Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Охотник за минами. В.Ф.Касатонов. Окончание.

Охотник за минами. В.Ф.Касатонов. Окончание.

Да – мы непозволительно инертны. Да – нам не достает амбициозности и драйва. Правда, однако, и в том, что безжалостный остракизм, которому не устает подвергать женщину современное общество, в особенности его мужская часть, остается серьезным препятствием на ее пути вверх по карьерной лестнице. По молодости Светлана Николаевна пыталась бороться, но ее «побороли». Она ожесточилась на мужчин. Однажды прочитала и взяла себе на вооружение советы психолога Андриен Мендел: «Действуй так, будто ты все знаешь. Обращайся за помощью к мужчинам только в самом крайнем случае. Не уставай рекламировать собственные достижения. Найди «ахиллесову пяту» конкурента, но не дай проиграть ему слишком явно. Изображай усердие и ни за что не признавай своих ошибок. Блефуй изо всех сил! И ты будешь на высоте – вот увидишь». Удивительно, но очень скоро отношение к ней переменилось. Она почувствовала себя на равных с мужчинами. С ней начали считаться. Она стала продвигаться по служебной лестнице, как шутил Бернард Шоу: «На служебной лестнице стойте справа, не мешайте идущим вниз». Она не мешала, иногда даже помогала. Жизнь заиграла яркими красками. Светлана Николаевна защитила кандидатскую диссертацию по проблеме обнаружения подводных лодок в дальней зоне гидроакустической освещенности. У нее было два изобретения и несколько научных трудов в соавторстве с коллегами. Ее материальное положение стабилизировалось. Все, вроде бы, хорошо. Не везло с мужчинами, с этими вечными самцами. Хотя как сказать! Они занимали в ее жизни, как и должно быть, второстепенное место. Она была строга с ними. Она выбирала, она решала и позволяла им сближаться с ней. Как откровенно призналась одна артистка на Каннском кинофестивале: «Я переспала со всеми мужчинами, с которыми хотела!» Это было и ее кредо. В молодости, когда надо было решать – либо карьера, либо семья, она выбрала семью. И ошиблась!!! Через два года все распалось. Муж мерзавец, крутил «романы» не таясь, ни от нее, ни от коллег по работе. Как она страдала. Их ребенок родился мертвым. Сама она после родовой горячки еле-еле вернулась к жизни. Врачи сказали, что стать матерью она не сможет. Светлана Николаевна потеряла смысл жизни. Озлобилась. Вся ушла в работу. Научная работа, карьера стали целью ее жизни. Иногда «мелькали» мужчины, те, которых она выбирала. Несколько встреч и «гуд бай, май лав, гуд бай». Когда возникала потребность, она снова начинала «охоту» и, как правило, всегда побеждала. Ей нравилась такое «хобби». Охота в крови у каждой женщины. Теперь она хотела попробовать свои силы на таком экземпляре, как Андрей Николаевич Ильин. Первый шаг сделан, она познакомилась с ним и поняла, что произвела впечатление. Что будет дальше?! «Он будет мой! Когда я захочу!»



Все женщины - богини.

7. Андрей Николаевич после первого посещения корабля понял, там надо срочно навести порядок в работе межведомственных комиссий. «Нет единого руководства. Надо брать власть в свои руки!» По своему опыту он знал, что вся работа комиссий на корабле, должна идти по согласованному и утвержденному плану. «Работа без плана, это работа впустую!» Вместе со Светланой Николаевной он решительно направился к командиру и как представитель полигона попросил назначить на завтра на 16 часов заседание всех руководителей ведомственных комиссий. Командир, не отрывая глаз от Светланы Николаевны, заверил, что все будет исполнено, и даже он сам будет присутствовать там с командирами боевых частей. «Итак, все мосты сожжены! Отступать некуда. Полный вперед!»
На другой день за пять минут до начала заседания Андрей Николаевич в форме капитана 1 ранга со всеми регалиями и значками прибыл в кают-компанию тральщика «Железняков». Все от неожиданности встали и молча с удивленными лицами уставились на него. «Здравствуйте, коллеги. Садитесь». Не давая времени опомниться, он решительно приказал разработать единый план проведения комплексных испытаний корабля за 20 ходовых дней. Каждой комиссии надо заранее расписать, что будет проверяться на выходе в море в конкретный ходовой день. Он спокойно объяснил, что на переходе в район испытаний механики могут проверять ходовую часть корабля. При прибытии в район, пока идет подготовка к минно-тральным работам, можно проверить системы радиосвязи и взаимодействие с вертолетом. Если возникает вынужденная пауза из-за пролета разведывательного спутника, можно отработать проверки артиллерийской установки и т.д. «Время на разработку, рассмотрение и утверждение плана двое суток. Только после этого руководство Феодосийского полигона начнет планировать выходы корабля в море на испытания». Андрей Николаевич встал и последней фразой поставил точку на своем выступлении: «Командиру корабля представить согласованный план начальнику полигона на утверждение в указанный срок. До свидания». Выходя, он увидел восхищенные глаза Светланы Николаевны. Женщины любят решительных мужчин. Когда за ним закрылась дверь, многие спрашивали: «Кто это? Кто это?» Андрей Николаевич по своему большому опыту работы с людьми знал, что выполнять приказания всегда легче, чем принимать решения. Более того, люди любят, когда ими командуют. И, действительно, план разработали, утвердили, все успокоились, и работа пошла полным ходом.

8. Андрей Николаевич Ильин сидел в глубокой задумчивости за пультом оператора гидроакустической станции. Только что закончился очередной по программе день испытаний станции в море в реальных условиях юго-восточнее мыса Фиолент.



Мыс Фиолент, также известный под именами Партениум, Феленк-Бурун, Манастыр-Бурун, мыс Святого Георгия...

Реальные условия создавались на полигоне искусственно. Корабль прибывал в заданную точку. Минеры производили трудоемкую работу по постановке практической мины на заданной глубине. Измерялась глубина моря в месте постановки. Потом шли сложные расчеты, какой длины должен быть минреп, чтобы мина была установлена на нужной глубине. Готовился сигнальный буй, который фиксирует на поверхности моря место установки мины. В это время корабль качает, тросы и минреп запутываются. Несколько раз приходилось вынимать мину с якорем из воды и распутывать все тросовое хозяйство. Наконец, через несколько часов нервно-паралитической работы мина занимала необходимое положение, все облегченно вздыхали, и комиссия по испытаниям гидроакустической станции начинала работать. Корабль производил согласно морскому заданию сложное маневрирование, гидроакустическая станция проверялась в работе на различных режимах. Были, естественно, небольшие сбои в работе, которые тут же устранялись инженерами-разработчиками, но в целом, станция показывала высокие тактико-технические характеристики. Андрей Николаевич спокойно размышлял: «Сегодня пятый день работы в море. Проверки технических возможностей гидроакустической станции «Кабарга А3» завершаются. Максимальная и минимальная дальности обнаружения мины, разрешающая способность по пеленгу и дистанции – все соответствует требованиям тактико-технического задания. Светлана Николаевна рассчитала вероятностные характеристики, члены комиссии начертили графики, составили таблицы – все как требуется согласно программе испытаний. Первый этап испытаний в море можно завершать. Станция хорошая! Впереди самое трудное, как она будет работать в комплексе с оружием на уничтожение обнаруженной мины? Посмотрим, что день грядущий нам готовит?» Андрей Николаевич вздохнул. Его изматывал такой нудный режим работы, поскольку минеры опять несколько часов будут поднимать на борт свою «дорогую мину». Светлана Николаевна наблюдала за Андреем Николаевичем. Она уже изучила его за время совместной работы. Он все больше нравился ей. Прежде всего, тем, что у него не было «комчванства». Он был прост и доступен. Немногословен и решителен. В нем чувствовалась мужская сила и уверенность. Но … за все время совместной работы он никак не высказал своего отношения к ней. Он ее, как бы, не замечал. Это ее раздражало. И даже иногда бесило, ибо кругом было много мужчин, которые «таяли» от общения с ней. Вместе с несколькими разработчиками станции из таганрогского института она подошла к Андрею Николаевичу, и они дружно пригласили его вечером после возвращения корабля с моря «на фуршет» по случаю успешного завершения первой части испытаний станции. Тем более, что впереди два выходных дня. Ее глаза излучали такую доброжелательность, что невозможно было отказать, и Андрей Николаевич согласился. «Буду», – сказал он просто.
На фуршете все пошло по ее сценарию. После третьего или пятого тоста Светлана Николаевна изобразила, что ей не по себе, видимо, мол, сказалась усталость, и что она хочет вернуться в гостиницу, в свой номер. Все мужчины были в самом разгаре веселья, и, как-то никто резко не изъявил желания проводить ее. И тогда Андрей Николаевич, сказав, что он самый старший и ему тоже пора уходить, предложил проводить Светлану Николаевну, тем более, что ему по пути. Все дружно зааплодировали, что так хорошо разрешилась проблема. И даже не заметили радостной улыбки «больной». «Да, капкан захлопнулся!», - радовалась «дочь Талейрана». «Теперь он мой!»



9. Они медленно шли по набережной Феодосии, одной из лучших в Европе, как говорили специалисты, и черноморские волны, мягкие и нежные, что-то шептали им, пряча свои головы в прибрежную гальку. Тонкий аромат цветущей белой акации пьянил слегка затуманенную голову. Легкий бриз с моря, откуда-то из Византии, наполнял все тело неведомыми желаниями. Светлана Николаевна, опираясь на руку Андрея Николаевича, и прижимаясь плечом, вдруг засмеялась: «А теперь я хочу шампанского!» Глаза ее радостно блестели и очень много обещали. От нее хорошо пахло какими-то французскими духами. Андрей Николаевич вспомнил печальную фразу Александра Сергеевича Пушкина: «И может быть, на мой закат печальный, блеснет любовь улыбкою прощальной…» и понял, что он на краю пропасти. Он взял себя в руки и мягко, уже многозначительно подыгрывая своей пассии, сказал: «Пойдемте ко мне. У меня все есть!» А потом вдруг добавил: «Жена тоже любит шампанское. Наше крымское, из галицинских подвалов Нового Света. Особенно, мускатное. Она будет рада гостям». Светлана Николаевна замерла, словно наткнулась на невидимую преграду, и тихо сказала: «Я думала, вы проводите меня в номер гостиницы, и мы там выпьем шампанского». «Да, я провожу вас до гостиницы, но подниматься в номер не буду, чтобы не возбуждать лишних разговоров. Это ни к чему!» – решительно и жестко сказал Андрей Николаевич.
«Почему вы так строги к себе? Неужели я вам нисколько не нравлюсь? Наоборот, я вижу, что я в вашем вкусе! Женщина вас приглашает, что не так часто бывает. К чему отказываться?» – с некоторым вызовом бросила фразу Светлана Николаевна. «Вы роковая женщина! Да, я уверен, стоит вам поманить, и многие пойдут за вами. Вспомните притчу о Сократе: «Одна женщина, не слишком строгого поведения, сказала ему: «Что ты здесь ходишь со своими учениками, хвастаешься…Достаточно мне только поманить пальцем, и они побегут за мной. И тебя бросят». Он ответил: «Возможно. Потому что ты зовешь их идти с собой вниз, что очень легко. Я же зову их идти со мною вверх, что очень трудно». У вас, Светлана Николаевна, врожденный талант нравиться мужчинам. Они летят к вам, как мотыльки на огонь и «погибают». Вы мне напоминаете роковую женщину Марию Будберг, она же Закревская, она же Бенкендорф.



Мария Игнатьевна Будберг - Бенкендорф - Закревская - Mariya Budberg

Да, да, литературного секретаря и гражданскую жену Алексея Максимовича Горького, которую представляя, великий писатель говорил: «Это моя жена, но не хочет выходить за меня замуж!» Эта женщина одновременно была «женой» другого великого писателя – Герберта Уэллса, любила и была «в отношениях» с Робертом Брюсом Локкартом, «общалась» с чекистом Петерсом, заместителем Ф.Э.Дзержинского, и.., пожалуй, достаточно! Роковые женщины были, есть и будут в истории человечества: Лиля Брик для Маяковского В.В., Полина Виардо для И.С.Тургенева, Ремарк и Марлен Дитрих, и даже Наталья Николаевна Гончарова у А.С.Пушкина. Я знаю, чем обычно кончаются встречи с такими женщинами. Теперь по опыту своей жизни считаю правилом: если ты настоящий мужчина, найди в себе силы и во время остановись. В таких связях и романах не бывает «хэппи энда» – счастливого конца. За несколько минут удовольствия приходится платить дорогой ценой. Мы же не животные, мы люди! У нас есть чувства, мы страдаем и переживаем. Правильно сказал известный писатель: «Хотеть лечь с кем-то в постель – не самое важное, может куда важней проснуться вместе утром и приготовить друг другу чай?» Я для вас буду сто первый вздыхатель, всего лишь, в вашем бесконечном списке побед. Мне приятно, что вы сегодня остановили свой выбор на мне. И только. Я так понимаю, что «любовь – это когда хочешь с кем-то переживать все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой – помогать пережить насморк и долгие вечера, а когда станет холодно – вместе топить печь…» Когда хочется просто положить руку на плечо и сказать: «Посмотри, какой идет снег!» В этот момент они подошли к гостинице. Андрей Николаевич поцеловал руку Светлане Николаевне и, с горькой улыбкой, глядя в ее бездонные глаза, сказал: «Честь имею!», развернулся и решительно, не оглядываясь, пошел в соседний бар. «Подводные – 50 граммов не помешают!»
«Увы, рыбка сорвалась с крючка!», – Светлана Николаевна, раздавленная и униженная, сидела у себя в номере и повторяла эту нелепую фразу. «Сорвалось. Но что же, воспользуемся принципом рыбака – не клюнуло, еще раз забросим!» С этой легкой мыслью она разделась и легла в постель: «Еще не вечер», – как говорил Высоцкий. Ах, как хочется отомстить этому праведнику!». Но спала она как-то плохо. «Может быть, я все-таки ошибаюсь в мужчинах», – вдруг спохватилась она среди ночи. «Видимо, среди них есть и нормальные, как Андрей Николаевич! Мне б такого!»



10. «Боевая тревога!» Весь экипаж тральщика «Железняков» занял места по боевому расписанию. Все напряжены и собраны. Начался очень важный этап испытаний – поиск и уничтожение мины. Андрей Николаевич впился глазами в экран. Много всевозможных засветок и только одна из них – «наша мина». Опытный испытатель Андрей Николаевич, меняя режимы работы передатчика, «отстроился» от большинства помех. Остались самые сильные отражения. «Вот это мина», – показал он членам комиссии отметку с правой стороны экрана. Светлана Николаевна проверила показания приборов. Да, по всем данным это, действительно, мина. «Мина обнаружена. Пеленг …, дистанция…, глубина установки мины …». Командир корабля доклад принял. «Выдать целеуказание в комплекс на уничтожение мины!» «Есть!», - ответил Андрей Николаевич и нажал кнопку «ЦУ». «Целеуказание выдано!» «Целеуказание принято», – сообщили из боевого поста «оружейники», подготовив самоходный снаряд-торпеду. «Пли!», – скомандовал командир и впервые в истории торпеда, винтами спереди, пошла в сторону обнаруженной мины. На экране гидроакустической станции видно как движется самоходный снаряд. Вот он подошел к мине, начал делать вокруг нее сложную циркуляцию, из кормовой части снаряда вышел трос с учебно-боевым зарядом – пиропатроном. Трос обмотался вокруг минрепа и пиропатрон остался на нем. Самоходный прибор развернулся и пошел в сторону тральщика. В боевых условиях осталось бы только подорвать пиропатрон, и мина всплывет на поверхность моря, где ее уничтожат оружейно-пулеметным огнем.



Получилось! Ура! Все бросились обниматься и целоваться. Светлане Николаевне удалось сорвать рабочий поцелуй у Андрея Николаевича. Не больше, а жаль! Члены государственной комиссии планировали повторить эксперимент еще два-три раза, но внезапно разыгравшийся шторм прервал испытания. Свирепый северный ветер вырвался из восточных отрогов Крымских гор, и почти мгновенно море стало «горбатым». К удивлению команды корабля на горизонте показались тонкими нитями три на глазах родившихся смерча. Они мощно набирали силу и приближались. В бинокль было видно, что творится в месте их соприкосновения с водой. Командир принял решение: «Учебную мину оставить в море, кораблю укрыться в ближайшей бухте в районе Судака. Испытания будут продолжены после того, как закончится шторм». Пока в течение двух часов мчались, уходя от шторма, до точки якорной стоянки, все укачались – и матросы, и члены комиссии. Андрей Николаевич, опытный моряк, перенес качку спокойно. Вместе с командиром они выбрали удобное место для постановки корабля на якорь с учетом грунта и глубины места. В дикой, безлюдной бухте не качало. Северный ветер не смог сюда прорваться. Экипаж пришел в себя. А здесь как раз подошло время ужинать. Все хотели есть после изнурительной морской болезни. Поэтому поступившая команда «Приготовиться к ужину!» вызвала всеобщий восторг и ликование.
Пока команда корабля ужинала, Андрей Николаевич спустился в гидроакустическую рубку и запросил разрешение на включение станции «Кабарга А3». «Добро» было получено, и он продолжил разрабатывать «Инструкцию вахтенному гидроакустику по эксплуатации станции на различных режимах работы». Это входило в обязанности государственной комиссии. Когда он уже в третий раз осматривал акваторию бухты, записывая свои действия для будущих флотских операторов, его внимание вновь привлекла мощная отметка на пределе дальности действия гидролокатора. Что бы это могло быть? Он тщательно использовал все возможности станции, чтобы классифицировать цель. Через полчаса напряженной работы он, весь мокрый от волнения и переживания, признался сам себе: «Мина. Боевая мина. Находится в боевом положении!» Стараясь не выдавать волнения, он доложил вахтенному офицеру: «Командир и члены комиссии приглашаются в гидроакустическую рубку». Когда все собрались, Андрей Николаевич показал на экране опасную отметку. После небольшого обсуждения члены комиссии пришли к заключению: «Да, с очень большой степенью вероятности эта отметка может быть миной».

А далее, военная машина закрутилась, и ее уже было не остановить. Командир корабля дал шифровку оперативному дежурному флота. Тот срочно доложил ее содержание командующему флотом. От него информация пошла в Москву. В Москве большие адмиралы посовещались, изучили обстановку вокруг безымянной бухты и приказали: «Тральщику «Железняков». Мину уничтожить в бухте, соблюдая все меры осторожности!» Обрастая по пути ценными указаниями, приказание из Москвы вернулось на корабль. Последняя фраза в нем не очень понравилась командиру: «Если …, то будете сняты с должности и назначены с понижением». Командир надвинул фуражку на глаза и скомандовал: «Боевая тревога!»

11. В гидроакустической рубке полумрак, светится только экран станции и лампочки контрольных приборов. Все напряжены. Тишина, только мерно работает кондиционер охлаждения станции. Андрей Николаевич, не отрываясь, следит за отметкой от мины. Поступает команда: «Выдать целеуказание!» Он производит необходимые манипуляции и докладывает: «Целеуказание выдано!» На экране видно, как самоходный прибор начал движение к мине. Вот он производит сложное маневрирование, и боевой пиропатрон цепляется за минреп. Пиропатрон «сработал» и мина начала медленное движение на поверхность моря. Все замерли. И вдруг по громкоговорящей трансляции прозвучало: «Говорит командир. Вижу мину! Боевому расчету с оружием наверх!» Ура! Все бросились поздравлять Андрея Николаевича. То, ради чего был создан тральщик «Железняков», сработало в реальных боевых условиях. Корабль отошел на безопасное расстояние, и матросы по команде начали стрелять на поражение по еле видимой на поверхности моря мине. Морская мина, в отличие от сухопутной, содержит в себе до тонны взрывчатого вещества. Она способна пустить на дно любой корабль. Поэтому взрыв, хотя и ожидаемый, оказался настолько мощным и страшным, что от взрывной волны содрогнулся весь корабль и побилась посуда в кают-компании, а два матроса получили травмы, так что корабельный врач тоже оказался при деле. Черное огромное облако прошло рядом с кораблем и нехотя растаяло в прибрежных скалах. Все на корабле реально убедились, как опасны и страшны морские мины. Но вот, благодаря им, морякам тральщика «Железняков», одной из них стало меньше.



Морской тральщик "Железняков" выходит в море (фото А.Кузенкова).

12. Охотник за минами, тральщик «Железняков» впервые после завершения государственных испытаний выходит из базы для участия в учениях Черноморского флота. Ласковые волны Феодосийского залива нежно покачивают корабль. Какая игра красок: яркое солнце, синее море, голубое небо, четкая линия горизонта, и белоснежные чайки. Справа остаются бухта Коктебель и мощные отроги древнего Кара-Дага. До чего красивы хребты и ущелья этой «Черной горы»! Сотни лет они встречают и провожают корабли, посещающие порт Феодосия, самый древний в нашей стране, ему свыше 25 веков. Чего только не видели эти берега – и Екатерину Вторую с Потемкиным, и Ушакова, и Нахимова, и феодосийский десант 1941 года, и новые корабли второй половины 20 века. И самый новый из них – охотник за минами «Железняков». Андреевский флаг гордо развивается на фок-мачте. Настроение командира и экипажа прекрасное – корабль новый, аппаратура самая современная, учебно-боевые задачи, поставленные перед кораблем по плану учения, грандиозные! Вместе с ними радуются оставшиеся на берегу члены государственной комиссии. Работа закончена. Все протоколы и акт подписаны. Вчера документы были представлены командующему флотом, он их утвердил, и материалы испытаний пошли в Москву с рекомендацией «Принять на вооружение». Это высший пилотаж любых испытаний. Значит, многолетняя работа сотен инженеров и десятков научно-технических предприятий проведена не зря. Все члены комиссии довольны, кроме Светланы Николаевны. Сорвался ее план покорить Андрея Николаевича. Впервые за последние годы она не достигла цели. Правильно, видимо, говорят, раз на раз не приходится. Она успокаивала себя этим. Но спокойствия не наступало: «Где-то я ошиблась в мужчинах. Среди них есть все-таки настоящие Люди! Раньше, такие как Андрей Николаевич, мне не попадались, а жаль. Я бы по-другому построила свою жизнь». А корабль тем временем дал полный ход и, разрезая форштевнем морские волны, которые начали грозно раскачивать судно, все дальше удаляется в просторы Черного моря. «Счастливого плавания тебе, охотник за минами «Железняков»!

P.S. От автора.



Война до сих пор подает злые весточки...

За первые годы моей службы на Флоте, в период 1956-1964 годов, было обнаружено и уничтожено 157 сорванных штормами с якорей «плавающих» мин. Позже, с 1964 по 1971 годы, только в морской зоне Ленинграда уничтожено 19 «плавающих» и выброшенных на берег морских мин.
С началом Великой Отечественной войны уничтожение мин велось постоянно, но в период войны их было уничтожено только около 5%. Основной объем операций боевого траления был выполнен в послевоенный период. В период после 9 мая 1945 года при боевом тралении на минах подорвались 29 наших тральщиков. 17 из них затонули вместе с экипажами.
Боевая служба морских минеров опасна, а в глубинах моря непредсказуема как в военное, так и в мирное время. И сегодня не исключена возможность обнаружения этих опасных находок - скрытых водой посланников прошедшей войны.



Капитан 1 ранга Касатонов В.Ф. Фото 1989 года.
Брест.
Июль 2013 года.


Главное за неделю