Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Сколько военных выставок вы посещаете за год?
Две-три российских
    39,39% (39)
Две-три российских и хотя бы одну зарубежную
    21,21% (21)
Одну российскую
    20,20% (20)
Ни одной
    19,19% (19)

Поиск на сайте

Размышления об одном походе

17.07.14
Текст: Сергей Ступников
Фото: Сергей Ступников
Сергей Ступников с 2005 по 2007 год был командиром большого десантного корабля (БДК) "Калининград", на котором ходил в два похода в Средиземное море. В своих записках он рассказывает о различных перипетиях, в которые попадает командир российского боевого корабля на боевой службе — начиная от подготовки, заканчивая прибытием домой.

НЕ ИМ ИДТИ В МОРЕ, А ВАМ

Большая бумажная волокита
Кровь корабля
Оценка обстановки
Завтра ж в море!


БОЕВАЯ СЛУЖБА

Эйфория
Бойся в море рыбаков и военных моряков
Стой, не подходи или Добро пожаловать

ЭТО ТОГО СТОИЛО!



Командир корабля
Записки эти предназначены не для описания будней современного выхода военного корабля в море на боевую службу и не для развлечения пикантными историями. Это моя попытка как-то осмыслить и собрать тот опыт, который получился в результате подготовки к двум боевым службам и выходу на эти службы на большом десантном корабле. Может быть, это как-то поможет в будущем избежать каких-то ошибок и лишних действий, совершенных мной.


Не им идти в море, а вам

Большая бумажная волокита

Как известно, все начинается со слухов, сплетен и домыслов еще в августе. В октябре на флот присылают разнарядку на корабли на боевую службу и, наконец, ставят вам задачу в Журнал боевой подготовки корабля. Хотя, все может быть и более скоротечно. С этого момента начинается БОЛЬШАЯ БУМАЖНАЯ ВОЛОКИТА. Для каждого начальника, который по прихоти служебной судьбы с вами сталкивается, нужна бумажка. Особенно остро все почувствовали это после гибели "Курска", когда на всех бумажек, чтобы прикрыться от "праведного" гнева Фемиды, не хватило (есть нюанс – Фемида на вашу подготовку не будет влиять; когда вам нужна помощь в оказании давления на довольствующие органы для нормальной технической подготовки, все договариваются и она остается слепа; не будьте наивны – ее главное назначение не помогать страждущим, а КАРАТЬ; в этом она преуспела и первым среди прочих покарает именно вас). Поэтому каждый начальник ищет свою бумажку, чтобы прикрыть именно себя, обвеховать свои уязвимые места и в случае чего отвести все обратно на вас – а он план не выполняет, а я докладывал! Не страшно? Конечно, только бумажки эти все придется делать именно вам. Кто же лучше вас владеет обстановкой и знает, что нужно сделать? Только начальник, который ее проверяет и подписывает. Он может сформулировать свои желания только в самой общей, расплывчатой форме, хотя где-то далеко, в закоулках сознания ему все предельно кажется ясным. Правда, закоулки имеют свойство теряться, причем взамен потерянных тут же появляются другие, новые (закон сохранения энергии), населенные новыми жильцами. Ваша задача – определиться с новоселами раньше, чем они съедут, и подписать план у этого начальника. Бывало, что увидев вскоре подписанный своей рукой ваш план подготовки, начальник сетовал на вашу тупость и говорил, что если бы не нехватка времени, никогда не подписал бы подобной глупости, вы должны быть ему благодарны за это снисхождение (пачка табака или освежитель воздуха), а вообще, если вы себя уважаете, могли бы план и откорректировать (жильцы-то новые). Вы почему-то себя не уважаете и план вам корректировать не хочется (все равно через неделю заезд новых жильцов), да и поднадоело его пятнадцать раз переделывать – совершенству нет предела!


Перед походом
Кстати, что за план? До Плана подготовки к боевой службе еще далеко? Да по приказу ГК ВМФ №-30 2001 года, План подготовки к мероприятию по теме. Там заблаговременную подготовку можете начинать хоть за год, как только задачу в Журнал боевой подготовки поставят.

Все, успокоились? Нет, теперь по боевым частям и службам повторяем то же самое. Не думайте, что ваши подчиненные полны энтузиазма в составлении планов. Они этого не хотят, как не хотели и вы. И ерунду будут писать, и отписки, и флагмана часто вместо помощи будут советами кормить. Так что трудно сказать, что проще – самому составить корабельный план или требовать более или менее приличные планы от подчиненных.

Надо еще упомянуть о том, что помимо содержания, у плана есть еще и форма. Поэтому перед его составлением сразу определите и согласуйте с начальником, его подписывающим, форму плана, основные разделы и сроки выполнения его главных пунктов. Затем соберите подчиненных, пишущих свои планы, не оставляйте их на откуп флагманам. Доведите, что главное для вас должно быть в их планах, по какой форме они должны быть составлены и сроки мероприятий. Остальное содержимое они придумают с флагманами. Сразу будет легче. Но в любом случае меньше, чем на 2 – 3 недели мучений с планами, и не рассчитывайте.

За три месяца до выхода на боевую службу то же самое будет с планами подготовки к боевой службе по Наставлению.

Итак, с главными планами определились. Будут еще промежуточные – план покраски, планы и контрольные листы устранения недостатков, планы устранения самых главных замечаний и так далее. Но это уже по ходу подготовки.


Кровь корабля


Теперь сама подготовка. Начинать надо с людей. Подумайте, с кем вы пойдете. И сразу узнаете много нового. Что у вас есть вакансии на самые дефицитные должности, что кто-то у вас уже списался с плавсостава и к боевой службе не пригоден, есть лейтенант, который спит и видит себя на берегу, причем ходит на службу раз в девять дней. Я уже не говорю про то, что треть экипажа еще не отгуляла свои отпуска (и это еще не самый плохой вариант), а уже надо готовиться. Что самое главное, никому из ваших начальников до этого дела нет, только вам, и чем раньше вы начнете пробивать свои проблемные вопросы и трясти начальников, тем потом будет легче. По опыту, не думайте, что негодяй, эпизодически просыпающийся, станет лучше в море. Он там останется таким же, просыпающим свою вахту в каюте, вечно пьющим чай или что-то жующим бездельником. Подумайте, прежде чем брать его для прикрытия своей спины в море. С другой стороны, прикомандированный реально у вас появится только после пролития крови за месяц до выхода (не раньше) и будет ли он лучше, это вопрос. На клич – "давайте лучшего, по конкурсу" стараются отдавать худших, чтобы там себе не мнили начальники (исключения бывают, но редко – думаете, вам повезет?). Поэтому решается дилемма – свой или чужой? При прочих равных или если человек не совсем негодяй, оставляйте своего. Он хоть каличный и убогий, но свой. Вы знаете его недостатки и как на него воздействовать. Особенно это касается матросов. С офицерами и мичманами проще – вам все равно дадут только недостающих, а заменять стоит только отъявленного негодяя.


Штурман
С матросами же сложнее. Каждый раз сталкиваешься с ситуацией перемещения матросов между кораблями, причем массовой. Иной раз из-за нехватки специалистов, а иногда и с классификацией "хороший – плохой". Вот тут не надо подрывать свою основу. Корабль – это просто железо. Живой организм, с душой, но его кровь – люди. Без них корабль мертв. В бумажном пылу сухие начальники забывают это. Для них есть укомплектованность, табели и штаты. Для них нет понятия экипаж, что бы они вам не внушали. Все, кто стоит на штате корабля, для них экипаж. Но это не так. Экипаж – это не списочная численность. Это не просто подразделение или команда. Это особое сплочение людей. Надо много вместе пережить, прочувствовать друг друга в разных ситуациях, испробовать на предел крепости и выносливости, слиться во всех отношениях жизни, чтобы стать экипажем. Для этого нужно очень много условий и время. Недаром на кораблях всегда служили дольше, чем на берегу. Разве будет полноправным членом экипажа тот, кто пришел сюда на месяц? Разве останется членом экипажа тот, в кого не поверили и на боевую службу вышвырнули с корабля, а ведь через месяц он вернется? Какие бы ни были причины, над каждым таким человеком стоит очень хорошо подумать, прежде чем его убирать с корабля. Я уже не говорю про сопутствующее и тоже очень важное – передел отношений, новые привносимые традиции и тенденции, разборки и в целом изменение социума устоявшегося коллектива.

Новые люди – это как новые специи в блюде, от одних становится лучше, другие только портят вкус и будете еще долго отплевываться. Вам нужен хороший специалист – алкоголик или боксер? Так что командиру здесь предстоит делать важный и часто трудный выбор. Но лично мое мнение – лучше плохонький, но свой, известный и уже обработанный, чем неизвестный "герой". Убирать надо только самых отъявленных негодяев, исправлять которых вам уже нет времени. Для вас экипаж – не просто слово, а среда, организм, который работает и в котором вам жить и решать боевую задачу. Для этого человек не должен быть временщиком. Из временщиков никогда экипажа не составишь. Человек должен быть уверен, что он здесь всерьез и надолго. Тогда и будет работать с отдачей. Тогда он будет сам причислять себя к общности корабля, к экипажу, а вы будете знать, что у вас есть команда, которая выполнит любую задачу не только сегодня, но и потом. Появится смысл, для чего вкалывать – для корабля и экипажа. Потом это окупится сторицей. Хотя начальники это и не оценят, сразу будьте готовы. Для них ваши потуги создать экипаж – лишняя досадная неприятность. Но не им идти в море, а вам.


Оценка обстановки


Как только появилась хоть какая-то информация по тому, что вам предстоит делать, начинайте оценку обстановки. Чем раньше начнете это делать, тем больше форы во времени у вас будет и тем спокойнее и грамотнее будет ваше решение на дальнейшие действия. Услышали от начальника о том, что предстоит и примерные сроки этого, получили запись в журнал боевой подготовки на предварительную подготовку корабля? Прекрасно! Теперь УЯСНЯЙТЕ ЗАДАЧУ! Что делать, зачем, когда, с кем, где, что от вас хотят, а какие еще задачи? И что надо было сделать еще вчера? В голове радостно – тревожный сумбур: меня хотят! Потом вспоминаете, что это не ваше счастье, скорее, ваше горе. Успокоились, подышали. Осознали. Ужаснулись. Поехали.

Все понятно, оцениваем обстановку и время. На корабле сменилась чуть не половина экипажа. Куча неисправностей, про большую часть которых никто старается не вспоминать. Да еще подготовка к очередной инспекции из Москвы. Показные мероприятия в соединении именно у тебя на борту. Просроченные сроки тренировок на учебно-тренировочном судне. С десяток не прошедших медкомиссию. Опять не пригодны анализы воды. У кока глисты. Промежуточные задачи и выходы в море никто не отменял. Но время вроде бы еще есть. Уже хорошо.

Пора создавать ЗАМЫСЕЛ. Собираете старпома, зама по воспитательной работе и командиров боевых частей. Ставите им в журналы боевой подготовки записи на подготовку к выполнению задач боевой службы и вместе думаете, что и в каком порядке надо сделать. Это в идеале. А реально просто рассказываете, что им надо сделать. Редко кто вам здесь подскажет, если только механик. Вы полны энтузиазма, все не так уж и плохо! Решили, что у вас самое главное в подготовке, как этого достичь, какие мероприятия для этого провести, что в резерве для прикрытия себя. В итоге у вас выработалось РЕШЕНИЕ – в виде планов подготовки корабля и боевых частей по приказу главкома, по наставлению по боевой службе, куча заявок на получение имущества, обеспечение работ, рапорта на прикомандирование (доукомплектование) личного состава и ОГРОМНЫЙ ворох другой ненужной макулатуры. Все? Можно спокойно работать и готовиться? Да сейчас! Помните начало истории? Каждому начальнику нужна своя бумажка. Он ее получил и отстал от вас. Наступило затишье. До выхода в море еще два с половиной месяца – далеко! думает он. Но у вас же проснулся энтузиазм! Надо работать! Вы смело смотрите в свой составленный план и пытаетесь его выполнить. Напрасно! Позже вы поймете, что ваш план, составленный вами же, это не порядок ваших действий, а контрольные точки ваших изнасилований начальниками за невыполнение этого плана.

Не верите? Ну-ну… Реально план будет выполняться не так, как вы написали, а по мере поступления средств к его выполнению и освобождения людей, его выполняющих. Вот вам пример. По плану заблаговременной подготовки корабля к выполнению задач боевой службы вы запланировали на определенное число ремонт банно-прачечного комплекса, восстановление освещения, покраску помещений, ремонт камбузного оборудования и ремонт дверных замков. Какая проблема, сделаем. Только получим заявленное по заявкам имущество и материалы, и сделаем. То-то и оно, что вы ничего не получите. Везде в довольствующих органах вам будут утверждать, что на выдачу имущества они еще указаний не получали и первый раз слышат о том, что вы куда-то собираетесь. А делать-то надо. Смешно – сначала сделай, потом получи, чем. А так оно и есть. Вас завалят (если повезет) всем непосредственно перед выходом, когда уже будет край. И еще скажут, что вы ничего и не просили, а у них все было. И память у них девичья, ваши первые заявки просто потеряют, а первые экземпляры с надписями о том, что у них ничего нет, на руки вам не дадут, говоря при этом, что у них так не принято и можете тогда и вовсе ничего не подавать. Подставят и предадут, глядя вам в глаза! Такова жизнь – тыл не для обеспечения флота, а флот для обеспечения тыла, чтобы можно было иногда за его счет что-либо списать. И мощнейшая круговая порука тому лучший сплав – никто не хочет ни с кем портить отношения, ведь еще он же проверять приедет, потом может чего-нибудь не так сказать или не дать. Гораздо проще все списать на дурачка-командира и дебилов его подчиненных, которые не в состоянии простейшие вещи сделать. Вот и приходится по результатам проверок исправлять за них положение (договариваться, мол, мы помолчим и утремся, все свалим на других, а вы нас в свою очередь как-нибудь подстрахуете). Облитый с головы до ног экипаж утирается и работает дальше (восстанавливая и ремонтируя все за свой счет и на голом энтузиазме). Тоже в тему. Подходит БОЛЬШОЙ проверяющий, тыкает пальцем в плафон и спрашивает – почему не работает? (имея в виду, почему не светит лампочка). Ему пытаются объяснить, что корабль нормально не ремонтировался уже десять лет, вместо положенных пяти, что положенное количество лампочек на корабль не выдали, да еще и не всех номиналов, что лампочки плохие и перегорают намного быстрее, чем предусмотрено по нормам их работы. Но ему это не интересно. Он спрашивает своего сопровождающего – все ли вы выдаете по норме. И тот, не моргнув глазом, отвечает – конечно! Так что двуличие и вранье начальников при подготовке – это почти узаконенная норма.

Ну и ладно. Поднимаем правую руку, думаем про себя известную фразу и резко опускаем руку. Работаем дальше. Все-таки главная задача этого этапа выполнена. Вы оценили свои возможности и возможности противника (проверяющих и времени), создали ворох прикрывающих вас бумаг, посмотрели, что у вас есть для начала и с чего следует начать, наметили возможные подводные камни и как их обойти, приблизительно прикинули периодичность проверок и свободное время для спокойной работы, а также увидели, кто может реально помочь и где можно взять начальные средства для работ. Флот живуч своим оптимизмом и юмором. А также тем, что деваться все равно некуда и испоганив кучу нервов, вас все равно направят в море.

Вот бумажки, которыми вы прикроетесь, а может, что-то в них вам и поможет. Во-первых, План заблаговременной подготовки корабля к боевой службе. Составляется в соответствии с Приказом ГК ВМФ №-30 от 2001 года. Его форма там есть, но лучше согласовать окончательно с начальником, его подписывающим. Подготовка по нему начинается с момента записи задачи в журнале боевой подготовки и заканчивается выходом корабля на боевую службу. Такие же по форме планы и в боевых частях – чтобы было одинаково и красиво (пусть и глупо, кто их будет вычитывать!). Окончание мероприятий в них, связанных с использованием или получением имущества, растяните подальше. Все равно быстро ничего не дадут.

Во-вторых, План-график подготовки (контроля за ходом подготовки) корабля к выходу на боевую службу. Рисуете в соответствии с требованием Наставления по боевой службе кораблей за шестьдесят пять суток до выхода в море. Конечно, готовите и подписываете еще за три недели до начала отсчета этого срока. В нем ценны точки контрольных докладов о готовности корабля по определенным параметрам и это и есть самый проверяемый план. По нему будут судить, отстаете вы в подготовке или нет. Такие же планы и в боевых частях (и тоже одинаковые по форме). Причем согласованные по основным пунктам с вашим планом.

Под каждый из этих планов нужны отчетные документы. Лучше сделайте одну большую папку с Документами по подготовке к боевой службе. Оба этих плана вложите туда, а под них подшивайте планы занятий, зачетов, тренировок, учений с отметками о выполнении, копии всех заявок, нарядов и накладных, акты по проверкам и контрольные листы устранения замечаний по ним. Если их разобьете по отдельным папкам по темам, то это будет вообще писк. Такая хитрая уловка поможет вам сэкономить кучу нервов, делается это достаточно легко. Зато! Все проверяющие лезут в бумажки и только потом (может быть) еще куда-нибудь. Эта папка – это кость, которую вы будете бросать проверяющим. Они с радостью будут ее грызть, обсасывая со всех сторон и выдавая рекомендации по улучшению ее вида и вкусовых качеств. Вы, конечно, будете с этим соглашаться и даже иногда вносить изменения, посыпая новой кормовой добавкой или приправой (вкладывая еще бумажку или немного видоизменяя старую). Все счастливы и довольны, золотая середина найдена и вас тревожат лишь слегка. И в боевых частях то же самое. Но так как там всегда будут какие-либо задержки, планы боевых частей, и те, и другие, тоже вложите в свою папку. А вот уже отчетку по ним пусть ведут в боевых частях.


Покраска корабля
В-третьих, План покраски корабля. Вся верхняя палуба и борта разбиваются на участки, закрепляются за группой, их окрашивающей, назначается старший и устанавливается срок выполнения работ, еще дописывается используемый инвентарь. Делается в бумажном виде для показа и в электрокартонном виде для держания в руках в момент проведения работ. Еще вариант – назначается отдельная покрасочная группа, которая освобождается от всех построений, работ и нарядов и только красит, красит, красит. Первый вариант – зрелищно, второй – экономично.

В-четвертых, План подготовки помещений. Подготавливаемые участки тоже закрепляются за группами, где назначается старший. В Плане написано, что, в какое время они делают и чем. У старших этих групп на руках выписки из этого плана в виде карточек-заданий. Просто идиллия, если бы это еще и работало. (Дома попробуйте поэкспериментировать – у вас есть четыре часа, жена, дети и вы – сделайте себе план по уборке дома и выдайте на руки жене и детям карточки-задания по их участкам, а еще успейте их и выполнить – не смешно?). Для чего тогда нужно Расписание по заведованиям? Но это один из главных планов во время кризиса, когда вас дрючат. А точнее, способ распылить гнев начальника от концентрации на себя – на тех, кто ниже, бегает с выписками, мол, они не выполняют. Начальник выдыхается, захлебывается и убегает туда, где спокойнее.

В-пятых, на руках имейте картонку – Контрольный лист выполнения работ по состоянию на, где расписан ВЕСЬ экипаж по заданиям на текущий день. На построении вы разводите людей на работы именно по нему, по нему же контролируете и то, что выполнено. Приходит начальник – что делаете? А вот что – вот план покраски, вот план подготовки помещений, вот на руках у руководителей выписки, все бьется с корабельным планом, а вот мой контрольный лист. Все по плану. Это сладкое для начальника словосочетание – всё по плану! Просто мед, успокоение и дружеское похлопывание по плечу – работай, сынок! А иначе – шерсть дыбом, клыки, капающая слюна и мощный рык. Кстати, этот контрольный лист – по настоящему толковая вещь, которая с учетом всех стрессов и путаниц помогает не растеряться и правильно на нужные работы развести людей, четко доложить, что делается и кем и проконтролировать, не забыть. Это палочка –выручалочка старпома и командира. Только в культ не надо возводить – это подручный материал, а не самоцель.

В-шестых, План технической подготовки корабля к выходу на боевую службу. Это симбиоз ремонтной ведомости, планов предупредительного осмотра и ремонта. Создается в корабельном виде из планов боевых частей, преимущественно, электромеханической.

Обязательно подбейте документы по отработке курсовых задач, записи в журнале боевой подготовке корабля, командирскую подготовку офицеров. Еще любят брать суточные планы и сверять, проходит ли в них то, что у вас забито в вышеперечисленные планы. Суточный план при этом становится похож на ежа – куча мероприятий пытается совместиться друг с другом. Например, моторист утром поучаствовал в учении по покиданию корабля, при этом производя сварочные работы в левой машине и крася умывальник. Затем сдал три зачета подряд и успел посетить два занятия. Наскоро перекусив, он уже успел отработать два учения и три тренировки, помыть трюма в своей машине и подготовить форму одежды. Вечером он вовсю изучает корабельный устав, сдает еще один зачет и даже норматив по подтягиванию. Да, он еще успел заступить на вахту и теперь ее несет. Настоящий чемпион!

Да бред, конечно. Просто надо втиснуть кучу мероприятий, предусмотренных планами всех сортов, в узкие временные рамки. Даже проверяющие понимают, что реально никто всего этого сделать не успеет. Однако, юридический момент. По бумагам все должно проходить. И никто, конечно, не будет спрашивать матроса, делал ли он все это, ибо настоящих дураков мало, в основном, такие же подневольные люди, живущие по лозунгу "бей своих, чтобы чужие боялись", и "а вдруг, мало ли что случится". Получается, они тебя бьют, приговаривая – ты не переживай, мы же не со зла, работа такая, - а тебе все равно больно. Поэтому, зная об этом их коварном посещении тебя с проверкой, помимо вкусной кости (документов) заготовь еще и коварный капкан. Все проверяющие из разных отделов и требования у них разные. Обязательно часть их требований будет противоречить друг другу или идти вразрез с руководящими документами. И в тот момент, когда очень сильно тебя достанут, сделай боковой укол – а вот такой-то потребовал в этом плане сделать еще такой раздел, а в руководящем приказе его нет. Как быть? А как быть с этим пунктом? А как грамотно сформулировать вот это? А вот нас еще не обеспечили по вот этим заявкам, вот копии, а нам это надо для начала подготовки. Отметьте, пожалуйста, это в своем докладе. Здесь сталкиваются, как правило, оперативное управление, управление боевой подготовки, иногда приплетаются к заявкам управление по ремонту и вооружению и техническое управление. Экспромтом бывает и удачно, но лучше к каждому их визиту заготовить несколько подобных шпилек. Они не дают проверяющим слишком сильно развернуть свою фантазию и ставят на место. Ведь истина проста – проверять всегда легче, чем делать, а спрашивать проще, чем отвечать. А шпильками (то есть своими проблемами по их вине) вы меняете места, вы спрашиваете, а проверяющий вынужден отвечать. Ответить, как правило, грамотно он не может, сдувается или старается закруглиться. Но делать это надо осторожно, тактично, чтобы не остаться врагами. Вам все равно ничего не дадут и не ответят, просто поймут, что у вас тоже зубы есть, будут уважать и просто нормально, по-человечески разговаривать. Ведь он и дальше, до конца подготовки, будет приезжать вас проверять.


Завтра ж в море!


В общем, все это очень похоже на компьютерную игру. Чем ближе дата выхода корабля в море на боевую службу, тем выше сложность прохождения очередного уровня – приезд с проверкой все более высоких начальников, все более раздражены ваши непосредственные начальники, все сильнее вы отстаете от плана подготовки, все больше и больше стрессов. Далее перечислять бессмысленно, иначе получится мыльная опера с повторением одного и того же. Просто все, что перечислено раньше, запустите в геометрическую прогрессию, считая, что все развивается по спирали. Главное здесь – не сорваться, не сломаться. Помните, что чтобы ни случилось, вас все равно в любом состоянии выпихнут на боевую службу. Только несколько замечаний. Постарайтесь при подготовке корабля не использовать моряков с других кораблей. Они все равно почти ничего делать не будут, это будет массовка для приятного глазу начальника вида, а вас начальники этим будут постоянно попрекать, стараться унизить. Далее, затяжной ремонт и наведение порядка – главные враги ремонта и порядка. Чем больше ремонтировать, тем больше вылезает других неисправностей. Чем больше наводишь порядок на корабле, тем грязнее он становится, особенно если параллельно ведется ремонт. Но через это надо пройти. И еще, помните, сказано – и это пройдет. Ведь не дурак сказал!

За день до выхода корабля на боевую службу вы очнетесь – завтра ж в море! Как быстро пролетело время! Песня! На следующий день странно обыденное торжественное построение соединения, проводы, речи. Вам не до этого. Вы весь вечер до ночи старались придать кораблю приемлемый внешний вид, а сейчас ждете лишь мгновения, чтобы отдать швартовы. Подбегают журналисты, спрашивают, как настрой экипажа, все ли хотят в море. Говоришь, что очень хотят, поскорее бы. И, наконец, до тебя доходит вся философия твоей жизни в эти последние несколько месяцев. Воистину, все придумано до нас! Еще старые командиры в советские времена говорили, что до выхода корабля в море на боевую службу экипаж так замордуют, чтобы он сам стремился выскочить. Ведь ничего не изменилось! Только начальники стали еще пугливее и осторожнее. Вот и дергают экипаж все начальники всех инстанций, доводят до умопомрачения, до состояния, когда не важно, как и куда, главное, скорее в море, чем дольше, тем лучше, подальше от этого ада. Там, в море, ни одна инспекция или проверка не достанет. Свобода!


Боевая служба

Эйфория


Наконец, все на борту. Все проверено, главные двигатели готовы к даче хода, корабль приготовлен к съемке со швартовов, плаванию в узкости. Экипаж по местам, таможенный инспектор, подписав формальную бумажку и слегка поболтав с тобой, сошел, сходня на борту и ты даешь команду отдать швартовы. Еще держит внутри напряжение. Отошел от причала, сманеврировал и вот, наконец, вышел из пункта базирования. По плану постановка на якорь, а начало движения утром. Привычно встал на якорь. Боевая готовность номер два, смена вахты. Странная, непривычная тишина на корабле. Не верится. И тут наступает эйфория. Все! Вот оно, счастье! Боевая служба – это не наказание, это счастье свободы, самостоятельности и всего самого лучшего. Ты сделал это! Пережил ад и выжил!


Ласковое Северное море
Утром, после съемки с якоря, начинаются повседневные заботы, наступают будни. Понятно, что корабль движется по маршруту и ты видишь много нового и необычного. С чем сталкиваешься? С тем, что времени впереди много, надо отработать нормальный распорядок дня, чтобы можно было и вахту нести, и занятия – тренировки – учения проводить, и отдыхать, конечно. На это упорядочивание уходит дня три, пока все не включатся в этот распорядок. Ведь дальних походов давно не было. Многое забыто, люди просто не знают или не умеют делать элементарные вещи. А на это во время подготовки как раз времени и не хватило. Еще. Первые три дня все прикомандированные безбожно пьют и пока запасы взятого с собой спиртного не закончатся, не остановятся. Через три дня мы поняли, что с нами вышли не три, а четыре медика – просто один все время валялся в коме и на обед не ходил, он лишь на четвертый день пришел в себя. Морская пехота все время достает со своими инициативами – почаще пострелять, где устроить качалку и так далее. Но с ними можно и интересно работать. А вот походный штаб все время пытается качать права – то не так и это не то. Экипаж жалуется на то, что пехотинцы мешают красить неокрашенную палубу и своими штангами царапают там, где уже окрашено, а штабники вообще сорят, где ни попадя. В общем, все грязнули и бездельники. Потихоньку все притираются друг к другу, встают на свое место и дрязги более или менее затихают.


Бойся в море рыбаков и военных моряков


Полив Зунд мы проходим в соответствии с правилами мирного прохода кораблей, правда, при этом вся палуба у нас заставлена вооруженной пехотой и на корабле объявлена тревога. Но это ничего, нормально.


Пеленг - 340!
Налюбовавшись пейзажами Швеции и Дании, перенервничав с паромной переправой у Кронбурга – ведь не шутка, когда на тебя с двух сторон мчат четыре парома, втягиваемся в транспортную струю пролива Каттегат. Здесь, и далее по всему маршруту, надо опасаться безбашенных яхт, которые снуют везде, как им хочется, часто на автопилоте, не включая иногда ходовых огней по ночам. В два часа ночи у мыса Скаген мне пришлось встретиться с неопознанным плавающим объектом. Он мчался прямо на корабль. Темно, очень густой туман, скорость у нас минимальная, цель видна только на экране навигационной радиолокационной станции. Изменяю курс вправо, цель – на меня. Еще вправо – опять на меня. Застопорил ход. Цель приближается, тоже останавливается на расстоянии два кабельтова, это почти вплотную. Светим прожектором – пустота. Затем цель плавно разворачивается и уходит под берег. Что это было? Может, патрульный катер, а может, просто прикол радиотехнических средств натовцев, которые подкинули нам ложную цель. Все равно неприятно.


Гостья
Почти одиноко прошли пролив Скагеррак. Все это время нас вели береговые станции наблюдения потенциальных друзей, которые передавали нас друг другу по мере прохождения, из страны в страну. Последний обязательный штрих – визуальное опознавание и доразведка цели. Прилетел вертолет, покружил, поснимал чудо-юдо и улетел. Прошли знаменитую Ютландскую банку, про которую учили еще на первом курсе училища. Там ведь было знаменитое сражение эскадр англичан с немцами в первую мировую войну. Догнал немецкий фрегат, вежливо попросил пройти рядом и отдать воинское приветствие. Мы разрешили и он красиво проскользнул вдоль корабля, сбавив ход и поблагодарив. Наверное, нас приняли за больших экстремалов и путешественников, а может, просто давно не видели. Пересекаем страну буровых платформ в Северном море. Их много, они возвышаются, как небоскребы в городе, а при приближении издают предупредительные звуковые сигналы и мигают огнями, чтобы держались от них подальше. Все море разбито на улицы, по которым можно идти и где движение запрещено. Попадаются и перекрестки, второстепенные дороги, развилки.

Поторопились. Подходим к Па-де-Кале ночью, в темноте. Тут и днем-то трудно, а ночью вообще сложно. Дорога сужается, корабли и суда все ближе и ближе друг к другу, все стремятся первыми попасть в узкое горло пролива. Справа и слева от нас два судна с мигающими красными клотиковыми огнями. Что это? В правилах нет такого. Хочется спросить – эй, мужики, а что это у вас? В море так можно. Старший похода вспоминает, что правила регулярно дополняются, только наша страна в этих сборищах не участвует, так как не считает нужным, поэтому наши книжки далеко не так полны, как надо бы. Ура, мы проскочили! И паромы миновали, и с ограждающими отмель знаками правильно разошлись. Светает. При дневном свете по правому борту видим высокие белые скалы острова Великобритания. Красиво!

Есть поговорка – бойся в море рыбаков и военных моряков. Правильно! Проходим Ла-Манш, часто встречаются суда, мы обгоняем, нас обгоняют. Кружится по центру фарватера рыбак. Рыбу ловит, сети бабочкой. Только по кругу как-то, на циркуляции, все ближе к нам. Уже круто руль переложили, ушли от столкновения, смотрим, а на мостике у него и нет никого. Спит, наверное. Такое и с большими судами бывает иногда. Когда уходишь от столкновения, светишь прожектором на мостик негодяя, а там нет никого. Автопилот. Вот тебе и правила, вот зачем и наблюдение всеми средствами ведется.




Заправка топливом в Ла-Манше
Все тот же Ла-Манш. Залив Сены, здесь мы должны на якоре дождаться своего заправщика. На карте нанесена точка стоянки. Это ничего, что в этой точке французский рыбак рыбу ловит, мы же идем по плану! Рыбак успел выбрать сети и убежать. Примчался патрульный катер, прилетел вертолет. Покрутились, покрутились и исчезли. Выставили вахту на палубе из морских пехотинцев. Через полчаса от одного из них доклад – от корабля отплыл кто-то. Переполох, все понимают, что при таком сильном течении это нереально, но ведь сигнал! Спускаем своего водоплавающего. Хорошо, что на страховке, так как через несколько секунд уже выныривает с возгласом "твою мать, держите, уносит!". Вытащили. А вообще-то на юте полезно выставлять вахту не только на стоянке корабля на якоре, но и на ходу, так как всегда есть матрос, желающий там оказаться в свежую погоду или пощекотать нервы фотографированием своей персоны, свесившись над буруном из-под винтов корабля. А вы в это время решили заложить циркуляцию… Только у вахтенного должна быть непрерывная связь, он должен быть прикреплен к леерам трапа страховкой и лучше это будет морской пехотинец.


Сердце корабля
Проходит день за днем и постепенно, совместными усилиями и не без происшествий, вспоминаются лучшие моменты хорошей морской практики. Прием пищи рассчитывается под смену вахт, чтобы заступающий на вахту уже поел. Смена вахты, естественно, в 00, 04, 08, 12. Ночью, в 03.20, для заступающей вахты готовится чай и хлеб с маслом, чтобы не спали. Средства борьбы за живучесть должны быть не просто на местах, а и сразу готовы к применению, то есть стволы уже крепко подсоединены к рукавам, а рукава к кранам при помощи специальных ключей и частично разложены, но так, чтобы не мешались. Ведь в случае пожара при всех нервах даже опытным людям очень сложно все это соединить, а так - подал воду и туши. Каждый день проводится учение или тренировки, а днем в остальное время изучается и ремонтируется материальная часть. Понятно, что она переломана. Вот и восстанавливайте потихоньку, пока никто не мешает, читайте книжки, отрабатывайте операторские навыки. Боевой информационный пост тренируется каждым вахтенным офицером, по всем целям ведется прокладка на карте с нанесением информации и от сигнальщиков тоже. Потом эти кальки можно анализировать, определяя характер целей и их действий – такая вот разведка. Постоянно совершенствуется система наблюдения и освещения обстановки, а главное, непрерывно учатся вахтенные офицеры. Для личного ведения обстановки каждый вахтенный офицер в своей записной книжке непрерывно ведет табличку целей, в которую вносит всю получаемую по ним информацию. По ней он определяет, когда радиометристы и сигнальщики забыли в очередной раз доложить очередные данные по целям, контролирует правильность их работы, отслеживает всю обстановку. Старший на главном командном посту периодически дает команду вахтенному офицеру доложить обстановку и тот с помощью своих записей сразу же четко докладывает обо всех целях, элементах их движения и возможных опасных ситуациях. Идиллия! Такое бывает крайне редко и только среди самых сознательных, но надо хотя бы к этому стремиться.


Тренировка
Когда вышли в море, носовое устройство, которое могло бы раскрыться от ударов волны, закрепили уздечкой – провели через правый и левый передние клюзы и нос швартов и закрепили его на кнехтах. Еще лучше вместо швартова использовать металлический трос, но он очень хорошо съедает краску, когда ерзает по воротам. А еще через лючок для аварийного закрывания ворот провели два швартова, каждый из которых закрепили на скобах на воротах с их внутренней стороны, а швартовы, соответственно, на кнехтах. Ну и, разумеется, штатное закрепление ворот и аппарели на все талрепа и гаки, а дополнительно еще в базе просверлили в воротах изнутри специальные отверстия и стянули обе створки ворот между собой стяжными болтами. Вот такая конструкция. Кроме того, регулярно при обходе корабля в море дежурный боцман подтягивал ослабленные ударами волн талрепа. Кормовая же аппарель просто была закреплена штатными талрепами и гаками. Нос – самое уязвимое место десантного корабля в море. Поэтому рекомендуется ходить галсами не строго против волны, а под углом около двадцати градусов к ней, чтобы снизить риск ослабления талрепов и гаков, удерживающих конструкцию от раскрытия, все меньше амплитуда игры удерживающих элементов. Если сорвет крепления, поломает гидравлику и так далее, мало не покажется. Такое было с десантным кораблем на Балтийском флоте в 1994 году. А если упадет аппарель и ее выломает волной из корпуса ударом волны или ходом корабля, то какая же тогда уже функция десантного корабля и вообще плавание? Такое было на Тихоокеанском флоте, когда у корабля, уходящего на боевую службу, выломало носовую аппарель. Пришлось вернуться на ремонт.

Океанская волна – это не морская! Почти штиль, выйдешь на нос корабля, обернешься и посмотришь на надстройку – а ее качает из стороны в сторону, аж жутковато становится. Зыбь! Вода тоже везде разная. В Балтийском море она серо-стального цвета, в Северном – синяя, подход к Ла-Маншу узнается по появлению зеленых разводов и сама вода в проливе ярко выраженного зеленого цвета. Вышли в Атлантический океан, проходим Бискайский залив – вода синего, свежего цвета. Ну а Средиземное море – смесь изумрудного и голубого. По крайней мере, так было в апреле и мае.


Баковые швартовые
Когда идешь по морской, океанской трассе, кажется, что кругом мир и спокойствие. Сухогрузы, контейнеровозы, танкеры, газовозы, рыбаки, пассажирские лайнеры и паромы, яхты и катера – мирная идиллия! Но по радиотехническим средствам разведки постоянно получаешь данные, что совсем рядом, здесь, буквально за горизонтом, в соседних с рекомендованными путями полигонах, бурлит совсем другая жизнь, где непрерывно учатся, совершенствуются и отрабатывают взаимодействие такие же, как и мы, военные люди, только гораздо более интенсивно, в большем количестве и масштабах.

У журналиста, идущего с нами, от качки оторвалась койка, и он ночью вместе с ней упал на спящего прокурорского работника, тоже присутствующего на борту. Починили. Через некоторое время койка упала опять. Юрист прогнал журналиста из каюты и тот приютился в штурманской рубке. Только под утро стала ясна причина его интереса к работе штурмана, когда он попросил помощи в обустройстве своего гнезда. Падение убежища его так впечатлило, что он отснял целую фотосессию разрухи и восстановления.

По мере продолжения похода распадались одни группы по интересам и тут же создавались другие, друзья ругались и не общались друг с другом, люди более раздраженно замечали неприятные особенности своих сожителей по каютам. Но! Это касалось в основном тех, у кого не было какой-либо определенной периодично исполняемой функции. Это медики, офицеры походного штаба и другие участники похода. Те же, кто непрерывно нес вахты и занимался делом, просто уставали и им было не до подобных дрязг.


Булочки для экипажа
Помните еще о таких интернациональных чертах характера окружающих вас морских соплавателей на других плавсредствах, как дурость и хамство. Это, конечно, касается далеко не всех, но уж встретитесь с этим обязательно. Вот пара примеров. При подходе к проливу Гибралтар, который, как известно, разделяет Европу и Африку, ночью мы увидели огни судов, которые в строю фронта шли по нашей стороне фарватера прямо на нас. Сначала все решили, что это натовские патрульные корабли, ведь неподалеку их база. Однако вешеобозначенные цели шли очень опасно для нас, все время сближаясь и не меняя курса, а когда до них оставалось уже чуть более трех кабельтов и риск столкновения превысил наши интерес к ним и возможности по выдержке, мы перекладкой руля лево на борт ушли от столкновения. При сближении оказалось, что это смелые марокканские рыбаки, которым все нипочем, особенно какие-то глупые правила плавания. Поэтому дальше этот участок мы проходили с особым настроением и бдительностью. Призом за это стал свежий ветерок, который подул с правого борта и принес с собой великолепный аромат горных африканских трав. Это чудо и попавшая под винты акула стали кульминацией волнительной ночи.

Второй пример. Уже возвращаясь, после прохода пролива Зунд по нашему курсу тоже неприятно копошился шведский паром, который хотел доставить удовольствие туристам редким зрелищем российского военного корабля. Поэтому, как и в случае вождения автомобиля, всегда думайте и за себя, и за того парня, который идет рядом – вдруг выкинет что-то ненужное, чтобы не было потом мучительно жарко при экстренном маневре.


Стой, не подходи или Добро пожаловать


Это очень волнующее событие! Другая страна, люди, экскурсии, валюта, сувениры и подарки, а если повезет, фуршеты и другие приятные сюрпризы. Опять но! Того же ждут и от вас. Более того, ВСЕ руководители ждут от вас только этого, то есть, чтобы вы все организовали для иностранных гостей, а сами, лучше всего, ничего бы ни хотели. Иными словами, вас рассматривают как ресурс для своей работы. В общем-то, для этого военный корабль и заходит в иностранный порт. А посему, к любому заходу надо готовится. Конечно, подготовка начинается еще в базе, когда у вас и без этого хватает проблем. Поэтому реально в момент выхода корабля на боевую службу все, что будет при заходе корабля в иностранный порт, лишь слегка очерчено пунктиром, а настоящая подготовка начинается за несколько дней до захода, в море.


Алжир
Для этого расписывается вахта при стоянке в иностранном порту, согласуются посты для экипажа и морской пехоты, связь, смена. Готовится форма для встреч гостей и экскурсий. Готовятся вестовые для фуршетов и обедов и их форма. Шторм-трап для встречи лоцмана. Расписание по группам для экскурсий, пятерки для походов в город. Готовится палуба, маршруты обхода корабля. В какой гальюн пойдут гости. А также тысяча других мелочей. Чем больше продумаете, в том числе с резервными вариантами, тем легче будет. Все равно все пойдет не так, как задумали. Обязательно кто-нибудь подведет, все, что может сломаться, сломается. Но хотя бы общее направление будет выдержано.

Итак, вы подходите к иностранному порту. Перед пересечением границы не поленитесь полистать лоцию и в соответствии с ее указаниями уведомить о ваших действиях обозначенный в ней диспетчерский пункт этой страны. Как правило, наш военный атташе в этой стране уже все обеспечил и вас в назначенное время в установленной точке поджидает лоцман. Однако это не значит, что вам ничего больше делать не надо. Как показывает практика, бывает, что атташе сам не знает всех процедур и никто вас вообще не ждет. Поэтому выполняйте все еще и сами. Главный советник – лоция. Свяжитесь с диспетчером порта по радиосвязи и на хорошем английском сообщите о времени подхода к точке встречи лоцмана. При встрече лоцмана на его катер укажите, если не указал он, с какого борта его принимаете. Флагами работать при этом не надо – наш свод они учить не будут, так что пользуйтесь международным сводом. Приняв лоцмана, сразу уточните, на какой причал вас ставят, сколько буксиров и где будут обеспечивать. Чтобы лоцман не задавал ненужные вопросы по управляемости корабля, у вас есть заранее заготовленная стандартная карточка лоцмана на английском языке, которую ему сразу и вручите. По личному опыту, несоблюдение этого элементарного минимума может привести к лишней нервотрепке и попытке экстремально управлять кораблем в узкости. Причем вы недоумеваете, куда подевались буксиры, а лоцман удивляется, почему при работающем, по его мнению, подруливающем устройстве корабль так медленно разворачивается на изгибе фарватера.


Прием на борту
Но вот все завершилось, корабль стоит у стенки и тут же вооружается сходня. Все брошено, вы стоите у трапа и встречаете высоких и не очень гостей. Пока в вашей, заранее убранной каюте, вы с гостями двадцать минут беседуете о приятном и переходе, старший помощник расставляет вахту при стоянке корабля в иностранном порту и корабль опять приводится в порядок для встречи очередной делегации. С кем здесь вы будете взаимодействовать? Во-первых, военный атташе или его помощник. Он курирует вас по всем вопросам, пока вы находитесь в этой стране. Он и переводчик, и гид, и организатор, и помощник во всех переговорах, визитах, мероприятиях. Он руководит программой ваших действий здесь. Во-вторых, офицер связи. Это офицер принимающей стороны, который согласует все действия с местным военным руководством и решает все ваши вопросы. Будьте с ним вежливы, он вам помогает и, разумеется, шпионит. Такая у него судьба! Не забудьте по окончании визита поблагодарить его и подарить подарок, а через него же его руководству передать благодарственное письмо. Образец есть в книжке "Военно-морской протокол и церемониал". В-третьих, судовой агент. С ним надо работать лично, так как он доставляет любые продукты, организует заправку корабля питьевой водой, а также удаление с корабля льяльных вод и мусора. По окончании визита вы с ним будете рассчитываться за все услуги из корабельной кассы, ставить на его бумаги свою подпись и печать. Все квитанции храните, их финансист сдаст по возвращении домой, как отчет за деньги. После убытия гостей, старший похода вместе с командиром корабля облачаются в красивую форму и с подарками едут засвидетельствовать свое почтение к старшему морскому начальнику, главе области местонахождения и мэру города. Конечно, вместе с ними еще следуют военный атташе и российский посол в этой стране или его помощник. В гостях вам предложат чай или кофе и сладости, но увлекаться, конечно, не следует, как впрочем, и отказываться. Как правило, по окончании каждой короткой встречи, которая длится около пятнадцати минут, обе стороны обмениваются символическими подарками. Поэтому, чтобы не лопухнуться, заранее об этом подумайте. В качестве подарка подойдет любой заготовленный заранее сувенир с символикой корабля. Очень хорошо идут фотографии корабля формата А4 в рамочке. А еще подумайте, в чем этот сувенир понесете на встречу, ведь не в руках же и не в полиэтиленовом пакете. А если не подумаете, в спешке сборов именно так и будет. Как правило, на подобной встрече принимающая сторона говорит о том, как рады вашему прибытию, расспрашивает о переходе и рассказывает о перспективах развития города или региона, а также о его особенностях. Мы же благодарим их за оказанный радушный прием, отмечаем красоту города, сообщаем кратко о корабле и целях нашего прибытия, а также о примерной программе наших действий и приглашаем к себе на корабль, на торжественный обед сегодня, а в установленный регламентом посещения день и на фуршет. Иногда при этом присутствует пресса или штатные фотографы.


После приема
Окончив визиты, скорее на корабль! До приезда гостей на вышеупомянутый обед осталось меньше часа. Все время, пока вы пили кофе по гостям, на корабле убирались, жарили и парили и готовили к торжественному обеду кают-компанию. С прибытием гостей, как правило, еще не все готово и, естественно, чтобы потянуть время, вы организуете краткую экскурсию по кораблю, продолжительность которой будет зависеть от степени готовности обеда и вашего красноречия. На этом обеде можно договориться об очень полезных вещах, которые могли быть не предусмотрены послом и атташе. Например, автобусы, экскурсия и сам факт посещения экипажем достопримечательностей. А также получить задатки для последующих встреч или легко решить сложные организационные вопросы за рюмкой вкусного расслабляющего напитка.

Если на корабле предусмотрено посещение жителями города или делегациями, то очень полезно помимо приборки еще и организовать само посещение. Для чего из наиболее болтливых молодых офицеров назначаются два или три экскурсовода, к которым придаются по переводчику. Все, желательно, должны быть трезвыми. Вот и получили две или три группы. А еще по одному мичману, который будет молчать и тихо следовать за группой, следя, чтобы никто не отбился и не потерялся. Маршруты группам выбираются так, чтобы, по возможности, они не пересекались и туристы не давили друг друга. Так, например, вокруг башни артиллерийской установки можно водить до трех групп, показывая ее с разных сторон. В идеале экскурсоводы должны знать легенду про корабль, чтобы не рассказывать секретов. Реально они ее не могут выучить и лучше им вообще ничего не знать про корабль. Тогда и рассказать не смогут, а будут придумывать и фантазировать. Поэтому лучший экскурсовод – лейтенант, прослуживший год, тогда и волки сыты, и овцы целы. Все двери–люки задраиваются, внутри у каждого из них стоит вахта, чтобы, не дай бог, любопытный тип не забрался внутрь корабля и, так сказать, не вскрыл обстановку. Ведь дело-то не в секретах, их обитающие внутри и сами не знают, а в ОБСТАНОВКЕ. Краска, линолеум, кубрики матросов, гальюны, умывальники, камбуз и столовая – это самый наш главный секрет. Конечно, на палубе выставлена на штатных местах вахта по защите корабля от злобных сил тьмы, а она сама от добрых светлых людей огорожена веревками с табличками СТОЙ! НЕ ПОДХОДИ. В укромных местах стоят надежные люди, которые следят, чтобы не надежные люди в эти укромные места не закладывали надежно срабатывающие предметы или не создавали шпионские тайники. Вооружается второй сход с корабля в виде забортного трапа, то есть теперь в одном месте все заходят, а в другом сходят также организованными группами, а у этих отдушин стоят счетчики, то есть те, кто считает, сколько экскурсантов зашло, а сколько сошло. Ну и, конечно, на причал выносится два стола для сооружения походного гардероба. Чтобы не тащить с собой тяжелые шапки, зонты, сумочки и кошельки все посетители с радостью их оставляют под присмотр надежного матроса, который взамен выдает бумажку с номером, а по окончании экскурсии бумажку забирает и, если еще не забрали, возвращает покинутые вещи. Спиртное и деликатесы не сдаются, а разрешаются к проносу, чтобы дать возможность подарить их экипажу. Все остальные находятся внутри и не вылазят. И начинается великий праздник! Через некоторое время все перемешивается. Затем мальчик теряет своего папу, который прошел через все кордоны и забрался на мачту, чтобы посмотреть на город с высоты. А еще через час это паломничество заканчивается к великому облегчению всех.


Русское кладбище в Бизерте
Фуршет – это более интересное мероприятие. Выбирается место на верхней палубе, где обязательно должен быть тент или навес. По периметру ставятся столы. Рядом сооружается буфет, где готовятся разные вкуснятины. Назначаются вестовые, которые будут разносить спиртное и закуски. Опять все вымывается. Продумывается маршрут прохода гостей к этому месту. По маршруту прохода выставляется вахта, которая не даст гостям ломиться в режимные помещения или, еще хуже, в каюты офицеров и мичманов, а будет направлять их в нужном направлении. Предусматриваются минимум два гальюна для гостей. Конечно, музыка. Подарки военному атташе и послу. Командир корабля всех гостей встречает, а затем провожает, на самом же фуршете перемещается по палубе, чтобы никто нигде не скучал, поддерживает беседу. Спиртного много, поэтому на наших кораблях беседа поддерживается хорошо. После провода гостей военному атташе и послу вручаются подарки. Как правило, они дарят в ответ тоже очень интересные вещи.

В промежутках между этими интереснейшими мероприятиями для экипажа и прикомандированных организуются экскурсии и прогулки по городу. Экскурсии – большими группами, по числу мест в автобусах и возможности, а прогулки – по пятеркам, где старшим обязательно ответственный офицер. Главное при этом соблюсти следующее. Принцип справедливости, то есть у каждого число посещений примерно одинаковое. Не важно, мягко или строго подходить к самому факту – посещать или нет. Важно, чтобы подход в этом был одинаков для всех. А иначе обязательно потом, уже в море, будут эксцессы. Причем в их разрешении принимать непосредственное участие будете именно вы, а не тот, кто их создал. Он то, скорее всего, умоет руки и отсидится в укромном месте под маской обиженной справедливости. Поэтому заместитель командира по воспитательной работе должен очень серьезно следить за этим и заранее готовить списки на увольнение в город, заблаговременно согласуя их с вахтой и нарядами.


Картахена
Еще очень важно во время всех этих официальных мероприятий самому в неформальной обстановке познакомиться с командиром того иностранного корабля, с которым вам придется работать в море. Он обязательно будет на этих мероприятиях. После того, как вы с ним вместе выпьете и поболтаете, вы любой вопрос решите в два счета без всяких конференций. Так, например, когда из за несогласованности действий мы потеряли в море своих партнеров по учениям, я вышел на связь с поляком и попросил его показать свое место, после чего мы уже не беспокоились и уверенно шли в точку встречи и затем всегда владели всеми свежими планами и новостями. А с испанцем просто без всяких докладов и согласований решили не делать неудобные ни нам, ни ему элементы стандартного плана, сделав так, как нам было лучше и безопаснее. Для усиления эффекта хорошо помогают выученные пара – тройка фраз благодарности на их языке.

А, в общем, что ни говори, море – это напряженные будни вахт и разных событий, а порт – это радость отдыха и постоянных коктейлей и фуршетов, несмотря на все подготовки. Ну и, конечно, помните, что все магазины везде одинаковы, посещать надо достопримечательности, чтобы было о чем вспоминать.


Это того стоило!


Вот и наступило время возвращаться назад. Аккуратно уложены сувениры и подарки, надежно спрятано от алчных глаз спиртное. Перекачены на свой компьютер фотографии всех фотографов. И опять продолжаются морские будни. Естественно, погода ухудшается. Ночью на вахте слышишь сообщение о десяти итальянцах, пропавших в море на резиновой надувной лодке. Их так и не нашли. Скорее всего, попали под винты какого-нибудь монстра, чешущего по заданной автопилоту программе. Предупреждают о дрейфующем без экипажа сухогрузе. Вообще, визуальное наблюдение – великая вещь. Бывает, на экране навигационной радиолокационной станции целей вблизи корабля нет, а смотришь – рядом огни проходящего довольно близко корабля. И, наоборот, на экране куча целей, которые ты почему-то визуально никак не можешь увидеть. На всякий случай осторожно расходишься и с ними. Накапливается усталость, привычка к нестандартным ситуациям делает свое злое дело и с каждым разом оставляешь себе все меньше времени для принятия решения, маневры становятся все более опасными, а условия плавания тем временем ухудшаются. Устали все, причем, более всего морально. Именно на этом этапе больше всего разлагается экипаж, происходит большее число поломок механизмов, чаще совершается нежелаемое. Поэтому, хотя у экипажа и накоплен морской опыт, в этот заключительный период надо подтягивать всех путем учений, тренировок, стрельб, более строгим и нетерпимым отношением к упущениям.


В Средиземном море
А еще, по прибытии в базу все ждут отдыха. Чтобы он не стал лишним камнем преткновения и поводом для ссор, его заранее надо спланировать, еще в море. По опыту, за два – три дня до захода корректировал график отпусков с учетом положенных дней, возможности их предоставить, обеспечений и нарядов, и, прежде всего, справедливости. За сутки до захода доводил его до экипажа, как предварительный. После захода в базу всегда было два дня выходных и пока все отдыхали, уточнял задачи, которые поставлены или будут поставлены кораблю и окончательно корректировал этот график.

Выходные закончены, все ознакомились и далее начинается обычная повседневная жизнь. Остается лишь написать отчеты за боевую службу командира корабля и по разведке. Для этого еще в море у всех прикомандированных соберите как можно больше информации и наработанного ими материала. Вот и останется только вставить эти данные в стандартные формы, оформить и сдать. Все! У вас остались только хорошие воспоминания, все плохое и гнусное от подготовки забылось, вам слегка завидуют начальники, которые не участвовали в этой радости, а вы почему-то забыли привезти им купленные за ваш счет бочонки с вином или ящики виски. Пожадничали! Зря! Через пару недель все ваши усилия будут забыты, никто не оценит ваших походных трудов и вас опять начнут пилить из-за какого-нибудь напившегося контрактника или провинившегося матроса.

Но вы-то знаете, это того стоило!


Главное за неделю