Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

"Главная задача - социальная защита" - председатель Санкт-Петербургского Клуба Моряков-подводников Игорь Курдин

Интервью, отчеты, репортажи о жизни организаций, представленных в каталоге благотворительных организаций Центрального Военно-Морского Портала

Прошел 15-летний юбилей Санкт-Петербургского Клуба Моряков-подводников, состоялись все связанные с этим подготовительные и торжественные мероприятия, отгремел выстрел с бастиона Петропавловской крепости. Все волнения и заботы теперь можно оставить в воспоминаниях, и, освободившись от насущных проблем, председатель Санкт-Петербургского Клуба Моряков-подводников Игорь Кириллович Курдин пообщался с корреспондентом Центрального Военно-Морского Портала в гостеприимной атмосфере Клуба.



Председатель Санкт-Петербургского Клуба Моряков-подводников Игорь Кириллович Курдин. Фото А. Лисафина

- Что вдохновило Вас на создание такого сложного проекта как Клуб Моряков-подводников?

- Первоначально, конечно, никто из нас не представлял, насколько сложным будет этот проект. А причиной создания клуба можно назвать желание не остаться за бортом, как многие, кто увольнялся в то время. По разным причинам люди увольняются... Кто-то по выслуге, кто-то по сокращению, кто-то по другим причинам. И если 15-20 лет назад все было ясно, как, например, моему отцу, что исполнится 50-55 лет, ты уйдешь на пенсию в 250 рублей – вполне приличная сумма в советское время - затем, переведясь в Москву или Ленинград, ты получишь квартиру, у тебя будет возможность купить машину, дачу, и ты будешь нормально жить, - то в середине 90-х годов все было по-другому, шло массовое сокращение. Когда я, командир лодки с семилетним стажем, сказал, что хочу уволиться – меня никто не стал уговаривать перейти, например, в штаб флота или идти преподавать в академию, которую я в свое время закончил. И я понял, что я флоту не нужен. Когда я приехал в Петербург, у меня сложилось такое же впечатление: что все мои друзья, занимавшиеся тогда бизнесом, которые звали меня присоединиться к ним, тоже меня не ждут – потому что у меня нет знаний ни в менеджменте, ни в экономике, ни в других полезных в бизнесе сферах. И единственное что я умею – быть подводником и командовать подводной лодкой. Незадолго до этого в Москве прошел учредительный съезд Всероссийского союза подводников, я тогда в автономке был – поэтому, к сожалению, присутствовать там не мог. По документам, которые тогда были приняты, планировалось, что на местах должны будут создаваться региональные или городские организации, которые будут называться "Клубами подводников". Оттуда и взялось название. Но у тех людей, которые создавали Союз подводников – у них были несколько другие планы. Многие помнят, что в 90-е годы был создан ряд организаций: религиозных, военных, ветеранских и так далее. Они получили от государства большие льготы. В том числе и на коммерческую деятельность, такую как сниженные пошлины на ввоз сигарет, алкоголя, - чем это закончилось? – Взрывы на Котляковском кладбище, самоликвидации и прочее. И те люди, которые собирались извлечь из создания Союза подводников материальную выгоду – в виде субсидий от государства - они достаточно быстро к этому интерес потеряли, и с этих пор Союз подводников фактически не существует. В марте 1994 года мы с товарищами решили сделать организацию, которая будет просто помогать друг другу выжить в этом непростом мире. И начали делать то, что каждый делает в повседневной жизни – ничего глобального – просто помогать друзьям. Каждый человек имеет широкий или не очень круг друзей – так же и с нашим Клубом подводников. За 15 лет накоплен большой опыт – это и юридическая помощь, и социальная защита, и многое другое. Из этой затеи родился Клуб, в него стали вступать люди, и мы были вынуждены им помогать, отвечать на их вопросы. Ну и, конечно, проводить культурные мероприятия. Мы первыми начали отмечать День подводника еще до его официального утверждения приказом главнокомандующего. Какие-то мероприятия мы проводим до сих пор, какие-то отпали за ненадобностью. То есть, Клуб - нормальный живой организм, который саморегулируется и функционирует уже 15 лет.

Справка


Санкт-Петербургский Клуб Моряков-подводников создан 25 ноября 1994 года по инициативе офицеров Северного флота и насчитывает более 2000 участников из России и многих государств мира.

Клуб активно взаимодействует с органами государственной и муниципальной власти, командованием ВМФ, пользуется доверием личного состава и ветеранов Военно-Морского флота, востребован как независимый и профессиональный экспертный центр по проблемам и истории подводного флота.

Клуб является организатором международных встреч подводников, мемориальных программ в честь погибших подводников лодок K-129, K-219, K-278, K-429, K-141 "Курск" и других.

В 2009 году Клуб по Распоряжению президента РФ получил грант на сумму 1 миллион рублей. Деньги потрачены на создание консультативно-правового центра, организацию мероприятий в честь Дня Защитника Отечества, Дня подводника и Дня ВМФ, летнего отдыха детей подводников.


- Когда Клуб формировался, наверное, непросто было найти место молодой общественной организации?

- Нас вначале приютила одна из фирм, организованная бывшим подводником, базировались мы на 12 квадратных метрах в небольшой комнате с телефоном. Потом переехали на канал Грибоедова в офис к другой фирме – но там у нас вообще был угол в офисном зале. После переехали в Дом Культуры им. Калинина и там продержались года три, но кому-то этот дом стал нужен и был продан. Нынешнее помещение - 240 квадратных метров - мы занимаем уже 8 лет, оно благоустроено при помощи наших друзей, не хочу называть их спонсорами. Весь этот ремонт был сделан тогда за 2 месяца, они приезжали и мы говорили, что конкретно нам нужно: гипрок, краска, батареи. Каждый из них брал на себя обязательство и оплачивал изготовление или ремонт. Или привозил все необходимое – поэтому деньги из рук в руки не переходили – так гораздо проще работать с людьми. Человеку не приходится задавать вопрос о том, куда ушли его деньги. Даже в моем кабинете фактически ничего моего нет, все подарено Клубу – включая мебель, телевизор, не говоря уже обо всех сувенирах.


Кабинет И.К. Курдина

- Расскажите немного о себе и своих товарищах.

- Со мной совсем просто (смеется). Я родился в Полярном, мой отец был командиром дизельной подводной лодки. В первый класс тоже пошел в Полярном, потом - Гаджиево, Оленья, опять Полярный. В общем, я все детство свое провел с родителями на флоте. С 1961 года жил в Гаджиево, тогда это был еще поселок Ягельное, там базировалась 12-я эскадра. Так получилось, что последний год я учился в Ленинграде. Мне было сразу ясно, куда дальше идти учиться, сомнений не было – я направился в Училище подводного плавания им. Ленинского Комсомола. В 1975 году закончил его как ракетчик и попал на 3 флотилию в Гаджиево. Мне тогда очень повезло, что я попал не на самые новые лодки, а на 667 А проект, в 19 дивизию, 40-летие которой мы в декабре будем отмечать. Корабли были хорошие, надежные, легендарные "азухи". А дальше все просто: три года командир группы БЧ-2, вахтенный офицер, командир 5-го отсека – три автономки; еще три года командир БЧ-2 на К-418 – три автономки, командир 4-го отсека, вахтенный офицер. Потом год помощником командира на К-418, потом классы в Ленинграде и старпом на К-241 - тоже три автономки. После этого был направлен в Военно-Морскую Академию, а лодка (К-219) ушла в очередную автономку и, к сожалению, 6 октября 1986 года погибла. До сих пор не могу забыть, я сразу же тогда поехал в Горки – куда их привезли, провел с ними несколько дней. И с тех пор история 219-й, на самом деле это экипаж К-241, является и моим главным делом, и делом Клуба.

После академии появились новые корабли, я стал командиром БДРМ К-84, затем К-407, 7 лет пробыл должности командира, 14 боевых служб, из них 4 в должности командира. В 1994 году, когда я находился в состоянии увольнения, мы как раз и собрались в Ленинграде и выяснилось, что у всех одинаковые проблемы - кому то не давали жилье, кто-то не мог устроиться на работу, кто-то вообще растерялся, многие просто пропадали, так как после увольнения из Вооруженных сил просто не могли найти себя в новом мире, который постоянно менялся. И мы начали работу. Уже с марта 1994 года мы начали свою деятельность, несмотря на то, что официально Клуб был зарегистрирован в декабре. Первые полгода мы пытались понять, какого рода деятельность нам предстоит осуществлять, с кем работать? Часто приходят люди и предлагают создать филиал нашего Клуба в других регионах - вплоть до Москвы. Но мы отказываемся. Мы готовы поделиться опытом, пояснить, как лучше справляться с определенными задачами, поделиться образцами документов, но мы не можем отвечать за деятельность других людей, которые даже мне знакомы. Поэтому создавайте свои Клубы в Омске, в Воронеже, в Москве, где угодно - мы готовы помочь. Были у нас, конечно, подобные мысли, ведь у нас в Клубе есть почти 300 человек из 24 стран мира, таких как Китай, Албания, Индия, не говоря уже о крупных морских державах, таких как США, Великобритания, Франция, Италия, Германия. То есть по формальным признакам мы вполне могли бы считаться международной организацией, но, к сожалению, международные организации у нас в России не в чести, они сразу вызывают некоторые подозрения, поэтому от этой идеи мы отказались. Нас вполне устраивает статус региональной общественной организации, зарегистрированной 25 ноября, откуда Клуб и ведет свое летоисчисление. Стабильно в Клуб вступают 150 человек в год, в 2000 году - после гибели "Курска" - вступило более 300 человек. И главное, что самое знаменательное для Клуба, ни один человек за 15 лет из Клуба не вышел. То есть никто не приходил, не клал заявление на стол и не говорил - я не согласен с тем, что вы делаете, вы декларируете одно, а делаете другое - я выхожу из вашего Клуба. Безусловно, у нас есть и ошибки и недостатки, но что бы кто-то из Клуба вышел - такого не было. Дважды было, что мы исключали людей из Клуба за проступки, порочащие честь и достоинство подводника и офицера. Сейчас у нас идет перерегистрация, мы декларировали, что нас более чем 2600 человек, однако формально их меньше, перерегистрация идет второй год и мы готовы пожертвовать количеством ради качества. Пусть в Клубе останется тысяча человек, но мы будем знать, что, как минимум, эти люди находятся на связи с Клубом, помогаем мы им, они нам помогают. Просто существует достаточное количество людей, которые вступали в Клуб и потом забывали про него, но такие процессы проходят везде. Вот скоро уже закончится регистрация, и мы будем знать реальное количество членов Клуба.

- Насколько сложно управлять Клубом в современных условиях?

- Когда мы начинали, было не сложно, работы было не много, главное, что во главе была группа людей, которые осознавали важность проводимой работы и были готовы работать каждый день. То, что мы сейчас видим вокруг - это помещение клуба, здесь работают люди, профессионально работают, и каждый день кто-то приходит, появляются какие-то проблемы и их нужно решать. Если можно так сравнить: кто-то производит телевизоры, а Клуб производит связи. Мы помогаем людям, подсказываем, к кому обратиться для решения той или иной проблемы, при этом мы как бы рекомендуем этого человека, за него отвечаем. А в целом, работа руководителя, конечно, очень сложна, иногда хочется проснуться утром и сказать - с меня хватит! Командиром тоже быть тяжело, но там было все понятно, была четкая структура, была ясна ответственность. А здесь все в движении, все меняется, приходится подстраиваться под ситуацию, но Клуб в итоге добился некоторого стабильного положения. Несколько лет назад мы твердо решили - мы не ввязываемся в политику, мы не поддерживаем ни одну из партий. В Клубе есть разные люди, кто-то член "Единой России", кто-то коммунист, кто-то за "Справедливую Россию", поэтому Клуб не может примыкать к какой-либо партии по определению - все люди разные. Поэтому мы от политики решили держаться подальше. Наше участие в некоторых предвыборных кампаниях я считаю ошибкой. Да, мы можем поддержать какого-то конкретного кандидата, конкретного человека, члена Клуба, если он идет в политику, и мы знаем, что это порядочный человек. Хотя я считаю, что оставаться порядочным человеком в политике невозможно. Когда я сам пытался участвовать в больших выборах, академик Спасский, которого я попросил быть моим доверенным лицом, отказался, сказал: не потому, что плохо к тебе отношусь, а потому, что политика тебя испортит. Ту же позицию мне мягко проповедовал и Народный артист России Петр Сергеевич Вельяминов, командир всем известной "Счастливой Щуки". На его похоронах я сказал: "Петр Сергеевич, вы были правы, поэтому я при всех говорю, что в политике больше не участвую". Клуб как общественная организация не должен превратиться в какую-то продажную структуру. Если ты будешь зависеть от одного-двух человек, которые будут платить деньги, им, соответственно, и музыку заказывать. У нас достаточно много друзей, мы никому не должны, не давали никаких политических обещаний, это и позволяет нам быть независимыми. У нас достаточное количество корпоративных членов, которые регулярно оказывают финансовую помощь Клубу, а мы перед ними отчитываемся. Залог того, что они продолжают нас поддерживать - это прозрачность финансовых потоков и подробная отчетность.


Сейчас орудие Нарышкина бастиона Петропавловской крепости даст полуденный выстрел по случаю 15-летия Клуба. 25.11.09. Фото А. Рылова

Как отреагировал Клуб на трагедию подлодки "Курск"?

- В августе 2000-го года Клуб оказался в нужное время в нужном месте. И если бы Клуб не сделал тогда того, что он сделал - тогда его стоило бы закрыть, распустить, а меня снять с поста председателя и так далее. Почему? Потому что Клуб декларирует, что главная задача - социальная защита. Я помню эти дни, первое - когда нам стали звонить и было еще непонятно, что за лодка, что случилось с ней конкретно. Многие люди до сих пор нас осуждают за то, что мы давали много комментариев. Когда такие люди приходят сюда, я включаю одну кассету, там три записи. На одной мы с Аркадием Петровичем Ефановым, героем России, командиром однотипной "Курску" лодки "Смоленск", на второй - с капитаном 1-го ранга Борисом Григорьевичем Колядой, который был старшим на борту "Комсомольца", когда произошла катастрофа в Норвежском море, и третья - со штурманом К-219, капитаном третьего ранга Евгением Васильевичем Азнабаевым. В эти дни в Клуб приходили наши товарищи, которые выражали свое мнение, и их зачастую в прессе озвучивал я. Это было коллективное мнение людей, которые были здесь. Клуб с первых же дней, когда приехала первая телевизионная группа - это был канал ОРТ - прокомментировал как мог эту ситуацию, и тут же попросил оказать финансовую помощь для того, чтобы отправить первую семью на Север. Тогда ведь еще никто не знал, спасут лодку или не спасут. Первое, что мы начали тогда делать - собирать деньги, чтобы отправить туда семьи, потом нам начали приносить лекарства - опять-таки непонятно, для кого, то ли для подводников, то ли для их родственников. В основном, конечно, для родственников, начиная от валидола и заканчивая действительно редкими дорогими лекарствами. А потом начали приносить деньги. То есть, Клуб как бы первым пустил шапку по кругу для сбора помощи семьям "Курска". Буквально через две недели после того, как мы начали сбор денег, сумма пересекла отметку в один миллион рублей. И приблизительно в это же время правительство в лице премьера Касьянова сделало заявление, что оно выделяет полмиллиона рублей для помощи всем семьям погибших на "Курске" - тогда уже было ясно, что лодка погибла. После этого журналисты приехали к нам, и мы сделали заявление: как так может быть, что небольшая общественная организация дает в два раза больше денег, чем государство, чтобы помочь семьям погибших? Тогда произошло следующее: Владимир Путин, будучи тогда президентом Российской Федерации, на встрече в Видяево с родственниками погибших, спросил, сколько получает подводник? Ему ответили, что подводник получает шесть тысяч рублей, и тогда одна из женщин в прямом эфире телеканала НТВ заявила: "Я хочу получить компенсацию за погибшего мужа в размере зарплаты за 10 лет". Эта сумма – порядка 720000 рублей - была выделена каждой семье по распоряжению Владимира Владимировича Путина. И тогда уже из Военного Благотворительного Фонда были выплачены эти деньги. То есть мы первые начали эту процедуру, и в итоге удалось добиться достаточно хорошего результата. Каждая семья получила помощь. Самое интересное произошло спустя год, когда нас пришло проверять Контрольно-ревизионное управление Минфина с вопросом: Кто вам разрешил собирать деньги для "Курска"? Мы долго не могли понять, что нам запретило бы эту деятельность. В итоге ответ был: был собран совет Клуба, и совет Клуба принял решение собирать деньги – их этот ответ устроил. Некоторые могут сказать, что мы что-то присвоили; вы знаете, нас проверяли 4 раза. КРУ Минфина, Управление Юстиции и другие органы. Как только заканчивала работу одна комиссия, начинала работу другая. После всех этих проверок мы провели пресс-конференцию, пригласили все заинтересованные стороны. На этой пресс-конференции мы ни слова не сказали – я просто показал все эти 4 акта проверки, сделал копии и всем раздал – вопросы отпали сами собой.

- Многим тогда могло показаться, что вы даете слишком острые комментарии.

- Клуб всегда имеет собственное мнение и не стесняется его высказывать. Я говорю "мы", потому что я выражаю не свое личное мнение, все эти мнения – итог многочасовых обсуждений и дискуссий в рамках Клуба. Зачастую эти мнения высказывают компетентные люди, напрямую связанные с проблемой, с просьбой на них не ссылаться. Мы если и являемся оппозицией по каким то вопросам, то мы исключительно конструктивная оппозиция. Это подтвердил бывший главнокомандующий ВМФ адмирал флота Куроедов. Тогда у нас была личная беседа, и он сказал мне: "Вы знаете, мы очень прислушиваемся к тому, что говорит Клуб" – речь тогда шла о проекте подъема "Курска". Мы тогда открыто критиковали первый опубликованный проект. Еще раз скажу – это мнение не мое личное, это общее мнение профессиональных людей, разбирающихся в конкретной сфере.

Поэтому я и не берусь писать книгу о гибели "Курска", по крайней мере, сейчас. У меня был опыт - совместно с американцами вышла книга "Враждебные воды" о гибели К-219, но я писал строго о том, что я знаю. Я разговаривал со многими, от матросов до адмиралов, я собирал эту информацию годами, со многими консультировался и поэтому могу ручаться за достоверность и сказать, что все написанное - правда.

- Скажите, поддерживает ли вас государство и есть ли какой-то непосредственный интерес к вам со стороны командования ВМФ? И какие у вас сложились отношения с другими ветеранскими организациями?

- У нас налажены нормальные рабочие отношения с соответствующими комитетами правительства Санкт-Петербурга. В прошлом году мы подали заявку и получили грант в размере одного миллиона рублей от Национального Благотворительного Фонда. А в основе этого гранта – распоряжение президента Российской Федерации. Я думаю, что это все-таки оценка работы Клуба, просто так такие гранты не раздают. Что касается ветеранских организаций, в последнее время число этих контактов значительно выросло. Приоритетом для себя считаем сотрудничество с Объединенным Советом ветеранов-подводников ВМФ, который существует порядка 50 лет, в основе его - участники Великой Отечественной Войны, которых не так много осталось. Но это чисто ветеранская организация с 50-летним опытом работы. У нас с ними нормальные отношения. Лев Давыдович Чернавин является почетным президентом Клуба подводников, он сменил Георгия Михайловича Егорова после его смерти в прошлом году. Я являюсь членом президиума Объединенного Совета Ветеранов-Подводников. Остальные организации входят в Международную Ассоциацию подводников и ветеранов СНГ и стран Балтии, мы являемся учредителями этой ассоциации и активно с ними сотрудничаем. Правда, стоит отметить, что Ассоциация должна взять на себя какую-то координирующую деятельность, а не выполнять какие-то местные функции, этим занимаются люди на местах – субсидиарность должна соблюдаться. Клуб подводников – это отличный пример первичной партийной организации; я считаю, что именно тем, чем занимаемся мы, и должны заниматься люди на местах. К нам приходят – и мы помогаем.

- Пытались ли вы заниматься поиском исторических документов, исследовать судьбы кораблей и экипажей?

- Этот ряд можно долго продолжать. Таких направлений очень много, но, к сожалению, мы ими занимаемся нерегулярно. Когда появляется человек, у которого есть конкретная мысль, конкретное предложение – мы всячески ему помогаем эту идею развить и реализовать, используя наши возможности. Клуб как консультативный центр определенно востребован и в нашей стране, и за рубежом. Если что-то где-то случилось с подводной лодкой, не дай бог - столкновение, аварийная ситуация, перевозка наркотиков на подводной лодке – сразу раздаются звонки. Если снимается какой-то фильм или кто-то хочет написать книгу, мы всегда находим людей, которые имеют прямое отношение к освещаемому событию. Я могу показать две книги – одна на английском, другая на русском, называется "Красный прилив". Издало их крупное американское издательство "Харпер Коллинз". Книга освещает холодную войну с точки зрения американских подводников, и они захотели написать вторую книгу уже о взглядах советских подводников. И Клубу была поставлена задача найти человек пятнадцать советских подводников, каждый из которых рассказал бы свою историю. Главным требованием было то, чтобы человек являлся непосредственным участником данных событий. И мы нашли таких людей, каждый из них написал свою главу, затем сюда приехал один из авторов, встретился с каждым из участвующих в проекте людей, сделал некоторые уточнения, и эта книга вышла. Там и история К-3, и подлодок "альфа", участие подводных лодок в Карибском кризисе, о действиях 4-й эскадры в Средиземном море. Такие же приблизительно ситуации складывались у нас и с киноиндустрией. Так, например, мы сотрудничали с канадской студией "Синенова", когда они получили заказ от канала "Дискавери" на создание фильма о судьбе советской подлодки К-129. Мы вели переписку, они к нам приезжали, мы нашли материалы, документы – все, что связано с этой аварией. Они сделали этот фильм, а потом позвонили и сказали, что пришли заказы о таких же фильмах: о гибели "Скорпиона", о гибели К-219, и об авариях на К-19 - получился 4-х серийный фильм. После этого к ним пришел заказ еще на две серии – "Подъем "Курска", и еще одна картина была, не помню названия.


И.К. Курдин демонстрирует книги, созданные при участии Клуба. Фото А. Лисафина

- Каким вы видите будущее Клуба?

- Нам очень хотелось бы, чтобы вопрос социальной защиты в нашей деятельности ушел на второй план. Хотелось бы активнее заниматься историческими исследованиями, патриотическим воспитанием молодежи, популяризацией службы на флоте. Все это и должно быть главным в нашей деятельности – показывать пример будущему поколению.

Беседовал Алексей Бондарчук. 22.12.09

Организация:  Санкт-Петербургский клуб моряков-подводников

Возврат к списку



Главное за неделю