Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

"Дневник адмирала Головко". Реконструкция жизни

24 ноября в 21.15 на канале "Звезда" состоится показ нового документального фильма "Дневник адмирала Головко". В основу фильма положены военные дневники и воспоминания адмирала А.Г. Головко, который командовал Северным флотом с 1940 по 1946 гг.
- Так переживаю за фильм, аж сердце прихватывает, - с дрожью в голосе делится Михаил Головко. - Мне кажется, это какая-то авантюра. Сам играю своего отца. Очень волнуюсь по этому поводу. Это ведь такая ответственность, я же не профессиональный актер. Меня, конечно, пытаются гримировать, но все равно сделать мое широкое лицо худым, как у отца, невозможно, - вздыхает сын легендарного флотоводца.

Однако обратного хода для начинающего актера Михаила Головко нет. Практически весь материал уже отснят. Документальный фильм с рабочим названием «Дневник адмирала Головко» основан на биографических данных и личном дневнике адмирала, командовавшего Северным флотом в годы Великой Отечественной войны. В послевоенные годы Арсений Головко был начальником Главного штаба ВМФ и первым заместителем Главнокомандующего ВМФ СССР.

Как рассказала корреспонденту «Вестника» режиссер Ирина Морозова, фильм снимается по заказу телекомпании «Звезда». Его премьера планируется на конец ноября этого года.

- Мы смогли убедить руководство телеканала, что такая лента будет интересна многим зрителям, в том числе и молодым, - объясняет режиссер. - Фильм снимаем в модном сейчас жанре документальной драмы. Используем так называемые реконструкции в тех эпизодах, где не сохранились документальные хроники и которые очень важны для повествования. События восстанавливаем по мемуарам Арсения Головко. Такие съемки уже прошли в Москве: на Поклонной горе, в кабинете Сталина, где генсек назначал Головко командующим Северным флотом, и у вас в Заполярье: в Сафонове, Североморске, Полярном. Правда, с городом воинской славы у нашей группы вышла небольшая неувязка. Мы думали, что в музее Полярного есть реконструированное помещение, похожее на кабинет Головко. Приехали туда в полной уверенности, что сможем провести съемки. Но увидели лишь музейные витрины. Спасибо руководству театра Северного флота, что позволило нам провести съемки в своем здании и поделилось реквизитом.

В Мурманске съемки завершались. В одном из коридоров театра реконструировали кабинет адмирала Головко. В углу поставили старинные напольные часы, посередине - два больших стола, на которых разложили военные карты, а на стене повесили портрет Ленина. Правда, как выяснилось, кабинет командующего Северным флотом украшал отнюдь не вождь революции, а другой вождь - всех народов. Но портрета Сталина довоенного периода в театре не нашлось, как не оказалось и аутентичного телефона, все аппараты задействованы послевоенные. Но съемочная группа надеется, что на такие исторические неточности зрители не станут обращать особого внимания. Главное, что воссоздана довоенная атмосфера.

- В Мурманске мы снимали очень интересный эпизод, - рассказывает муж режиссера и одновременно ее помощник актер Андрей Морозов. - Арсений Головко возвращается в штаб из театра Северного флота, где труппа московского театра Немировича-Данченко играла небольшую пьесу. Это было в ночь с 21 на 22 июня 1941 года. Тогда в кабинете Головко неожиданно собрались члены военного совета Николаев и Кучеров, последний тогда являлся начальником штаба СФ. Военачальники обсуждали события - предвестники войны. Напомню, еще 17 июня над Полярным летали немецкие самолеты. После ухода товарищей Головко записал в дневнике: «Какие же мы все молодые!». Думаю, он имел в виду свой приказ о том, чтобы все корабли были рассредоточены и вышли в Баренцево море. Мне кажется, только благодаря этому 22 июня немцы не застали Северный флот врасплох.

- Вы правы, - добавляет сын легендарного адмирала Михаил Арсеньевич. - Север, пожалуй, единственное место, где было понимание ситуации и хорошо налаженное взаимодействие между армией и флотом. На личных контактах, на понимании международной обстановки еще до войны им удавалось согласовывать действия. Это было очень важно. Ведь тогда многие боялись принимать решения и вообще что-то делать. Правда, после войны отца очень быстро забыли. Поэтому документальный фильм о нем для меня особо значим. Сценарий построен по его личным дневникам. В качестве консультанта помогал съемочной группе восстанавливать отцовские записи. Ведь в советские годы они подверглись сильной цензуре.

В изданных мемуарах отца в лучшем случае сохранилась четверть того, что он действительно писал. Очень много вставок политработников. К примеру, о подлодке Щ-421, у которой взрывом мины оторвало винты и руль. Подводникам пришлось идти под парусами. Это известный многим военным переход. Так вот, в изданной книге говорится, что в самый опасный момент на подлодке состоялось партийное собрание, на котором всех некоммунистов приняли в партию. Вы сами подумайте - тонет лодка, вода потихонечку затапливает отсеки, но вместо мероприятий по спасению все собираются и проводят партсобрание. На самом деле, когда командир подлодки в критический момент проходил по отсекам, один из подводников ему заявил: «Как же так, мы вот погибнем, а меня в партию не успели принять!» Ему тогда ответили, что, мол, если погибнем за Родину, то будем все коммунистами, а сейчас не дергай никого и займись своей работой. Из этого эпизода в политотделе расписали, что состоялось целое партийное собрание. Читаешь это сейчас и удивляешься, как же это выглядит нелепо. А записи, где отец хорошо отзывается об англичанах, вообще в книгу не вошли. Потом начались справедливые обиды, ведь во время войны вместе воевали. Но, что поделаешь, этим же, кстати, грешат в своих мемуарах и англичане, и американцы.

Хорошо, что сохранились некоторые записи отца, его военные дневники. Это позволяет восстанавливать реальный текст. Хочу издать эти военные дневники и некоторые рукописи, чтобы они остались как документ истории.

В этот момент наш разговор прерывают. Режиссер показывает Михаилу Арсеньевичу белую фуражку и предлагает использовать ее в кадре. Но сын адмирала Головко непреклонен: «Белые фуражки на Севере тогда не носили. Они, конечно, были утверждены. Но в дневнике отца есть такая запись. Перед войной, в конце мая, на Северный флот приехала московская комиссия. «У нас испортилась погода, и все надели черные фуражки, - писал отец. - И так странно видеть их в белых фуражках».

Впрочем, сыну адмирала Головко пришлось на съемках фильма выступать не только в роли консультанта. В некоторых сценах, где он играет роль адмирала, Михаил Арсеньевич также пишет дневник.

- Это непередаваемое ощущение, когда ты что-то делаешь за отца, - говорит Михаил Головко. - За человека, которого очень любишь и уважаешь. Мои воспоминания об отце очень личные и детские. Он умер, когда мне было всего 12 лет. И для меня отец остался сильным, умным и волевым человеком. Помню, мне было года три. Жили тогда еще в Москве. Вышли с мамой встречать отца на улицу. Дождь сильный. Она стоит в плащ-палатке, а я у ее ног жмусь. Вдруг подъезжает ЗИС, и из машины выходит отец. Хватает меня. Подбрасывает вверх, а потом берет на руки, сажает в машину, и мы куда-то уезжаем. Я не помню всех деталей той встречи, осталось только ощущение полного счастья.

Вообще отец меня не баловал. Порой был строг. Но за некоторые вещи я ему очень благодарен. К примеру, в 1956 году он взял меня, семилетнего мальчишку, с собой в Данию. Причем поселил не с собой, не в адмиральской каюте. Я жил в мичманской. Здесь мне выделили койку. Помню, привел отец в каюту и говорит: «Ты уже взрослый. Заниматься тобой не буду. Мне некогда». Я сам застилал койку, самостоятельно разбирался, что где на корабле находится. Но этот короткий поход - а до Копенгагена из Балтийска, где мы к тому времени уже жили, полтора суток ходу - казался большим путешествием, дальним походом. Впрочем, побывать мальчишке на кораблях - отрава сильная. Запахи пара, краски, оружейной смазки - это на всю жизнь.

Возможно, благодаря этому походу Михаил Арсеньевич свою судьбу, как и отец, тоже связал с морем. После школы поступил в военно-морское училище имени Фрунзе в Ленинграде, ныне Санкт-Петербурге. По его окончании пять лет служил на Черноморском флоте.

- Мы помногу и подолгу ходили в Атлантику и Средиземное море, - вспоминает Михаил Арсеньевич. - Я штурманом служил, а штурманов не хватало, и меня с корабля на корабль перебрасывали. Потом учился в военно-морской академии, перевелся на Северный флот. Чуть более четырех лет служил флагманским штурманом бригады противолодочных кораблей в Ара-губе. Жаль, что ее ликвидировали. Да и мне самому по здоровью пришлось уйти с флота. Занялся журналистикой. Работал в журнале «Морской сборник». В настоящее время занимаюсь изданием книг, редактированием. А сейчас меня еще и мамина профессия догнала. Актером стал!

Кира Николаевна Головко - народная артистка РСФСР. Работала во МХАТе, снималась во многих фильмах. К примеру, в «Войне и мире» Бондарчука она играла роль графини Ростовой. Олег Табаков очень часто в различных интервью с благодарностью вспоминает ее и говорит, что «Кира Николаевна - моя вторая мама».

И еще одно совпадение. Участник съемочной группы Андрей Морозов вместе с Кирой Николаевной играл в начале 80-х годов выездной спектакль в Мурманске:

- Я был поражен, с каким вниманием и теплотой встречали северяне эту женщину. Причем больше не как народную артистку, а как супругу легендарного адмирала. Еще тогда захотелось снять фильм о ее муже. И вот теперь, через много лет, это удалось.


Источник: www.mvestnik.ru, автор: Татьяна Абрамова


Главное за неделю