Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Балтийский порт

Автор: Валерий ВАЛЬКОВ

Современный энциклопедический словарь: Палдиски (1922 г.) (Paldiski), город в Эстонии, порт на берегу Финского зал. Железнодорожная станция. Рыболовство. Трикотажная промышленность. Основан в 17 в. С 1723 официально назывался Рогервик, в 1762-1922 - Балтийский Порт, входил в состав Эстляндской губернии. В последние годы проживает более 13 000 человек, из которых треть населения - русскоязычная. Развивается как база подготовки военнослужащих эстонских вооруженных сил и как международный порт.

Морякам-балтийцам, а с середины 60-х – и северянам, и тихоокеанцам хорошо известен и памятен этот маленький, тихий, уютный и удивительно гостеприимный городок на обрывистом берегу Финского залива. Чем же он так знаменит?


Палдиски, город в Харьюском районе Эстонской ССР, находится в 49-ти км от Таллинна и в 80-ти км (по морю) от Финляндии на берегу Финского залива. Старое название залива Пакри – Рогервик, что в переводе с шведского – «залив ржаного острова». В 14 веке на скалистом берегу полуострова была построена шведская крепость.

Залив Рогервик Россия всегда считала стратегическим для защиты своих границ.

Военно-стратегическое значение залива высоко оценил Петр Великий.

Город был основан Петром I в XVII веке. Заключая Ништацкий мир, шведы просили Петра только об одном - не строить здесь военного порта. Но Петр сказал: "Гавани военных кораблей быть".

Палдиски, он на 14 лет моложе Кронштадта, на 66 лет старше Севастополя, своим основанием и существованием город обязан Российскому флоту.

Строительство шло с большим размахом и довольно быстрыми темпами. На берегу полуострова Пакри были построены крепость, казармы, острог, дома для офицеров гарнизона, другие хозяйственные постройки. Постройки «гавани для воинских кораблей» велась силами солдат, «вольных работных людей» и каторжан. Поселок с первых дней строился по регулярному плану с прямоугольной сетью улиц. С тех пор осталось много достопримечательностей, но самая главная из всех - это Петровская крепость. Колоссальные Петровские сухие доки могут поспорить своими размерами с доками Кронштадта, несмотря на запустение.


В 1762 г. Рогервик указом Екатерины Второй переименован в Балтийский Порт, в 1787 году он получил статус уездного. Сюда в 1775 году после жестокой экзекуции привезли Салавата Юлаева и его отца, 25 лет провел Салават в казематах каторги.

Герб Балтийского Порта в России утвержден 4 октября 1788 года (закон №16716 "О гербах городов Рижской, Ревельской и Выборгской губерний и некоторых городов Олонецкого наместничества"). Описание герба: в море два форта, на правом из них императорский штандарт.

Однако город рос медленно и лишь с постройкой железной дороги стал развиваться. Роль гавани особенно возрастала в осенне-зимний период, когда замерзал Таллиннский порт.

Двадцатое столетие Балтийский порт встретил как небольшой, уютный городок северо-западной Эстонии. Жители были заняты в гавани, на железной дороге и в сельском хозяйстве.


Недалеко от города жил и работал известный всем, но особенно чтимый моряками, скульптор Амандус Адамсон.

Адамсон Амандус Генрих [31.10(12.11).1855, хутор Ууга-Рятсепа, близ Палдиски, - 26.6.1929, Палдиски], эстонский скульптор. Учился в Петербурге в академии Художеств (1876-79, возможно до 1881); с 1907 - академик. В противоречивом творчестве Адамсона реалистические устремления сосуществовали с тенденцией академизма, с погоней за салонной красивостью. Адамсон - автор нескольких монументов (в т. ч. памятник погибшему броненосцу "Русалка", 1902, Таллин, памятника Затопленным кораблям, Севастополь) и многих камерных произведений.

Уникальный климат полуострова привлекал знать и отдыхающих не только из России и Швеции. У северо-западного побережья располагалось поместье графа Воронцова.

С 1922 году город стал называться Палдиски. В 39-м Советский Союз золотом заплатил Эстонии за аренду этой территории, В октябре 1939 года, по соглашению с эстонским правительством, в Палдиски прибыли части Советской армии. К началу 1940 года на мысе Пакри и островах были установлены батареи береговой обороны, а в порту размещены боевые корабли Балтийского флота. Великую отечественную войну город Палдиски встретил как строящаяся военно-морская база флота.


В период оккупации гавань Палдиски использовалась германским командованием как военно-морская база. Кроме того, на территории полуострова, в глубине леса, находилась глубоко законспирированная разведшкола Абвера. Фильм «Конец «Сатурна»» - о ней. А неподалеку от города, сразу за перешейком, находился концлагерь, где военнопленные и гражданские лица умирали от голода, болезней и непосильного труда на дорожных работах. Кстати, практически все грунтовые дороги на полуострове построены их руками.

24 сентября 1944 года Палдиски был освобожден десантом с группы торпедных катеров.

С тех пор катерники стали постоянными хозяевами Северного порта, где стояли торпедные катера, затем – малые ракетные корабли, а подводники – Южного порта, пирсы которого стали родными для «малюток», «эсок» и снова – «малюток». На полуострове располагалась погранзастава, штаб погранотряда, рота военных строителей, ракетное подразделение ПВО и дизбат Балтфлота, госпиталь и военная поликлиника.

В 64-м город Палдиски стал центром подготовки военной элиты. Даже сведения о численности населения были государственной тайной. В советское время в городе, отгороженном от мира колючей проволокой, проходили обучение экипажи атомных подводных лодок.

До 1991 г. экипажи советских атомных подводных лодок проходили обучение в трех учебных центрах: Палдиски (Эстония), Севастополь (Украина), Сосновый Бор (Ленинградская область). Севастопольское училище вело подготовку операторов атомных установок кораблей, выпуская около 80% специалистов-энергетиков для атомных подводных лодок (остальные 20% готовило Высшее военно-морское инженерное училище им.Дзержинского в г.Ленинграде). Севастопольское училище имело уникальную материально-техническую базу подготовки кадров, оборудованную электронно-вычислительной техникой и действующим исследовательским реактором.

Училище выпускало в год около 500 офицеров для подводных лодок. По оценкам специалистов, такой научно-технической базы не имело ни одно учебное заведение СССР. Учебный центр в Эстонии (Палдиски) обладал двумя действующими реакторами подводных лодок первого и второго поколений ("Дельта-I" и "Эхо-II"), а также уникальным тренажером для подготовки экипажей АПЛ классов "Тайфун", "Янки" и "Дельта-I-IV".


Подводники приезжали в город экипажами – на 2 месяца, корабельными боевыми расчетами – на месяц. Замечательно отлаженная, выверенная процедура межпоходовой подготовки позволяла в предельно сжатые сроки повысить квалификацию моряков, отточить мастерство торпедной атаки и ракетного удара, снизить риск ошибки в управлении кораблем, техническими средствами и избежать катастроф в море. Огромное спасибо за этот труд преподавателям и персоналу Учебного Центра. Несмотря на то, что город был «закрытым», жизнь в нем текла так же, как в любом другом приморском городе Союза – когда папы уходили «на службу», детишки шли в детские садики и школы (их было две, начальная и средняя), мамы – готовили обеды, преподавали или лечили, работали на швейной фабрике. Многие работали в Таллине или близлежащей Клоге, студенты также ездили в институты и профтехучилища. В городе работал бассейн. В кинотеатре демонстрировались фильмы, в Доме Офицеров Флота выступали коллективы художественной самодеятельности и заезжие именитые артисты, открыты были кафе и рестораны. В великолепном старинном парке на открытой площадке играл духовой оркестр. А летом всех манил галечный пляж и прохладная морская балтийская волна. Влюбленные наверняка помнят беседку над морем у Северного порта, молодежь – дискотеки в залах ДОФа, вечера «при свечах» в ресторане, потаенную тропинку в Петровских шлюзах, что выводила на крутой обрыв, у подножия которого пенились вечные воды Балтики. И маяк, веками даривший спасительный луч русским морякам. Город был удивительно красив в любое время года: мягкая зима дарила ему романтично-дымчатое очарование, весна украшала охапками сирени и свечами каштанов, летом расцветали бесчисленные цветы на газонах и площадях, пели ночами соловьи, а осенью взгляд северянина бывал потрясен буйством красок увядающей листвы. И всегда – мерный шум набегающей волны, бесконечно перебирающей прибрежные камушки. Каждую весну и осень Палдиски посещали лебеди, и тогда к заливу сходился весь город.


Улицы города были удивительно чисты и ухожены, население культурно и вежливо. Благодаря так называемой «флотской организации», каждый экипаж был закреплен за определенной территорией, шефствовал над организацией, классом, детским садом, что позволяло очень оперативно решать возникающие проблемы с уборкой, покраской и т.д. Каждое утро начальник Центра с комендантом объезжали город, проверяя, все ли благополучно.

Долгое время комендантом города был незабвенный Юрий Дмитриевич Бондарчук. Мальчишкой, оказавшись по воле судьбы на оккупированной территории, он помогал партизанскому подполью в Николаеве и Одессе. Потеряв в годы войны отца, с четырнадцати лет работал матросом, а затем – шкипером на шаландах, ходивших по Дунаю, Днестру и Черному морю, чтобы прокормить мать и сестру. Окончив 2-е Балтийское военно-морское училище (1-й выпуск, впоследствии – Высшее военно-морское училище подводного плавания им. Ленинского Комсомола), Юрий Дмитриевич получил назначение в Баку, куда приехал с молодой женой, выпускницей Ленинградского института культуры. Затем были Горький, Северодвинск, Гремиха… Ему, помощнику командира дизельной подводной лодки, пришлось своими руками принимать раненых и облученных с «К-19», передавать радиоактивные мешки с секретными документами, оружие с борта аварийного атомохода в отсеки своей «эски». Возвратившись в Гремиху, Юрий Дмитриевич серьезно заболел. Какую дозу облучения он получил тогда – не знает никто, но и двадцать лет спустя он безошибочно точно мог определить повышенный радиоактивный фон – моментально ухудшалось зрение, болела голова. Пошатнувшееся здоровье не позволило продолжать службу на Севере, и Юрий Дмитриевич с женой и маленькой дочкой приезжает в Палдиски, город, которому он стал настоящим хозяином - заботливым, строгим и справедливым. Аллея голубых елей, выстроившаяся вдоль въезда в город напротив главного здания Центра – его рук дело. Всего и не перечислишь, да и надо ли? Каждый в Палдиски знал Юрия Дмитриевича, к нему шли за помощью и советом днем и ночью, и стар, и млад, и никому он не отказал – советом или рублем, рассудить или заступиться – он не стеснялся обратиться к самому высокому начальству, если сам был не в состоянии решить проблему. В начале 80-х Юрий Дмитриевич уволился в запас, но продолжал оставаться негласным «старостой» города, одним из самых уважаемых и почитаемых жителей. Работал в рыбколхозе «Маяк», строил дом-дачу, растил дочь и внука. Жена – Дина Алексеевна – работала (и сейчас работает!) в школе. И вдруг – все изменилось: вместо советских подводников на территории Подплава расположились эстонские «миротворцы» под командой американских сержантов, земля, на которой стоял построенный своими руками «для внуков» двухэтажный дом, оказалась шведской собственностью, а сам, вложивший десятилетия своего труда в этот город – назван «оккупантом». Ничто не могло, казалось, сломить старого моряка – Юрий Дмитриевич стал одним из лидеров русской общины города, совета ветеранов флота, он продолжал помогать тем, кому приходилось еще хуже – больным, инвалидам, старикам, отчаявшимся и потерявшим надежду людям, оказавшимся чужими на земле, которую считали родной, и брошенными страной, гражданами которой они стали. Да и сам Дмитрич несмотря на то, что его участие в ликвидации ядерной аварии признано было экспертной группой, так и не получил от своего государства ни положенной награды, ни льгот, ни прибавки к пенсии – из-за отсутствия прописки на территории великого государства, гражданином которого он гордо пожелал быть; наверное, государственные мужи больше озаботились о том, как бы не доставить почтальону неудобств с доставкой.

Сколько труда и собственных, с таким трудом заработанных, средств вложил Юрий Дмитриевич в сохранение памятника подводникам «М-200»! Памятник оказался под угрозой сноса на территории расширяющегося коммерческого Южного порта – Юрий Дмитриевич обошел все инстанции, от мэра Палдиски до посла России в Эстонской республике, собрал необходимые документы и деньги – и уберег памятник, спас память о погибших боевых товарищах. Памятник перенесен на городское кладбище, возле него проходят, как и прежде, собрания ветеранов в День Победы, День флота. Напряжение и боль последних лет надорвали его сердце – он ушел в лучший мир, не дожив пять дней до своего семидесятичетырехлетия.

Вечная память тебе, Юрий Дмитриевич Бондарчук, беззаветный труженик, настоящий российский моряк!


26 сентября 1995 года из Палдиски были вывезены последние российские воинские специалисты, а сам объект передан представителям Министерства обороны Эстонии. Все последующие годы военные и городские власти не могли найти применение комплексу зданий, которые подвергались разграблению со стороны местных жителей и физической деформации. Реакторы в Палдиски были заглушены в 1989 г. и на данный момент находятся в стадии утилизации.

В наследство от славного прошлого в Палдиски остались кое-какие военные сооружения, полуразрушенные КПП - и население, по большей части русское. До выхода войск в Палдиски было 14 тысяч человек. После вывода осталось четыре. Кого-то никто не ждал в России, а кто-то всерьез рассчитывал на получение эстонского гражданства. С паспортом иностранца, а таких в городе большинство, тяжело найти работу. Сегодня там, где 10 лет назад стояли подводные лодки, дети кормят лебедей.

Нынешние эстонские власти, видимо, желая использовать оставшуюся от прежних хозяев инфраструктуру, именно здесь разместили "Эстбат" - элитную часть, принимающую участие в операциях НАТО (кстати, ее командир - бывший десантник из Псковской дивизии). В построенном "оккупантами" учебном центре теперь готовят военную элиту Эстонии. 24 июля 2004 года произошел весьма неприятный инцидент на национальной почве между курсантами подразделения и местными жителями: три десятка не совсем адекватных курсантов-"миротворцев" перекрыли движение на одной из улиц и устроили всем запоздавшим прохожим принудительный экзамен на знание эстонского языка.


Бывший Центр подготовки личного состава атомных подводных лодок ВМФ СССР, расположенный в эстонском городе Палдиски, будет уничтожен к апрелю, а на его месте начнется строительство нового жилого района или технопарка. Эту информацию ИА REGNUM 9 марта 2007 г. подтвердили в мэрии Палдиски, отметив, что таким образом будет поставлена точка в 15-летнем бесхозном существовании гигантского комплекса административных зданий, известного среди горожан под названием "Пентагон".

При этом в мэрии затруднились сообщить, коснутся ли запланированные работы забетонированных в саркофаги двух учебных атомных реакторов Центра. В мэрии подчеркнули, что не связывают уничтожение бывшего военного объекта СССР с событиями вокруг памятника "Бронзовый солдат". Палдиски очень изменился. Порты шумят неутихающей вахтой, приходят и уходят грузовые и пассажирские суда, звучит немецкая и финская речь. Исчезли здания гостиниц Центра, скоро не станет и главного здания. В Палдиски приезжают туристы, для того, чтобы посмотреть на бывшую секретную военную базу, на природу. Залив пользуется популярностью у аквалангистов. Сами жители, переждав лихолетье перемен, вновь живут тихой и размеренной прибалтийской жизнью – работают, большей частью – в Таллинне, влюбляются, растят детей, мечтают о счастье. Они живут в городе, который уже на территории Объединенной Европы. Удачи вам, жители Палдиски!

Но нет-нет, да и запнется взгляд на знакомой улочке, родном доме, старенькой церкви, деревце, которое посадил в далеком 1981-м – и возвращается у приехавшего погостить «россиянина» ощущение дома, родины, единства с этим местечком на Земле, где познал и любовь, и мудрость, и утрату, и обретение.

Обретение самого себя.



Главное за неделю