским легли предложения, разработанные Главным морским штабом. «Я был приглашен в Ставку, когда директива рассматривалась Верховным Главнокомандующим. Помнится, она не вызвала сомнений…», – писал Н.Г. Кузнецов в книге «Курсом к победе».


Всего на переходе морем за весь период операции по самым скромным подсчетам противник потерял около 70 тыс. человек, в то время как в ходе самой операции на суше потери составили около 20 тыс. убитыми, а 24 тыс. пленными. Безвозвратные потери 4-го Украинского фронта и Отдельной приморской армии составили около 18 тыс.чел, а Черноморского флота – всего 226 человек.

Ослабленная группировка противника позволила с малыми потерями провести Ясско-Кишеневскую стратегическую операцию, в рамках которой ЧФ провел успешно операцию по уничтожению сил флота противника в военно-морской базе Констанца.

27 июля 1944 г. «За умелое и мужественное руководство боевыми операциями и за достигнутые в результате этих операций успехи в боях с немецко-фашистскими захватчиками» Н.Г. Кузнецова наградили высшим флотоводческим орденом Ушакова 1-й степени.

С 7 по 29 октября 1944г. на северном фланге советско-германского фронта была проведена единственная за всю войну стратегическая Петсамо-Киркинесская операция, в которой крупную роль сыграли силы Северного флота. В период этой операции Северный флот вывели из оперативного подчинения фронта и подчинили Главнокомандующему ВМФ Н. Г. Кузнецову. Такая организация управления силами была оправдана, поскольку флоту предстояло действовать как на морском, так и на приморском направлениях. Общее руководство силами на обоих направлениях осуществлял командующий флотом адмирал А. Г. Головко. Начальником походного штаба был контр-адмирал Н. Б. Павлович.

В плане операции предусматривалось решение флотом широкого круга задач. Это позволило, оценивая действия Северного флота в Петсамо-Киркинесской операции, сказать, что именно в этот период сформировалась такая категория военно-морского искусства, как операция флота. В рамках стратегического наступления на приморском направлении по единому замыслу и плану Северный флот проводил самостоятельные операции и вел боевые действия, которые способствовали достижению крупной оперативно-стратегической цели.

Продолжительность содействия флота войскам фронта находилось в прямой зависимости от времени проведения наступательных операций советскими войсками на приморском направлении. В большинстве случаев содействие флота войскам в наступательной операции на приморских направлениях продолжалось в течение 25–30 суток. Например, содействие Балтийского флота войскам Ленинградского фронта при разгроме противника под Ленинградом и Новгородом – 30 суток; при разгроме противника на Карельском перешейке – 27 суток; содействие Северного флота войскам 14-й армии Карельского фронта в разгроме противника в Заполярье продолжалось 25 суток. В отдельных операциях содействие флота сухопутным войскам продолжалось более месяца, например содействие Черноморского флота и Азовской военной флотилии в ходе Крымской наступательной операции: оно продолжалось с 8 апреля по 12 мая 1944 г. Большая продолжительность содействия флота вой-скам приморского фланга приводила к перенапряжению сил и требовала всестороннего их обеспечения, а высокие темпы наступления войск – создания для сил флота маневренных баз, которые позволяли бы в ходе операции переразвертываться и действовать на больший тактический радиус.

К совместным стратегическим операциям привлекались, как правило, все боеготовые силы флота. Содержание, характер и последовательность боевых действий сил флота в стратегических наступательных операциях вытекали из общего замысла и хода наступательных операций войск Красной Армии на приморском направлении. Причем в замысле каждой операции, при участии Главного морского штаба и Н Г .Кузнецова определялись направления главного удара, состав сил и характер их действий.

Нельзя не заметить еще одну особенность. Для участия в стратегических операциях флот создавал, как правило, две основные группировки: одну – для действий на приморском направлении совместно с войсками фронта; другую – для действий на морском направлении. Например, в Петсамо-Киркенесской наступательной операции группировкой сил флота, наступавшей совместно с войсками 14-й армии, управлял сначала командующий Северным оборонительным районом генерал-майор Е. Т. Дубовцев, а затем начальник штаба Северного флота контр-адмирал В. И. Платонов. Руководство группировкой сил на морском направлении, а также всей морской авиацией управлял командующий флотом адмирал А. Г. Головко. Организация сил и командования определялась приказом командующего флотом, а последовательность их действий – плановой таблицей. Оба документа были согласованы с Н.Г. Кузнецовым.

Спустя более полувека порой трудно увидеть личное участие Н.Г. Кузнецова в планировании стратегических наступательных операций. В воспоминаниях он больше писал о своем окружении, чем о себе. Но ясно одно – принципы взаимодействия армии и флота и их практическая реализация – это дело таланта Н.Г. Кузнецова.

Он сумел вывести флот из-под тесной опеки Генерального штаба и привлечь к участию в планировании стратегических операций специалистов Главного морского штаба. Накануне операций с целью организации и координации действий флотов с фронтами Н.Г. Кузнецов часто выезжал в районы предстоящих операций. Например, накануне Выборгской операции он дважды встречался с командующим Ленинградским фронтом Л.А. Говоровым и вместе с ним добивался тесного взаимодействия сухопутных войск с Балтийским флотом и Ладожской военной флотилией. Перед Ясско-Кишеневской стратегической операцией по заданию Ставки ВГК вместе с Г. К. Жуковым он прибыл в штаб командующего 3-м Украинским фронтом и лично занимался вопросами взаимодействия Черноморского флота и Дунайской военной флотилии с войсками фронта.

Война в целом подтвердила правильность основных положений советского военно-морского искусства, изложенных во временном «Наставлении по ведению морских операций» 1940 г. Вместе с тем были отброшены все устаревшие и не оправдавшие себя положения, в связи с чем отечественное военно-морское искусство наполнилось новым содержанием. В ходе войны зародилась теория стратегического применения ВМФ в результате участия флотов в совместных стратегических операциях, проводимых Вооруженными Силами на приморских направлениях. В рамках этих операций силы флота решали широкий круг задач, проводя операции и боевые действия.

В период Великой Отечественной войны основным фактором, оказывавшим влияние на развитие теории военно-морского искусства являлся боевой опыт. В самом начале войны по приказанию Н.Г. Кузнецова в составе Главного морского штаба создали исторический отдел, занимавшийся обобщением боевого опыта и доведением его до всех командных инстанций. Офицеры этого отдела подготовили к печати 42 сборника, в которых рассматривались вопросы боевой деятельности флотов и флотилий. При этом главное внимание уделялось выяснению причин, способствовавших или мешавших боевому успеху, а также пропаганде оправдавших себя новых приемов действий.

Сборники в своем большинстве освещали действия тактического масштаба, однако, в совокупности они позволяли составить определенную картину об оперативно-стратегическом применении флота. Часто до выхода в свет очередного сборника Н.Г. Кузнецов подводил итоги операций и боевых действий в своих приказах и директивах. В 1942г. Нарком ВМФ утвердил новое «Наставление по боевой деятельности ПЛ», в следующем году « Наставление по боевой деятельности катеров-истребителей ПЛ». В 1943г. принято «Наставление по совместным действиям сухопутных войск с ВМФ и военными речными флотилиями», явившееся важным вкладом в развитие военно-морского искусства. В 1944г. на страницах «Морского сборни-ка» он выступил со статьей «О стратегических задачах флотов и флотилий в ходе войны», где изложил свое видение форм и способов их применения.

Все это оказало значительной влияние на развитие отечественной военно-морской науки и явилось прочным фундаментом для послевоенного развития стратегии, оперативного искусства и тактики военно-морского флота. Вскоре полученный боевой опыт был положен в основу проектов Боевого устава 1945г. и Наставления по ведению морских операций 1946г.

Накопленный флотами опыт, его анализ и обобщение позволили в послевоенный период разработать положения по подготовке и планированию стратегического применения ВМФ, организации взаимодействия участвующих в военных действиях сил и войск, управлению ими и всестороннему обеспечению.

Выдающийся вклад в это направление военно-морского искусства внес Адмирал Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецов, чье имя носит ныне Военно-морская академия.


Главное за неделю