Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия Военная юридическая консультация
Какая база нужна России на Курилах?
Аэродром и база ВМФ
    82,14% (46)
Военно-морская база
    8,93% (5)
База научной экспедиции РГО
    7,14% (4)
Никакая
    1,79% (1)
Военный аэродром
    0,00% (0)

Поиск на сайте

МОРСКАЯ ШКОЛА РОССИИ ГРАБАРЬ ВЛАДИМИР часть 6

МОРСКАЯ ШКОЛА РОССИИ ГРАБАРЬ ВЛАДИМИР часть 6

Правильные черты Морской академии в правление Г.Г.Писарева



Скорняков-Писарев Григорий Григорьевич

На директорский пост 3января 1719 г. заступил полковник Г.Г.Скорняков-Писарев, при котором, как писал историк города И.И.Пушкарев, академия начала приобретать «положение правильного учебного заведения» (Пушкарев И.И. Николаевский Петербург. СПб., 2000. С. 391.). Ранее Писарев преподавал артиллерию. Чином полковника пожалован за розыск по «суздальскому делу» царицы Евдокии и делу царевича Алексея, его последнее дело – 5января 1719 г. – касалось рассмотрения преступления астраханского коменданта М.Чирикова. Помимо политического сыска, Писареву поручались изыскания по строительству каналов, в эти годы он руководил строительством Лиговского канала, и, на его беду, ему поручено строительство Ладожского, с которым он не справился, чем и был определен его срок службы в академии. За три года правления Писарев составил программу преподавания, издал для академии дельную, очень строгую инструкцию. Велось обучение в академии на значительно более высоком уровне, чем раньше в Математико-навигацкой школе.

Незаметным подразделением Морской академии, не упомянутым в организационных документах, был заведенный в конце 1718 г. Геодезический класс на 30 человек, в который попадали одаренные юноши. В него вошли ученики Московской навигацкой школы Степан Малыгин, Иван Евреинов, Федор Лужин, Петр Скобельцын, а в 1719 г. – Михаил Гвоздев, руководил классом сам профессор А.Д.Фарварсон.



Малыгин Степан Гаврилович

Директор Г.Г.Скорняков-Писарев был высокообразованным по тем временам человеком, умеющим добиться своего. Его руководство началось со сбора денег на содержание академии. С 1 сентября 1719 г. деньги собирались с Долгоруких, Головиных, Одоевских, Голицыных и др. Ему в заведование были переданы псковская, ярославская и новгородская школы при архиерейских домах и московская и вологодская школы навигаторов (ПСЗ. Т. 5. № 3447 от 6 нояб. 1719 г. С. 751.). Число учеников в Петербургской академии увеличено до 300, в Москве – до 500. Решено в Москве изучать только арифметику и геометрию, после чего посылать учеников в Санкт-Петербург, по 4 человека на подводу. Ученики разделены на 6отделений, или бригад, по 50 человек. Всеми командовали гвардейцы: капитан Козицкий, он же командир Гардемаринской роты, с двумя офицерами, кроме них 2 сержанта и несколько солдат в роли дядек. Школьникам добавлен летний отпуск с 15 июля по 15 августа. Периодически в сообщениях возникало подготовительное отделение при самой Академии и даже школа, которую иногда путают с созданной в 1717 г. Адмиралтейской школой.

Польское посольство в гостях у гардемарин

В 1720 г. занятие гардемаринов посетило польское посольство. Рассказав, как их потчевал корабельными блюдами адмирал Апраксин, анонимный автор продол-жал: «Немного посидев, мы пошли в коллегии, где было полно молодежи. Столы были обтянуты зеленым сукном, а на стенах висели зеркала, чертежи и различные гравюры. Магистр преподавал военное искусство – как стрелять на кораблях, как управлять парусом, когда качает корабль, и другие искусства этого рода. О них трудно было спрашивать, тем более что [мы были] только мимоходом, я едва слышал, чем тут заняты…» (Краткое описание города Петербурга и пребывания в нем Польского посольства в 1720 году // Беспятых Ю.Н. Петербург Петра I в иностранных описаниях. СПб., 1991. С. 147). Это краткое описание – единственное в своем роде, в нем не названо наименование школы, но указанные темы занятий касаются Морской академии. Под «коллегиями» иностранцы, скорее всего, имели в виду училище – по-английски college (со двора Апраксина путь прямо туда), а возможно, и коллегии на среднем этаже Адмиралтейства в башне, куда Апраксин специально приказал посадить гардемаринов на пути посольства. Причем взяли их из гардемаринской роты, с практического плавания.

Учебная программа

Учебную программу Морской академии первоначально составил Петр I. В отдельной записке государь определил: «Детей учить: 1. арифметике; 2. геометрии; приему ружья; 4. навигации; 5. артиллерии; 6. фортификации; 7. географии; 8. знанию членов корабельного гола (hull – корпуса корабля) и такелажа; 9. рисованию; 10. на произволение танцам для пастуры» (Веселаго Ф.Ф. Очерк истории Морского кадетского корпуса. Примеч. 52. Гол – корпус корабля (из голл. Hol, то же англ. Hul); корабельные члены – детали корпуса; шанцы и ретраншементы – элементы полевой фортификации, pasture (лат.) – пасти). Позднее в Академии оставлены только специальные предметы. Как указано в «Регламенте» по управлению Адмиралтейства и верфями 1722 г.: «Во Академии учить наукам, а именно: Артиллерии, Навигации, и Фортификации, шанцам и ретраншаментам, Географии и воинским обучениям с мушкетами, совершенно. А фортификации и апрошам, также и корабельным членам, чтоб только знали, что для чего делается, а рисовать и на рапирах, сколько возможно. И для того учения учителей, которых наук ныне во Академии не обретается, прибрать способных». Повелевалось иметь комиссара для раздачи денег, переводчика для книг, «тут же иметь один гол (корпус. – В. Г.) корабельный разобранный для толкования ученикам о членах корабельных; для чего корабельным мастерам и подмастерьям, переменяясь, при том быть и учить» (Регламент о управлении Адмиралтейства и верфми и часть вторая Регламента Морского. Глава II, п. 59(ПСЗ. Т. 6. № 3937 от 5апр. 1722 г.)).
Артиллерию после Писарева стал преподавать сержант бомбардирской роты Иван Невский, фехтованию учил иностранец Гейман, фронту с первых дней обучали поручик Бестужев и гвардии прапорщик Кафтырев, они служили долго.

Книги и учебники

В это время пишутся и издаются новые учебники. В дополнение к изданному в 1717 г. переводу Я.В.Брюса «Космоотерос» Х.Гюйгенса, в 1718 и 1719 гг. появились переводы «Географии генеральной...» Бернхардуса Варениуса и популярного в то время на Западе «Земноводного круга краткого описания» Иоганна Гюбнера. Лоцию Балтийского моря воспитанники изучали по «Книге морской» Иоганна Монсона, переведенной в 1721 г. на русский язык.

Для астрономических исчислений в 1722 и 1723 гг. изданы таблицы восхождения и склонения Солнца, в их составлении принимали участие учителя Морской академии. Впервые вводится изучение истории по книге Самуила Пуфендорфа «Введение в гисторию Европейскую», переведенной на русский язык в 1718 г. в Петербурге. В мае 1723 г. Петр I определил переводить книги при Морской школе (академии) и др.

Питомцы академии пользовались также рукописными руководствами и пособиями, составленными Фарварсоном, Зотовым и другими преподавателями Морской академии. В эти же годы при академии создана типография с одним печатным станом. Первым в 1722 г. издан написанный директором Г.Г.Скорняковым-Писаревым учебник «Наука статическая, или Механика» – первое отечественное пособие по механике, кратко и доходчиво освещавшее сложные научные вопросы.

В 1724 г. появилась книга Конона Зотова «Разговор у адмирала с капитаном» (3отов К. Разговор у Адмирала с Капитанам о команде или полное учение, како управлять кораблем во всякие разные случаи. 1724). – учебник по управлению кораблем, по словам автора, предназначенный «начинающим в научение, отчасти знающим в доучение, а не твердо памятным в подтверждение». В книге в форме вопросов и ответов изложены восемь главных случаев и правил в управлении кораблем при разных ветрах, признаки, как отличить хороший корабль от плохого, как «расписывать» вахты, как в разных случаях стать на якорь, как управлять парусами и как помочь кораблю, когда в нем образуется течь в подводной части. В 1726 г. Зотов написал наставление «О погоне за неприятелем и о побеге от него» (Зотов К. О погоне за неприятелем и о побеге от него. 1726. Рукопись) – пособие по тактике парусного корабля. Книги Зотова служили будущим навигаторам хорошим руководством.

Система морского образования А.Л.Нарышкина

Не все хлопоты Писарева увенчались успехом. Тяжело было с обеспечением, учебные заведения, переданные ему, так же как и вверенная ему 21 января 1721 г. петербургская адмиралтейская школа, пустовали, что было вызвано не столько упущениями директора, сколько окончанием войны. При передаче заведования академией 26 января 1722 г. выяснилось, что из 400 числившихся по спискам учеников академии 116(!) оказалось в бегах. Беглых, конечно, искали, но возвращать не стали.

Александр Львович Нарышкин (1694-1745), известный по заграничным путешествиям братьев, племянников Петра, по возвращении в Россию (1721 г.) произведен в поручики, затем в капитаны 3-го ранга и назначен в адмиралтейскую контору к «экипажеским делам». Человек европейской культуры, он был одновременно твердым в убеждениях и веселым человеком. Его младшего брата Ивана Нарышкина поставили в помощники старшему, многие документы подписывались им. При их отсутствии командование передавалось гвардии поручику Бестужеву или гвардии прапорщику Кафтыреву. После перевода капитана Козинцева со своей гардемаринской ротой в Кронштадт Бестужев и Кафтырев заняли в академии руководящее положение.

Петр I высоко ценил способности Нарышкина и, любя, называл его Львовичем, потому у директора имелось больше возможностей провести некоторые преобразования. Комплект гардемаринов снижен до 200 человек, но содержался он по нормам гвардии. В Москве их было 150, тогда же стали принимать только детей дворян. Указом от 24 мая 1723 г. государь запретил принимать в академию отроков, не получивших начального образования. В ведении директора находились также Московская школа, называемая в бумагах Московской академией, цифирные школы при училищах; адмиралтейские школы по разным верфям и типография.

Учебный, административный и хозяйственный персонал Морской академии и подготовительного отделения состоял из 100 человек. В него входили: профессор, учителя, подмастерья (ассистенты), переводчики, заведующий хозяйством, работники типографии, инструментальные мастера, подлекарь, канцеляристы и другие служители. Всего учителей, вместе с профессором А.Д.Фарварсоном и «навигацких наук подмастерьями», было 25 человек, большинство их ранее окончило Московскую математико-навигацкую школу.
После опроса учителей академии в ноябре 1726 г. Адмиралтейская коллегия установила сроки обучения отдельным предметам: арифметике – 1 год, геометрии – 8 месяцев, тригонометрии плоской – 3 месяца, навигации плоской – 3, навигации меркаторской – 5, ведению журнала – 1 месяц, тригонометрии сферической – 3 месяца, астрономии – 4, математической географии – 1 месяц, навигации круглой – 1 месяц, геодезии – 4 месяца, артиллерии – 1 год, фортификации – 1год, живописи и прочих – 11 месяцев, а всего 6 лет и 9 месяцев (Веселаго Ф.Ф. Очерк истории Морского кадетского корпуса. С. 95-96).

В мае 1723 г. Петр I приказал тех, кто обучается наукам в Академии морской гвардии, принимать в комплект гардемаринов и учеников. То есть все учащиеся разделены на учеников общего отделения и гардемаринов, изучавших науки и получавших отныне жалование по тем чинам, в которые они записаны, а не по изучаемым наукам. Содержание гардемаринов при Нарышкине улучшилось. А после его ухода в 1727 г. участились побеги. В 1729 г. сбежал будущий архитектор Савва Чевакинский. Он записался в Измайловский полк писарем, и только в 1732 г. его нашли. Избавил его от наказания архитектор И.К.Коробов, взяв к себе в ученики.

Экзамен русским ученикам испанского Морского корпуса

Летом 1720 г. в С.-Петербург прибыли гардемарины из Кадикса. После четырех лет обучения в Европе их, получивших образование на палубах венецианских галер и в классах испанского Морского корпуса, собрали в «ассамблее», парадной зале Санкт-петербургского адмиралтейства.

В 8 часов утра 1 июля приехал государь, поздоровался просто: «Здорово, ребята». Младшему из «ребят», А.И.Толбугину, в то время было 22 года, старшему – И.И.Неплюеву – 28 лет. Подойдя к нему, государь дал поцеловать руку и изрек: «Видишь, братец, я и царь, да у меня на руках мозоли; а все от того: показать вам пример и хотя б под старость видеть мне достойных помощников и слуг отечеству» (Из записок И.И.Неплюева. Экзамен волонтера).

Государь приказал, чтобы «иностранцы» прослужили одну компанию гардемаринами, однако обер-штеркригскомиссар Г.П.Чернышев убедил государя в необходимости немедленно произвести экзамен и наградить достойных офицерскими чинами. Экзаменовали «ребят» генерал-адмирал Ф.М.Апраксин и вице-адмирал М.Х.Змаевич. Трое – Неплюев, Кукарин и Алексеев – отвечали превосходно, государь тут же присвоил им звание «лейтенант», двое – И.И. Аничков и
Е.И.Цымерманов – наоборот, оставлены гардемаринами, остальные пожалованы унтер-лейтенантами. Тогда же, 1 июля 1720 г., всех их направили на галерный флот.

Из 20 бывших кадикских кадет известность получили: адмирал И.Л.Талызин, вице-адмиралы П.Г.Кашкин, И.П.Зиновьев, контр-адмиралы И.И.Неплюев и А.И.Толбугин, капитан-командоры И.И.Обрютин, И.И.Кайсаров. Повезло Алексею Арбузову – тому, кто убил на дуэли гардемарина Самарина. Петр I дуэли не поощрял, рекомендуя выяснять отношения на кулаках, но за этого дуэлянта, скорее всего, вступился Змаевич, сам в молодости тот еще забияка, отмеченный в истории родного Пераста. Так и служил Арбузов в галерном флоте и в 1763 г. был в лейтенантах майорского чина (было такое звание), чего не каждый из однокашников добился. Петр Кашкин, спустя 26 дней после экзамена, уже проявил себя в Гренгамском сражении, участвовал в торжествах по поводу окончания войны. Не повезло отличнику Кукарину: подверженный пьянству, он в 1741 г., командуя тремя учебными галерами, сорвал перевозку солдат из столицы в Кронштадт. На объяснение в Адмиралтейств-коллегию «явился в чрезвычайном пьянстве» и зимой отправлен в отставку. Многие из первых гардемаринов прослужили в младших офицерах от поручика до капитана и при первой возможности сошли на берег.

Позже прибывали гардемарины из других заграничных портов. Мордвинов Семен явился в Петербург 1 мая 1723 г. и определен в мичманы, являясь поручиком французского флота (enseigne de vaisseau), а два его товарища – князь Иван Несвицкий и Лев Милославский – тогда же пожалованы в унтер-лейтенанты.

Воин Яковлевич Римский-Корсаков по возвращении в июне 1724 г. послан «для экзаменации» во флот и 3 ноября того же года произведен в «унтер-лейтенанты», а в следующем году назначен «к содержанию кригсрехтов» (военный суд при С.-Петербургском адмиралтействе), впоследствии вице-адмирал, прадед директора Морского корпуса Воина Андреевича Римского-Корсакова (1822-1871) и Николая Андреевича, композитора.

Выпускники Морской академии

В отечественной академии выпуски производились уже несколько лет. В 1717 г. пятерых навигаторов послали к Каспийскому морю с поручиками А.И.Кожиным и М.П.Травиным. Результаты этой экспедиции Петр повез в 1717 г. с собой в Париж показать королевскому географу Гийому Делилю. В 1719 г. Иван Захаров и Петр Чичагов включены в экспедицию гвардии майора И.М.Лихарева (1676-1728) в верховья Иртыша. По рекомендации Фарварсона досрочно выпущены воспитанники первого набора Иван Евреинов (1694-1724) и Федор Лужин (1695-1727), чтобы идти на Камчатку для отыскания места, где соединяется Азия с Америкой.

Снятые со школьной скамьи навигаторы рапортовали: «Елико возмогох по науке нашей, которую мы благодатию божию и великого императора нашего повелением из детска получихом, чрез изструмент, нарицаемый квадрант астрономический, усмотрением высоту солнца меридиональной или полуденной и склонением солнца того дня, в которой прилучилось обсервовать, обсервовали елевацию поля над горизонтом всякого места, которые писаны ниже сего, также и расстояние от места до места» (30 нояб. 1722 г. Каталог координат городов и отдельных пунктов Сибири, Камчатки и Курильских островов, составленный И.М.Евреиновым (регест) (ЦГАДА. Ф. 9. Отд. I. № 21. Л. 2. Подлинник). См. также указ от 2янв. 1719 г. (ЦГАДА. Ф. 9. Отд. I. № 21. Л. 2. Подлинник. – ПСЗ. Т. 5. № 3266). В 1720 г. Петр Скобельцын, Иван Свистунов, Дмитрий Баскаков, Василий Шатилов были посланы к Ивану Кирилловичу Кириллову, выпускнику Московской навигацкой школы. Пройдя ступени ученика и подмастерья геодезиста, они в 1723 г. получили звание геодезиста и посланы на съемки в Сибирь.

Так что к моменту прибытия гардемаринов Кадисской академии выпускники С.-Петербургской академии уже активно служили Отечеству на геодезическом поприще. Первый массовый выпуск воспитанников отечественной Академии морской гвардии состоялся 2 марта 1721 г., спустя полгода после прибытия гардемаринов-«иностранцев».

Специально созданная для баллотирования комиссия состояла из более чем 30 генералов, капитанов, унтер-лейтенантов и штурманов и проверяла знания выпускников в течение месяца. Среди отличившихся – Степан Малыгин (25 баллов – лейтенант), Степан Муравьев (20 баллов), Алексей Чириков (19 баллов – унтер-лейтенант), Алексей Нагаев (19 баллов – мичман) и Дмитрий Лаптев (18 баллов – мичман). Все эти юноши-отличники впоследствии стали гордостью русской географической науки. Имея несравненное преимущество перед гардемаринами - «иностранцами» в изучении наук, почти все стали знаменитыми путешественниками, гидрографами, геодезистами.
1721 и в 1725 гг. отправлен на работы под Новгородом М.С.Гвоздев, в 1727 г. назначен в экспедицию А.Шестакова – Д.Павлуцкого и впервые в истории пересек с запада на восток Берингов пролив. В 1723 г. «геодезии ученик» Григорий Путилов, сопровождавший российский посла капитана от артиллерии Ивана Унковского, впервые нанес на карту озеро Иссык-Куль.

1724 г. по указу Петра I об организации Первой Камчатской экспедиции посланы в Сибирскую губернию геодезисты: Иван Захаров, Петр Чичагов, Федор Лужин, Петр Скобельцын, Иван Свистунов, Дмитрей Баскаков, Василей Шетилов, Григорей Путилов. Известность получили лейтенанты И.М.Сухотин (выпуск 1725 г.), В.В. Прончищев (из штурманских учеников в 1724 г.), А.Скуратов (выпуск 1726 г.). По штурманской линии пошли Ф.А.Минин (1728 г.), И.Д.Кошелев, Бирев, А.Дементьев, И.Федоров. Их хоть и считают птенцами гнезда Петрова, но выпестованы они профессором Фарварсоном. Из Морской академии с 1717 по 1725 г. выпущено во флот 215 человек, из них: мичманы – 147, корабельные секретари – 4, унтер-лейтенанты – 61 и лейтенанты – 3.


Главное за неделю