Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Спасение на море

  • Облако тегов

  • Архив

    «   Декабрь 2016   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2 3 4
    5 6 7 8 9 10 11
    12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25
    26 27 28 29 30 31  

Водолазы ГИМСа*

Думаю не ошибусь, если скажу, что мало кто знает, кроме владельцев маломерных судов, что за организация ГИМС. До некоторого времени и я не знал о существовании такой организации. А в январе 1995 года жизненная ситуация привела меня в ГИМС Свердловской области, из Севастополя я приехал в Екатеринбург. Город незнакомый, знакомых нет, а жизнь надо налаживать. Хотя есть военная пенсия (в те годы она была не ахти большая), на нее трудно прожить, надо искать работу. Поиск места работы ограничен, что зависит от профессии – водолаз. Спустя некоторое время после приезда я узнал о существовании в городе Клуба ветеранов-подводников. Клуб возглавлял известный подводник командир АПЛ «К-219» Игорь Британов. Он меня и познакомил с начальником ГИМС области Поваго Юрием Степановичем. Юрий Степанович полковник в отставке, фамилия человека соответствует его характеру. Он понимал и уважал подчиненных и они «платили» ему тем же.
ГИМС контролировал маломерные суда и руководил спасательными станциями области. Всего было 19 спасательных станций, на каждой станции по 3-6 водолаза, в зависимости от решения местных властей. В Екатеринбурге на озере Шарташ располагалась Центральная спасательная станция, а в помещении ГИМСа - маневренная группа водолазов, которая подчинялась заместителю начальника ГИМСа и проводила спасательные работы по всей области. В группе было 4 водолаза, руководила группой отважная женщина Римма Кульпина, одна из немногочисленных представительниц прекрасного пола, освоивших практически мужскую нелегкую профессию водолаза. В группе работал сын Юрия Степановича Вячеслав. Основные задачи водолазов спасательных станций – спасение утопающих, обследование акваторий пляжей на предмет наличия на грунте опасных для купания предметов и поиск утопленников.
Полгода я работал водолазным специалистом ГИМСа, а впоследствии четыре года заместителем начальника ГИМСа. После назначения на должность объездил многие спасательные станции и выяснилась нерадостная картина – станции не полностью укомплектованы водолазами и водолазным снаряжением, профессиональная подготовка водолазов на большинстве станций слабая.
*ГИМС – государственная инспекция по маломерным судам

Мне предстояло решать эти проблемы, причем одновременно, тем более что такую задачу мне поставил начальник ГИМС.
Решение вопроса по обучению водолазов было по силам мне, путем организации курсов по обучению водолазов, а что касается укомплектования спасательных станций водолазным снаряжением необходимо искать продавцов (в те годы организаций, продающих водолазное снаряжение, практически не было).
Прежде всего необходимо было оформить лицензию на курсы водолазов, которую давал департамент образования областного правительства. Вскоре документы и технику на базе Центральной спасательной стации мы подготовили и получили лицензию на пять лет, хотя в большинстве случаев подобные лицензии департамент давал на один год. Нам учли наличие высококвалифицированных преподавателей, инструктора и хорошее состояние водолазной техники на Центральной спасательной станции.
Укомплектовать спасательные станции водолазным снаряжением мне помогла корпоративная солидарность. В Санкт-Петербурге организовал водолазную фирму коллега по училищу капитан 1 ранга запаса Владимир Летучий. У него ГИМС закупил достаточное количество комплектов водолазного снаряжения, которого хватило на все спасательные станции. В основном закупили аппараты АВМ-1, гидрокомбинезоны и различное имущество, входящее в комплекты снаряжения.
После получения лицензии на курсы произвели два выпуска водолазов - в 1996 и 1997 г.г.. Кандидатов на обучение отбирали с городов, где есть спасательные станции, и годных к водолазной профессии по состоянию здоровья. Предварительно по письму начальника ГИМСа департамент здравоохранения области в соответствии с действующими Правилами водолазной службы определил поликлинику для прохождения водолазами медицинской комиссии. Обучение проводили на Центральной спасательной станции, а спуски под воду на озере Шарташ. При обучении стремились достичь хороших знаний курсантами организации водолазных спусков и водолазной техники, при этом особое внимание обращали на безопасность водолазных спусков.
Однако вернемся к водолазам маневренной группы и прежде всего к Римме Кульпиной. Эта героическая женщина не только спускалась под воду, но и прыгала с парашютом. Она совершила около десяти прыжков, о чем показывали по местному телевидению и писали в газетах.
У водолазов спасательных станций самая горячая пора была, конечно, летом, когда купальный сезон, люди тонут, в основном, в непредусмотренных для капания местах, но и зимой машины и люди проваливаются под лед. После проведения курсов и закупки водолазного снаряжения, приезжая на спасательные станции, меня встречали знакомые лица, водолазы, окончившие курсы, мне было спокойнее с ними работать. Конечно, они не совершали подвигов, но каждый день добросовестно выполняли свою работу по спасению людей на воде, причем за мизерную зарплату. Хотя это и есть повседневный подвиг.
Несколько лет назад спасательные станции вывели из состава ГИМСа и подчинили Службе спасения Свердловской области, но это уже другая история.

Командир водолазных спусков Валерий Фиголь


Капитан 1 ранга в отставке Жбанов А.В.,
начальник Аварийно-спасательной службы ЧФ в 1973-1986 гг.

Из книги "Водолазное братство"

В конце шестидесятых годов в Латвийском городе Лиепая базировалась бригада подводных лодок – «Осиное гнездо балтийских подводников», как выражалась западная пресса. Бригада играла основную роль в предстоящих учениях дважды Краснознамённого Балтийского Флота с выполнением торпедной стрельбы на приз главнокомандующего ВМФ. К подготовке грандиозного учения с привлечением разнородных сил флота командир спасательного судна «Владимир Трефолев», т.е. ваш покорный слуга, естественно, не привлекался – это уровень высокого начальства, высоких оперативных замыслов и сокрушительных задач. Короче говоря, несколько суток силы развёртывались, маневрировали, завеса подводных лодок по ним стрельнула шестью торпедами, условно цели были уничтожены, но одна торпеда утонула. Была ли в этом ошибка экипажа лодки или это заводской брак можно было установить, только обнаружив и подняв затонувшую торпеду. Судьба приза стала зависеть только от нас – экипажа «Владимира Трефолева». Высокое флотское командование вежливо и почтительно разъяснило мне, что весь Балтийский Флот с этого момента с надеждой смотрит на нас.
Торпеда затонула на глубине более 160 метров в открытом море. Балтийское море – неспокойное море, вода мутная, видимость под водой не более 5 метров. Наблюдательных камер, в которых оператор находится под нормальным атмосферным давлением, в те годы не было, поиск вёлся водолазами – глубоководниками. По причине низкой температуры воды (5-6 градусов), время их пребывания на глубине мы ограничивали тридцатью минутами, после чего они сутки проходили декомпрессию в специальных камерах на борту корабля. Под водой водолазы дышали гелио-кислородной смесью т.к. на глубинах более 40 метров азот воздуха оказывает на водолаза наркотическое воздействие. Что касается декомпрессии, то в давние годы преподаватели водолазного дела рассказывали будущим водолазам вполне правдоподобную историю. Ещё до революции один из промышленников пригласил именитых гостей на открытие глубокой шахты. Приглашённые опустились в забой, где им было предложено шампанское. Но шампанское почему-то не пенилось. Вспенилось оно только после того, как гости поднялись на поверхность. Как известно, если водолаза быстро поднять с глубины на поверхность, в его крови образуются газовые эмболы – пузырьки, как в шампанском при открытии бутылки. В результате возникает кессонная болезнь (кессонка, как говорят водолазы), с опасными и даже смертельными последствиями. Чтобы водолазов долго не держать на выдержках в воде, где они сильно мёрзнут, придумали такой способ: после выполнения работы на глубине их поднимают до отметки 60 метров, заводят в водолазный колокол, который водолазы герметично закрывают. Далее без остановок колокол поднимают на поверхность и присоединяют к декомпрессионной камере, давление в которой равно давлению в колоколе. Вот в этой самой камере водолазы и проходят основную декомпрессию, которая длится от нескольких часов до полутора суток, а иногда и больше. В последние годы во всём мире водолазы на больших глубинах работают по методу длительного пребывания под давлением (ДП), или насыщенных спусков. В специально оборудованном отсеке они под давлением, равным глубине выполнении работ, живут несколько недель. К месту работ их доставляет герметичный водолазный колокол, из которого они выходят, выполняют работу и так же возвращаются в отсек. Декомпрессия проводится один раз после окончания всех работ и длится порой до 4-5 суток.
На «Владимире Трефолеве» такого оборудования не было. В Советском Союзе комплексы ДП появились в семидесятые годы. Прошу простить меня за технические подробности, но я как-то должен охарактеризовать условия поиска этой злосчастной торпеды. Мне не приходилось искать иголку в стоге сена, но эта работа проводится всё-таки под нормальным давлением и к её выполнению можно привлечь массу людей.
О том, как мы тщательно координировали поиск, какое упорство проявили, какими молодцами и героями были наши водолазы, из-за присущей мне скромности писать не буду. О том, что торпеда обнаружена, я понял не по докладу с поста водолазных спусков, а по громовому «Ура!» поднимавшемуся из недр корабля. Но о том, что в результате нашего упорства балтийские подводники были реабилитированы, сказать стоит. Среди моряков бытует такая присказка: «Всё пропьём, но флот не опозорим!» - она нравилась Юрию Визбору. Балтийский флот мы не опозорили. В те годы глубина 164 метра, с которой была поднята торпеда, не считалась исключительной, но никто до нас на таких глубинах торпед не находил. С появлением на флоте сверхмалых подводных лодок поисково-спасательного назначения торпеды находили и на больших глубинах, но это уже другая история.
Давно это было, но фамилию водолаза, который остропил торпеду, помню до сих пор – мичман Павел Закускин – человек исключительных качеств и богатырского здоровья.
Оценивая результаты работы, особо хочу отметить начальника Аварийно-спасательной службы «Владимира Трефолева» выпускника Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина старшего лейтенанта Валерия Фиголя, безупречно организовавшего работу водолазов при поиске и остропке торпеды.

Случай на Балтике



Капитан 1 ранга в отставке Жбанов А.В.,
начальник Аварийно-спасательной службы ЧФ в 1973-1986 гг.

Из книги "Водолазное братство"

Это было в конце 60-х годов. Спасательное судно «Владимир Трефолев» , базировавшееся в то время в г. Лиепае Латвийской Советской Социалистической республики, производило аварийно-спасательное обеспечение подводной лодки в районе Балтийска. Командиром судна был автор этих строк, а начальником Аварийно-спасательной службы, в которую входили водолазы-глубоководники, старший лейтенант Валерий Фиголь из состава первого выпуска Отделения подготовки техников-водолазов Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища им. В.И. Ленина. Набор курсантов этого Отделения производился в 1963 году, а выпуск в 1966-м. За давностью лет многие детали нашей совместной службы с Валерием стерлись из памяти, но этот случай я помню хорошо.
Водолазы, которых сейчас называют диверсантами, боевыми пловцами и «морскими котиками», отрабатывали выход из подводной лодки через торпедный аппарат – тяжёлое и довольно опасное упражнение. Лодка лежала на грунте на глубине около 40 метров, руководил тренировками капитан 1 ранга Федоров, находившийся у нас на борту. В порядке краткого отступления от темы: его родной брат, тоже капитан 1 ранга, в те годы был командиром легендарного крейсера «Аврора». Продолжаем тему. С лежащей на грунте подводной лодкой была установлена устойчивая звукоподводная связь. О выходе из торпедного аппарата очередного водолаза подводники сообщали нам, а мы информировали их о всплытии водолаза на поверхность. «Владимир Трефолев» стоял на двух якорях, с его борта была спущена на воду обеспечивающая шестивёсельная шлюпка.
Всё шло по плану. Водолазы выходили на поверхность, шлюпка быстро доставляла их на корабль. И вдруг, вышедший из торпедного аппарата очередной водолаз, не появляется на поверхности, нет его и на подводной лодке. В этой обстановке два офицера принимают отчаянное решение. Командир лодки производит экстренное всплытие в непосредственной близости от стоящего на якорях спасателя. В носовой части ПЛ мы видим неподвижное тело боевого пловца. Когда корпус лодки по инерции кратковременно ушёл под воду, его смыло волной, и он начал тонуть. Шлюпка в этот момент находилась в кормовой части лодки, она явно не успевала спасти боевого пловца. Ближе всех к нему был стоящий на правом шкафуте корабля Валерий Фиголь. Не раздумывая ни секунды, не дожидаясь команды и хорошо понимая, что боевому пловцу грозит неминуемая гибель, Валерий, не снимая одежды, прыгнул за борт и успел схватить тонущего. Минуту спустя к ним подошла шлюпка. На борту спасателя боевому пловцу, который находился без сознания, ножами разрезали комбинезон и поместили в декомпрессионную камеру. С подъёмом в камере давления воздуха водолаз пришёл в себя. Дальнейшим спасением его жизни руководили два врача-физиолога, офицеры медицинской службы, один из которых находился в камере вместе с пострадавшим. Лечение прошло без заметных последствий для его здоровья.
С тех пор прошло почти 50 лет, но когда я вспоминаю об этом случае, перед глазами встают выпрыгнувшая из-под воды подводная лодка с потерявшим сознание боевым пловцом и прыгнувший за борт Валерий Фиголь. Хорошим он был офицером и водолазным специалистом. С моим переводом на Черноморский флот наши пути разошлись, как проходила его дальнейшая служба, мне неизвестно. Если ему в руки попадётся эта книга, пусть он вспомнит отличный корабль «Владимир Трефолев» и свой поступок, который спас жизнь человеку и репутацию экипажей подводной лодки и спасателя.

Конкурс « Водолаз года»

В целях поощрения за достижения в области водолазного дела, за образовательный и научный вклад в дело подготовки водолазов и успехи в популяризации этой специфической профессии Межведомственная комиссия по водолазному делу (МКВД) совместно с ОАО «Тетис ПРО» проводит конкурс«Водолаз года».
Нелёгкий труд тех, кто ежедневно работает под водой, несомненно, заслуживает общественного признания. Учреждение данного конкурса позволит отметить наиболее результативных водолазов и самоотверженных спасателей, талантливых инженеров и любимых учителей, любознательных исследователей и популяризаторов водолазного дела - тех, кто внес наибольший вклад в развитие водолазного дела нашей страны.
Итоги всероссийского конкурса «Водолаз года – 2015-2016»
Решением конкурсной комиссии победителями конкурса «Водолаз года -2015-2016» определены:
В номинации «Лучший водолаз рабочей специальности»
По версии «Лучший коммерческий водолаз»

Воробьев Сергей Игоревич
Водолаз 7 разряда, ООО «ПрофВодолаз Сервис»
Провел более 7000 часов под водой.
Номинирован за высокий профессионализм и ответственное отношение к работе, за достижение высоких производственных показателей, строгое соблюдение правил и требований ОТ и ТБ при проведении водолазных работ в условиях Крайнего Севера, за постоянную работу по совершенствованию технологических процессов и снижению затрат.

В номинации «Лучший водолаз министерства (ведомства)»
В номинации «Лучший водолаз Минтранса России»


Князев Дмитрий Владимирович,
Руководитель водолазных спусков, старшина водолазной станции, ф-л «Подводречстрой -7 ФБУ «Подводречстрой»»
Провел более 2300 часов, работая под водой.
Участвовал в организации работ по реконструкции 31 шлюза Балаковский гидроузел; берегоукрепительных работах г. Воскресенск (Хвалынск, Саратовской обл.); реконструкции набережной г. Саратов, строительстве 6,8,10 причалов порта Оля, Астраханская обл.; подъеме морского буксира «ГАЛ-11» (с. Никольское Астраханская обл.); реконструкции набережной г.Астрахань; строительстве причала НПЗ г. Саратов.

В номинации «Лучший водолаз МЧС России»

Ахалкаци Владимир Нугзарович
Спасатель-водолаз, руководитель водолазных спусков до глубины 20 м., АСС Управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Администрации Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района
Провел более 1300 часов под водой.
Принимал участие в поисково-спасательных работах на Крайнем Севере в сложных условиях (полярная ночь, холодная вода, загрязнение нефтепродуктами, подо льдом, в условиях экстремально низких температур).
В 2015 году руководил спусками и лично принимал участие в работах по поиску затопленной автотракторной техники и погибших в условиях температуры воздуха -38⁰С, полярной ночи, подо льдом, при практически нулевой видимости в воде. Разработал методику проведения водолазных спусков в любых метеорологических условиях с применением пневмокаркасного модуля, устанавливаемого на лёд непосредственно над майной.

Номинация «Врач-спецфизиолог»


Казаков Владимир Петрович
Водолазный врач, ф-л «Подводречстрой -7 ФБУ «Подводречстрой»»
Номинирован за медицинское обеспечение водолазных спусков, в том числе при подъеме т/х «Булгария» в 2011 г, спуски на глубины 63 м на воздухе: Эшкаконское водохранилище (Карачаево-Черкесия), при строительстве морского газового терминала (г. Сухума р. Абхазия), при строительстве грузового терминала п. Темрюк, (Краснодарский край), при подъеме морского буксира "ГАЛ - 1" (Астраханская область), при подъеме сухогруза «Аксай» - Волгоградский рейд. Медицинское обеспечение при работах на каскаде ВДСК Волжской ГЭС, 81 шлюз (г. Беляково Саратовской обл.) и др.


Номинация «Вклад в водолазное дело»


Адамович Михаил Иосипович
Пенсионер
Провел более 3100 часов под водой.
Издал книги:
«Тревоги и будни спасателей» (2013 г.) - о 37 бригаде спасательных судов, в которой водолазные специалисты в числе других специалистов бригады рассказывают о своей службе, о выполнении судоподъемных, спасательных и водолазных работ;
«Водолазное братство» (2015 г.) – о водолазных специалистах – выпускниках Ленинградского (г. Пушкин) ВВМИУ;
«Эпрон» - вторая жизнь»(2016 г.)- о спасательном судне «Эпрон», которому 25 октября 2015 года исполнилось 56 лет. В этой книге много страниц написано о водолазах.
Ведет блог «Спасение на море» на сайте «Flot.com», а также блог «Спасатели и водолазы» в Google и страницу - Михаил Адамович Google +.

Номинация «Специальный проект»

Саетов Айнур Расихович
Генеральный директор, ООО «ПодводСпецСтрой»
Провел под водой более 4400 часов.
Участвовал в успешном подъёме и постановке на плав железобетонного остова затопленного дебаркадера, имеющего длину 45 метров, ширину 12 метров и высоту 3 метра. Остов дебаркадера имел значительные разрушения, которые и явились причиной затопления. Толщина воды над верхней палубой - более 3 метров. Разработал уникальный индивидуальный комбинированный метод судоподъёмных работ, включающий: использование мягких судоподъёмных понтонов собственного производства; использование гидроплагов для герметизации отсеков; метод подводного бетонирования; метод установки пластырей, заглушек, люков размерами до 3,5 метров; способ откачки воды электро- и мотопомпами из герметизированных отсеков через кафердамные шахты, через водоотливные рукава с подачей воздуха по воздухозаборным трубам; способ подачи воздуха компрессором среднего давления, вытесняющего воду из отсеков; использование тягловой силы, усиленной через систему полиспастов для отрыва дебаркадера от присоса. Использованы многие другие интересные приёмы, которые лишь в сочетании с остальными методами могли привести к успешному результату. Причём многие подготовительные подводные работы проводились в зимний период средней полосы России, когда температура опускалась до 30 и ниже градусов Цельсия.
Благодарим всех, принявших участие во всероссийском конкурсе «Водолаз года – 2015-2016». Каждый день Вы, рискуя своей жизнью, выполняете сложнейшие подводные операции и спасаете жизни людей, участвуете в становлении нового поколения водолазов. Мы ценим Ваш вклад в развитие Водолазного дела России!

Всем победителям будут вручены дипломы и ценные призы от компании «Тетис Про».

9 октября 2016 года старшему мичману Кутовому Ивану Егоровичу – 70 лет!



Уважаемый Иван Егорович!
Примите наши искренние поздравления по случаю Вашего семидесятилетия!
Желаем крепкого водолазного здоровья, долголетия, жизненной энергии, оптимизма и только положительных эмоций. Ваша жизнь является примером для молодого поколения в исполнении воинского долга, настойчивого повышения профессионализма, любви к своей профессии.

Сослуживцы.

Старший мичман Кутовой Иван Егорович, водолаз-глубоководник, после окончания Севастопольской водолазной школы срочную службу проходил водолазом–глубоководником на спасательном судне СС «Казбек». За время службы освоил дополнительные водолазные квалификации «водолаз-сварщик» и «водолаз-взрывник». Полюбил профессию водолаза и решил посвятить свою жизнь водолазному делу, в 1971 году остался на сверхсрочную службу и был назначен старшиной команды водолазов-глубоководников СС-21, в 1984 году перевёлся на должность старшины команды водолазов 167 АСП 37 БРСС. После увольнения в запас работал водолазом.
Отработал под водой 7300 часов, 11 раз побывал на боевой службе в Средиземном и Красном морях.
При возникновении аварийной ситуации при спуске под воду со старшиной первой статьи Николаем Клапатюком на глубину 160 метров действовал грамотно, хладнокровно и как результат водолазов благополучно подняли на поверхность.
Участвовал в выполнении аварийно-спасательных, судоподъёмных, водолазных работ, в т.ч.: в 1975-77 гг. на БПК «Отважный» по подготовке его к подрыву, в 1978 г. закладывал заряд для подрыва торпеды ЭМ «Совершенный» на глубине 60 метров, поднял 117 снарядов времён ВОВ, на боевых службах сваривал под водой лёгкие корпуса подводных лодок. В 1978 г. на боевой службе в порту Аден (Йемен) изготовил специальный ключ весом 80 кг и с его помощью рихтовал погнутые о рифы винты БДК (ТОФ), причём работал под водой три дня по 16, 14, 8 часов. Водолаз закладывал ключ на погнутую лопасть винта, а шпилём выбирали трос, соединенный с ключом, и таким образом выравнивали лопасть.
Об одной из этих работ мой рассказ из книги «Тревоги и будни спасателей».
И в мирное время взрываются торпеды
О пожаре на ЭМ «Совершенный» в ноябре 1978 года уже написано. Я хочу вспомнить некоторые детали спасения корабля, которые, однако, оказались решающими. Именно спасения, потому что он мог или сгореть или затонуть без помощи спасателей.
Так как к моменту прибытия СС-21 в район работ «Совершенный» потерял 80% плавучести, руководитель спасательных работ начальник АСС ЧФ капитан 1 ранга Александр Жбанов дал команду прекратить лить воду в отсеки корабля. Он назначил офицеров штаба бригады ответственными за откачку воды из конкретного отсека эсминца.
Мне с личным составом аварийно-спасательной партии было поручено откачать воду из 2-го котельного отделения с помощью водоотливного эжектора ВЭЖ 21. Александр Васильевич тогда сказал: «Адамович, откачай воду или умри!».
Я предпочёл первое. Аналогично поступили другие офицеры штаба бригады. Одновременно с откачкой воды из отсеков личный состав СС-21 и АСП, а немного позже ПЖС 123 тушил пожар пеной.
В результате комплексных, грамотных действий спасателей пожар потушили, воду откачали.
СБ-4 отбуксировал эсминец в порт на озере Донузлав, а отстрелянные торпеды остались на грунте на глубине 62 метра. По заключению специалистов было принято решение три торпеды остропить и поднять, а одну взорвать. Проблем с поиском и подъёмом трёх торпед не было, с этой задачей успешно справился АС-10, которым управлял капитан 3 ранга Василий Маврин, заменивший штатного командира, находящегося в отпуске.
Трудности возникли с подрывом торпеды. Выполнял поставленную задачу по подрыву четвёртой торпеды СС-21. Закладывать заряд на торпеду послали одного из лучших водолазов-взрывников мичмана Ивана Кутового. Ваня имел большой опыт подводных взрывных работ и эта работа была ему вполне по плечу. Спустившись на грунт, Кутовой доложил, что торпеда сильно заилена. Как всегда в сложных случаях связь с водолазом поддерживал я, без телефониста. Перед спуском под воду офицер МТО флота капитан 3ранга Олег Попов (просто однофамилец) проинструктировал Ивана, в каком месте закладывать заряд, ни в коем случае не касаться винтов торпеды.
Винтов не было видно, они были в илу. Водолаз начал откапывать место закладки заряда и его как током ударило, по спине прошла волна, он коснулся винтов. И сам себя успокоил: «Спокойно, Ваня, торпеда на месте». Наверху тоже заволновались и скомандовали отдохнуть. Успокоившись, водолаз продолжил работу, откопал нужное место и закрепил заряд.
Поднялся ил, видимость ухудшилась, с подъёмом водолаза не торопились. С улучшением видимости водолаз проверил чистоту шланг-кабеля и провода заряда, после чего начали подъём водолаза по режиму декомпрессии. Водолаз был по пояс в илу и в начале подъёма пришлось ему немного помочь – потянуть за шланг-кабель.
Водолаза подняли на судно для дальнейшего прохождения декомпрессии в барокамере. СС-21 оттянулся от торпеды в расчётную точку и торпеду взорвали.
Эпопея с ЭМ «Совершенный» закончилась.
Командование бригады несколько раз представляло Ивана Егоровича к награде орденом и всякий раз документы возвращали – беспартийный.

Водолазные специалисты в Главном штабе ВМФ


Капитан 1 ранга в отставке Васильев Станислав Иванович,
начальник группы мобилизационной подготовки ОМУ ГШ Военно-морского флота в период 1996-98 гг.

Из книги "Водолазное братство"

В 1965 году был призван на военную службу Одинцовским ОГВК Московской области и направлен в г. Кронштадт на Балтийский флот. Вместе со мной призывались мои друзья, проживавшие с родителями-военнослужащими в авиационном гарнизоне Кубинка. В Кронштадте, во флотском экипаже нас постригли, переодели и выдали всем бескозырки без ленточек, робу синего цвета и ботинки (гады), вещевые мешки и кучу другого флотского обмундирования. Выйдя после переодевания к месту сбора, мы друг друга не узнали: все были на одно лицо. Распределили по учебным отрядам учиться флотским специальностям. Из 11 человек, призванных из Одинцовского района Московской области, только один мой знакомый, Александр Жданов, попал служить вместе со мной в учебный отряд подводного плавания. Перед призывом я поступал в Севастопольское ВВМИУ, но не поступил. Это училище готовило офицеров БЧ-5 для атомных подводных лодок. Возможно, что это сыграло свою роль на призыве и распределении по военно-учётным специальностям. В УОПП я попал учиться на электрика спецэнергоустановок (СЭУ) для атомных лодок 625 проекта. Весь учебный процесс был строго засекречен. Секретные чемоданы были с нами на всех наших занятиях, пока проходили в учебные классы и к изучаемым механизмам дважды меняли пропуска. Строгий уклад службы в учебном отряде мне нравился. Но мечта стать офицером меня не оставляла. Мы с приятелем решили подавать документы в военное училище, однако командование отряда не разрешало нам получать направление, мотивируя это тем, что матросам первого года службы поступать в училища запрещено. Из проходивших службу в учебном отряде матросов не я один был желающим стать офицером. Кто-то из нас прочитал в газете «Красная звезда», что такого запрета нет. И мы потянулись к командиру роты капитан-лейтенанту Слапогузову В.М. (впоследствии уже находясь в звании капитана 2 ранга в составе комиссии ГШ ВМФ по проверке Балтийского флота, я встречал его уже в звании капитана 1 ранга – начальника школы УООПА), а от него и к начальнику школы капитану 3 ранга Лямину М.М. с рапортами о направлении в училища. Так как мой отец был лётчик, а я перед призывом уже имел несколько прыжков с парашютом в Тульском аэроклубе, то я собрал документы и написал заявление на направление в Рязанское высшее военное воздушно-десантное училище. Разрешение, хотя и со скрипом, было получено, однако документы еще не отправлялись и лежали в строевой канцелярии. В один из дней меня назначили рассыльным к дежурному по учебному отряду. Дежурным заступил помощник начальника строевой части отряда капитан-лейтенант Готальский Н.Ф. Во время дежурства мы с ним разговорились. Он ждал перевода по службе на должность заместителя начальника строевого отдела в Ленинградское ВВМИУ. Мне очень понравилась его выправка, как он элегантно и с гордостью носил флотскую офицерскую форму, своим поведением и обращением. В разговоре с ним я рассказал о сдаче документов для отправки в РВВДКУ, но он меня убедил, раз уж я стал моряком, то имеет смысл пойти учиться на флотского офицера. И предложил поступать в ЛенВВМИУ на специальность инженера-механика на паросиловые установки надводных кораблей или подводных лодок. Как он объяснил, то, что я уже прослужил девять месяцев курсантом-матросом, принял присягу и получил ленточки на бескозырку, было неоспоримым преимуществом при поступлении в училище и позволяло поступить вне конкурса.
Готальский Н.Ф. отправил мои документы в ЛенВВМИУ и я, получив вызов из училища и красное свидетельство об окончании УОПП, отбыл в ЛенВВМИУ.
Мне очень понравился как город Пушкин, так и училище, а также курсанты старших курсов, одетые в подогнанную по размеру каждого красивую морскую форму. Белые форменки, белые перчатки, мичманки и палаши дежурных по факультетам, торжественные построения под духовой оркестр и церемониалы, в том числе при заступлении на дежурство, - всё это было красиво, торжественно и западало в душу.
Сначала я поступал на паросиловой факультет. После первого экзамена по русскому языку кто-то из старшин повёл меня не туда, где мы обычно ходили, а другим путём. И тут мне на глаза попалась табличка с надписью «Начальник водолазного факультета». Тут надо сделать небольшое отступление и рассказать о том, что у моей бабушки под Тулой жил брат, Дубоносов П.Я. В молодости, в 1914-18 годах, он служил на Балтийском флоте старшиной водолазной команды на крейсере «Рюрик». Человек физически очень сильный, он рассказывал, что по указанию В.И. Ленина принимал непосредственное участие в подъёме затопленных кораблей Балтийского флота, в том числе и самого «Рюрика», в районе Кронштадта и на Балтийском флоте. По его воспоминаниям, им приходилось находиться под водой так долго, что шерстяные волокна из водолазного белья вдавливались в кожу и потом только силой можно было их вытащить руками. У него была грамота с благодарностью В.И. Ленина, с водолазами за спуски и судоподъём расплачивались золотыми империалами. Его рассказы были очень занимательны и я заключил, что водолазное дело очень интересное. Петр Яковлевич в то время был очень известен в Тульской области. О нём и его службе не раз писали местные газеты.
Когда я увидел табличку с надписью «Начальник водолазного факультета», то начал просить руководство училища перевести меня на этот факультет. Экзамены я продолжал сдавать и сдал нормально. Мне сначала не разрешили переход на водолазный факультет, так как туда брали только тех кандидатов, которые, кроме службы не менее года, должны были иметь водолазные спуски. Тут я вспомнил, что в учебном отряде мы спускались под воду и даже выходили через торпедный аппарат. Об этом я заявил в учебный отдел. Они запросили учебный отряд, оттуда пришло сообщение о наличии у меня спусков под воду. Так я попал учиться на ОПТВ.
Начальником ОПТВ был капитан 2 ранга Танюхин Е.П. Все выпускники ОПТВ его хорошо знают. Три года учёбы под его руководством и та школа службы и жизни, которую нам передавали старшины мичман Гуменюк М., главный старшина Литвин и другие старослужащие, учившиеся на старших курсах, мне потом очень пригодились уже на службе офицером.
Принято нас было на курс 13 человек. Из нас только один Зябликов Николай прослужил 4 года и был уже старшиной первой статьи. Он и был назначен старшиной курса. Как ни печально сознавать, за время после окончания училища ушли из жизни 4 человека. Сидел я за одним столом с Иваном Савченко. Учеба было очень интересной. Преподаватели были знающими, имеющими большой опыт службы и жизни. Ближе всех нам были капитан 2 ранга Заболотнев Ф.Е. и полковник медицинской службы Тишкович Б.Г. Постоянные встречи после выпуска с ними в училище всегда радовали и согревали душу. С большим прискорбием узнал, что и полковника Тишковича уже нет с нами.
Нас выпустили в 1969 году лейтенантами корабельного состава. При распределении мне достался Балтийский флот. А моему товарищу Жоре Чаусову достался резерв. Жора очень сильно расстроился. Он увлекался подводной киносъёмкой и очень хотел попасть на флот, на море. А у нас, по анализу распределения первых выпусков, считалось, что те, кому попал резерв, попадут на охрану водных сооружений в Центральную Россию или даже в район Москвы. Мои родители жили в Подмосковье, это давало возможность первое время службы иметь жилье. Поэтому, когда Жора предложил мне обменяться направлениями, я согласился на резерв. (Впоследствии мы с ним неоднократно встречались в Парусном, при проверке ГШ ВМФ их части).
Примерно через неделю пришло решение по резерву. Это оказался Черноморский флот. Без особых сожалений, что это не Центральная Россия, приехал в Севастополь и ждал назначения около 3-х недель. Снимал комнату и каждый день заходил в кадры ЧФ узнать, когда и куда состоится моё назначение. Жизнь в Севастополе была довольно дорогая. И вот, когда деньги уже заканчивались, я получил назначение в 17 ОМБСН, г. Очаков. С приключениями добрался до бригады. Командиром бригады был капитан 1 ранга Алексеев И.А. Бригада размещалась на острове Первомайском. До войны он назывался островом Морской батареи. На этом острове, в одном из казематов, в своё время перед расстрелом на острове Березань, в 1905 году, находился под арестом первый революционный командующий Черноморским флотом лейтенант Шмидт П.П. Кроме того, на острове находилось основание мачты броненосца «Потёмкин», как было написано в памятной табличке, прикреплённой к основанию мачты – непобеждённая территория революции с 1905 года. Этот фрагмент основания мачты был в своё время поднят водолазами из-под воды с затонувшего броненосца. В период Великой отечественной войны на острове располагалась морская артиллерийская батарея. Оставшиеся после неё подземные казематы и другие помещения были взяты за основу при размещении бригады. Почти вся наша бригада: матросские кубрики, учебные классы, штаб, бассейны, камбуз и столовые размещались в подземных казематах. Домик комбрига, где он жил и работал постоянно, вместе с начальником политотдела; ангар для подводных средств движения и подсобное хозяйство находились вне подземелья. Имелись плавсредства для отработки спусков, съёма водолаза с воды и высадки на побережье. Я был назначен командиром группы подводного минирования 2 отряда. Дали мне 3 дня на обустройство и размещение семьи. Квартир в бригаде ни у кого не было. Все, кроме комбрига, снимали частные углы в городе. Хозяева квартир, а это были, в большинстве своём, пожилые женщины, к квартирантам относились с постоянными претензиями и вели себя очень капризно: то дети кричат, то слишком много воды расходуется, то слишком поздно приезжают со службы и т.д и т.п. Моей семье пришлось за 12 месяцев службы в Очакове поменять 11 мест. Обычно, это были глинобитные времянки, летние кухни. Они строились с расчётом на то, чтобы в летнее время готовить там пищу. Поэтому о тепле никто не думал. Стены были постоянно закопчёные, печи топились углём и постоянно дымили. Брали за них одну треть денежного содержания - 30 рублей. Удобств никаких. Туалет во дворе. Воду нужно было носить из колонки. 2 тонны угля постоянно приходилось перевозить с собой. Только приведешь в порядок жильё, побелишь, покрасишь, более-менее благоустроишь, хозяйка приходит, видит, что за квартиру можно взять теперь гораздо больше, чем договаривались, и начинает: «Вот, вас не было, я платила за свет 50 копеек, вы въехали – плачу 1 рубль. Это для меня не подходит. Съезжайте». А по-другому если свет не включать, семья должна сидеть в темноте. И по другим надуманным причинам тоже вынуждали съехать. Отношение хозяев было - «эти нищие офицеры». Редко какая семья молодых офицеров оставалась крепкой. Очень многие привезли жён из Питера. Они к такой жизни не привыкли. Работы для жен не было, детских садиков тоже. Мужья уходили на катере на остров на весь день и никакой связи с ними не было. Развлечений никаких, кроме как по субботам и воскресеньям танцы в Доме офицеров. Но на них не всегда ходили. Поэтому разводы в среде офицеров были довольно обычным явлением.
Командиром нашего отряда был капитан 2 ранга Попов Б.А., бывший начальник БЧ-2 с ПКР «Москва». Командирами двух других групп были наши выпускники выпуска 1968 г. лейтенанты Николай Басанец и Леонид Овечко. В соседнем отряде радиоразведки служил лейтенант Бышков В.Н., выпускник ВМУРЭ им. Попова. (Впоследствии мы с ним встречались, когда он служил уже в главке МВД. Находясь в ОМУ ГШ ВМФ, я помогал ему обойти затруднения согласования с Главным штабом ВМФ при введении морского флага министра на суда МВД). Водолазным специалистом этого же отряда был лейтенант Николай Верещагин. Он окончил ОПТВ вместе с Басанцом и Овечко. Был мастером спорта по лыжам и перворазрядником по лёгкой атлетике. (Позже, уже в Измаиле я встречался с ним, когда он приезжал в ОГВК Измаила для набора матросов-призывников в бригаду). Вообще, многие курсанты ОПТВ отличались успехами в спорте. Нашими курсантами были укомплектованы команды училища по ряду видов спорта. Только при мне по лыжам и лёгкой атлетике выступали мастера спорта Верещагин Н. и Русяев В. В сборных училища по классической борьбе и волейболу выступал я. По волейболу, помню, выступал еще Аникин. Ежегодно, всем училищем, во главе с начальником училища, весной и осенью в полном составе, торжественным строем, под оркестр, выходили в Екатерининский парк на соревнования по кроссу на 3 километра. ОПТВ и тут было первым. На физподготовке мы ходили на ялах, что очень здорово качало наши мышцы.
Кафедра физподготовки была приоритетной. Я в училище получил первый разряд по военному семиборью, 1 степень ВСК и с гордостью носил разрядный значок.
Возвращаясь к моему рассказу, хочу сказать, что я попал в состав бригады на второй год после её создания. Наша подготовка была достаточно разнообразной. Мы работали с разными типами мин как сухопутных, кумулятивных, противопехотных и противотанковых, морских, так и просто с тротилом. Взрывную подготовку проводили на Тендровской косе. Работа требовала очень тщательной подготовки и аккуратности в работе. Капитан 2 ранга Попов Б.А. был очень грамотным специалистом. Те качества, которые он у нас вырабатывал, очень пригодились мне в дальнейшей службе.
Спусков у нас было много. Как раз начали осваивать ПСД типа «Протон», подводные буксировщики типа «Сирена», буксировку подводных грузовых контейнеров для буксировки захваченных «языков» и т.д. В процессе боевой подготовки мы отрабатывали спуск водолаза на воду на скорости с надводного плавсредства и подъём его на буксируемую надувную лодку, буксировку «языка» в подводном контейнере и т.д. Защита от пролетающих спутников-шпионов была самой примитивной. У нас была специальная таблица прохода спутника над районом спусков. Как только подходило время их пролёта, мы по команде собирали водолазов под борта ялов, после пролёта занятия продолжались.
Инструкторов по рукопашному бою в отряде не было. Поэтому овладевать приёмами рукопашного боя нам приходилось самим. На Привозе в Одессе я купил книжку японского специалиста по специальным приёмам для полиции выпуска 1915 года. Приёмы, которые там были описаны, мы сначала разучивали с офицерами между собой. А потом показывали и тренировали с личным составом своих групп. Для метания ножей мы ставили деревянные щиты в рост человека. Рисовали на них фигуру потенциального врага с указанием наиболее уязвимых точек тела и отрабатывали метание армейских ножей в щит, при этом целили в первую очередь в сонную артерию и другие открытые части тела. Этими боевыми приёмами многие матросы и офицеры овладевали на хорошем уровне. Например, если я сам до 70% бросков попадал в щит, то один из матросов моей РГСН попадал 100%. Учились маскировке, бесшумному снятию часовых, выживанию в любых условиях. Науку выживания нам преподавал полковник КГБ. Подводного оружия, в современном понимании этого слова, ещё не было. Поэтому стрелковая подготовка заключалась в стрельбе из автомата Калашникова, бесшумного оружия и пистолетов Макарова и Стечкина. Уровень подготовки был такой, что когда я, уже находясь в Донузлаве на береговой базе, вывозил личный состав на стрельбы из автоматов и пистолетов, с позиции стрельбы из автомата, стреляя из пистолета Макарова, выбивал 45 очков из 50 возможных. В то время главнокомандующий ВМФ адмирал флота Советского Союза Горшков С.Г. был у нас частым гостем. Однажды, побывав в гостях у французских боевых пловцов, он прилетел к нам. Собрал вокруг себя личный состав и демократично начал спрашивать есть ли у нас какие-нибудь жалобы и заявления. Как ни странно, несмотря на то, что жилищных условий у нас не было никаких, никто не пожаловался на это, а высказывали различные просьбы по службе. Я тоже отличился, озвучив пожелание больше стрелять из бесшумного оружия. Хотя политотдел на меня косо посмотрел, однако это пожелание в дальнейшем было учтено и нам повысили норму расхода боезапаса для бесшумного оружия. Для полевой отработки нам впервые на флоте выдали защитную форму, которая позже была названа «афганкой» и выдавалась уже солдатам 50-й армии в Афганистане. В куртке были сделаны карманы для ношения пистолета Макарова и пистолета Стечкина. Головным убором были синие фески. На зимнее время нам выдавали кожаные куртки и штаны с мехом внутрь. На эту одежду сверху надевался специальный чехол серого цвета. В такой одежде можно было спать в глубоком снегу, лежать на голой земле в поле и т.д. На ноги одевались ботинки с высокими берцами, которые сейчас ввели повсеместно во всех силовых структурах. В них можно было прыгать с парашютом, т.к. они хорошо фиксировали ногу. Абалаковские рюкзаки с жёстким каркасом хорошо ложились на спину. Водолазное снаряжение, хотя мы его изучали в училище, для меня тоже было в большинстве своём новым. Гидрокомбинезоны с поролоновым комбинезоном-утеплителем и открывающейся головной частью, обтюратором и вклеенной шлем-маской. Аппарат ИДА-59 позволял свободно выполнять все поставленные задачи пребывания под водой. Полевые отработки проходили регулярно. Летом и зимой след в след мы исходили все близлежащие поля Николаевской области. Специальные пайки помогали сохранять силы и в походах.
Взрывные работы всегда содержат в себе элемент опасности. При отработке использования подводных мин на Тендровской косе руководил взрывными работами капитан 2 ранга Попов, присутствовали лейтенанты Басанец Н. и я, а также рядовой состав 2-х групп подводного минирования. Сначала все шло как обычно. Взрывы следовали один за другим. Мины различной модификации вели себя как и положено: послушно взрывались одна за одной. Но, когда дело дошло до 50-килограммовой подвесной мины, мы установили часовой взрыватель на 15 минут и ушли в укрытие. Прошло 15 минут, однако взрыва не последовало. Как положено при задержке взрыва, мы выждали еще 15 минут. Взрыва не было. Попов Б.А. решил, что надо идти к мине, чтобы взорвать её накладным зарядом. Мы с Басанцом ждали, кого Попов Б.А. выберет себе в напарники. Он выбрал Басанца. Они ушли к мине, а мы, находясь в укрытии, с особенным беспокойством ждали развития событий. Через 10 минут Попов и Басанец вернулись. Через 5 минут прогремел взрыв. И мои терзания закончились. Всё это время, пока они были у мины, я переживал, думая о том, если мина всё-таки внезапно сработает и они погибнут, как я буду смотреть в глаза командованию, жёнам погибших, какие слова найду для них. К счастью, всё обошлось.
Осенью и весной у нас проходили сборы по парашютно-десантной подготовке. Нас вывозили на аэродром в Очаков. Самолётами отправляли на прыжки. Дело было знакомое, да и парашют Д-1 был надёжен как танк. После пяти прыжков для каждого сборы обычно заканчивались.
ЗТУ проводились в конце каждого периода обучения. Группами (РГСН) мы отправлялись в Севастополь и ночью подходили на ПСД или на ластах к кораблям, которые были целью. Это были или торпедные катера в бухте Карантинной, или ПКР «Москва» и БПК. Несколькими группами с разных сторон мы бесшумно под водой подходили к кораблю и обвешивали его днище в наиболее уязвимых местах корабля подводными минами. Корабли отбивались, прожекторами освещали воду, засекали водолазов и специальным сигналом им давали команду выходить наверх. Первоначально из 4-х групп к кораблю прорывалась одна-две. Потом стали запускать до 10 РГСН. Из них 50% выполняли задачу успешно.
Наши РГСН участвовали в различных учениях и спецоперациях во Вьетнаме, Анголе, Средиземном море и т.д. Всё это создавало у нас уверенность в своих силах, в том, что задачи, поставленные перед нами командованием, мы выполним.
Постепенно наша подготовка усложнялась технически, физически и психологически. Следующей весной нам ввели кроссы в 42 км с полной выкладкой. Утром отряды вывозились за 40 км от Очакова на машинах. С рюкзаками, набитыми песком весом 20-32 кг мы должны были к обеду переменным шагом-бегом добраться до причала. Кто прибегал вовремя, отправлялся на катере на обед. Кто не успевал, ждал когда соберутся остальные и тогда их привозили на остров, но уже к ужину. Наша выносливость росла не по дням, а по часам. К нам прислали начальником физподготовки капитан-лейтенанта Глущенко, мастера спорта по самбо. Силовые упражнения ввели во всех отрядах. Тесты по подтягиванию, выпрыгиванию из глубокого приседа с гантелями, работа со штангой стали повседневностью.
Весной, во время прыжков с парашютом я повредил колено. Посидел на освобождении. А тут подошло время прохождения водолазной комиссии. От спусков и прыжков меня отстранили по состоянию здоровья на 6 месяцев.
В дальнейшем моя служба проходила на не водолазных должностях:
- помощником командира 4258 береговой базы по строевой части 197 бригады десантных кораблей в Донузлаве; на этой должности прошёл повторную водолазную комиссию в Севастополе и меня тут же командование бригады назначило нештатным начальником водолазной службы Донузлава. В Очаков меня уже не отпустили. На ВРД в основном, обследовали акваторию, корабли перед выходом на БС, поднимали утопленников, участвовали в подъёме упавшего вертолёта вместе с приезжавшими из Очакова моими бывшими коллегами;
- первым комендантом гарнизона Донузлав;
-помощником коменданта гарнизона города Измаил;
- командиром 1200 береговой базы 116 БРЧК в с. Кислицы;
- старшим помощником начальника спецотдела управления эксплуатационной комендатуры основного командного пункта ВМФ. УЭК входил в систему Центрального командного пункта ВМФ;
- офицером в ОМУ ГШ ВМФ в 3-м (мобилизационном) отделе;
- начальником группы мобилизационной подготовки ОМУ ГШ Военно-морского флота.
Особой заботой с моей стороны всегда пользовались близкие мне по духу и прошлому опыту водолазной службы - службы Спецназа, бригады АСС, Разведпункты Спецназа. Я старался вникать в их нужды, помогал с увеличением штатов, оснащением оружием и техникой, плавсредствами. Довольно часто были встречи и с выпускниками ОПТВ, которые служили на многих проверяемых флотах, в частях и на кораблях. Эти встречи обычно проходили в достаточно дружелюбной обстановке.
Во время прохождения службы заочно окончил Московский историко-архивный институт (ныне РГГУ) по специальности «документоведение и архивоведение»
За время службы в ГШ ВМФ я закончил 5-ти месячные курсы Генерального штаба ВС по специальности штабная-специальная, академические курсы при ВМА им. Маршала Советского Союза А.А.Гречко по специальности «служба штабов». Был неоднократно награждён правительственными и ведомственными наградами, из которых особенно ценю орден Красной звезды, 16 медалями Правительства СССР и Министра обороны.
В июне 1998 года я уволился из рядов ВМФ.
В гражданской жизни было достаточно сложно определиться, каким путём идти дальше. Некоторое время я работал председателем ЖСК в ООО «Облвоенстройинвест», организации, созданной танкистами, уволенными из рядов ВС. Возглавляли эту структуру 2 генерала. Один политработник, а другой – Герой Советского Союза, владелец золотодобывающей фабрики. Он же являлся спонсором этой организации. Как оказалось, к предпринимательской деятельности я не был готов. Когда руководство ООО стало развивать свои планы, как построить один дом в Подмосковье и привлечь туда по сертификатам наших офицеров с флотов, которые меня знали, я уволился. Потом меня пригласили менеджером по кадрам в организацию «Мегапир-поддержка бизнеса». Основу организации, созданной бывшими комсомольскими работниками Министерства Обороны составляли генералы и маршалы Советского Союза, уволенные из ВС, но имеющие большой вес и авторитет в обществе. Это были маршал Язов Д.Т., маршал артиллерии Михалкин В.М., и т.д., всего 12 генералов. После увольнения с «Мегапир-поддержка бизнеса» мой старый сослуживец пригласил меня работать в ГФУП «Экономический центр», начальником общего отдела. Через год оттуда я перешёл работать в Правительство Москвы, в Комитет рекламы, информации и оформления города Москвы, на должность гражданского служащего, начальником организационного отдела. Мне присвоили чин государственный советник 3 класса города Москвы. Через 3 года я перешёл на новую работу в Ингосстрах. Стал заниматься страхованием жизни. Эта работа тоже не принесла мне удовлетворения. Я последовательно работал заместителем директора Московского дома национальностей, заместителем директора информационно-делового центра Правительства Москвы, советником начальника управления кадров Роспатента. В настоящее время я уже 7 лет работаю начальником штаба гражданской обороны ГФУП «Центр профессиональной подготовки кадров и последипломного образования».

Водолазные специалисты в частях Спецназ



Капитан 2 ранга в отставке
Глазков Вячеслав Николаевич,

командир ОБ ПДСС Приморской флотилии
в период 1990-95 гг.

Из книги "Водолазное братство"

Думаю, что одним из самых дорогих воспоминаний для каждого человека в жизни является воспоминание о родных и близких ему людях, друзьях и сослуживцах, с которыми человек прошёл определённый этап своей жизни. Лично мне в этом плане очень повезло и я благодарю судьбу за то, что она предоставила мне этот шанс.
Может не совсем правильно будет, если я начну своё повествование или, если хотите, воспоминания с того момента, когда я поступил на Отделение подготовки техников-водолазов в Ленинградское Высшее военно-морское инженерное училище им. В.И. Ленина в г. Пушкин. Поскольку срочную службу в должности боевого пловца с июня 1972 года я проходил на Тихоокеанском флоте в отдельной бригаде противодиверсионных сил и средств (ОБ ПДСС), дислоцированной в то время в бухте Разбойник залива Стрелок, то вполне естественно, что путёвку в жизнь мне дал командир этого отряда капитан 2 ранга Крючков. Видимо, по прямому распоряжению Министерства обороны в ту пору набирали в военные училища ребят со срочной службы, с приобретёнными ими опытом и знаниями своей специальности и особенно, если это касалось специальностей с наличием определённого риска для жизни. Командир ОБ ПДСС капитан 2 ранга Крючков вызвал меня в свой кабинет и объявил, что пришла разнарядка на отбор кандидатов для поступления в военно-морские училища, а именно в Ленинградское Высшее военно-морское инженерное училище им. В.И. Ленина на Отделение подготовки техников-водолазов. Долго раздумывать мне не пришлось, учитывая, что со школьной скамьи поступить в военное училище было моей мечтой. Вступительные экзамены я успешно сдал при ТОВВМУ им. С.О. Макарова и был направлен для учёбы в ЛВВМИУ им. В.И. Ленина.
Очень долго можно говорить о лучших, может, не совсем беззаботных годах учёбы в училище, но мне хочется прежде всего выразить особенную благодарность нашим преподавателям и наставникам кафедры ЖК и ВП капитану 1 ранга Заболотневу Ф.Е., полковнику Тишковичу Б.Г., капитану 1 ранга Васильеву Ю.В., капитану 1 ранга Анохину Н.П., капитану 2 ранга Федотову Л.А., начальнику ОПТВ капитану 2 ранга Терещенко Л.С., инструкторам-водолазам мичманам Полякову Н.К., Свежову Л.А., Практику В.П. Они дали нам глубочайшие знания своей профессии и уверенность, которые мы пронесли через все годы нашей службы.
Поступили на ОПТВ ЛВВМИУ им. В.И. Ленина в 1973 году 16 человек, выпустили в 1976 году 12 человек. При выпуске лейтенантов распределили по флотам следующим образом: ТОФ - Глазков В.Н., Климкович И.Н., Тарасов С.В.; СФ - Панов И.Д., Иванов В.Б., Толпеко П.А., Любецкий В.А.; БФ - Конюшок Н.Ф., Гусейнов М.К., Гаврик В.Д.; ЧФ - Рогачёв С.П., Володькин А.А. Распределение на суда и части АСС флотов получили 8 выпускников ОПТВ: Тарасов С.В., Панов И.Д., Иванов В.Б., Любецкий В.А., Конюшок Н.Ф., Гусейнов М.К., Гаврик В.Д., Рогачев С.П.; в части специального назначения 4 выпускника: Глазков В.Н., Климкович И.Н., Володькин А.А., Толпеко П.А. При поступлении в училище каждый из нас уже имел, как минимум, квалификацию « водолаз» и не менее одного года срочной службы на кораблях или в частях ВМФ СССР.
На Тихоокеанский флот я, Глазков В.Н. и мой однокурсник Климкович И.Н. прибыли, как и все выпускники, после отпусков в конце июля 1976 года. В конце августа отделом кадров ТОФ получили распределение в морской спецназ на остров Русский.
О предназначении и деятельности подразделений морского спецназа ВМФ, в силу всем понятных причин, я говорить не могу, но о людях, наших выпускниках, с которыми мне пришлось служить, я сказать просто обязан. В период семидесятых и восьмидесятых годов подразделения специального назначения ВМФ были на пике в своем развитии и оснащении специальной техникой и вооружением. Об этом уже немало было написано в различных изданиях газет и журналов, к примеру, в журнале "Зарубежное военное обозрение" и др. Так же некоторое представление о деятельности подразделений специального назначения ВМФ в мирное время можно получить, ссылаясь на немногие источники интернет-ресурса, к примеру, ссылаясь на интернет-ресурс: (http://qsec.ru/node/932 - информационно-аналитический портал), где автор выражает благодарность Клубу Ветеранов Спецназ ВМФ «ФРОГ-Клуб» (www.frogclub.ru) и своим наставникам – ветеранам Спецназа ВМФ капитанам 1 ранга Ивлеву И.В. и Прокофьеву С.Ю., за предоставленные материалы и уточнения при сборе информации об истории становления и боевой службе частей разведки ВМФ, а также интервью капитана 1 ранга Сизикова Геннадия Петровича (http://desantura.ru/forum/forum16/topic1212/?PAGEN_1=7) (www.bratishka.ru), которые утверждают, что в период устойчивого состояния наших ВС до развала СССР к началу 1990-х годов наша страна имела на флотах ряд наиболее боеспособных и подготовленных военных частей Разведки ВМФ. В настоящее время части Спецназ ВМФ являются одними из наиболее боеспособных и подготовленных специальных подразделений по своим задачам. Они олицетворяют гордость разведки ВМФ и подразделений специального назначения России. Современные водолазы-разведчики являются продолжателями традиций своих советских предшественников и соответствуют высоким требованиям, несмотря на все те тяжёлые процессы, которые переживает наша страна. Опыт боевой деятельности Спецназа ВМФ используется во многих специальных и силовых подразделениях России (МВД, ВВ МВД, ФСБ). Как правило, военнослужащие, прошедшие службу в этих частях, также профессионально и достойно стараются делать и продолжать любую другую работу и службу, за которую они берутся дальше, а причиной этому является особый менталитет и закалка, полученные ими во время службы во флотской разведке.
На момент прибытия в августе 1976 года меня и лейтенанта Климковича И.Н. в морской спецназ КТОФ на остров Русский из выпускников ОПТВ там проходили службу капитан 3 ранга Новицкий В.В. в должности заместителя командира по водолазной подготовке, капитан 3 ранга Нещерет В.М. в должности старшего помощника начальника штаба, капитан 3 ранга Тарабарин В.Ф. в должности командира отряда, старший лейтенант Невмержицкий И.И. в должности командира группы, старший лейтенант Фальков В.И. в должности командира отряда и лейтенант Пересторонин А.С. в должности командира группы. Таким образом, восемь высококвалифицированных водолазных специалистов в один период, в одной части, наверное, не имел ни один из наших флотов. Сразу хочу отметить, что, естественно, самую наилучшую из всех видов подготовки на данный период в части мы имели - это водолазную подготовку. Подготовка проводилась постоянно и днём, и ночью с использованием всех видов вооружения и средств доставки, в том числе прыжками с парашютом на воду и спусков в речных условиях. Думаю, что самый лучший и продуктивный период подготовки водолазов спецназа в части был именно период, начиная с 70-х и до окончания 80-х годов. Именно в этот период части специального назначения наиболее интенсивно оснащались самым современным вооружением и техникой. Под руководством уже опытных наших, выше упомянутых, старших товарищей мы в кратчайшие сроки освоили все новые для нас виды подготовки - это такие, как тактико-специальная, воздушно-десантная, минно-подрывная, топографическая и многие другие, освоили все виды и типы подводных носителей и средств доставки. К концу сентября 1976 года мы были уже допущены к спускам и руководству спусками с использованием подводных средств движения. В октябре на парашютно-десантных сборах в местечке Суходол на базе морского авиаполка посёлка Новонежино мы успешно освоили прыжки с парашютом Д-6. Особую благодарность нашему становлению как офицера морского спецназа хочется выразить Тарабарину Виктору Фёдоровичу, как непосредственному командиру и наставнику. Одним из самых, наверное, правильных и эффективных приёмов в освоении водолазной техники, который применял Виктор Фёдорович Тарабарин, это когда он заранее разбирал, например, аппарат ИДА 71П на все комплектующие детали, вплоть до отдельно взятого винтика и пружинки, и заставлял нас всё это собрать за определённый период времени, причём, называя каждую отдельно взятую деталь, попотеть пришлось изрядно. Чуткость, внимание и, скажем, отеческая забота о нас Тарабарина В.Ф. помогла нам в дальнейшем продвижении по службе. По истечении 10-ти лет безупречной службы в морском спецназе на о. Русском по определенным обстоятельствам мне пришлось перевестись в ОБ ПДСС Приморской Флотилии, где я закончил службу в 1995 году в должности командира этой части в звании капитана 2 ранга. ОБ ПДСС - это части морского спецназа абсолютно противоположного назначения, чем разведка, поэтому это совершенно другой разговор и мне бы не хотелось подробно останавливаться на этом периоде моей службы. Хочу только отметить, что мне пришлось приложить немало сил и энергии вместе с начальником штаба капитаном 3 ранга Дегтярёвым Н.А. и предшествующим командиром этой части бывшим подводником капитаном 2 ранга Тереховым Н.Н. для оснащения специальной техникой и вооружением, отработке элементов боевой подготовки, чтобы этот отряд занял первое место среди частей подобного рода КТОФ, которое он уверенно занимал вплоть до сокращения в 1995 году.
Мой однокурсник Климкович Игорь Николаевич с должности заместителя командира по парашютно-десантной подготовке части морского спецназа о. Русский в конце 80-х был переведен на должность преподавателя академии ВМФ в г. Москва, где закончил службу в звании капитана 1 ранга и должности старшего преподавателя. На протяжении многих лет нас связывала крепкая флотская дружба и взаимопонимание вплоть до его внезапной кончины в 2013 году на своей малой родине в г. Волгограде. С Виктором Фёдоровичем Тарабариным мы до сих пор поддерживаем дружбу и тесные контакты, он до сих пор продолжает водолазную службу в морском спецназе в должности инструктора-водолаза на о. Русском, будучи уволенным с военной службы по истечении срока пребывания на военной службе по возрасту с занимаемой должности заместителя командира части по водолазной подготовке в звании капитана 2 ранга.
Боевая подготовка была очень интенсивной и напряжённой. За первые пять лет службы мы не имели ни одного летнего отпуска. Интенсивность боевой подготовки с постоянными учениями, как в море, так и на берегу, несением боевого дежурства на НК и ПЛ флота так изматывали, что мы с нетерпением ждали осени, когда можно было отвлечься на испытаниях вновь поступающей техники и вооружения. В связи с этим считалось, что самым благоприятным периодом в течение учебного года был период отработки первой курсовой задачи в январе месяце. Многие офицеры к истечению 8-ми, 10-ти лет службы в таких условиях не выдерживали чисто моральной и физической нагрузки и переводились по мере возможности в другие структуры и части ВМФ. Официально считалось, что максимальный срок службы офицера или мичмана в морском спецназе по возрасту составлял не более 36 лет, на практике, как правило, так и было. Шло время. В начале 80-х из части ушли в различные структуры ВМФ капитан 3 ранга Новицкий В.В. (МРП СпН г. Баку), капитан 3 ранга Нещерет В.М. (ОБ ПДСС п. Вилючинск Камчатка), старший лейтенант Фальков В.И. (Разведотдел КТОФ), старший лейтенант Пересторонин А.С. (АСС Приморской флотилии), старший лейтенант Невмержицкий Е.И. (дивизион спасательных судов в п. Бяуде Сахалинской Флотилии).
Ни для кого не секрет, что трудности и лишения сплачивают людей в жизни так сильно, как ничто другое. За 10 лет моей службы в морском спецназе на о. Русском у нас сложился, осмелюсь заявить, самый дружный и сплочённый коллектив офицеров водолазных специалистов за всё время моей службы в ВМФ и по сей день, который можно назвать "Водолазное братство".

Как водолазы «НИТКА» строили


Капитан 1 ранга в отставке Гуменюк Михаил Николаевич,
в период 1968-1992 гг. главный водолазный специалист Министерства среднего машиностроения СССР.

Из книги "Водолазное братство"


По окончании Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина в 1968 году получил назначение на должность главного водолазного специалиста Министерства среднего машиностроения СССР. Министерство среднего машиностроения СССР было и есть основное ведомство обороноспособности страны. В первую очередь - это ядерно-оружейные, ядерно-химические комплексы, и я горжусь, что с 1968 года служил и работал в этой отрасли главным водолазным специалистом, а с 1992 по 2010 гг. - директором Федерального государственного унитарного предприятия Центр аварийно-спасательных подводно-технических работ "ЭПРОН" (ФГУП ЦАСПТР "ЭПРОН";).
За эти прошедшие годы было построено много подводно-технических и гидротехнических объектов на всей территории СССР. Основные подводно-технические и гидротехнические работы выполнялись на ядерно-оружейном и ядерно-химических комплексах, а также на объектах по обеспечению питьевой и технической водой соцгородов, атомных станций.
По решению правительства СССР, а именно его председателя Косыгина Н., на Министерство среднего машиностроения еще была возложена задача по выполнению подводно-технических и водолазных работ в Министерстве Обороны СССР и народном хозяйстве.
Для этих работ уже сформировалось крупное предприятие трест "Гидромонтаж", где работали водолазы, гидротехники, плавсостав, монтажники, сварщики, ИТР со своей базой, укомплектованной всеми механизмами, оборудованием и автотранспортом. В тресте "Гидромонтаж" работало более 10 000 человек, из них 120 водолазов, 25 единиц плавсредств на Чёрном, Балтийском и Каспийском морях.
Поэтому я хочу остановиться на двух объектах подводно-технических работ, выполненных силами треста "Гидромонтаж" для Министерства обороны СССР, а именно Черноморского флота.

Наземный испытательный комплекс корабельной авиации "Нитка"

План строительства НИТКА был утвержден 30 апреля 1976 года постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР в рамках намеченной программы строительства двух тяжёлых крейсеров с авиационным вооружением. Эти корабли предполагалось оснастить атомными силовыми установками, катапультами и аэрофинишерами. Корабли должны были нести 70 летательных аппаратов разного типа, включая тяжёлые самолёты дальнего радиолокационного дозора.
В 1980 году началось строительство авианесущих кораблей "Новороссийск", "Баку", "Адмирал Кузнецов" для базирования на них самолетов СУ-27 и МИГ-29К, изменились и многие радиоэлектронные системы.
Одновременно со строительством авианесущих кораблей в Крыму на аэродроме "Саки" создавался наземный испытательный и учебно-тренировочный комплекс корабельной авиации (НИУТК), который вскоре стал называться просто "НИТКА" (Наземный испытательный тренировочный комплекс авиационный). Название хорошо соотносилось с расположением основного взлётно-посадочного блока вместе с катапультами, вытянутыми в "НИТКУ" в сторону моря. Основные сооружения комплекса – взлётно- посадочные блоки - строил Черноморский завод по проекту Невского ПКБ.
"НИТКА" представлял собой трёхпалубный "подземный корабль", насыщенный мощными паросиловыми и электрогидравлическими устройствами-катапультами и аэрофинишерами. Полётная палуба "НИТКА" была выполнена заподлицо с поверхностью аэродрома и имела длину взлётно-посадочной полосы 290 метров. Все металлоконструкции, которые монтировались на этом аэродроме, - основные блоки, а потом 8 и 14-градусные трамплины - изготавливались секциями в Николаеве на Черноморском заводе и транспортировались морем в Саки.
Для функционирования паровой катапульты нужно было создать на "НИТКЕ" систему главного пара будущего корабля. Для того чтобы катапульта, состоящая из двух цилиндров, внутренний диаметр которых равен 500 мм, а длина около 90 метров, смогла разогнать в течение нескольких секунд самолёт до взлётной скорости 250-280 км/час, требовалось накопить большое количество пара, а потом мгновенно направить его по трубопроводам под поршни катапульты. Для этого Волгодонский завод "Атоммаш" Министерства Средмаша изготовил и поставил на "НИТКУ" опытные пароаккумуляторы и изготавливалась система трубопроводов, способных пропустить в короткие промежутки времени большие объёмы пара высоких параметров.
А для того, чтобы был для "НИТКИ" пар, необходимо большое количество воды, как для охлаждения различных агрегатов, так и для работы паровых установок. Поэтому одновременно с началом строительства "НИТКИ" Министерству Средмаша СССР поручаются и другие работы, в том числе - строительство насосной станции и морского водозаборного сооружения. Все работы были возложены на трест "Гидромонтаж" на новом пустынном участке между Саками и Евпаторией, со строгим графиком работ, с ежемесячным докладом по выполнению работ Министерству Средмаша и Главному штабу ВМФ СССР.
В ноябрьский месячный срок палаточная строительная площадка приступила к работе. Возглавлял выполнение работ начальник МСУ-108 треста "Гидромонтаж" полковник Агибалов Л.И. и главный инженер Караченко Н.П.
Со всех строительных площадок (объектов) треста "Гидромонтаж" были направлены водолазы, механизаторы, сварщики, монтажники, строительная техника, плавсредства, а также бытовые вагончики, в том числе и из ядерного полигона Семипалатинска.
Работали в три смены, круглосуточно, без выходных. Бригадирами в смену назначены опытные старшины водолазных станций - водолазы 1 класса Зевако И.Е., Евстратов Л.В., Котельников Н.В. Одновременно работали, как в море по разработке траншей для укладки трубопроводов, так и на берегу по очистке, изоляции, сварке пяти трубопроводов 1000 мм, длиной по 100 м.
Если береговые работы выполнялись согласно графику работ, то разработка траншей в море на укладку трубопроводов на глубину 2,5 м отставала от установленного графика. А всё потому, что площадка под строительство морского водозабора проектировщиками была выбрана неправильно: мелководье, постоянные ветра и шторма не давали работать в море. На мелководье водолазные катера ВРД не могли обеспечить подводно-технические работы. Грунт под водой разрабатывали скреперными лебёдками ЛС - 300 с скреперным ковшом 5 м³, а также водолазы гидромониторными установками с плавплощадок. Особенно тяжело было выполнить береговую (у уреза воды) траншею длиной 250 м для укладки первых двух плетей трубопровода по 100 м. Постоянные шторма заносили песком и щебнем траншеи и все работы нужно было начинать сначала.
Работали сутками в три смены, спали и отдыхали на берегу, но, как правило, третьей смены не было, и приходилось работать в две смены по 12-14 часов, выбирая время для работы в море. А в море работали на открытых плавплощадках размером 8 на 12 м, на которых было установлено водолазное оборудование, гидромониторные установки, электростанция, материалы и оснастка. На этом мелководье со штормовыми и ветровыми постоянными условиями нас выручали малые буксирные катера БМК-130. Водолазные катера ВРД обеспечивали выполнение водолазных работ только с глубины 10-15 м и только при волнении моря не более 3 баллов.
Нами было принято решение купить малые рыбацкие сейнера МРС и переоборудовать их под водолазные катера, т.к. малым рыбацким сейнерам работать в море разрешалось до 5 баллов. На МРС установили водолазные воздушные компрессоры высокого давления ЭК-2-150, баллоны, фильтр высокого давления ФВД-200. Наши переоборудованные МРС с хорошими морскими данными не только обеспечивали выполнение водолазных работ на глубине до 60 м на "НИТКЕ", но и на всех работах до развала СССР.
После разработки траншеи до проектной отметки "укладывалась" первая нитка трубопровода (плеть) 100 м. После спуска второй нитки трубопровода она стыковалась с ранее уложенным трубопроводом на фланцевом соединении нержавеющими болтами. Для того чтобы трубопровод не всплывал, устанавливались П-образные железобетонные пригрузы весом 2,5-5 т, а после испытания засыпались грунтом.
В установленный срок 1 год на строительство морского водозабора для "НИТКИ" мы выполнили его за 8 месяцев, что обеспечило досрочное испытание "НИТКИ".
Основная тяжесть работы была в море, которую выполняли наши водолазы. На их плечи легли основные выполняемые работы под водой по разработке траншей скреперными лебёдками и гидромониторными установками, установка "мёртвых якорей" для швартовки плавсредств в месте выполняемых работ, футеровка трубопроводов, вывод и установка их в створ, затопление, стыковка, осмотр уложенных трубопроводов, бетонирование фланцевых соединений и т.д.
Водолазы - это морские "асы" своей работы. Это они выполняют сложные, тяжёлые и опасные работы, всегда рискуют своей жизнью. На грани риска - вот тот идеал выполнения настоящих работ под водой, а нашим водолазам треста "Гидромонтаж" пришлось выполнять работы под водой не только в стеснённых условиях, без видимости, но и в трубопроводах диаметром 800-1000 мм, при течении более 2,5 м/сек, в горячей воде свыше 50 градусов и в радиоактивных условиях, а также под дулами автоматов китайских и русских пограничников на р. Аргунь по строительству водозаборного сооружения для Забайкальского горно-обогатительного комбината по переработке урановой руды.
Мы гордились, что причастны к большому делу и находимся на вершине научно-технических достижений страны. Так на объекте "НИТКА" от МСУ-108 и самого треста "Гидромонтаж" работало более 200 человек, а сколько людей принимало участие в строительстве "НИТКИ" по всей стране - в научно-исследовательских бюро, опытных заводах и на серийных производствах, думаю, что счёт участников можно вести на сотни тысяч.
Я, как главный водолазный специалист, был ответственным за порученный объект "НИТКА" от Минсредмаша и еженедельно докладывал заместителю министра по строительству генерал-майору Георгиевскому о выполняемых работах, а в дальнейшем был включён в государственную приёмную комиссию Минобороны от Средмаша по вводу в эксплуатацию наземного испытательного комплекса корабельной авиации "НИТКА".
В 1982 году комплекс был введён в эксплуатацию. На тренажёре началась подготовка экипажей самолётов вертикального взлёта ЯК-38.
В сентябре 1984 года начались взлёты и посадки самолётов СУ-27 и МИГ -29 с нового трамплина. Это были первые в мировой практике взлёты самолётов с обычной аэродинамикой с трамплина.

"Каспийские монстры" СССР

С 1975 года трест "Гидромонтаж" приступил к выполнению подводно-технических и водолазных работ на Каспийском море по строительству морского выпуска, трубопроводов диаметром 1220 мм, длиной 1582 м в две нитки.
Для выполнения вышеперечисленных работ было создано отдельное прорабство подмосковного участка №1: начальник участка Галецкий А.Г., главный инженер Захаров В.Д.
Начальником отдельного Каспийского прорабства назначен коренной сибиряк Громов В.Е., переведённый из Иркутской области.
С увеличением объёмов работ, в т.ч.
-строительство морского выпуска диаметром 820 мм длиной 1000 м 2 нитки в г. Дербенте;
- строительство выпуска диаметром 1020 длиной 900 м 2 нитки в г. Махачкала;
- строительство водовода диаметром 1400 мм от водохранилища Черкесской ГЭС до г. Махачкала, Каспийск, Зеленоморск.
Отдельное Каспийское прорабство стало участком №7 МСУ-28 треста "Гидромонтаж".
В 1984 году в г. Каспийск завершилось строительство экранопланов "Лунь" и "Орлёнок"- гибрид корабля и самолёта, летающих по волнам, наводящих ужас на американских военных, т.к. они малозаметны и имеют большую скорость полёта. Для их испытания необходимо было построить слип для спуска экранопланов на воду и выхода их из моря. Эту ответственную работу возложили на участок №7 г. Каспийска. К этому времени участок укомплектован плавсредствами, а также личным составом.
Но основная подводно-техническая работа выполнялась водолазами: бригадир-старшина водолазной станции Харчин Ю.Г., водолазы Голдырев Ю.Н., Громов А.В., Бубин А.Н., Федянин Д.Г., Быковский Н.Г., Белов В.А., Тарануха А.М. и др.
Согласно проекту разрабатывалась береговая линия, углублялась береговая часть моря, отсыпалась песчано-гравийная смесь, укладка плит, подводное бетонирование и т.д.
В мае 1985 года слип сдан досрочно и заводы начали испытывать экранопланы. Мы всем участком присутствовали при этих испытаниях, это было «чудо», не передаваемое словами, и гордость за нашу страну СССР.
Экраноплан - бесспорно единственный в мире, сумевший освоить технологию скрещивания корабля и самолёта. От корабля - грузоподъёмность, а от самолёта - скорость, кроме того экраноплан экологически безопасен. В отличие от обычных кораблей и судов, он, как самолёт, летит над водой, не создавая волн, которые могут разрушить береговую линию, способен выходить на необорудованный пологий берег, "лететь" надо льдом или тундрой. Экраноплан похож на пассажирский самолёт; передвигаясь над морем на определенной высоте, благодаря эффективности аэродинамического экрана, развивает скорость в сотни километров в час.
В советские времена экранопланами первыми воспользовались военные. Командование Военно - морского флота увидело в самолёте-корабле тот самый козырь, который позволил свести к минимуму гегемонию США в области авианосных соединений.
Десантный экраноплан "Орлёнок", ударный "Лунь" имели скорость 500 км/час, так что при всём желании "сбежать " от русского самолёта-корабля они просто не смогли бы. Спущенный на воду "Лунь" летел на 2 тысячи км и нёс груз 140 т. Но не только скорость делала "Лунь" таким опасным для американского флота. Главным его оружием стали сверхзвуковые крылатые ракеты ЗМ80 "Москит".
На "Луне" их стояло 6 штук. Для сравнения, основными носителями этих ракет в советском ВМФ были эсминцы 955 проекта типа "Современный", на кораблях их было восемь. Но вот скорость эсминца всего 35 узлов. Так что в условиях оперативного реагирования на возникшие угрозы он менее эффективен, чем экраноплан.
За скорость, непредсказуемость полёта и разрушительную мощь ракету "Москит" прозвали на западе "Солнечный ожог", аэроплан "Лунь" за размер, сопоставленный с эсминцем, - "Каспийским монстром".
Впрочем, за акваторию Каспия "монстр" так и не вышел, оставшись одной из страшилок эпохи холодной войны и противостояния Востока и Запада.
Тема экранопланов так и не вышла за рамки экспериментальной. Командующий Черноморский флотом адмирал Касатонов И.В. застал оба корабля, к которому были прописаны "Каспийские монстры". Самая главная их проблема была в ненадежности, сказал адмирал Касатонов И.В. Кроме того, не удалось совместить понятие стоимости проекта, его эффективности, целесообразности, что и определило в дальнейшем их судьбу.
В постсоветский период "Лунь" и "Орлёнок" пошли на "иголки". Полномасштабные опытно-конструкторные работы по "большим" экранопланам предусмотрены государственной программой вооружений с 2016 г.
Как бы там ни было, но эффект "динамических подушек", похоже, всерьёз захватил умы конструкторов и военных. Даже если экранопланы не вернутся в ВМФ как ударные единицы, то в гражданском секторе экономики они
найдут своё применение.

Водолазные специалисты на БАМе


Капитан 1 ранга в отставке Згурский Виктор Анатольевич,1996-2002 гг. начальник морской службы Внутренних войск РФ.

Из книги "Водолазное братство"

В 1971 году был призван на военную службу и направлен в г. Севастополь в войсковую часть 56030. Вместе со мной призывался мой друг, одноклассник Збирня Валерий Яковлевич, с которым вместе служили, вместе поступили в училище и только офицерская служба разлучила нас.
Хочу рассказать, как мы попали в школу водолазов. Из городского военкомата нас привезли в г. Кишинёв, погрузили в вагоны и через сутки мы прибыли в г. Севастополь. И там началось. Сначала нас загнали в какую-то бочку и начали повышать давление; это сейчас нам понятно, что это была барокамера, а тогда мы подумали, что нас отбирают в подводники, хотелось дуркануть, но продувались мы легко и стыдно было перед другими пацанами прикидываться, что нам плохо. После барокамеры нас по одному человеку заводили в класс, где какой-то офицер ключом отбивал морзянку и просил повторить. Первым зашёл Валера, через пару минут вышел и говорит:
- Здесь отбирают на радистов, это нам не подходит, представляешь - три года в наушниках и слышать только пи-пи, пи-пи, па-па, па-па.
Зашёл я, офицер спросил, знаю ли я закон Ома. Я рассказал закон Ома для участка цепи, после чего он отстучал ключом звуки морзянки и попросил повторить. Я начал стучать, что пришло в голову. Он всё понял и выгнал меня.
Потом стали отбирать в коки, но мы отказались, решив, что три года чистить картошку, лук, морковь и стоять у плиты унизительно, не для этого в военкомате мы просились на флот. Мы мечтали управлять кораблём или стрелять из пушек, пускать торпеды, ракеты, топить вражеские корабли, ну, на худой конец, обеспечивать движение корабля, а нас - в коки. Не дело.
Ещё куда-то отбирали, но мы ловко уклонялись и вот мы оказались в большом зале, где была очередная медкомиссия. Там мы с Валерой потерялись. После прохождения всех врачей меня направили к 5 столу, где сидел дяденька в белом халате и начал задавать вопросы, не было ли у меня сотрясения мозга, переломов рук, ног. Мне эти вопросы сильно не понравились и я ответил, что я кандидат в мастера спорта по мотогонкам и мне приходилось ломать руки, ноги и биться башкой об асфальт. Он внимательно осмотрел мои ноги, руки, потрогал голову и, ничего не говоря, взял красный карандаш и что-то написал на медицинской книжке и направил меня в какую-то команду. Отойдя от него, я решил посмотреть, что написано на медицинской книжке. Прочитав, я ужаснулся, там было написано "Водолаз-глубоководник". Про водолазов я кое-что знал.
Г. Криуляны, где я вырос, находится на правом берегу реки Днестр, так вот в 1969 г. на противоположном берегу солдаты инженерных войск поднимали танк Т-34, который затонул во время Великой Отечественной войны. Мы, пацаны, каждый день, как на работу, в 8 часов уже были на Днестре, переплывали на левый берег и наблюдали за работой водолазов. Работали водолазы в трёхболтовом водолазном снаряжении, воздух подавали помпой. Иногда нам разрешали покрутить помпу. Но это были водолазы, а кто такие водолазы-глубоководники - оставалось загадкой.
Найдя свою команду, мне стало грустно. Меня окружали здоровенные ребята, говорившие на латышском языке. Поговорить не с кем, Валеру потерял, что делать не знаю. Подъехала машина, мы погрузились и нас привезли в баню и сказали ждать вторую машину. Тоска, вокруг одни латыши. Подъезжает вторая машина и из неё вываливается Валерка, радости нет границ. Он мне говорит: «Представляешь, я попал в водолазы». Я ему отвечаю, что я тоже попал в водолазы, он говорит: «Я - в водолазы-глубоководники». Я ему отвечаю, что и я попал в водолазы-глубоководники. Так мы оказались в Школе водолазов во второй роте, третьем взводе, первой смене. Командиром роты был капитан 3 ранга Старосельский М.Б., командиром взвода - старший лейтенант Шахрай, заместителем командира взвода - мичман Берцулевич и старшиной смены - старшина 1 статьи Мурай. Старшиной роты был мичман Кочнев В.
За время учёбы в школе водолазов мы так влюбились в водолазное дело, что решили посвятить свою жизнь подводным погружениям.

В 1972 году мы с Валерой поступили в Высшее военно-морское инженерное училище на Отделение подготовки техников-водолазов. Класс у нас собрался очень сильный. Это был единственный класс за историю ОПТВ, который государственный экзамен по водолазному делу сдал на отлично. За день до нашего экзамена капитану 2 ранга Заболотневу Ф.Е. было присвоено воинское звание капитан 1 ранга, но на экзамен он пришёл в старых пагонах. Когда мы его спросили, почему он в старых погонах, он сказал, что ему будет стыдно, если мы его подведём. Но мы его не подвели.
В 1975 г. мы закончили военное училище и 5 человек были направлены на Краснознамённый Черноморский флот: лейтенанты Варакута Н., Дон В., Збирня В., Згурский В. и Новожилов В. Судьба распорядилась так: Варакута Н. - в морскую пехоту, Дон В. - на СС-21, Збирня В. - в спецназ г. Очаков, Новожилов В. - на СС "Казбек", меня направили дивизионным водолазным специалистом в 141 БК ОВР в г. Феодосия. Мне показалось странным, почему всем предлагали какие-то варианты, а мне в отделе кадров флота даже рот открыть не дали, строго сказали: "Вы назначаетесь дивизионным специалистом в войсковую часть 31375, получите предписание". Только спустя годы я узнал от флотского водолазного специалиста капитана 2 ранга Дикусара М.И., что когда я был на стажировке на СС "Казбек", я ему приглянулся и ещё тогда он принял решение о назначении меня в Феодосию. Прибыв к месту назначения и ознакомившись с "хозяйством", стало ясно, что надо засучивать рукава и браться за работу. Последние три года должность была вакантной, а обязанности исполнял, как мог, мичман Власов Н.Г. Хозяйство было достаточно большое. Три опытовые суда ОС с наблюдательными камерами НК-300, ПДК-2 и по 7 штатных водолазов, два ВМ пр.535, один ВМ пр.522 по 7 штатных водолазов, три СПК по 3 штатных водолаза, УТС - 4 штатных водолаза, итого 49 водолазов плюс к этому ещё порядка 60 нештатных водолазов с боевых кораблей.
Изучив обстановку, звоню капитану 3 ранга Дикусару М.И. и прошу назначить день, когда можно приехать в г. Севастополь и сдать зачёты на допуск к руководству водолазными спусками. Ему было не до меня, так как в это время велись большие и сложные работы на БПК "Отважный", поэтому он распорядился ехать мне в г. Керчь (там была группа АСС) и сдать зачёты водолазному специалисту группы старшему лейтенанту Швагеру М. Если я сдам зачёты, то Швагер М. доложит ему и меня включат в приказ командующего флотом.
Собираясь в Керчь, мне мичман Власов Н., знавший хорошо Швагера М., посоветовал не ехать с пустыми руками, а взять с собой водки, закуски, так на всякий случай. Я взял бутылку водки, колбаски, сырку и поехал в Керчь. Захожу в штаб группы, нахожу дверь с табличкой "водолазный специалист", постучался, вошёл и вижу здоровенного офицера в возрасте с погонами старшего лейтенанта. Представился, объяснил причину моего визита. Он внимательно выслушал и спрашивает:
- Ты знания принес? Показывай.
Я не могу понять, о чем идёт речь. Может, надо показать училищные конспекты. А он продолжает:
- Ну как, товарищ лейтенант, без знаний Вы собираетесь сдавать зачёты? Где знания?
И тут я вспоминаю о содержимом моего портфеля и достаю на стол бутылку водки, колбасу, сыр, помидоры, огурцы и хлеб. Он внимательно посмотрел и говорит:
- У тебя очень скудные знания, ты даже на двойку не натягиваешь.
Я в тему врубился и говорю:
- Товарищ старший лейтенант, разрешите сбегать за знаниями!
- Бегите.
Я выскочил в город, забежал в первый попавшийся гастроном. Взял три бутылки водки и пошёл предъявлять знания. Старший лейтенант посмотрел на три бутылки водки и говорит:
- Знания, конечно, очень слабенькие, больше чем на тройку не тянут, но мы сейчас проверим.
Открывает бутылку водки, наливает себе стакан и тремя глотками его опустошает. Крякнув и занюхав хлебом, говорит:
- А теперь пойдём и ты мне расскажешь, чему тебя научили в училище.
Мы пошли на СС – 15, там он начал гонять меня по всем боевым постам, по заведованиям, спрашивать обязанности каждого матроса, командные слова при водолазных спусках, как готовятся смеси, требования к тросам, лебёдкам, короче, этот кошмар продолжался около трёх часов. Я отбивался как мог, единственная причина в моих некоторых незнаниях была в том, что СС-15 отличался от спасателей 532 проекта. В конце концов наступил тот момент, когда я услышал, что зачёт принят с оценкой "хорошо". На самом деле Михаил Тимофеевич Швагер был очень грамотным специалистом с большой и доброй душой, всегда к нему можно было обратиться за помощью и консультацией. Впоследствии мы стали с ним друзьями. А насчёт "знаний" я понял, что это просто флотский прикол над молодежью - годковщину на флоте никто не отменял.
Прослужил я в Феодосии с 1975 по 1985 гг. Не буду расписывать все 10 лет службы в этой бригаде, но коротко можно сказать, что основной задачей было обеспечение испытаний, при этом поиск мин, торпед, ракет. Один из таких случаев, когда подводная лодка выпустила торпеду-ракету, которая, выйдя из воды, пролетела 15-20 секунд и упала в воду. Место падения зафиксировали посты НИС, пограничники, корабли обеспечения, но почему-то точки были все разные и с большим расхождением. Мы искали её трое суток и не нашли. На четвёртые сутки пришло судно с дельфинами на борту. Тоже безрезультатно. Началось наращивание поисковых сил. Сначала пришёл СС-50, за ним СС "Казбек", затем СС-26, все спасатели, используя наблюдательные камеры, ищут изделие. Командующий флотом приказал: «Пока не найдём изделие, всем находиться в районе». Это относилось и к кораблям поиска, кораблям обеспечения стрельбы, а так же и ПЛ. Пошёл второй месяц поиска. Мы на ВМ-159 стали мешать спасателям и нам было приказано уйти из района поиска. Командир ВМ-159 старший лейтенант Ведякин В. перешёл в назначенную точку и стал на якорь. Прошёл день, два, неделя, стоим, "курим бамбук". Надо было чем-то заняться. Я поднялся на мостик, посмотрел по карте, что мы стоим на глубине 56-58 метров, запросил "добро" у командира на тренировочные спуски водолазов. Молодые водолазы уже были отработаны до 45 метров. Старшина команды водолазов мичман Соловей И. расписал обязанности водолазам, а первым под воду пошёл матрос Выставной. Через минуту после доклада водолаза, что он на грунте, поступил доклад, что обнаружил предмет, похожий на изделие, которое мы ищем. Я дал команду водолазу стоять на месте, от изделия не отходить и спустил к нему опытнейшего водолаза мичмана Соловья И., который остропил изделие, и мы его подняли наверх. За выполнение задачи все ждали поощрения, но никто даже спасибо не сказал, правда, матросу Выставному объявили 10 суток отпуска. Вот такое бывает водолазное везение.
Приходилось заниматься подъёмом упавших самолетов, это АН-24 в оз. Севаш, БЕ-12 в Азовском море, ЯК-40 в районе Анапы, МИГ-23 в районе Поти, вертолёт МИ-8 в Феодосии, а так же ряд судоподъёмных операций.
Самым сложным и опасным было боевое разминирование и подъём боезапаса, а этого мне досталось сполна. Так как в бригаде я был единственный водолаз, имеющий квалификацию водолаз-взрывник, то все найденные под водой взрывоопасные предметы приходилось уничтожать мне совместно с высококвалифицированными минёрами, в то время капитаны 3 ранга Лупадин Е., Климов А., Насинник Ю., капитан-лейтенант Лебедев.
Кроме единичных случаев подъёма или уничтожения боезапаса под водой, досталось и несколько крупных операций. Это очистка пляжа от мин и снарядов в Южной Озиреевке в районе Новороссийска. Было поднято на поверхность более 600 противопехотных и противотанковых мин. Все это "добро" осталось от немецкой противодесантной обороны. Вторая крупная работа это подъём боезапаса с немецкой баржи, затопленной в районе п. Темрюк. Было поднято около 8000 единиц боезапаса.
Из личного дела: лично обезвредил 7 торпед, 58 мин, 21 авиабомбу, 1623 снаряда различного калибра, за что был награждён медалью «За боевые заслуги» и знаком «За боевое разминирование».
В 1983 году был назначен Исполняющим обязанности командира 312 дивизиона 141 БК ОВР. Пришлось сдать зачёты на самостоятельное управление кораблями и катерами, которые находились в составе дивизиона. И началась боевая подготовка, постоянные выходы в море, водолазная служба всей бригады и постоянные обещания, что ни сегодня-завтра будет приказ о назначении меня командиром дивизиона. Так продолжалось полтора года и вдруг во время очередного совещания у комбрига в кабинет входит офицер и представляется: «Капитан 3 ранга Бужлаков прибыл для прохождения дальнейшей службы в должности командира 312 дивизиона». А дальше сцена: комбриг опешил, не зная, что сказать, бросает взгляд то на меня, то на Бужлакова и говорит: «А мы Вас не приглашали. Будем разбираться. Все свободны». Разбираться было нечего, капитан 3 ранга Бужлаков В. был одноклассник начальника отдела кадров Керчь-Феодосийской ВМБ. Опять проделки флотских кадровиков, которые полтора года переписывали моё представление, пока не перевели Бужлакова с Новой Земли в Феодосию. Я на него обиды не таю, он нормальный офицер. В наследство я передал ему лучший дивизион в бригаде (их было четыре) и он с достоинством нёс высоко поднятое знамя дивизиона, соблюдая все созданные традиции. Мы расстались с ним друзьями, по возможности встречаемся и переписываемся.
Не было счастья, да несчастье помогло.
После случившегося комбриг пообещал не препятствовать мне в переводе куда бы я не захотел.
В апреле 1985 г. с группой водолазов нештатного отряда ПДСС 141 БК ОВР на ВМ 159 прихожу на стажировку в г. Севастополь в отряд на Константиновском равелине. Во время отработки задач ко мне подошёл офицер, представился капитаном 2 ранга Владимиром Николаевичем Бышковым - главным инженером по водолазным работам морских воинских частей Главного управления внутренних войск МВД СССР. Мы встречались с ним почти каждый день, долго беседовали и он предложил перевестись во вновь созданный дивизион сторожевых катеров по охране коммуникаций на БАМе, на должность командира дивизиона. Учитывая, что опыт командования дивизионом у мня уже был, я дал согласие. Я знал, что выпускники ОПТВ уже служат в морских частях Внутренних войск МВД СССР. Это в то время капитан 3 ранга Галин В.И. – начальник морской службы 104 дивизии г. Тында, капитан 3 ранга Ушаков Н.Н. - командир Хабаровского дивизиона сторожевых катеров по охране коммуникаций на Трансибе и капитан-лейтенант Новожилов В.А. - заместитель командира дивизиона по водолазной службе в г. Северобайкальске.
Я согласился и написал рапорт. Вернувшись в Феодосию, о своём решении никому не говорю. Идут месяцы, я позваниваю в Москву, в ответ слышу – жди, перевести из министерства в министерство не так просто. Наступила осень, я уже перестал ждать и вдруг, вернувшись с моря, на причале нас встречает комбриг. Я ошвартовался, сошёл на берег и доложил ему, что с моря прибыл, задачу выполнил и т.д., он в ответ улыбнулся и спросил:
- Ты себе красный кашкет пошил? После доклада оперативному зайди ко мне.
Что такое красный кашкет, я не знал, но догадывался, что раз красный, то это милицейская фуражка. Раз комбриг об этом говорит, значит, он что-то знает. Это, наверное, пришёл приказ.
Захожу к комбригу, а он с порога:
- И куда это ты собрался?
Я сразу догадался, что приказ пришёл и отвечаю:
- Командиром дивизиона в морские части ВВ МВД СССР.
- Какой командир дивизиона? Какие морские части? Постовым милиционером будешь или в лучшем случае начальником вытрезвителя. Ладно, раз я тебе обещал отпустить - отпускаю, тем более, что есть приказ об откомандировании тебя в распоряжение начальника Главного управления ВВ МВД СССР.
Должен поблагодарить командира бригады капитана 2 ранга Юшина Н.А. за устроенные проводы. А провожали меня так. Была построена вся бригада, вынос знамени, зачитали приказ, поставили всем в пример моё отношение к службе, наградили денежной премией в размере 25 рублей, я простился со знаменем бригады и церемония закончилась. За 10 лет службы в бригаде так никого не провожали.
Итак, 20 октября 1985 г. служба в ВМФ закончилась.
Приезжаю в Москву в главк к капитану 2 ранга Бышкову В.Н., сижу у него в кабинете, дверь в коридор открыта, и вижу, как мимо двери прошёл генерал-полковник и вдруг он возвращается и заходит в кабинет. Мы с Бышковым встали и Бышков доложил:
- Товарищ генерал-полковник, представляю Вам капитан-лейтенанта Згурского, назначенного командиром дивизиона в г. Северобайкальск.
Генерал-полковник посмотрел на меня, потом долго смотрел на мою бороду и сказал:
- Бышков, ты раньше брал офицеров с флота, а этого откуда-то из "Песняров".
Повернулся и ушёл. Это было первое знакомство с генерал-полковником Чурбановым Ю. (зять Брежнева Л.И.).
Долго пришлось ждать приказа о назначении, в конце концов его подписали и приказали сначала ехать в г. Хабаровск представиться начальнику управления внутренних войск по Дальнему Востоку и Восточной Сибири. В Хабаровске меня встретили офицеры уже сформированного дивизиона. Встретился с командиром дивизиона капитаном 3 ранга Ушаковым Н.Н. Узнал, какие задачи стоят перед дивизионами, какая техника, какое вооружение.
После представления начальнику управления меня направляют в г. Тынду представиться командиру дивизии, которой подчинялся уже мой дивизион. Приезжаю в г. Тынду, на вокзале встречает капитан 3 ранга Галин В.И. - начальник морской службы 104 дивизии ВВ и куратор Северобайкальского дивизиона. С поезда вышел, а на улице 43 градуса мороза и я в крымской облегчённой шинели без ватина. Приехали в дивизию поздно вечером. Меня разместили на ночлег в бамовском вагончике, где жили еще несколько офицеров. Утром встал, спрашиваю:
- Мужики, где можно помыться и побриться?
Какой-то майор говорит:
- В предбаннике, всё очень просто.
Выходим в предбанник. Там стоит бочка с водой, покрытая льдом. Майор кулаком расколол лёд, набрал ковшик воды и говорит:
- Пожалуйста, брейтесь, товарищ капитан.
На душе стало как-то тоскливо, вспомнил Феодосию, тёплую квартиру, горячую воду, подколы друзей, что в этот край высылали "декабристов", а я добровольно еду. Да ещё этот майор обозвал капитаном. Утро ужасное, но отступать уже поздно. Прихожу в отдел кадров дивизии, а мне кадровик говорит:
- Командир дивизии генерал-майор Серебрянников В. пока занят. Будем ждать в коридоре, он нас вызовет.
Стоим в коридоре, мимо проходят офицеры, разглядывают, кто-то пытается пошутить.
Открывается дверь и выходит генерал-майор ростом 160 см, рыжий-рыжий и даже зимой в крапинку, а еще и "Р" не выговаривает. Посмотрел на меня снизу вверх и говорит:
- Моляк?
- Так точно!
- Куишь?
- Так точно!
- Тлубку?
- Никак нет! Сигареты!
- Хеловый маляк, езжай в г. Севелобайкальск и смотли мне, я плиеду с Галиным и мы всё пловелим.
Повернулся и пошёл к оперативному дежурному.
Кадровик вручил очередное предписание и я поехал в Улан-Удэ. В то время в Северобайкальск можно было добраться только самолётом из Улан-Удэ до Нижнеангарска, а там 25 км на автобусе. Ранним утром 7 ноября приезжаю в аэропорт Улан-Удэ в кассу, а билетов до 10 ноября нет, беру на 10 ноября. Сел на лавочку и принимаю решение ехать в город, устроиться в гостиницу и сходить на демонстрацию. Направляюсь к выходу, ко мне подходит мужик моего возраста, в длинном кожаном пальто на меху и в норковой шапке и говорит:
- Вы капитан-лейтенант Згурский Виктор Анатольевич?
- Да.
- Летите в Северобайкальск?
- Да.
А сам думаю: вот это да, вот это МВД, за 5000 км вычислили. Но зачем?
- Будем знакомы. Я Ваш замполит, старший лейтенант Виноградов Анатолий Дмитриевич. Еду в отпуск в г. Хабаровск. Мы Вас давно ждём. Билеты взяли?
- Билетов нет, взял только на 10 ноября.
- Дайте мне Ваши билеты. Ждите меня здесь.
И исчез, через минут 15 приходит и протягивает билет:
- Вот билет на Нижнеангарск, уже идёт регистрация. Да, вот вам ключи от моего кабинета, Ваш кабинет пока не готов. Решили, чтоб Вы сами определитесь, как его обустраивать.
Мы попрощались и через три часа я был на КПП части. Встретил меня дежурный и провёл в расположение моряков. Захожу в казарму, меня встречает дежурный и дневальный и больше никого. Спрашиваю, где дивизион. Дежурный отвечает, что все на демонстрации. Через час народ с демонстрации вернулся, старшим в дивизионе был мой одноклассник по училищу капитан-лейтенант Новожилов В.А.
Начались будни: боевая подготовка и строительство казармы со штабом. В службу втянулся быстро, но для меня было непривычно и тяготило это обязательное выполнение всеми военнослужащими стрельбы из всего вооружения дивизиона, несмотря на погоду и температуру воздуха. Можно было не провести политзанятия, но две стрельбы в месяц, умри, но выполни, при этом одно подразделение обязательно должно было выполнить стрельбы ночью. Выезжаем на стрельбище и берём с собой кроме пистолетов и автоматов подводные пистолеты и автоматы, гранатомёт ДП-61, МРГ, автоматический гранатомёт АГС-25 "Пламя", крупнокалиберный пулемёт "Утёс", боезапас в неограниченном количестве. Одним из важных элементов боевой подготовки это метание боевых гранат раз в квартал. Я за первый месяц службы во внутренних войсках настрелялся больше, чем за всю службу в ВМФ.
Оперативная зона дивизиона составляла около 5000 км от р. Лена до р. Зея. В состав дивизиона входило 5 групп сторожевых катеров, которые на летнее время придавались полкам внутренних войск, охранявшим железнодорожные мосты через реки Лена, Олёкма, Витим, Бурея и Зея. В каждую группу входило по 2 РВК или "Фламинго", 2 катера "Адмиралтейца" 371пр., 2 катера "Аист" и 2 катера КС-102-Д-2, командиром группы был капитан-лейтенант, а командирами катеров и механиками были мичманы.
Наступила весна, экипажи катеров начали подготовку к навигации. Стал вопрос, чем занять водолазов, а их в штате 45 человек по 7 в каждой группе во главе с мичманом, старшиной команды. Водолазы обучались в учебном отряде инженерных войск в г. Волжском и знания были соответствующими. За зиму с водолазами изучили всё водолазное снаряжение и оборудование, организацию водолазных спусков, водолазную медицину, а вот спусков не было.
Полку внутренних войск, на территории которого находился дивизион, был выделен участок тайги на берегу оз. Байкал размером 6 соток под строительство зимовья для общества охотников гарнизона. Пришлось договориться с командиром полка полковником Анатолием Васильевичем Амельчинковым построить на этом месте водолазную базу. О своих планах я доложил капитану 3 ранга Галину В., который доложил командиру дивизии, и мы получили "добро".
10 мая 1986 года 50 человек выехали на будущую водолазную базу. За день на поляне, рядом с выделенным участком, разбили палаточный городок и закипела работа. По ночам было очень холодно. В каждую палатку мы затаскивали большие валуны (камни), которые перед сном нагревали паяльными лампами докрасна, и от них всю ночь шло тепло. Еду готовили на полевой кухне, воду брали в Байкале. Электричества не было. И мне стал понятен план на ближайшее время:
- провести электролинию от ЛЭП до базы (2, 8 км);
- пробурить скважину, чтоб не таскать воду с Байкала (200 м);
- построить временный причал;
- оборудовать по Уставу военный городок;
- выбить деньги на подготовку проекта на капитальное строительство водолазной базы.
До переезда на зимние квартиры в конце сентября всё было сделано. Вместе со строительством водолазы по сменам ходили под воду и отрабатывали мастерство.
За три года моего командования дивизионом был построен капитальный причал, казарма, столовая, плац, сруб под штаб, пост наблюдения и связи и выведено под крышу двухэтажное здание учебного корпуса с шестиметровым бассейном. Надо отдать должное, что пост наблюдения и связи спроектировал и построил собственноручно капитан-лейтенант Новожилов В. Строение было пятистенным, двухэтажным, с куполом, под куполом - круговая площадка для наблюдения. Мы его прозвали "пентагоном", а вот политработники пытались обвинить нас в строительстве церкви. Правда, в настоящее время там часовня, сейчас это модно.
В морских воинских частях прошли оргштатные изменения и Хабаровский дивизион стал Первым морским отрядом ВВ МВД России, капитан 2 ранга Галин В. - начальником морской службы Управления внутренних войск по Дальнему Востоку и Восточной Сибири. Меня переводят в отряд на должность заместителя командира по водолазной службе. Командиром отряда был назначен капитан 2 ранга Ушаков. В службе ничего нового, кроме длительных переходов катеров на боевую службу. Два раза за навигацию мы совершали 1200-километровый переход по Амуру вдоль Китайской границы от Хабаровска до Новобурейска, Призейской и Свободного. Китайские военные катера постоянно сопровождали нас и совершали провокации, но мы не поддавались.
В марте 1990 года был переведён начальником водолазной службы Управления внутренних войск по Дальнему Востоку и Восточной Сибири, заместителем капитана 1 ранга Галина В. Получил звание капитан 2 ранга. Началась штабная рутинная работа: командировки, проверки подчинённых частей и всякие бумажки.
В Москве в главке происходят изменения, образуется морское отделение во главе с начальником морской службы капитаном 1 ранга Бышковым Владимиром Николаевичем. Он из наших, окончил ВВМУРЭ им. Попова и после училища долго служил в Очакове. В марте 1991 года меня переводят в Москву на должность начальника водолазной службы морских частей внутренних войск.
Я знал все трудности, с которыми сталкиваются командиры на местах, и начал искать пути как помочь. Мы с капитаном 1 ранга Бышковым В. подготовили "Курс боевой подготовки сторожевых катеров", Нормы снабжения водолазным, техническим и шкиперским имуществом и множество других документов. Помогли создать водолазные службы в МЧС, ФСБ, ФСО. Не забывали и о развитии морских частей. Создали 2 морской отряд в г. Мурманске, дивизионы в Сосновом Бору (Ленинградская обл.), г. Озёрск и г. Снежинск на Урале (в последствии 3 морской отряд), морские группы в Железногорске (г. Красноярск), пос. Николаевка в районе Туапсе. Сейчас есть морские подразделения в Сочи, Казани.
Хотелось бы вернуться к своему дивизиону в Северобайкальске. Когда сняли задачу по охране коммуникаций на БАМе, расформировали дивизию и все её полки, встал вопрос, что делать с дивизионом. Мне пришлось собрать много документов для того, чтоб доказать главнокомандующему ВВ, что нельзя расформировывать дивизион, а надо создать морской учебный отряд, который будет готовить специалистов, и отказаться от подготовки водолазов в Волжском, мотористов в Анапе, связистов в Ангарске и т.д. Попытка удалась. И в Северобайкальске на базе дивизиона был создан "5 Морской учебный отряд". Сейчас это одно из лучших подразделений внутренних войск с новыми казармами, учебными корпусами, бассейнами, водолазным полигоном, с новейшими образцами водолазного снаряжения и оборудования. На базе отряда проходят обучение водолазы МВД, МЧС, ФСБ, ФСО и других силовых структур.
В 1996 году капитан 1 ранга Бышков В. ушёл в запас, а меня назначали на должность начальника морской службы внутренних войск. Прослужил я в этой должности до 2002 года, перевёл в морские части внутренних войск много офицеров с флота, в том числе капитана 3 ранга Шишкова С., капитана 3 ранга Чеботарёва, в дальнейшем капитан 1 ранга – начальник водолазной службы морских частей внутренних войск.
Сразу после увольнения в запас устроился на работу на должность старшего водолазного специалиста в ФГУ "Подводречстрой". Долго в кабинете сидеть не пришлось. «Подводречстрой» выполнял большую работу по прокладке двух дюкеров через р. Енисей в районе г. Дудинка. Ширина Енисея в месте прокладки 2400 м, наибольшая глубина 45 м, скорость течения до двух метров в секунду.
С 2003 г. - директор УТК (школы водолазов) ФГУ "Подводречстрой".
В октябре 2014 УТК ФГУ "Подводречстрой" переподчинён ФГУ
"Морспасслужба Росморречфлота" и переименован в УТЦ (Учебно-тренировочный центр по подготовке специалистов аварийно-спасательной службы), где я являюсь директором.

В центре работают выпускники ОПТВ офицеры запаса:
капитан 1 ранга Павленков Юрий Анатольевич - 1969 г.;
капитан 2 ранга Иванов Валентин Борисович - 1976 г.;
капитан 1 ранга Чеботарёв Николай Николаевич - 1977 г.;
капитан 2 ранга Дёмин Вениамин Вениаминович - 1978 г.

Водолазное братство

Написать эти строки меня вдохновила встреча выпускников Отделения подготовки техников-водолазов Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища им. В.И. Ленина. Однако всё по порядку.
Начиная с 1882 года, водолазных специалистов в России, СССР, Российской Федерации готовила Кронштадская водолазная школа, водолазная школа в Балаклаве, преобразованная впоследствии в водолазный техникум, водолазная школа в Севастополе на двухгодичных офицерских курсах. В шестидесятые-семидесятые годы в Ленинградском ВВМИУ им. В.И. Ленина функционировало уникальное учебное подразделение в ВМФ, да и, пожалуй, в Вооружённых Силах Советского Союза, - Отделение подготовки техников-водолазов.
На самом деле флоту нужны были не техники-водолазы, а водолазные специалисты, однако в Едином квалификационно-тарификационном справочнике ЕКТС такой специальности не оказалось, поэтому специалиста назвали техник-водолаз. Уникальность отделения состояла в том, что на каждый год обучения набирался один класс, причём в небольшом количестве, в среднем по 16 человек. Кроме того, на учёбу принимали только водолазов, окончивших водолазную школу и имеющих опыт водолазной службы на флоте, поэтому такая практика позволяла обучать водолазной специальности людей, осознанно выбравших профессию.
Необходимо отметить, что несмотря на то, что обучение мы проходили по программам среднего училища, учили нас преподаватели высшей квалификации (доценты, профессора), по многим предметам нас обучали по программам высшей школы и, естественно, мы получили качественное образование. Практику мы проходили в школе водолазов г. Севастополя и на спасательных судах флотов. Помню, курсанты 1 курса на СФ отрабатывали свободное всплытие с подводной лодки. Нас в снаряжении подводника в водолазном колоколе погружали на глубину 45 метров, после чего мы имитировали выход из торпедного аппарата ПЛ и всплывали на поверхность. Незабываемое чувство свободного полёта вверх помню до сих пор. На 2-м курсе была практика в приобретении опыта глубоководных погружений, нас отрабатывали до 100 метров с присвоением квалификации «водолаз-глубоководник», а в процессе обучения освоили дополнительные водолазные квалификации «водолаз-сварщик» и «водолаз-взрывник», так что к окончанию училища курсанты были полностью подготовлены как командиры водолазных спусков, в том числе глубоководных.
За выполнение специальных и различных аварийно-спасательных и судоподъёмных работ многие выпускники училища награждены орденами и медалями, а Сластёну В.С. присвоено звание «Герой России» за мужество и героизм, проявленные при выполнении государственной задачи по отработке метода длительного пребывания человека под водой на глубинах до 500 метров.
Первый выпуск водолазных специалистов в училище состоялся в 1966 году, последний - в 1978, всего было 13 выпусков и подготовлено 208 специалистов (к сожалению, многие из них покинули нас). Первоначально предусматривалось готовить специалистов для ВМФ, однако впоследствии их направляли в Центр подготовки космонавтов, МВД и другие силовые структуры и даже в организации атомной и нефтяной промышленности. В 1980 году уже в ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского был произведён первый выпуск инженеров аварийно-спасательных работ, которым присваивали квалификацию «водолазный специалист».
Выпускники училища – водолазные специалисты - оказались очень дружными и на протяжении по крайней мере последних двадцати лет ежегодно организовывают встречи. Очередная такая встреча состоялась 1 октября 2014 года в Севастополе. На ней присутствовало 26 человек. В предыдущие годы встречи проводились в Санкт-Петербурге, но в них я не участвовал, никак не удавалось приехать в этот замечательный город белых ночей. По окончании училища прошло 48 лет и встреча с коллегами, можно сказать, людьми одной крови, всколыхнула воспоминания, вернула меня в мир беззаботной курсантской жизни в город Пушкин с его прекрасными парками и дворцами. Встреча прошла в очень тёплой, дружественной, братской обстановке. Эта фраза стандартная, но иначе и не скажешь.
Демидов Александр Викторович, Президент Ассоциации водолазов (Ассоциация создана в Санкт-Петербурге в декабре 2002 года), он же хранитель наследия водолазов, привёз с собой небольшой ноутбук, на котором собраны сведения о всех выпускниках ОПТВ. На встрече мы вспомнили всех выпускников от первого до последнего выпуска, каждого, где он, чем занимается, жив ли, вспомнили своих преподавателей водолазного дела и водолазной медицины капитана 1 ранга Заболотнева Фёдора Евстратьевича и полковника медицинской службы Тишковича Бориса Гавриловича.
Все присутствовавшие рассказали о своей службе, работе, искренне радовались друг другу, некоторые читали стихи. Как бывает при встречах, вспомнили интересные случаи из своей службы.
Прошло немного времени после первого выпуска и выпускники ОПТВ стали командирами водолазных подразделений спасательных судов, дивизионными и флагманскими водолазными специалистами соединений спасательных судов, командирами подразделений частей ПДСС, офицерами-испытателями в 40 Научно-исследовательском институте Министерства обороны (НИИ МО), преподавателями высших военно-морских училищ. Они заменили многих водолазных специалистов старших поколений воинских частей там, где предусмотрены водолазные должности, в общем, взяли всю тяжесть водолазной службы в ВМФ на свои плечи, тем более, что в 60-80-е годы прошлого столетия флот достиг максимума своего развития.
В эти годы на флоты поступили новые спасательные суда (СС «Эльбрус», СС «Алагез»), водолазные морские суда ВМ проекта 535, рейдовые водолазные катера проекта 1415, подводная лодка-лаборатория проекта 1840, новые типы водолазного снаряжения (СВГ-200, СВУ-3 и снаряжение для спецчастей), спасательный колокол СК-64. Под руководством водолазных специалистов осваивались водолазные комплексы спасательных и водолазных судов и катеров, внедрялись новые типы водолазного снаряжения, отрабатывался новый метод погружения водолазов под воду – метод длительного пребывания ДП (лаборатория 40 НИИ МО, БПЛ проекта 1840). В лабораторных условиях была достигнута глубина погружения 500 метров, отрабатывалась организация и осуществлялись водолазные спуски со спасательных и водолазных морских судов в районах несения ими боевой службы.
Большинство водолазных специалистов продолжили обучение и заочно закончили Ленинградское ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского и другие ВВМУ, что позволило им успешно продвигаться по карьерной лестнице, получали назначения на вышестоящие должности, достойно выполняли сложные обязанности. К сожалению, не удалось собрать более подробные данные о многих наших коллегах, многих уже нет с нами, других разбросала жизнь по многочисленным городам России и странам СНГ:
- капитан 1 ранга Пёхов Алексей Ильич закончил службу в должности главного водолазного специалиста Управления Поисковых и Аварийно-спасательных работ (УПАСР ВМФ), принимал участие в подъёме погибших подводников и АПЛ «Курск»; в данный период продолжает заниматься водолазным делом в фирме «Межрегионтрубопроводстрой», которая установила на судно глубоководный водолазный комплекс ДП на 300 метров. Заслуженный спасатель России. Кавалер ордена Красной Звезды;
- капитан 1 ранга Величко Василий Васильевич был первым командиром 328 ЭАСО, во главе водолазов-глубоководников экспедиционного аварийно-спасательного отряда (ЭАСО) участвовал в подъёме погибших подводников и АПЛ «Курск», заслуженный спасатель России, кавалер многих орденов СССР и России, генеральный директор ООО НП «Шельф»;
- капитан 1 ранга Летучий Владимир Алексеевич, водолазный специалист и офицер-испытатель научно-исследовательского института пробыл под водой под повышенным давлением 12 тысяч часов, максимальное погружение методом длительного пребывания ДП 400 метров в лабораторных условиях и 270 метров в морских условиях, после службы 23 года руководит научно-производственным предприятием «Шельф», выполняющим подводно-технические, водолазные, дноуглубительные и другие работы;
- капитан 1 ранга Павленков Юрий Анатольевич служил командиром водолазной группы, начальником АСС СС-23, водолазным специалистом бригады подводных лодок, начальником АСС большой спасательной лодки «Ленок», старшим инспектором Инспекции безопасности мореплавания водолазных и глубоководных работ в г. Петропавловск-Камчатский, закончил службу заместителем начальника отдела ПСС ВМФ, участвовал в подъёме затонувших кораблей в Народной Республике Бангладеш, ПЛ С-178 в районе Владивостока, а также в других аварийно-спасательных и судоподъёмных работах;
- капитан 1 ранга Быков Владимир Иванович служил старшим водолазным специалистом Поисково-спасательной службы ТОФ, уволился в запас с должности начальника отдела ПСС ТОФ, принимал участие в спасении подводников и подъёме ПЛ К-429;
- капитан 1 ранга Гринаковский Сергей Олегович, прохождение службы: на спасательном судне в Севастопольской водолазной школе, старшим преподавателем БУТС-103, начальником Инспекции УПАСР ВМФ на ЧФ, начальником Инспекции УПАСР ВМФ;
- капитан 1 ранга Боярченко Николай Афанасьевич проходил службу на Северном флоте в должностях: командира водолазной группы СС «Алтай», командира АСП бригады АСС СФ, заместителя командира дивизиона по АСР, старшего офицера отдела АСС СФ, заместителя начальника отдела ПСС СФ, начальника отдела УПАСР СФ, участвовал во многих аварийно-спасательных работах на флоте;
- капитан 1 ранга Гладкий Анатолий Фёдорович прошёл длинный путь служебных ступеней от командира группы водолазов воинской части разведки до заместителя начальника отдела Разведуправления СФ;
- капитан 1 ранга Верба Иван Александрович служил командиром взвода водолазов, командиром роты инженерного батальона, водолазным специалистом Балтийской ВМБ, начальником штаба отряда ПДСС, старшим водолазным специалистом Центра подготовки космонавтов, где занимался подготовкой космонавтов к работе в условиях моделированной невесомости в гидросреде (имитация невесомости открытого космоса);
- капитаны 1 ранга Верещагин Николай Яковлевич, Овечко Леонид Михайлович, Шугайло Владимир Николаевич в разное время служили в воинской части разведки командирами групп, командирами отрядов, а уволились в запас с должности заместителя командира части по водолазной подготовке;
- капитан 1 ранга Васильев Станислав Иванович –прошёл сложный
служебный путь от командира группы подводного минирования до начальника группы мобилизационной подготовки ОМУ ГШ Военно-морского флота;
- капитан 2 ранга Невмержицкий Евгений Иванович служил командиром 105 аварийно-спасательной партии военно-морской базы Советской Гавани (СГ ВМБ), старшим офицером – заместителем начальника Поисково-спасательной службы (ПСС) Сахалинской флотилии, заместителем начальника Вспомогательного флота и Поисково-спасательной службы (ВФ и ПСС) СГ ВМБ, начальником ВФ и ПСС СГ ВМБ;
- капитаны 2 ранга Беспалов Вячеслав Григорьевич, Дон Виктор Яковлевич, Малахов Владимир Викторович, Шеремет Александр Викторович, Горбунов Владимир Иванович, Гусейнов Магаммедали Курбан-оглы и автор этих строк закончили службу старшими водолазными специалистами ПСС флотов (БФ, СФ, ТОФ, ЧФ). Все прошли классический путь в ПСС от командира водолазной группы спасательного судна, начальника Аварийно-спасательной службы АСС судна, флагманского водолазного специалиста соединения спасательных судов;
- капитаны 2 ранга Пасконный Виктор Филиппович, Ионин Владимир Михайлович, Гайдей Владимир Михайлович, Деев Олег Александрович в разное время руководили водолазной службой и были офицерами-испытателями на испытательном полигоне специальной воинской части;
- капитан 2 ранга Губко Леонид Афанасьевич по служебной лестнице продвинулся до командира отряда ПДСС;
- капитан 2 ранга Демидов Александр Викторович служил в воинской части разведки и достиг должности командира части;
- капитан 2 ранга Замула Александр Иванович служил начальником АСС СС «Зангезур» и заместителем командира Севастопольской 39-й военно-морской аварийно-спасательной школы;
- капитан 2 ранга Вишневский Виктор Иванович был начальником комплекса длительного пребывания ДП водолазов под водой на подводной лодке БПЛ проекта 1840, погружался с этой лодки в морских условиях на глубину 300 метров, последнее место службы - начальник водолазной школы;
- капитан 2 ранга Сидоренко Владимир Пантелеевич служил на СС «Валдай», начальником УТС бригады ПЛ, флагманским водолазным специалистом Ленинградской ВМБ, а закончил службу старшим преподавателем кафедры водолазной подготовки и судоподъёма Ленинградского ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского;
- капитан 2 ранга Кононенко Александр Алексеевич служил на СС-26, в отряде ПДСС, начальником Инспекции УПАСР ВМФ на ЧФ; в 1978 году на СС-26 в аварийной ситуации под водой на глубине 160 метров оказал помощь водолазу старшине 1 статьи Видилину при потере им сознания, чем спас его от гибели, много лет спустя в октябре 2014 года Видилин приехал в Севастополь ещё раз поблагодарить своего спасителя;
- капитаны 3 ранга Хорун Николай Михайлович, Савченко Иван Михайлович и Новицкий Андрей Владимирович служили в Севастопольской водолазной школе начальниками водолазного полигона каждый в своё время;
- капитан 3 ранга Амельченко Михаил Алексеевич, прохождение службы: командир водолазной группы, начальник аварийно-спасательной службы СС-26, старший преподаватель береговой учебно-тренировочной станции (БУТС-103) бригады ПЛ ЧФ;
- капитаны 3 ранга Кривов Владимир Яковлевич и Швагер Михаил Тимофеевич после службы на спасательных судах посвятили себя подготовке водолазов в Севастопольской водолазной школе в должностях командира взвода, командира роты, а капитан 3 ранга Салогубов Геннадий Акимович - в должности заместителя командира роты;
Несколько водолазных специалистов, а именно: Галин Валентин Иосифович, Новожилов Владимир Алексеевич, Згурский Виктор Анатольевич, Чеботарёв Николай Николаевич и другие из ВМФ, были переведены в МВД, где на различных должностях выполняли свойственные этому министерству задачи.
Многие водолазные специалисты пробыли 5000 и более часов под водой.
Выполнение обязанностей офицерами в указанных должностях потребовало огромного напряжённого труда, постоянной учёбы, совершенствования своих профессиональных навыков. Это они, водолазные специалисты, каждый на своём посту руководили водолазными спусками при спасении ПЛ К-429, С-178, на многочисленных спасательных работах при авариях кораблей, судов, летательных аппаратов, на судоподъёмных работах (в т.ч. на БПК «Отважный» и АПЛ «Курск»), на работах по подъёму погибших на теплоходе «Адмирал Нахимов», на учениях по оказанию помощи аварийным подводным лодкам, участвовали в экспериментах по длительному пребыванию водолазов под водой.
В это время на флотах проводилась интенсивная боевая подготовка. Достаточно сказать, что только в бригадах спасательных судов по подготовке экипажей судов к оказанию помощи аварийной ПЛ, лежащей на грунте, в год проводились четыре учения (в этих учениях водолазные специалисты были главными действующими лицами):
- обеспечение выхода подводников из аварийной подводной лодки, лежащей на грунте на глубинах 40-60 м;
- подготовительное учение по оказанию помощи аварийной подводной лодке, лежащей на грунте на глубинах 55-60 м;
- зачётное учение по оказанию помощи аварийной подводной лодке, лежащей на грунте на глубинах 110-120 м;
- подъём макета затонувшей подводной лодки с глубин 180-200 м.
И в эти годы на флотах, как и всегда, случались пожары, тонули, теряли ход и садились на мель корабли, поэтому работы спасателям хватало. Ежегодно, к примеру, только судами и катерами 37 БРСС ЧФ выполнялось в среднем по 12-14 аварийно-спасательных и судоподъёмных работ, а также порядка 130-140 водолазных работ по подводному судоремонту, водолазному обследованию подводной части корпусов кораблей, мест стоянок кораблей и подводных сооружений.
На смену водолазным специалистам ОПТВ пришли инженеры аварийно-спасательных работ (они же водолазные специалисты) – выпускники ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского, продолжающие достойно нести нелёгкую водолазную службу.
На встрече присутствовали водолазные специалисты - выпускники ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского:
Герой России капитан 1 ранга Храмов Анатолий Геннадиевич, погружался в лабораторных условиях на глубину 500 метров, участвовал в работах по подъёму погибших подводников и АПЛ «Курск»;
капитан 1 ранга Бех Василий Фёдорович, заслуженный военный специалист России, главный инженер УПАСР ЧФ в 2000-х годах, участник работ по подъёму погибших подводников и АПЛ «Курск»;
начальник отдела 40 НИИ МО в 2000-х годах Шамалов Ануар Адайбекович, до службы в 40 НИИ был заместителем начальника Инспекции УПАСР ВМФ на ЧФ.
Вместе с водолазными специалистами на встрече был начальник ПСС ВМФ в 2000-х годах контр-адмирал Верич Геннадий Спиридонович, руководил работами по подъёму погибших подводников и АПЛ «Курск».
Многие ветераны ОПТВ и в настоящее время продолжают служить водолазному делу – работают в МЧС, на спасательных станциях и в производственных водолазных предприятиях, преподают в вузах, обучают курсантов в водолазных школах.
Заранее прошу извинения за допущенные неточности; некоторые сведения о званиях, должностях офицеров добывались не из первых уст. Буду благодарен, если откликнутся ветераны ОПТВ, напишут о себе и своих товарищах, дополнят Кронштадский морской музей экспонатами, книгами, фотографиями о водолазах.

Боевой отряд водолазных специалистов



Капитан 1 ранга в отставке Заболотнев Фёдор Евстратьевич, старший преподаватель Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина в 1964-2008 гг.


Из книги "Водолазное братство"

В 1963 году по решению главнокомандующего ВМФ в Ленинградском Высшем военно-морском инженерном училище им. В.И. Ленина было открыто Отделение подготовки техников-водолазов, готовящее для Военно-морского флота водолазных специалистов. На Отделение подготовки техников-водолазов, как правило, принимались военнослужащие срочной и сверхсрочной службы, получившие первоначальную водолазную квалификацию «водолаз» в водолазной школе Севастополя и практические навыки выполнения водолазных работ во время службы на флоте.
Первым начальником ОПТВ был назначен капитан 2 ранга Танюхин Е.П., которого впоследствии сменил капитан 2 ранга Федотов Л.А., а затем капитан 2 ранга Терещенко Л.С.
Подготовку техников-водолазов по общенаучным и общевойсковым дисциплинам проводил штатный обучающий состав училища. Обучение по специальным дисциплинам, таким как Судоподъём и Аварийно-спасательные работы, было поручено капитану 1 ранга Аверину A.M., а по Водолазной медицине - полковнику медицинской службы Тишковичу Б.Г. Впоследствии Судоподъём и Аварийно-спасательные работы читали капитан 1 ранга Коробов В.Н. и капитан 1 ранга Васильев Ю.В., а Водолазную медицину — полковник медицинской службы Виноградов В.А. Для обучения курсантов по таким дисциплинам, как Водолазное дело, Подводные взрывные работы и Подводная сварка и резка металлов, из научно-исследовательского института Поисково-спасательной службы ВМФ был приглашён капитан 3 ранга Заболотнев Ф.Е., который до перехода в НИИ уже обучал водолазных специалистов в водолазной школе города Севастополя, где в числе обучаемых был будущий Герой Советского Союза космонавт Рождественский В.И.
Для проведения практических занятий по специальности в училище была подготовлена необходимая материальная база, в том числе пятиметровый по глубине бассейн для выполнения самых различных водолазных работ, трёхметровый бассейн, оснащённый всем необходимым для выполнения работ по подводной сварке и резке металлов, двенадцатиметровая башня и торпедный аппарат с малым бассейном для отработки задач по выходу личного состава из аварийной подводной лодки.
Была подобрана необходимая учебная литература, а позже Заболотнев Ф.Е. написал учебное пособие "Водолазное дело", а Виноградов В.А. - "Медицинское обеспечение водолазных спусков".
На первом курсе обучения курсанты ОПТВ изучали общенаучные и общие для всех факультетов военные и военно-морские дисциплины, а из специальных дисциплин начали изучение Водолазного дела и Водолазной медицины, которое продолжалось до конца учёбы. По водолазному делу курсанты изучали образцы водолазного снаряжения, предназначенные для спусков под воду на малые и средние глубины, что позволило им в период учебной практики после первого курса спускаться под воду в морских условиях на глубины до 60 метров.
На втором курсе из специальных дисциплин курсанты начали изучать Судоподъём, Аварийно-спасательные работы и Подводный судоремонт.
По водолазному делу наряду с освоением нового материала курсанты для закрепления навыков продолжали работы в бассейне под водой в ранее изучаемых образцах снаряжения. Была изучена глубоководная водолазная техника, в том числе и глубоководное водолазное снаряжение, а также начаты спуски под воду по выполнению работ по сварке и резке металлов. К концу второго курса обучения курсанты получали твёрдые навыки по водолазной сварке и резке металлов и после сдачи соответствующего экзамена им была присвоена дополнительная водолазная квалификация «водолаз-сварщик».
Учебную практику после второго курса обучения курсанты проходили на спасательных судах Поисково-спасательной службы, где производили спуски под воду на глубину до 100 метров, что позволило после окончания учебной практики присвоить им квалификацию «водолаз-глубоководник».
На третьем курсе курсанты изучали в основном специальные дисциплины, такие как Водолазное дело, Водолазная медицина, Судоподъём, Аварийно-спасательные работы, и начали изучать Подводные взрывные работы.
По водолазному делу курсанты изучали и практически освоили снаряжение подводника, производили в нём выходы через торпедный аппарат и учебно-тренировочную башню, продолжали спуски и работы во всех ранее изученных образцах снаряжения, изучали методы выполнения водолазных работ, а в неучебное время для поддержания квалификации «водолаз-глубоководник» и физиологической натренированности к воздействию повышенного давления окружающей среды и профессиональной готовности к выполнению водолазных работ два раза в месяц проводили тренировочные спуски в барокамере на воздухе под давлением, соответствующим глубине 80 метров.
Вся нагрузка по обучению курсантов ОПТВ по специальности, как в учебное, так и в неучебное время, в течение всего периода обучения осуществлялась профессорско-преподавательским составом кафедры живучести корабля.
В конце третьего курса курсанты несколько дней посещали научно-исследовательский институт Поисково-спасательной службы ВМФ, научные сотрудники которого проводили с ними ознакомительные занятия по проектируемым образцам водолазной, аварийно-спасательной и судоподъёмной техники, по перспективам развития водолазного дела, по разработке новых методов водолазных работ и работ в области водолазной медицины, а также знакомили с лабораторной базой института и проводимыми там экспериментами. Знакомство курсантов с технологией изготовления водолазного снаряжения и оборудования для Поисково-спасательной службы проходило на заводе ВМФ.
После окончания третьего курса курсанты проходили стажировку на
спасательных судах Поисково-спасательной службы в должности командира водолазной группы, а затем в течение месяца на базе Севастопольской школы водолазов проходили практику по выполнению взрывных работ. Таким образом, принятая программа обучения позволила последовательно присваивать курсантам ОПТВ все дополнительные водолазные квалификации, необходимые в их повседневной практической деятельности.
После окончания училища и выдачи выпускникам дипломов по специальности «Водолазное дело» Центральная водолазно-квалификационная комиссия при Поисково-спасательной службе ВМФ присваивала им высшую водолазную квалификацию «водолазный специалист».
Подготовка техников-водолазов в училище продолжалась до 1978 года. Всего за период существования ОПТВ с 1963 по 1978 гг. училище выпустило 208 водолазных специалистов, подавляющее большинство которых честно и добросовестно выполняло свой воинский долг, проявляя в этой трудной, а иногда опасной для жизни профессии образцы мужества и героизма. Выпускники ОПТВ принимали участие в покорении морских глубин, в освоении водолазной техники и методов выполнения работ, в оказании помощи аварийным кораблям и подъёме затонувших кораблей и судов, участвовали в разминировании Суэцкого канала после арабо-израильской войны, в подъёме затонувших судов в Народной Республике Бангладеш после индо-пакистанской войны, в разминировании портов во Вьетнаме и в Анголе и выполняли другие сложные задачи, иногда опасные для жизни и здоровья.
За выполнение вышеуказанных задач многие выпускники ОПТВ были удостоены высоких правительственных наград. Высшей награды Родины был удостоен выпускник ОПТВ капитан 1 ранга Сластён B.C., которому указом президента России за № 446 от 18.09.95 года "За мужество и героизм, проявленные при выполнении государственной задачи по отработке метода длительного пребывания человека под водой на глубинах до 500 метров присвоено звание "Герой России".
За разминирование портов во Вьетнаме, Анголе и Керчи выпускники ОПТВ Стукалов В.Д., Кононенко А.А., Вишневский В.И. и Дмитриев А.И. награждены орденами Красной Звезды.
За подъём затонувших кораблей в Народной Республике Бангладеш выпускник ОПТВ Карп Ю.Б. награждён орденом Красного Знамени, выпускники Фёдоров В.П., Осипов В.Н., Павленков Ю.А. награждены орденом Красной Звезды, выпускник Сергеев Е.Н. награждён орденом «Знак Почёта», а выпускник Дегтярь С.И. - медалью "За боевые заслуги".
За мужество при ведении спасательных работ на теплоходе "Адмирал Нахимов" орденом Красной Звезды награждён выпускник Величко В.В., орденом Красной Звезды за выполнение специальных заданий награждены Амельченко И.А., Губко Л.А., Кавка В.И., а выпускник Пёхов А.И. награждён орденом Красной Звезды за испытание новой техники.
За выполнение различных аварийно-спасательных и судоподъёмных работ медалями "За боевые заслуги" награждены выпускники Адамович М.И., Дон В.Я., Сафонов С.Ф., Верба И.А., Вишневский В.М.
Орденами "За службу Родине" награждены выпускники Овечко В.А., Паразян Ш.А., Стукалов В.Д., а выпускники Гусейнов М.К. и Думчев А.А. - медалями "За отличие в воинской службе".
Кроме наград нашей Родины, выпускник Стукалов В.Д. за разминирование Вьетнамских портов получил орден Вьетнама, а выпускник Величко В.В. за выполнение специального задания вместе с болгарскими водолазами — медаль Болгарии. Выпускник Величко В.В. награждён также медалью "За боевые заслуги".
После выпуска из училища многие выпускники ОПТВ, выполняя свой воинский долг, без отрыва от службы заочно обучались в различных высших учебных заведениях. Только Высшее военно-морское инженерное училище им. Ф.Э. Дзержинского закончила приблизительно пятая часть выпускников.
Многие выпускники занимали, а некоторые и сейчас занимают ответственные должности в различных частях Военно-морского флота. Так, флагманскими водолазными специалистами (специалистами Ленинградской ВМБ) были выпускники ОПТВ капитан 1 ранга Величко В.В., Быков В.И., Шеремет А.Ф., Гусейнов М.К., капитаны 2 ранга Адамович М.И., Горбунов В.И., Содель А.И., Савенко И.М., Дон В.Я., Сидоренко В.П., Гуськов Н.Ф., капитан 3 ранга Литвин И.П.
Начальниками отделов Управления Поисково-спасательной службы флотов были капитаны 1 ранга Быков В.И., Боярченко Н.А. и Шеремет А.Ф., а капитан 1 ранга Комаров В.А. занимал должность заместителя начальника кафедры устройства и живучести корабля Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина, он обучал техников-водолазов специального факультета по таким дисциплинам как Судоподъём, Аварийно-спасательные и взрывные работы и написал для них ряд пособий, в том числе "Подводные взрывные работы".
Начальником водолазной школы Севастополя был выпускник ОПТВ капитан 2 ранга Вишневский В.И., а заместителем командира 39 военно-морской аварийно-спасательной школы - капитан 2 ранга Замула А.И.
Капитан 1 ранга Сластён B.C. занимал должность начальника лаборатории научно-исследовательского института Поисково-спасательной службы. Старшим преподавателем ВВМИУ им. Ф.Э. Дзержинского по обучению водолазных специалистов был выпускник ОПТВ Сидоренко В.П.
Во главе Инспекции Поисково-спасательной службы ВМФ находился капитан 1 ранга Гринаковский C.O., а Балтийского флота - капитан 1 ранга Гусейнов М.К. и Черноморского флота - капитан 2 ранга Кононенко А.А. Выпускники ОПТВ капитаны 1 ранга Верба И.А. и Панов И.Д. проходили службу в Центре подготовки космонавтов по подготовке космонавтов водолазному делу с целью отработки ими задач внекорабельной деятельности в условиях гидроневесомости. Очень ответственную и сложную задачу выполнял выпускник ОПТВ капитан 1 ранга Величко В.В., являясь командиром специального экспедиционного отряда судоподъёмных и аварийно-спасательных работ, специалисты которого находятся в постоянной готовности к выполнению аварийных задач в любом водном районе нашей страны. Главным водолазным специалистом Поисково-спасательной службы ВМФ являлся капитан 1 ранга Пёхов А.И.
Выпускники ОПТВ достигли больших высот в науке : капитан 1 ранга Гетманец Георгий Михайлович защитил докторскую диссертацию, ему присвоена ученая степень доктор исторических наук (изучал историю памятников морякам ВМФ); Демчишин Михаил Денисович - профессор, доктор юридических наук (занимается отработкой метода длительного пребывания человека под водой на глубинах до 500 метров).
Таков далеко не полный перечень того, чего достигли и что сделали выпускники ОПТВ, о многих училище не располагает сведениями. Однако даже из того, что нам известно, можно смело сказать, что выпускники ОПТВ в училище получили настоящую военную закалку, приобрели твёрдые знания и навыки для выполнения своего служебного долга и своими делами не посрамили честь своего училища.
Поскольку выпускники ОПТВ получали только среднее техническое образование, главнокомандующим ВМФ было принято решение проводить подготовку водолазных специалистов по программам высшего учебного заведения с передачей этой задачи в ВВМИОЛУ им. Ф.Э. Дзержинского, которое наряду с профессией водолазный специалист даёт им и вторую профессию инженер-кораблестроитель.

Памяти товарища


Мичман Терещенко Александр Яковлевич,
ветеран 26 дивизии ПЛ КТОФ

06 июня 2016 г. после продолжительной болезни на 66 году ушел из жизни ветеран-подводник, журналист, писатель, главный редактор Независимого Военного обозрения журнала «Фарватер submariners», член Национального союза журналистов Украины, член Всеукраинского союза писателей-маринистов, член Харьковского областного общества ветеранов-подводников им. Героя Советского Союза
И.И. Фисановича мичман в отставке Терещенко Александр Яковлевич. Александр Яковлевич служил в 1969-1986 гг. старшим специалистом машинистом-трюмным-рефрижераторщиком на подводных лодках «К-56», «К-454», «К-314» 26 дивизии подводных лодок КТОФ. На «К-56» служил во время столкновения ПЛ с научно­поисковым судном Дальневосточного рыболовецкого флота «Академик Берг» в июне 1973 года, о чем написал в книге «Тайны двух океанов».
После увольнения в запас долгие годы издавал в Харькове Независимое Военное обозрение журнал «Фарватер submariners», в котором печатались материалы ветеранов – подводников и ветеранов АСС ЧФ.
Издал книги: «Тайны двух океанов», «Черный принц. Подводники», «Восточный бастион», «Рыцари восточного бастиона. Гвардейцы К-56», «Мужская работа. Подводники», «На грани жизни и смерти. Подводники», «Подводные одиссеи».
Светлая память об Александре Яковлевиче Терещенко останется в сердцах родных, близких и товарищей.

Отрывок из книги «Тайны двух океанов»

«В ночь на 14 июня 1973 года в заливе Петра Великого, в районе мыса Поворотный, в результате столкновения с гражданским судном получила пробоину атомная ракетная подводная лодка типа «Е». Был затоплен второй жилой отсек, где погибло около 30 человек. Лодка выбросилась на берег. На судне повреждений и человеческих жертв не было». (Дословный текст из сообщения радио «Голос Америки» от 15 июня 1973 года).
Вот так весь мир узнал о ЧП на Тихоокеанском флоте. Мир знал, советские люди – нет. Судном­убийцей было научно­поисковое судно Дальневосточного рыболовецкого флота «Академик Берг», а жертвой – гвардейская атомная ракетная подводная лодка «К­56» проекта 675, по классификации НАТО «Эхо­II». Американцы не ошиблись – погибли 28 человек, среди которых был гражданский инженер­ракетчик Министерства оборонной промышленности.
Для справки:
Судно названо в честь Героя Социалистического Труда, академика АН СССР, инженера, адмирала Акселя Ивановича Берга, талантливого специалиста в области радиооборудования.
Научно­поисковое судно «Академик Берг» (базовый проект: большой морозильный рыболовецкий траулер – БМРТ типа «Маяковский», проект 394), длина – 75 метров, район плавания – неограничен, количество коечных мест – 116. Имеет ледовый пояс по ватерлинии для работы в условиях ледяного покрытия. Построен в 1963 году. Исключен из реестра 24 апреля 1995 года. В 1996 году передан Китаю на металлолом.
В июне 1973 года я нес службу Отечеству старшим специалистом машинистом­трюмным­рефрижераторщиком и одновременно старшиной девятого отсека. Все события роковой ночи помню хорошо, как будто это было вчера.
В июне 1973 года «К­-56» стояла у пирса в полной боевой готовности, выполняя задачу боевого дежурства. На борту находился полный боекомплект. Один борт ракет с фугасом, другой – с ядерным боезапасом. В первом отсеке две торпеды с ЯБП, остальные – обычный заряд. Экипаж полностью укомплектован, проверен специальной комиссией и допущен к несению боевого дежурства Главным штабом ВМФ.
Но неожиданно экипажу снизили боеготовность, выгрузили часть ракет, а на их место установили экспериментальные. Вскоре на борт прибыл капитан 2 ранга Л.П. Хоменко и его ГКП с личным составом БЧ­2.
Штатных специалистов «К­56», соответственно, отправили на базу, в казарму. Перед самым отходом на лодку прибыли два инженера­ракетчика МОП, старший офицер ракетного управления ТОФ капитан 1 ранга А. Логинов, заместитель командира 26­й дивизии капитан 1 ранга Л.Ф. Сучков, флагманский специалист радиотехнической службы дивизии капитан 3 ранга В.А. Якус и фотограф учебного центра дивизии мичман В.М. Донских. Штатный старпом капитан 3 ранга Геннадий Горохов на корабле отсутствовал, так как будучи отпущенным на берег, домой, в установленное время на лодку не прибыл. Командование приняло решение отправить в море капитана 2 ранга Петрова, бывшего старпома Л.П. Хоменко, назначенного командиром одной из подводных лодок дивизии. В командование «К­56» вступил Хоменко при наличии штатного командира лодки капитана 2 ранга А.И. Четырбока.
Экипаж «К­-56» отправили в море для выполнения мероприятия, совершенно не связанного с несением боевого дежурства по охране советской границы. Нужно было отстрелять экспериментальные ракеты, которые не прошли испытаний на полигоне Северного флота. Воспользовавшись моментом, приняли решение отработать ракетчиков Л.П. Хоменко, чтобы подтвердить линейность его экипажа. Все делали в спешке. На выполнение задачи выделили трое суток.
Прибыли в район полигона ракетных стрельб. Начали работать. Ракеты в цель не попали. Одна вообще ушла куда­то в другую сторону. Инженеры все сетовали, что их постоянно торопили с испытаниями, хотя они убеждали начальство, что оборудование не прошло окончательную проверку на стендах. Команда Хоменко свою задачу выполнила и получила от офицеров штаба положительную оценку. В конце третьих суток получили добро вернуться в базу.
Личный состав экипажа был вымотан до предела. Кто принимал участие в каких-либо экспериментах в море, представляет себе, что это такое. Понятия: отдых, день, ночь, еда по расписанию, спокойная трудовая обстановка – полностью отсутствуют. Вдобавок ко всему, экипажем командуют люди с другого корабля. На лодках одинакового расположения систем и оборудования нет. То клинкеты вентиляции расположены в другом месте, то манипуляторы не так стоят, то выключатели агрегатов не на привычном месте. А люди пришли на лодку с другого экипажа за пару часов до ее отхода в море, и они должны нести самостоятельную вахту. Петров все это время сильно нервничал. Часто срывался. Его понять было можно. Человек только что вырвался из должностных тисков, каждая минута свободы дорога, а тут опять влезать в старпомовскую шкуру. Короче говоря, вся эта свистопляска закончилась в конце третьих суток, после позднего ужина.
В час ночи произошла авария. Я о ней подробно написал в своей книге «Тайны двух океанов». Спасибо Виктору Данилову, который рассказал, что в это время было в первом отсеке. К сожалению, об этом трагическом происшествии пишут все, кому не лень, только не его участники. Вот несколько выдержек из книги «Тайны двух океанов».
«В 5.00 из центрального поста поступила команда в 9­й отсек передать все одеяла на верхнюю палубу лодки. Мы поняли, для чего они были нужны. Через 15 минут поступило приказание – мне и мичману Владимиру Мельникову выйти наверх в район носовой надстройки. Носовая часть лодки была высоко поднята над водой. «К­56» выбросили на пологий берег мыса Поворотный.
Когда я зашел за рубку, то увидел завернутые в одеяла тела моряков. Мы с Мельниковым через люк в легком корпусе спустились вниз, на прочный корпус. Задача была проста: принимать тела погибших из второго отсека и передавать на верхнюю палубу лодки. На борт прибыли водолазы ОСНАЗ ВМФ.
Один спустился в затопленный отсек, второй сидел рядом с нами и подстраховывал товарища. Вначале было страшно и до боли обидно за своих товарищей, погибших в отсеке. В проеме снятого съемного листа в желтой от хлора воде появлялась голова погибшего, мы опускали руки в воду, брали тело подмышки и рывком выдергивали его из воды, стараясь как можно выше поднять вверх. Сверху подхватывали и укладывали на палубу. Впечатление было не для слабонервных.
Приходилось не только подхватывать тела, но и крепко обнимать за талию, ноги и побрасывать вверх. Мы смотрели в мертвые глаза ребят на расстоянии одного сантиметра. У всех глаза были открыты. Зрачки обесцвечены. У многих волосы поседели и окрашены в желтоватый цвет. Со временем мы привыкли и просто работали. Иногда перебрасывались репликами со страхующим водолазом.
Водолазы часто менялись, и тот, кто работал под водой, затем докладывал об обстановке в отсеке, перекуривал и переходил в режим страхующего. Водолазы делились с нами своими впечатлениями. Ориентируясь по различным приметам, нашивкам на карманах курток, по одежде, по необычному росту (высокий или низкий) и т.д. они рассказывали, где кого нашли.
Из их рассказов прорисовывалась следующая картина. Пшеничный был найден у «Каштана» второго отсека на верхней палубе отсека. Водолаз с трудом разжал пальцы механика от вырезов в панели пульта. От переборочной двери его отделял всего один метр. В районе носовой переборки нашли Логинова. В кают-компании, в районе пробоины – помощника командира Бацуро, помощника флагманского РТС Якуса и Петра Дрюкова. На трапе, ведущем из нижней палубы, на ступеньках нашли врача с дыхательным аппаратом на шее. Остальных подняли из кают и рубки гидроакустиков. Двадцать восемь человек погибли в аварийном отсеке, изолированные от остального экипажа прочными переборками. Отсек был затоплен в течение 45 секунд.
Здесь надо оговориться, что до того, как прибыли водолазы ОСНАЗ, в отсек спускался старший машинист­трюмный мичман Терещенко Владимир Иванович в обычном ИДА­59. Он успел поднять 8 тел, которые находились в коридоре отсека. Трудно говорить иначе – но все погибшие стояли, как свечи, «подвсплыв» под подволок.
Когда все тела были вынесены на верхнюю палубу, нам дали немного отдохнуть. Времени мы не замечали. Тела партиями отправляли на катерах в п. Тихоокеанский, а там размещали в госпитальном морге.
С большого морского буксира «Богатырь» подали швартовы, затянули ими кнехты и буксир подтянул лодку дальше на берег. Трещина в первом отсеке наполовину вышла из воды. В течение дня первый отсек был осушен погружными насосами со спасательного судна «Жигули». Прибыл катер с аварийными партиями из состава экипажей лодок 26­й дивизии. Первая аварийная партия с ее командиром, старшим лейтенантом Константином Петровичем Кусаковым, спустилась в первый отсек. С ними ушел и я. Вскоре в отсек спустился зам. командующего Тихоокеанским флотом вице-адмирал Владимир Петрович Маслов в водолазном свитере и резиновых сапогах. Обстановка в первом была мрачной. Описывать ее не хочется. Запомнил слова Маслова, когда матрос Бальчугов, который в глаза не видел адмирала, не совсем корректно попросил не мешать ему. Когда я объяснил матросу, кто перед ним, Маслов сказал, привожу дословно: «Сейчас мы все здесь одинаковы. Сейчас я адмирал, а через мгновенье мы с тобой, сынок, окажемся в равном звании. Так что не стесняйся». Вот так.
У пробоины работали мичман Владимир Бездольев, мичман Владимир Терещенко, старший матрос Ортышко и матрос Бальчугов, а помогал им вице-адмирал Маслов. Остальные выполняли их команды: подать, поднести и не мешать. Почему они? Оба мичмана были опытными специалистами и только они могли разобраться в трубопроводах системы воздуха высокого и среднего давления. А остальные трое были самого крепкого телосложения. Вот они и крутили гайки и ворочали стокилограммовый бак гидравлики, чтобы добраться до трещины, через которую струилась забортная вода.
Кое-как трещину законопатили. Пробоину для маскировки затянули брезентовым пластырем. Под киль носовой части завели понтоны. При этом несколько раз рвались стальные тросы, и понтоны вылетали из воды, как пробки из бутылок с шампанским. Только чудом никого не угробили. Спасатель «Жигули» взял лодку на буксир и повел в бухту Чажма на 30­ СРЗ.
Лодку принимал в свое «хозяйство» командир дивизиона ремонтирующихся подводных лодок капитан 1 ранга Альфред Павлович Софронов и дивизионный механик капитан-лейтенант Григорий Андреевич Дорожко.
…После выгрузки оружия личный состав, свободный от вахт и служебных обязанностей, построили на кормовой надстройке подводной лодки. Перед уставшими, измотанными бессонными ночами моряками, выступил старший инспектор Главного политуправления СА и ВМФ контр-адмирал П.Н. Медведев. Речь его была длинной и уверенной. Он говорил о том, что все моряки герои, что Родина их не забудет и политуправление гордится ими, а лично он от своего имени выражает благодарность за совершённый подвиг. Дальше как-то нехотя и не совсем внятно адмирал сообщил, что все представлены к высоким правительственным наградам. Капитан второго ранга Пшеничный – к ордену Красного Знамени. Остальные – и погибшие, и оставшиеся в живых офицеры и мичманы – к ордену Красной Звезды, а отличившиеся матросы – к медали «За отвагу». Всем, вместе с семьями, уже выписаны путевки в лучшие санатории Министерства обороны. Подводникам и их семьям будут улучшены жилищные условия и т.д, и т.п..
К сожалению, его слова оказались пустым звуком. Сразу после похорон о событиях тех страшных дней словно забыли.
Впоследствии лодку приняли в состав 72 ОБСРПЛ и ремонт начали. Но как обошелся с экипажем лодки командир 72­ бригады капитан 1 ранга Кузнецов и его начпо, – это отдельная история, скрупулезно описанная мною в книге.
Кузнецов при любом удобном случае напоминал экипажу об аварии. А через некоторое время дошло до того, что в произошедшей аварии обвинил весь экипаж. Вскоре личному составу запретили даже вспоминать о случившемся.
А ведь личный состав первого и третьего отсеков совершил подвиг, заслуживающий самой высокой награды. Командир БЧ­5 гвардии капитан 2 ранга Леонид Матвеевич Пшеничный является ярким примером настоящего подводника, выполнившего свой священный долг. Вот настоящий Герой Советского Союза! Но, увы. Не только не наградили, но еще и наказали. Неизвестно, почему забыли о погибших и живых моряках, почему обвинили в катастрофе весь экипаж, который прошел тщательную проверку на знание своих функциональных обязанностей перед заступлением в боевое дежурство, –покрыто тайной…»

М. Адамович "Водолазное братство"




Эта книга о водолазных специалистах - выпускниках Отделения подготовки техников-водолазов (ОПТВ) Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина. Эта книга о людях, служивших не ради карьеры, а посвятивших свою жизнь подводным погружениям, влюблённым в свою профессию, в сложных условиях аварийной обстановки спасавших людей, корабли, подводные лодки, проявляя самоотверженность и мужество, рискуя жизнью, а иногда отдавая жизнь. Книга о самых морских специалистах, чувствующих море своим телом и работающих в нём.
Книга расскажет о командирах водолазных подразделений спасательных судов, дивизионных и флагманских водолазных специалистах соединений спасательных судов, командирах подразделений частей ПДСС и разведки, офицерах-испытателях 40 Научно-исследовательского института Министерства обороны, преподавателях водолазного дела высших военно-морских училищ, водолазных специалистах МВД и других министерств.
В книге ветераны рассказывают о своей жизни, товарищах, службе, о самых ярких страницах свершённых ратных дел.
Книга издана в апреле 2015 года.



Капитан 1 ранга в отставке Заболотнев Фёдор Евстратьевич, старший преподаватель Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина в 1964-2008 гг.


Благодарность моим ученикам

В истории развития водолазного образования России страничка под названием Отделение подготовки техников-водолазов (ОПТВ) Ленинградского Высшего военно-морского инженерного училища им. В.И. Ленина занимает всего лишь 15 лет. Однако это мудрое решение – продолжить жизнь и традиции Кронштадтской водолазной школы (1882-1917 гг.), Балаклавского техникума (1927-1941 гг.), офицерских курсов в Балаклаве и в водолазной школе г. Севастополя (1946-1962 гг.) и последующую роль выпускников ОПТВ в развитии водолазного дела России ещё предстоит осмыслить и оценить.
Созданное в 1963 году по решению главнокомандующего ВМФ ОПТВ на многие годы ликвидировало дефицит специалистов в ВМФ и других ведомствах страны, как по количеству специалистов, так и по качеству подготовки. Обучение специалистов проводилось на более высоком, качественном уровне по сравнению с офицерскими курсами в водолазной школе г. Севастополя. Этому способствовало несколько обстоятельств. Во-первых, удачно было выбрано училище, в котором обучались будущие водолазные специалисты, располагавшее необходимой учебной базой и высококвалифицированным преподавательским и инструкторским составом. Многие преподаватели имели учёные звания и степени, среди преподавателей были фронтовики. На кафедре живучести училища имелись пяти- и трёхметровые бассейны, барокамера, водолазное снаряжение различных типов. Во-вторых, на учёбу принимались лица, освоившие водолазную профессию, твёрдо решившие связать свою жизнь с подводными погружениями. В-третьих, программа обучения курсантов была составлена с учётом имевшегося опыта подготовки водолазных специалистов на офицерских курсах водолазной школы г. Севастополя и предполагала в полном объёме использовать возможности высшего училища. В-четвёртых, близкое расположение г. Пушкин от Ленинграда способствовало культурному и интеллектуальному росту будущих офицеров, курсанты с большим желанием посещали театры, музеи и другие культурные заведения Ленинграда.
На основании имеющихся у меня сведений о службе питомцев училища - выпускников ОПТВ - можно с уверенностью сказать, что проект подготовки водолазных специалистов в Ленинградском ВВМИУ им. В.И. Ленина удался. Подавляющее большинство из них успешно проходили службу на спасательных судах и в частях, выполняли возложенные на них задачи и при этом показали себя профессионалами водолазного дела, что обеспечило им карьерный рост и оценено государством высокими наградами.
Благодарю всех своих учеников - выпускников ОПТВ Ленинградского ВВМИУ им. В.И. Ленина, что не подвели своих преподавателей, училище, своей службой и своим трудом уже в гражданских условиях каждодневно держали его марку, а также внесли значительный вклад в развитие водолазного дела, водолазного снаряжения и покорили новые глубины, как в условиях лабораторий, так и в море.
Рад, что водолазные специалисты поддерживают дружеские отношения, помогают при необходимости друг другу, ежегодно встречаются, а на последней встрече решили написать книгу о своей учёбе, службе, о своих товарищах и назвать её «Водолазное братство».
Необходимо отметить, что о подготовке водолазных специалистов в Ленинградском ВВМИУ им В.И. Ленина в средствах массовой информации публикаций не было, поэтому издание книги частично восполнит недостаток сведений по этой теме.

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... 9 След.


Главное за неделю