Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,86% (53)
Жилищная субсидия
    19,28% (16)
Военная ипотека
    16,87% (14)

Поиск на сайте

Академия флагманов

Военно-морской академии им. Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова без малого два столетия. Это учебное заведение открыто в 1827 г. по предложению руководителя первого русского кругосветного плавания, директора Морского корпуса адмирала И. Ф. Крузенштерна. Первоначально оно называлось Высшим офицерским классом, находилось при Морском корпусе и предназначалось для «усовершенствования некоторого числа отличнейших офицеров из кадет в высших частях наук, к морской службе потребных». Офицерский класс состоял из двух отделений (старшего и нижнего; вскоре было открыто третье отделение — среднее). Задачей нового учебного заведения являлось совершенствование в теоретической подготовке по точным и прикладным морским наукам наиболее перспективных морских офицеров, которые впоследствии, как правило, занимались научно-педагогической деятельностью. Для преподавания в Офицерский класс пригласили академиков М. В. Остроградского, В. Я. Буняковского, П. Н. Фусса, Э. X. Ленца, профессоров Петербургского университета М. Ф. Соловьева, Н. Г. Устрялова и др. Первый набор состоял всего из 7 мичманов — выпускников Морского корпуса, закончивших его первыми по списку.

За 35 лет Высший офицерский класс закончили чуть более 200 человек, большинство которых оставили заметный след в русской морской истории. Среди его выпускников были и мореплаватели, и военно-морские теоретики, и ученые, и, конечно, педагоги. Например, адмиралы Г. И. Невельской и К. Н. Посьет прославились исследованиями морей Дальнего Востока, почетный член Российской академии наук адмирал С. И. Зеленой стал ученым-астрономом.

В августе 1862 г. в связи с тем, что Высший офицерский класс не удовлетворял требованиям современного высшего военно-морского образования, его преобразовали в Академический курс морских наук, состоявший из гидрографического, кораблестроительного и механического отделений (факультетов). Новое учебное заведение по-прежнему находилось при Морском корпусе и подчинялось его директору. Но если в Высший офицерский класс набирали выпускников Морского корпуса, то на Академический курс морских наук — офицеров, имевших опыт службы на флоте (не менее двух лет). Были введены вступительные экзамены, чего ранее не существовало. Окончившим полный курс вручали диплом и разрешали носить аксельбант (с 1866 г. вместо аксельбанта — нагрудный знак). Ранее закончившим Высший офицерский класс разрешили сдавать экзамены по всем программам Академического курса для получения прав и преимуществ, установленных по положению о преобразованном учебном заведении. При Академическом курсе создали своего рода Ученый совет, в состав которого вошли не только преподаватели, но и офицеры Морского министерства. Совет определял общую концепцию военно-морского образования в России.

Примечательно, что Академический курс морских наук изначально рассматривался как переходное учебное заведение к Морской академии. Положение о нем разрабатывал ученик адмирала М. П. Лазарева дипломат и мореплаватель, министр народного просвещения, член Государственного совета адмирал Е. В. Путятин. Но переходный период затянулся на целых 15 лет. Только в 1877 г., наконец, Академический курс морских наук преобразовали в Николаевскую морскую академию, названную в честь основателя учебного заведения императора Николая I. Это произошло в день 50-летия со дня открытия Высшего офицерского класса. При этом никаких существенных перемен не наблюдалось. Предложенный Советом Академического курса еще в 1872 г. военно-морской отдел, на котором бы обучались офицеры командного профиля, так и не утвердили. Единственное, что удалось сделать, так это существовавший Совет преобразовать в Конференцию с более широкими полномочиями. В состав Конференции вошли академики А. Н. Савич и Л. И. Шренк, начальник Технического училища Морского ведомства генерал-лейтенант А. И. Зеленой. Весьма представительным был список почетных членов Конференции: президент и вице-президент Российской академии наук адмирал Ф. П. Литке и академик В. Я. Буняковский, министр путей сообщения вице-адмирал К. Н. Посьет, управляющий Морским министерством вице-адмирал С. С. Лесовский, военно-морской историк, почетный академик Петербургской академии наук Ф. Ф. Веселаго. Великий князь генерал-адмирал Константин Николаевич стал почетным президентом Конференции.

В 1896 г. по очередному ходатайству начальника академии вице-адмирала Д. С. Арсеньева открыли, наконец, курс военно-морских наук, то есть командный факультет. Поскольку в Морском ведомстве подготовленных преподавателей не было, для чтения лекций по морской стратегии приглашали преподавателей Николаевской академии Генерального штаба. Но так как теория военно-морского искусства в русском флоте была разработана слабо, до Русско-японской войны обучение на этом курсе наладить так и не удалось. Флотские офицеры не без иронии называли курс военно-морских наук «кулинарными курсами». Только после проигранной войны в русском флоте военно-морской науке стали уделять большее внимание. В эти годы профессор академии Н. Л. Кла- до разработал основы теории морской стратегии, получила развитие и морская тактика. Впервые Н. Л. Кладо прочитал разработанный им курс морской стратегии только в 1909/10 учебном году: на младшем курсе он читал теоретический курс, то есть теоретическую стратегию, а на старшем — прикладную, или практическую, стратегию (стратегический разбор Русско-японской войны на море и на суше). Через некоторое время прикладную часть стратегии стал читать капитан 2 ранга А. В. Немитц.

Вскоре курс военно-морских наук преобразовали в военно-морской отдел, при котором учредили дополнительный курс, предназначавшийся для подготовки офицеров к службе в Морском Генеральном штабе. Этот курс закончили чуть более 50 офицеров. Среди них военно-морской теоретик М. А. Петров. В 1913 г. его выпускной работе «Маневренная гибкость флота на поле сражения» Конференция академии присудила премию имени лейтенанта Свербеева. Петров первым ввел в научный оборот такие понятия, как гибкость флота в ходе ведения морского сражения, то есть способность флота действовать в соответствии с изменяющейся обстановкой.

После Русско-японской войны при академии образовался Военно-морской кружок, члены которого занимались проблемами теории военно- морского искусства. Руководил кружком капитан 2 ранга А. В. Колчак, поддерживавший идею создания Морского Генерального штаба. В феврале 1908 г. на заседании кружка лейтенант Черкасов 1 -й выступил с докладом о боевых строях и маневрировании, высказав ряд новых для того времени идей. В 1911—1912 гг. Черкасов прочитал доработанный курс лекций по морской тактике для офицеров старшего курса военно-морского отдела, дав новые определения некоторым категориям военно-морского искусства, в том числе боевому порядку.

В 1907 г. в Петербурге, на 11 -й линии Васильевского острова, рядом с Морским корпусом построили здание для академии, а в 1911 г. ввели должность начальника Николаевской Морской академии, подчинявшегося непосредственно морскому министру. Ее занял генерал-лейтенант флота Г. И. Шульгин.

Примечательно, что Военно-морская академия лишь два раза на недолгое время прекращала учебный процесс, продолжая, однако, научно-исследовательскую деятельность. Происходило это в годы Первой мировой и Гражданской войн.

В 1914 г. слушатели военно-морского отдела академии капитаны 2 ранга М. И. Смирнов и М. Б. Черкасский разработали проект «Наставления для боевой деятельности высших соединений флота», ставший первым в русском флоте проектом боевого устава. Основу Наставления составляли указания на то, как следует вести бой — важнейшую форму боевой деятельности флота, и только в соответствии с этим определять направленность других действий. Этот документ стал важнейшим событием в развитии отечественной теории военно-морского искусства.

После октябрьских событий 1917 г. академию возглавлял генерал-майор по адмиралтейству Н. Л. Кладо, избранный на эту должность тайным голосованием. В 1918 г. при академии была создана Морская историческая комиссия для изучения опыта Первой мировой, а затем и Гражданской войн. Председателем комиссии стал Н. Л. Кладо.

В ее состав вошли бывший морской министр адмирал И. К. Григорович, флагманский инженер-механик Балтийского флота генерал-лейтенант В. А. Винтер, военно-морские теоретики капитаны 1 ранга М. А. Петров, Б. Б. Жерве, Л. Г. Гончаров и др. В 1919 г. Ученый совет военно-морского отдела по предложению начальника академии заслуженного профессора Н. Л. Кладо провел ряд заседаний с участием представителей Морского Генерального штаба и штабов флотов с целью выработки единого взгляда на проблемы военно-морского искусства. В соответствии с решением этих заседаний преподавателем академии Б. Б. Жерве была написана лекция «Опыт введения в морскую тактику», прочитанная слушателям Соединенных классов, готовивших специалистов командного состава флота. С тех пор академия стала своего рода школой, где создавалась отечественная военно-морская наука, структура и содержание которой окончательно оформились к началу Великой Отечественной войны.

В 1920 г. произвели первый полный набор слушателей (72 человека) на все пять отделов: военно-морской, оружия (с 1922 г. — военно-морского оружия), гидрографический, механический (в 1922 г. вошел в кораблестроительный отдел) и кораблестроительный (в 1922 г. открылся электротехнический отдел). В 1923 г. отделы академии переименовали в факультеты. К чтению лекций пригласили самых авторитетных ученых в своих областях, таких как А. Н. Крылов, Ю. М. Шокальский, А. А. Фридман, В. В. Ахматов, Н. Н. Ма- тусевич, К. П. Боклевский, Ю. А. Шиманский, Ф. А. Брике и др.

В ноябре 1922 г. при академии создали Военноморское научное общество, ставшее правопреемником существовавшего до 1917 г. Военноморского кружка. Первым председателем общества был помощник главнокомандующего Морскими силами Э. С. Панцержанский, а одним из заместителей — начальник Морской академии М. А. Петров. Председателем военно-морского отдела стал профессор Б. Б. Жерве, технического — помощник начальника академии В. А. Винтер, океанологического — профессор Ю. М. Шокальский. Члены Военно-морского научного общества принимали активное участие в обсуждении актуальных для флота проблем. Многие положения и выводы, сформулированные докладчиками, впоследствии внедрялись в практику военно-морского искусства и входили в руководящие документы флота.

Положительное значение для развития теории военно-морского искусства имели открытые дискуссии с участием профессорско-преподавательского состава академии и членов Военно-морского научного общества: первая дискуссия «Флот морской и флот воздушный» состоялась в 1922 г., а в конце 20-х гг. прошла вторая дискуссия — «О малой войне».

Большой вклад в военно-морскую науку внес выпускник, а позднее начальник академии капитан 1 ранга М. А. Петров. В 20-е гг. он выпустил в свет 2-томный труд «Морская тактика», долгие годы служивший учебником для слушателей академии. В 1924 г. он разработал проект «Боевого устава РККФ», явившегося основой для составления первого Боевого устава отечественного флота (1930 г.). В 1937 г. в академии на кафедре общей тактики разработали временный «Боевой устав Морских Сил РККА 1937 г.», прошедший проверку в ходе Великой Отечественной войны. В этом документе впервые в мировой практике излагалась тактика глубокого боя в открытом море при столкновении с крупными силами противника, не стесненного в своем маневрировании. Первый послевоенный Боевой устав 1945 г. разработал профессор Военно-морской академии контр-адмирал Н. Б. Павлович.

19 октября 1925 г. Морской учебный комитет РККФ принял целевые установки подготовки слушателей академии:

«1. Военно-морская академия РККФ является высшим военно-морским учебным заведением и научным учреждением РККФ.

2. В качестве высшего военно-морского учебного заведения Военно-морская академия РККФ имеет своим назначением завершение специального военно-морского образования командиров РККФ различных специальностей, прошедших полный курс военно-морского, военно-морского инженерного и военно-морского гидрографического училищ и имеющих не менее двух лет служебного стажа на командных должностях РККФ, в целях подготовки их к практической деятельности по своей специальности в составе Морских Сил и береговых учреждений, создающих и обслуживающих флот, в качестве командиров- единоначальников высшей по своей специальности квалификации».

• В соответствии с этим документом академию официально отнесли к высшим военно-морским учебным заведениям, а ее выпускники стали получать высшее военное образование. В 1925 г. произошло еще одно заметное изменение — в академии стали обучать высший и старший командный состав морской авиации, а также готовить высший начальствующий состав на Высших морских академических курсах (в 1927 г. переименованы в Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава РККФ). В 1927 г. кораблестроительный, машиностроительный и электротехнический факультеты объединили в факультет военного судостроения (затем кораблестроения). С 1930 г. военно-морской факультет (ныне командный) стал основным в академии. Его роль была закреплена в учебных планах и программах других факультетов. Планы и программы увязывались с современными оперативно-тактическими требованиями, предъявляемыми к силам флота и их вооружению.


Военный инженер 2 ранга Д. Н. Добровинский защищает диссертацию на соискание ученой степени кандидата технических наук.

Обычно Военно-морскую академию приравнивают к Военной академии им. М. В. Фрунзе, поскольку оба учебных заведения принадлежат к самостоятельному виду вооруженных сил. Как нам кажется, эта точка зрения ошибочна, поскольку в Военной академии им. М. В. Фрунзе подготовка офицеров ведется до уровня операции армии, а в Военно-морской академии изучаются и отрабатываются подготовка и ведение операции флота, что соответствует на сухопутном театре военных действий операции фронта. Это на два уровня выше операции армии и соответствует Военной академии Генерального штаба (в которой изучаются и отрабатываются подготовка и ведение операции фронта), что дает основание приравнивать Военно-морскую академию к последней. Уместно также напомнить, что до 1917 г. на дополнительном курсе военно-морского отдела Николаевской морской академии готовили офицеров для службы в Морском Генеральном штабе. Тогда Николаевская морская академии и Николаевская академия Генерального штаба (обе находились в Петербурге) по своему уровню и значению приравнивались.

В начале 30-х гг. в академии были разработаны основы оперативного искусства ВМФ. Это явилось крупным достижением в отечественной военно-морской науке. Впервые курс оперативного искусства стали читать с декабря 1932 г. Начальник оперативно-стратегического цикла А. П. Александров прочитал вводную лекцию, в которой определил цели и задачи оперативного искусства ВМФ. Многие морские типовые операции разработал профессор В. А. Белли. К концу 30-х гг. ученые академии составили методику выполнения оперативно-тактических расчетов и планирования морских операций. В 1940 г. вышло в свет пособие к курсу оперативного искусства командного факультета «Ведение морских операций» (в 2 частях), подготовленное к печати капитаном 1 ранга В. А. Петровским. Этот труд был положен в основу вышедшего в 1940 г. временного «Наставления по ведению морских операций». В ВМФ стало традицией все руководящие оперативно-тактические документы разрабатывать при участии военно-морских теоретиков академии.


Начальник академии вице-адмирал Г. А. Степанов.

4 февраля 1931 г. приказом РВС СССР Военно- морской академии присвоили имя К. Е. Ворошилова. Одновременно произошли и некоторые организационные изменения: в академии осталось четыре факультета — военно-морской (с 1935 г. — командный), военно-морского оружия (с 1938 г. — артиллерийский, минно-торпедный и связи), гидрографический и военного кораблестроения. Вместо Курсов усовершенствования высшего начальствующего состава были созданы тактические курсы с целью подготовки командиров кораблей 1 и 2 ранга. В 1940 г. Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава флота снова возродились, но после первого выпуска опять были расформированы. С 1936 г. взамен выдаваемых с 1922 г. удостоверений выпускникам академии стали вручать дипломы единого всесоюзного образца.

В 1938 г. учредили командно-авиационный факультет, а в следующем году при академии создали Ученый совет по присуждению докторских и кандидатских диссертаций. К началу Великой Отечественной войны в состав академии входили командный, командно-авиационный, артиллерийский, минно-торпедный, связи, кораблестроительный и гидрографический факультеты. В составе 7 факультетов имелось 36 кафедр, из которых 10 — оперативно-тактического профиля. Кроме того, в академии было 10 общеакадемических кафедр.

В годы Великой Отечественной войны академия была эвакуирована вначале в Астрахань, а затем в Самарканд и только во второй половине 1944 г. возвратилась в Ленинград. С началом военных действий на флоты был откомандировано 48 офицеров, в том числе 37 преподавателей командного и командно-авиационного факультетов. Вскоре за подготовку высококвалифицированных офицерских кадров и в связи с 25-летием деятельности в советский период ее наградили орденом Ленина. В 1943 г. вместо командно-авиационного факультета при академии открыли краткосрочные курсы для подготовки офицеров Военно-воздушных сил и Противовоздушной обороны флота. В военное время было произведено 25 ускоренных выпусков из академии.

В августе 1945 г. из состава Военно-морской академии им. К. Е. Ворошилова выделили инженерные факультеты, на основе которых сформировали Военно-морскую академию кораблестроения и вооружения, получившую имя академика А. Н. Крылова. Инженерная академия расположилась в построенном накануне войны здании у Черной речки, а командная — осталась в прежнем здании на Васильевском острове. В том же году в академии стали обучать офицеров флотов иностранных государств (факультет подготовки иностранных офицеров закончили около 2 тыс. человек).

После Великой Отечественной войны появилась необходимость дать высшее военно-морское образование тем генералам и адмиралам флота, которые не успели закончить Военно-морскую академию. В связи с этим в 1946 г. при академии открыли Академические курсы офицерского состава ВМФ. В 1949 г. возобновил свою деятельность ранее упраздненный командно-авиационный факультет (впоследствии объединенный с командным факультетом), а в 1951 г. — факультет береговой обороны. Тогда /КС в Военно-морской академии кораблестроения и вооружения им. А. Н. Крылова офицеров обучали на семи факультетах: гидрографическом, артиллерийском, минно-торпедном, связи, кораблестроения, химическом и радиолокационном.

Первым офицером, закончившим академию с золотой медалью, стал К. В. Пензин, впоследствии профессор академии, заслуженный деятель науки и техники РСФСР, доктор военно-морских наук, капитан 1 ранга, автор многих фундаментальных трудов по истории военно-морского искусства.

В начале 1960 г. в связи с сокращением численности вооруженных сил страны обе академии снова объединили в одну — Военно-морскую ордена Ленина академию, которая разместилась в здании инженерной академии. После неоднократных штатно-должностных преобразований в академии осталось четыре факультета: командный, кораблестроения, вооружения и радиоэлектроники (кроме того, в академии имелись факультеты подготовки иностранных офицеров, повышения квалификации и заочного обучения).

С принятием на вооружение ядерного оружия военные теоретики многих стран пришли к выводу, что высадка крупных десантов станет невозможной, поскольку при проведении такой операции сконцентрированные в одном районе крупные силы будут уничтожены одной ядерной бомбой. Ученые Военно-морской академии под руководством профессора вице-адмирала В. С. Лисюти- на разработали теоретические основы ведения морской десантной операции, в том числе и стратегической, в условиях применения ядерного оружия, чем опровергли существовавшие на западе взгляды. Примерно такая же ситуация складывалась и относительно морской операции по нарушению коммуникаций противника. В середине 60-х гг. В. С. Лисютин разработал теоретические основы действий сил флота в стратегической операции на театре военных действий. Эта операция признавалась главной формой ведения ядерной войны. В конце 60-х гг. ученые академии принимали участие в разработке теории стратегической операции, проводившейся всеми видами вооруженных сил теперь уже на океанском театре военных действий при ведущей роли ВМФ. В 1970 г. в академии провели стратегическую военную игру «Горизонт», в которой впервые отрабатывались вопросы, связанные с планированием стратегической операции на океанском театре военных действий. С тех пор стало традицией под руководством главнокомандующего ВМФ в академии проводить военные игры на картах с использованием электронного комплекса тренажеров «Океан».

В начале 80-х гг. ученые академии внесли большой вклад в развитие новой категории военно- морского искусства — операции флота, куда вошел весь процесс вооруженной борьбы на море.

Усилиями ученых факультета вооружения развиты теория вероятностей и математическая статистика, теория качки корабля и теория гироскопов, динамика управляемого движения тел переменной массы в атмосфере и в безвоздушном пространстве, теория автоматического управления, эксплуатации сложных систем, радиационной, химической и биологической безопасности. Проведены научные исследования по определению перспектив развития и создания комплексов морских баллистических, крылатых и зенитных ракет, корабельной артиллерии, минного, противоминного, торпедного, противолодочного ракетного и ядерного оружия, космических средств и химического обеспечения ВМФ. Создано более 20 образцов вооружения и военной техники. Среди создателей научных школ по проблемам морских вооружений были Е. Л. Бравин, Л. Г. Гончаров, В. А. Унковский, Е. Н. Мнев, М. П. Ганин и др.

По инициативе ученых факультета вооружения Ю. Б. Федорова и Д. Ф. Синицына разработаны новые способы боевого применения комплекса ракетного оружия «Гранит», подтвержденные практическими ракетными стрельбами на Северном и Тихоокеанском флотах. Основу руководящих документов по боевому применению минного оружия составили труды профессора А. В. Емельянова; профессор В. И. Поленин внес существенный вклад в теорию боевого применения противолодочного оружия; профессор В. А. Петров усовершенствовал систему управления баллистическими ракетами морского базирования.

Учеными факультета радиоэлектроники созданы школы теории и практики выполнения гидрографических и океанологических исследований, теория и практика применения радиоэлектронных средств (связи, гидроакустики, радиолокации, радиоэлектронной разведки и радиоэлектронной борьбы, автоматизированных систем управления, навигации и кораблевождения). Большой вклад внесли И. Г. Фрейман, В. Н. Тюлин, А. И. Берг, A. Н. Щукин, А. И. Сорокин и др. Военно-теоретические труды Л. А. Демина, Р. С. Кабирова, B. С. Пирумова, Г. П. Попова, И. А. Трискало послужили основой при разработке руководящих документов по применению радиоэлектронных средств и систем наблюдения, связи, навигации, океанографии, разведки и радиоэлектронной борьбы. К концу 90-х гг. важнейшими направлениями научных исследований ученых факультета радиоэлектроники стали: анализ перспективных технологий, влияющих на развитие радиоэлектронных средств и систем; обоснование и разработка приоритетных направлений развития радиоэлектронных средств и систем; разработка методов и средств борьбы в информационной среде; обоснование направлений развития интегрированных систем; поиск путей совершенствования подготовки специалистов радиоэлектронного профиля и др.


Народный комиссар ВМФ в годы Великой Отечественной войны адмирал Н. Г. Кузнецов.

На кораблестроительном факультете разработаны основы теории проектирования, прочности, мореходности, живучести, надежности и безопасности кораблей; созданы 3 проекта надводных кораблей и более 20 вариантов корабельных энергетических установок, принципиально новые высокоэффективные силовые агрегаты, системы и устройства. Создателями научных школ и новой техники явились А. Н. Крылов, Ю. А. Шиманский, П. Ф. Папкович, М. И. Яновский, В. И. Власов, И. А. Рябинин и др.

В 1968 г. за заслуги в подготовке офицерских кадров и в связи с 50-летием советских Вооруженных Сил академия была награждена орденом Ушакова 1 -й степени. В том же году открылся музей академии, созданный капитаном 1 ранга Н. А. Залесским; сохранен мемориальный кабинет-музей академика А. Н. Крылова.

В 1976 г. академии присвоили имя Маршала Советского Союза А. А. Гречко, а в 1990 г. ее переименовали в Военно-морскую академию им. Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова. 8 1977 г. в связи со 150-летием со дня основания академия была награждена орденом Октябрьской Революции. В год празднования 300-летия со дня основания Российского регулярного флота на фасаде здания академии установили мемориальную доску Н. Г. Кузнецову.

Середина 70-х гг. характеризуется военно-стратегическим паритетом: потенциалы вооруженных сил СССР и США стали примерно равными. В составе советского ВМФ появились атомные ракетные подводные лодки, вооруженные баллистическими ракетами с дальностью стрельбы от 9 тыс. до 12 тыс. км. В 1981 — 1989 гг. в строй вошли 6 серийных ракетных подводных лодок стратегического назначения типа «Акула», не имевших аналогов в мире. Каждая лодка несла по 20 баллистических ракет РСМ-52, а каждая ракета состояла из 10 разделяющихся головных частей индивидуального наведения. Ракетный залп одной такой лодки соответствовал потенциалу всех ракетных подводных крейсеров стратегического назначения, построенных в стране до 1976 г. В эти годы началось строительство атомных подводных лодок с крылатыми ракетами типа «Гранит ». Военно-морские теоретики пришли к выводу, что под военно-стратегическим паритетом подразумевается не только численное равенство ударных сил, но и равновесие способностей сторон реализовать накопленный боевой потенциал. В связи с этим ученые Военно-морской академии решили ряд проблем, связанных с реализацией боевых возможностей новых систем оружия. Например, в 1978 г. на завершающем этапе испытаний первой отечественной баллистической ракеты на твердом топливе (главный конструктор П. А. Тюрин) они выяснили и устранили причины систематически повторявшихся аварий ракет при пусках. Результаты исследований, проводимых контр-адмиралом Е. Н. Мневым и его учениками, показали, что причиной аварий явился так называемый флаттер, причем нового типа. Было предложено техническое решение, реализация которого позволила успешно завершить раооты по созданию принципиально новой баллистической ракеты.


Маршал Советского Союза А. А. Гречко.

В 1983 г. на основании результатов исследований, проведенных по инициативе генерального конструктора баллистических ракет морского базирования В. П. Макеева, ученые академии нашли эффективное решение научно-технической проблемы, связанной с резким расширением районов возможного боевого применения ракетных подводных крейсеров стратегического назначения.


Главнокомандующий ВМФ СССР с 1956 по 1986 г. Адмирал Флота Советского Союза С. Г. Горшков.

При этом Е. Н. Мнев и В. Т. Чемодуров научно обосновали экологически безопасный и эффективный способ разрушения арктических льдов. Начиная со второй половины 80-х гг. перед ВМФ и военно-морской наукой встали новые проблемы, связанные с резким ограничением финансирования большей части военных программ.

Произошло резкое уменьшение числа кораблей, находившихся на боевой службе, существенно сократилась численность корабельного состава ВМФ. Так, например, с 1992 г. не было построено ни одной подводной лодки стратегического назначения. Паритетный принцип строительства ВМФ уже не годился: российская экономика оказалась в цейтноте. Теперь главной проблемой стало научное обоснование разумной достаточности для обороны страны. Одновременно возникла проблема подготовки высококвалифицированных кадров для ВМФ в связи с закрытием четырех высших военно-морских училищ и сокращением численности профессорско-преподавательского состава. Благодаря усилиям начальников академии адмиралов В. Н. Поникаровского, В. П. Иванова и В. П. Еремина удалось сохранить учебный и научный потенциал и способность, не снижая уровня, продолжать учебный процесс и научные исследования. При этом непосредственную координацию и интеграцию усилий ученых академии осуществляли заместители начальника академии по учебной и научной работе вице-адмиралы В. С. Калашников и Н. Д. Закорин.


Орденоносцы командного факультета выпуска 1980 г. В первом ряду в центре Герой Советского Союза капитан 2 ранга В. П. Лушин.

В последнее десятилетие в отечественном и мировом образовании, в том числе и военном, четко проявилась тенденция к созданию универсальных комплексов, объединяющих научные, научно-производственные и образовательные учреждения различных уровней и ступеней. В 1999 г. впервые в истории военно-морского образования заседание Военного совета ВМФ, прошедшее под руководством главнокомандующего ВМФ адмирала флота В. И. Куроедова, было посвящено проблемам подготовки личного состава всех категорий — от матроса до адмирала. Было признано целесообразным иметь в ВМФ единый образовательный комплекс, включающий в себя на первом этапе (до 2005 г.) все военно-морские образовательные учреждения, а впоследствии — и флотские научно-исследовательские учреждения. Ведущая роль в этом комплексе отводилась Военно-морской академии.

Вперед
Оглавление


Главное за неделю