Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

Делай, что должен! И будь, что будет... - Абсолютная власть (впечатления командира атомной подводной лодки). - Мешков О.К. "Верноподданный" (эссе о Холодной Войне на море). - Санкт-Петербург: «Слава Морская», 2006 г. Часть 7.

Делай, что должен! И будь, что будет... - Абсолютная власть (впечатления командира атомной подводной лодки). - Мешков О.К. "Верноподданный" (эссе о Холодной Войне на море). - Санкт-Петербург: «Слава Морская», 2006 г. Часть 7.

Мы больше не говорим: « Мы можем! Мы должны! Мы будем!»
Мы - Стали!
Лейтенант из газеты больше не задает мне вопросов: он давно уже понял, что здесь на Дурные Вопросы не отвечают! Впрочем, как и на Умные...
А вот и причал. Едва подана сходня - и газетчик уже на берегу! Он встает на колени и целует шершавый бортик... Я на мостике слышу Его восторженный дискант: « Вы не знаете, кто Вы! Вы - герои! Вам за каждый выход в Море ордена давать надо!»
Мы - давно Знаем... Система не знает... И ордена дают... Правда, не всем...
Да нам ордена и не нужны: на Нашу Героическую Повседневность все равно столько не начеканишь...

...
Корабль назначен для выполнения атаки отряда боевых кораблей... По плану флота! Это - одно из самых сложных упражнений в курсе боевой подготовки атомных подводных лодок...
Опять "Совет в Филях" - командир дивизии, начальник политотдела, начальник штаба... и - я... "накачка" - в лучших традициях системы: оказывается, в моих руках - честь дивизии, я не должен повторить зимних ошибок, сделать выводы из неудовлетворительной оценки за зимний период, корабельный боевой расчет подготовлен недостаточно... Как же ты доверила атаку отряда "двоечнику", а, система? Наконец терпение мое иссякает: «Так что: попадать в главную цель или нет?» Нахальство мое оценено по достоинству! "И опять пошла бодяга про венгерский Будапешт..." Через час "совет" милостиво отпускает меня... в кабинет торпедной стрельбы!
У меня хороший помощник... Хороший минер... Хороший штурман... Боцман... Акустик...
За время пребывания в заводе мы разработали много различных находок в области торпедного и минного дела... Для нас не существует понятия "вне позиции стрельбы"!
Мы стали командой!
А пока - бесконечные атаки с утра до вечера... С углом на дистанции... С расчетным углом... Со сменой борта цели... Из-за охранения... С прорывом охранения... С синхронным маневрированием отряда... С асинхронным маневрированием... Мы постепенно "набиваем" руку!



(Андрей Шалыгин)

Командующий флотилией "навестил" нас: «Тебе по ночам зеленые линии акустических пеленгов еще не снятся? Вот, когда начнешь их видеть во сне - тогда ты готов к атаке!»
По всему судя - он доволен нами... Он оказался Провидцем: ночью мне приснился огромный макет полигонов... В центре - отряд боевых кораблей... А к нему во всех сторон тянутся зеленые линии акустических пеленгов...
И вот - финал! Погружены практические торпеды с "хорошей репутацией" (всегда наводятся на цель)... Корабль готов к отходу...
На пирсе - заместитель командующего, я и мой замполит... "Я знаю, что ты выполнил десятки атак с углом на дистанции и готов применять этот способ. Но - не в этот раз! Слишком много поставлено на карту. Рисковать не желательно. Все понял? Желаю успеха!"
Машина увозит его... А с мостика кричит старпом: "Получено добро на переход по плану!"
Ну, Система, держись! Атака отряда боевых кораблей началась...
Было в те времена почетное наименование " Инициатор социалистического соревнования"...
Назначался один из экипажей, выдвигал лозунги—знамена, под которыми остальные двигались к назначенным рубежам боевой готовности... Сверяя свой путь с достижениями Лидера!
"Инициатор" — это постоянная головная боль его Командира, Штаба и Политотдела Дивизии... длиной в один год!
И не имел права Лидер Системы в течение года ни на что: ни на ошибки в проведении линии партии, ни на послабления в боевой подготовке, ни на грубые проступки в воинской дисциплине... Солнце Дивизии! На котором не могло появиться ни одного "пятнышка"...
Но большинство людей просто Жили и Служили.'..Им не важно было, под каким символом они числились в Реестре Системы. Поэтому "пятна" периодически появлялись на Дивизионном Солнце... А так как "этого не могло быть никогда" — их приходилось скрывать!
Ничто так не разлагало экипажи как сокрытия! Система на словах требовала правды о состоянии дел, а на деле — никогда не любила этой правды, особенно-горькой...
Представляете себе реакцию Системы на любые реляции "Инициатора" по поводу горькой правды? Например, о том, что на корабле обнаружены неуставные отношения среди матросов срочной службы?
Поэтому не было таких реляций. И быть не могло! Постоянные сокрытия губили на корню идею социалистического соревнования... Провозглашалось одно, а люди видели совсем другое.
Я всегда был идейным коммунистом! Не "членом КПСС", а носителем идеи... служения народу и партии! "Народ и партия — едины!" "Все, что создано народом, должно быть надежно защищено!"



Скачать фильм "Коммунист". Голова (Михаил Марченков).

"Коммунистом можно стать только тогда, когда обогатишь свою память всем тем знанием, которое выработало Человечество!" "Кадры решают все!"
Чем плохи были лозунги? Служение народу — цель, идея, смысл жизни. Служение Партии — полная самоотдача проводимой партией линии в Её служении народу.
Высокий профессионализм — обязательное условие успешного служения. Проведение линии партии в жизнь—как строгое соотношение Слова и Дела.
Беспощадная требовательность к себе - как основа морального права требовать с других.
Забота о людях - как воплощение партийного лозунга о кадрах.
Для меня все это всегда было абсолютным воплощением коммунистической идеи, и я служил ей Верой и Правдой! И сейчас служу, несмотря ни на что.
Гибель партии и идеи началась тогда, когда коммунисты перестали служить Идее, а стали служить самим себе.
Массовые сокрытия реального состояния дел—это переход накопленных в партии негативных количественных изменений в качественные, когда идея отделяется от носителей и повисает в воздухе...
Когда в коммунистах происходит зловещая эволюция, которая показана в одном из флотских анекдотов тех лет:
"Чем отличается комиссар-большевик времен Гражданской войны от сегодняшнего замполита? Комиссарским лозунгом был «Делай, как я!»". А у замполита стал: «Делай, как я сказал»
Я очень рано почувствовал эту эрозию партии. Впервые — еще на стажировке. Основательно — в должности ЭсШа, когда был секретарем партийной организации корабля и имел право читать Красные и Синие бюллетени ЦК КПСС. Окончательно — в должностях помощника и старпома. Оставаться идейным коммунистом становилось все труднее, потому что вокруг становилось все меньше коммунистов и все больше и больше—членов КПСС.
Правда становилась все более горькой, а нетерпимость Системы и Партии к тем, кто предпочитал эту правду докладывать, а не скрывать,—все более жесткой. Поэтому происходили удивительные вещи: зачастую Система была более лояльной к тем, кого уличали в сокрытиях, чем к тем, кто говорил правду. По-видимому, между ними имело место взаимное "понимание": ведь Система тоже занималась сокрытиями на своем уровне... от системы более высокого уровня.
Очевидно, что фактор сравнения работал не в пользу таких, каким был я: мои люди видели, как обстоят дела у других, эти сравнения порождали вопросы типа: "А почему при таком положении дел у них - второе место по итогам соцсоревнования, а у нас - пятое? Почему нам дали только две квартиры, а им - пять? Почему их награждают орденами и медалями, а нас - нет?"
Трудно было отвечать на эти вопросы. Я отвечал всегда одно и то же: "Мы готовимся к войне, а они просто служат! А поскольку эта готовность пока не соответствует требованиям войны, я честно докладываю об этом руководству ". Что еще было сказать?



Штрихи истории в черно-белой палитре. Вячеслав Полухин (автор).

Несмотря ни на что, в моем экипаже постепенно появлялись ростки осознания своей особой миссии. Нашим существом стал лозунг "Лучше быть «липовыми» троечниками, чем «липовыми» отличниками!"
Очень памятен в этой связи один случай. После зимней истории ко мне зачастили разные комиссии. Слабое звено, ничего не попишешь.
И вот—одна из них. Офицеры Политуправления Флота сегодня работают на моем корабле. Один из них пожилой и опытный политслужака сразу обложился пачками документов из замполитовского перечня. Другой, помоложе, пошел но отсекам "общаться" с личным составом.
Замполитовский перечень не произвел особо яркого впечатления на члена комиссии. То не так, это не так. Замполит со скорбным видом вечно виноватого выслушивает резюме. Я сижу рядом и по мере сил помогаю.

"Ветер воет, море злится,
Мы, корсары, не сдаем!
Мы спина спиною к мачте
Против тысячи вдвоем! "
(старинная пиратская песня)

В кают-компанию входит второй офицер - проверяющий: "Товарищ командир, а у Вас что, отличный корабль?"
Он что, издевается? "Нет, у меня «двойка» за зимний период. А почему такой вопрос?" В ответ слышу: "А матросы все как один говорят, что корабль—отличный." Он на мгновение задумывается. Потом на лице появляется понимающая улыбка. Его обращение к коллеге лаконично: "Слушай, а ведь, похоже, корабль действительно отличный! Спасибо, товарищ командир".
Они, кажется, поняли, что лучше быть, чем казаться! И на том спасибо... Я всегда боролся с сокрытиями. Поэтому, когда мне предложили выступить в качестве "Инициатора", моим ответом был категорический отказ.
К чести Системы - она приняла мои аргументы и не настаивала.

...
Вы уже давно мысленно спрашиваете себя:" А зачем он это все рассказывает? Ведь мы остановились на моменте выхода корабля в море для атаки отряда боевых кораблей Флота. "Отвечу без промедления: я стал заложником "Инициатора"! Чего-то там у них не сложилось, поэтому их выход вовремя не состоялся.



Липовый.. (Дмитрий Трофимов).

В плане их стрельба была в более удаленном районе. Задержка автоматически сказалась на мне: ведь сначала должен был уйти Лидер, знамя Дивизии.
Поэтому мы с ЭсБэ (в этой роли снова Начальник Штаба) вынуждены идти на большой риск: погрузившись на 100-метровой изобате на глубину 40 метров, "нестись" в назначенный район максимальной скоростью. Что называется - "с ведром на голове!"
Сегодня этот риск - оправданный и обоснованный: экипаж по боевой тревоге, боцман-Ас на горизонтальных рулях, задача — благородная и важная, зона риска - небольшая, глубины по мере движения постоянно увеличиваются.
Вот изобата 150 метров...200 метров... От сердца отлегло: зона риска осталась позади! Спасибо, экипаж, не подвел! Район у моего корабля неудобный: расположен на конечном участке маршрута движения отряда боевых кораблей. Это означает, что времени у нас между подготовительной и зачетной стрельбой почти не останется: ни на осмысление особенностей акустического портрета кораблей, ни на маневр, ни на уточнение нюансов района, ни на отдых экипажу после сумасшедшей гонки...
Зато у "Инициатора" все О'кеу! А вот и отряд... Начали!
И вот я и Начальник Штаба - на мостике. Все позади... Солнце щедро дарит нам тепло. Синева моря пронизана солнечными бликами. На небе - ни облачка! Мы —великие! Только что получено радио от Командующего Флотилией. Обе торпеды наши навелись на главную цель!! Успех полный... И у "Инициатора" тоже.
Атака была исключительно драматичной!!! Гидроакустические условия летом в нашем море - хуже не бывают. Тип пять—и этим сказано все. Главная цель долго не классифицировалась из-за корабля охранения. Наконец, все сложилось: корабль в позиции стрельбы, уверенный контакт. В это время выходит из строя одна из двух практических торпед. Во втором торпедном аппарате вдруг не открылась передняя крышка. Представляете? Исправная торпеда - в неисправном аппарате. Неисправная—в исправном. Что хочешь, то и делай. Корабль начинает терять позицию. Минеры работают на двух фронтах: одни - пытаются открыть крышку, другие - чинят торпеду. Подвсплываю на глубину 25 метров. Не открывается! 20 метров... Нет! 18 метров - открылась, черт бы ее драл!!
Снова увожу корабль на 40 метров. Позиция - на пределе. Решаю стрелять с расчетным углом упреждения! Одной торпедой... Спасибо, научили на Командирских классах. Ввод данных - из первого отсека. Фактически стрельба резервным способом. Товсь! Пли! Торпеда вышла. Пеленг сливается с целью. А что дальше?
Минеры возятся со второй торпедой. Ложусь на тот же курс, которым следует атакованная цель... Надежда умирает последней... Район скоро закончится - и все! Доклад командира минно-торпедной боевой части звучит в моих ушах сладкой музыкой: "Торпедный аппарат... готов к выстрелу!" Не верю в услышанное. Да, торпеда в строю... Аппарат готов... Выбора у меня нет: на секунду в памяти всплывает голос заместителя Командующего... Командую: "Стрельба с углом на дистанции вдогон! Ввести..." Минеры четко отрабатывают ввод данных стрельбы... Да, мы умеем применять этот способ стрельбы, товарищ Заместитель Командующего! И сегодня применим его! Несмотря на все Ваши запреты! Колебания отброшены прочь! Ответственность—только на мне! ЭсБэ не вмешивается: молодец! Он верит в меня...



Последние секунды... Аппарат.. Товсь! Пли! Торпеда вышла! Вышла!!! Ай, да мы! Минута... Вторая... Пеленга пошли влево! К цели! Есть отработка угла второго поворота! Ура!!! Все... Атака отряда боевых кораблей завершена... Всплываем... Спасибо, корабль! Спасибо, экипаж!
Это был последний рубеж на пути к первой линии! Скоро, очень скоро корабль и экипаж войдут в состав Сил Постоянной Готовности...
Кончался девятый месяц моего командования... Тяжелая линейность 1985 года близка к завершению. Резонанс от нашей атаки—ошеломляющий! Оказывается, с углом на дистанции очень давно никто на Флоте не стрелял... А тут—сразу два корабля, и обе стрельбы успешные...
Кроме того, и я и "Инициатор"—оба назначены участниками крупнейших флотских учений с одновременным выполнением задач боевой службы... Вот так-то! И «двойка» за зимний период не стала препятствием к решению Командующего Флотом... Опять корабль - на направлении главного удара Флота... Экипаж встречает Новости с энтузиазмом! Да и есть возможность «потягаться» с Лидером Дивизии в условиях, максимально приближенных к боевым...
Кстати, командир "Инициатора"—мой однокашник по штурманскому факультету... У меня с ним—здоровое соревнование: в искусстве швартовок, в торпедной подготовке... Он гораздо способнее меня... Там, где он опирается на способности, я опираюсь на труд... В общем, разные мы...
По замыслу учений я действую на стороне «западных»... Час назад получил личный инструктаж начальника боевой подготовки Флота... Задаю ему один вопрос: "Есть ли особые указания в отношении сил «восточных»?" Ответ в телефонной трубке категоричен: "Действовать, как в бою!"
Что ж, к этому я и готовил корабль, экипаж и себя все это время. No pasaran! "Восточные", это о вас...
Еще один курьезный случай накануне выхода корабля происходит со мной. Все шло хорошо: погружено спецоружие, все виды запасов, пополнены запчасти... И вдруг—как снег на голову, доклад интенданта: " В тылу нет мешков для удаления мусора в подводном положении"... Война с Бербазой за последние сутки высосала все мои силы, а без мешков идти в море нельзя. Поэтому решаюсь обратиться прямо к Командующему Флотилией: "Хорошо, жду через час у себя". Другой бы послал, а этот - нет!
Я—в кабинете «Дяди Саши». Он по селектору вызывает начальника Тыла. Становлюсь свидетелем вот такого диалога: "Ты что, хочешь стать посмешищем на весь Флот? У нас на весь Флот - единственный командир с фамилией Мешков. И вдруг он не может выйти в море из-за того, что у него нет мешков... Ты меня понял? Хорошо... Лично привезешь мешки Мешкову. Все". Он кладет трубку: "Иди. Желаю успеха!"
Через час мне привезли мешки. Оказывается, в тылу есть все, но не для всех...
Корабль готов к отходу... Я — на причале... Жду ЭсБэ (со мной опять идет Начальник Штаба!) и тихо радуюсь солнышку, теплу и синему небу... Швартовые команды радуются вместе со мной... Мы за последние дни привыкли к предельному флотскому режиму: "Хватай мешки - вокзал отходит! " А тут вдруг - час покоя, тишины и душевного отдыха, когда можно чуть-чуть расслабиться перед прыжком в неизвестность... Подумать о самом заветном... Вспомнить жен, детей, родителей... Прочитать молитвы... Да-Да! Молитвы... Я -фаталист... Верю в судьбу и людей... Верю в корабль... Верю в море... И океан... Верю в себя! Верю в то, что любой подводник является им Братом... Сильным и верным... Здравствуйте, Братья! Скоро долгожданная встреча... И место этой встречи изменить нельзя!
А вот и машина... Добро пожаловать на борт, товарищ Начальник Штаба! Мы снова вместе... "По местам стоять! Со швартовов сниматься!"



Борис Ефимов (СССР). Всё та же старая песня. 1981.

...
Тревога, тревога, тревога!
Мы снова уходим в поход,
Глубин неизвестных дорога
Нас завтра к себе призовет.

Скрывается пирс за кормою
За бонами море ревет,
На встречу с Холодной Войною
Уходит атомоход...

Нам возраст помехой не станет,
Броня экипажей сильна!
Мы вызов Тебе посылаем,
Холодная Наша Война!

Турбины гудят напряженно
В глубинах далёких морей
И вахт череда монотонных
Нас давит сильней и сильней...

Нас давят бессонные ночи,
Нас душат короткие сны,
Нам долго бродить у обочин
Проклятой Холодной Войны.

В полях постоянного тока
Энергия воли сильна,
В журналах чеканные строки
тебе посвящаем, Война.

Ты долго нам души ломала
Жарою, удушьем, тоской
Ты трудно назад отпускала,
Не все возвращались домой

В отсеках сгоревших навечно
Их души на вахтах стоят!
Лишь волны холодные плещут
На братских могилах ребят

Не слышно им жен безутешных
Безмолвна всегда глубина
Так стань же им матерью нежной
Холодная Наша Война!

Так стань же им мягкой купелью
В тиши вековой глубины!
Пусть станет теплей на мгновенье
Дыханье Холодной Войны!

Мы их помянув, не заплачем
Что живы - не паша вина...
Мы цену любую заплатим
Тебе за Победу, Война!

И Нас не страшат неудачи!
Пусть давит сильней глубина!
Чтоб только не стала Горячей
Холодная Наша Война!



"100 лет со дня гибели подводной лодки "КАМБАЛА"", Акиндинов С.А.

Продолжение следует.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища, 60-летию первых выпусков Тбилисского, Рижского и Ленинградского нахимовских училищ посвящается.

Пожалуйста, не забывайте сообщать своим однокашникам о существовании нашего блога, посвященного истории Нахимовских училищ, о появлении новых публикаций.



Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю