Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

ОПИСАНIЁ БОЯ ВЪ МЕДИЦИНСКОМЪ ОТНОШЕНІИ, ПАРОХОДА "ВЕСТА" СЪ ТУРЕЦКИМЪ БРОНЕНОСЦЕМЪ.

Судоваго врача ФРАНКОВСКАГО.

Пароходъ «Веста», принятый отъ Русскаго Общества Пароходства и Торговли и предназначенный для активной обороны, на-чалъ вооружаться 11-го іюня 1877 года и въ двѣ недѣди былъ бы совершенно готовъ къ бою, еcли бы не необходимость вы-красить подводную часть.

Кромѣ медикаментовь, коммисаріатскихъ припасовъ и лазарет-ныхъ вещей, принятыхъ мною по положенію (первыхъ на три мѣсяца, въ количествѣ положенноиъ отъ 150 до 300 человѣкь, вторыхъ на шесть мѣсяцевъ и третьихъ по расчету на четырехь больныхъ), «Веста» имѣла еще достаточное число перевязочныхъ средствъ и больничнаго бѣлья, благодаря Московскому Отдѣле-нію Общества Краснаго Креста, которое предлагало даже при-слать медикаменты и снабдить новый крейсеръ медицинскимъ персоналомъ и сестрами милосердія. Въ числѣ перевязочныхъ средствъ (бинтовъ, корпіи, косынокъ) находилось 250 пакетовъ такъ называемой «первой самопомощи воина». Пакеты эти заклю-чали въ себѣ каждый: косынку, бинтъ съ булавкой, карболи-зованную и кровоостанавливающую вату.

Составъ экипажа былъ слѣдующій: матросовъ флотскихъ эки-пажей—108; оФицеровъ—13; гардемариновъ—2; волонтеровъ т правахъ офицеровъ—5, волонтероъ на правахъ нижнихъ чиновъ (машинная команда, прислуга каютъ-компаніи и др.)—19. Меди-цинскій персоналъ, кромѣ меня, состоялъ изъ Фельдшера и сани-тара.

Изъ Николаева «Веста» вышла 28-го іюня въ Севастополь, гдѣ оканчивала вооруженіе и красила на элингѣ подводную часть.СъЗ-го по 6-е іюля участвовала въ экспедиціи къ Пендерекли съ тремя паро-чодами активной обороны, а по 10-е іюля оставалась въ Одессѣ. 10-го іюля, выйдя изъ Одессы послѣ пробной стрѣльбы изъ мор-тиръ помощью впервые на ней установленнаго аппарата Давыдо-ва для автоматической стрѣльбы, командиръ «Весты» имѣлъ намѣ-реніе препятствовать подвозкѣ войскъ непріятельскими транспорт-ными судами и пароходами къ берегамъ Европейской Турціи. Предвидя возможность встрѣчи съ врагомъ, я приготовилъ съ ве-чера 10-го іюля все необходимое для перевязокъ, осмотрѣлъ инструменты и, получивь предварительно разрѣшеніе командира, объявилъ нашей вольнонаемной прислугѣ (ресторатору, двумъ ла-кеямъ и повару), что они, на случай боя, находятся въ моемъ распоряженіи для переноски раненыхъ и вообще для помощи во время боя. Ледъ запасенъ былъ въ Одессѣ въ большемъ противъ обыкновеннаго количествѣ—тоже въ виду возможныхъ случайностей!

Около семи часовъ утра 11-го іюля узналъ я, что на гори-зонтѣ видѣнъ дымь. Зная, что нашихъ судовъ въ морѣ нѣтъ, можно было съ увѣренностью рѣшить, что это непріятель; оста-валось только убѣдиться, коммерческій-ли это пароходъ, транс-портный, или одинъ изъ броненосцевъ? Каковъ бы онъ ни былъ— надо было приготовляться, и я велѣлъ перенести все необходи-мое изъ кормовой части судна (гдѣ помѣщалась аптека и были сложены всѣ мои остальные матерьялы) въ каютъ-компанію. по-мѣщающуюся въ носовой части и бывшую единственнымъ мѣстомъ, гдѣ можно было заняться перевязкой раненыхъ. Все приготовивъ и осмотрѣвъ, я вышелъ на площадку и ясно видѣлъ уже кор-пусъ быстро приближавшагося къ намъ судна, по носу котораго все время стоялъ большой клубъ пѣны. Съ момента тревоги и по конецъ боя—я находился постоянно въ каютъ-компаніи, мѣстѣ выбранномъ мною для перевязки раненыхъ.

Раненые были: четверо ружейными пулями въ нижнія конеч-ности, одинъ имѣлъ обширную рану гранатой въ плечо и у одного рана въ бровь, съ огромнымь количествомъ гноя подъ кожею виска.

28-го августа утромъ въ Туапсе спустили на берегъ 24 болѣе крѣпкихъ больныхъ, а съ остальными, генералъ-маіоромъ Шел-ковниковымъ и его штабомъ, взятыми ночью изъ Сандрипшъ, продолжали путь къ Новороссійску, куда пришли 28-го августа и гдѣ оставили остальныхъ больныхъ и раненыхъ.

29-го августа «Веста» и «Владиміръ» вышли изъ Новороссій-ска, 30-го пришли въ Севастополь, а 31-го были въ Одессѣ.

Въ началѣ сентября «Вестѣ» и пароходу «Эрикликъ» было предписано взять изъ Одессы 200 человѣкъ раненыхъ и больныхъ для доставки въ Николаевъ. Приготовивъ помѣщеніе, ожидали только прибытія поѣзда съ больными и ранеными изъ Яссъ. 8-го сентября, по распоряженію предсѣдателя Одесскаго комитета Общества Краснаго Креста, оба парохода снабдили тюфяками. подушками и посудой. Пароходы ошвартовились въ Карантинной гавани у берега, параллельно полотну желѣзной дороги. Къ 2-мь часамъ пополудни пришелъ поѣздъ; больныхъ и раненыхъ пе-ревели на пароходы съ помощью Одесской санитарной команды. Изъ ста человѣкъ, помѣщенныхъ на «Вестѣ», раненыхъ оказалось только девять и то съ незначительными, заживающими ранами; остальные—больные лихорадкой и поносомъ. Для сопровожденія раненыхъ было командировано на каждый пароходъ (кромѣ судо-выхъ) по одному врачу оть морскаго вѣдомства, по двѣ сестры милосердія и по пяти санитаровъ отъ Краснаго Креста.

Ночь съ 8-го на 9-е сентября пароходы провели въ Одессѣ, 9-го утромъ снялись въ Николаевъ, куда прибыли къ 3-мъ ча-самъ пополудни. Встрѣченные главнымъ командиромъ Черномор-скаго Флота, начальникомъ медицинской части, членами ко-митета Общества Краснаго Креста и многочисленною публи-кою, больные были отправлены вь экипажахъ въ приготовлен-ное для нихъ помѣщеніе въ зданіи стараго Николаевскаго мор-скаго госпиталя, гдѣ главный командиръ, прiхавшій черезъ часъ послѣ начала отправки ихъ съ парохода, нашелъ больныхъ уже переодѣтыми. напоенными чаемъ и лежащими на своихъ мѣстахъ.

Это былъ мой послѣдній рейсъ на «Вестѣ». 13-го сентября, приказомъ главнаго командира Черноморскаго флота и портовъ, я былъ назначенъ на пароходъ «Россія», опять подъ команду глу-боко-уважаемаго мною Николая Михайловича Баранова.

* * *

Въ половинѣ девятаго раздался залпъ нашихъ баковыхъ орудій, затѣмъ команда: «лѣво на оортъ!» и вскорѣ я усзышалъ отда-ленный выстрѣлъ и свисть снаряда надъ вашимъ нароходомъ. Огъ перваго выстрѣла до перваго раненаго прошло ровно три часа (съ половины девятаго до половины двѣнадцатаго). Вначалѣ я еще разъ осмотрѣлъ пёревнзочныя средства, инструменты, за-тѣмъ сѣлъ, чтобы успокоиться отъ первой, неизбѣжной какъ но-вичку въ подобномъ дѣлѣ, ажитаціи, и ожидалъ.

Мнѣ слышенъ быль каждый непріятельскій отдаленный вы-стрѣлъ, свистъ и шипѣніе снаряда. На столъ каютъ-компаніи падали разбившіяся отъ собственныхъ выстрѣловъ стекла люка и разъ хлынула вода черезъ люкъ отъ упавшаго близко борта сна- ряда.

За часъ до разрыва на нашей палубѣ перваго непріятельскаго снаряда мнѣ пришло на мысль записывать по возможности про-исходившее, чтобы, въ послѣдній моментъ катастроФы, бросить въ бутылкѣ въ море, съ цѣлью дать такимъ образомъ кому ни-будь знать объ участи оВесты», такъ какъ я уже зналъ, что мы имѣли дѣло съ тараннымъ броненосцемъ, имѣвшимъ передъ нами еще преимущество въ ходѣ. Не медля взялъ я карандашъ и записывалъ все, что доносилось до меня сверху въ разбитый люкъ, ожидая каждый моментъ рѣшительнаго мгновенія, хорошо при этомъ сознавая, что одного снаряда въ нашъ бортъ—имѣ-ющій толщину 5/8 дюйма—достаточно, чтобы пойти съ судномъ ко дну.

Въ половинѣ двѣнадцатаго началась и моя дѣятельность. Я услышалъ взрывъ и оглушительный, продолжительный трескъ, идущій съ кормы на носъ. Едва успѣлъ я внести этотъ фактъ въ свои замѣтки. какъ услыхалъ отдаленные стоны и вслѣдъ за тѣмъ увидѣлъ первую жертву боя съ окровавленной головой.

Это былъ Леонтій Каширскій-комендоръ 1-го Балтійскаго Флотскаго экипажа. Внесли его въ безчувственномъ состояніи глухо стонавшимъ. Рана оказалась въ лѣвой сторонѣ головы, идущею отъ середины бровной дуги вверхъ и простирающеюся на два сантиметра въ волосистую часть головы. Покровы разор-таны были до кости, которая ощущалась зондомъ, но была цѣла.

Рана произведена была осколкомъ разорвавшагося непріятельскаго снаряда. Перевязавъ рану гемостатической ватой и обернувшись назадъ, откуда я, занятый первьшъ раненымъ, слышалъ только стоны,но не могъ видѣть происходившаго, я увидѣлъ полную каютъ-компанію раненыхъ, сидящихъ и лежащихъ другъ около друга. Быстро осмотрѣвъ ихъ, чтобы подать пособіе гдѣ нужнѣе, я остановйлся около втораго тяжело раненаго гимнаста 1-го же Балтійскаго флотскаго экипажа матроса Никиты Пушкарева, ле-жащаго навзничь на полу съ согнутыми колѣнами. У него ока-казались двѣ обширныя раны мягкихъ частей въ верхней трети бедеръ, сзади, сейчасъ же ниже ягодицъ. Обѣ раны на одной высотѣ; правая величиною въ двѣ, лѣвая въ полторы ладони -обѣ довольно глубомя. Пушкаревъ входилъ, въ моментъ разрыва снаряда, въ висѣвшій на шлюпбалкахъ паровой катеръ, неся съ собой ружье. Надо предполагать, что осколокъ раздробиль ружье и совмѣстно съ осколками разбитаго приклада произвель вышесказанныя раны. Частей ружья на пароходѣ не оказалось, онѣ были сброшены въ море. Кругомъ обѣихъ ранъ висѣла боль-шими клочьями кожа и въ обѣихъ видны были перерванные му-скулы. Удаливъ клочья кожи и державшіеся на тонкихъ пере-мычкахъ куски мускуловъ, я и здѣсь примѣнилъ кровоостанавли-вающую вату, хотя, сравнительно съ величиною ранъ, крово-теченіе было незначительно.

Третій перевязанный мною былъ матросъ 1-го Черноморскаго Флотскаго экипажа Федосѣй Катигрузъ, раненый исключительно ос-колками дерева отъ разбитаго снарядомъ вельбота. Онъ лишился переднихъ четырехъ зубовъ въ верхней челюсти (пятый былъ вынутъ дня три спустя), имѣлъ рану на языкѣ и израненными обѣ руки. Изъ мякоти большаго пальца правой руки я вынулъ засѣвшій тамъ осколокъ дерева и другой, нѣсколько меньшей величины, засѣвшій между зубами нижней челюсти.

Оканчивая перевязку этого раненаго, я услыхалъ шумъ на трапѣ, ведущемь въ каютъ-компанію, и мнѣ доложили, что несутъ офи-цера. То былъ подполковникъ морской артиллеріи Черновъ. Его положили на столѣ. Первое, бросившееся мнѣ въ глаза, когда я разрывалъ его одежду, чтобы добраться до раны, были его неподвижные, оловянные глаза и рѣдкое, отрывистое дыханіе. Ра-зорвавъ лѣвую половину брюкъ, гдѣ было болѣе всего крови, и обмывъ кровь въ лѣвомъ паху, я увидѣлъ въ этомъ мѣстѣ, прямо противъ бедренной артеріи, ранку неправильно круглой Формы, изъ которой еще струилась кровь. Положивъ комокъ кровооста-навливающей ваты, въ нѣсколько разъ сложенный толстый ком-пресъ и перетянувъ все бинтомъ, я обратился къ пульсу, который еле могъ отыскать, такъ онъ былъ малъ. Глаза и зрачки были неподвижны, стоновъ не было. Другихъ важныхъ ранъ на тѣлѣ не оказалось, кромѣ небольшихъ на лицѣ и головѣ, такъ что рана въ бедро и была смертельной. Сопоставляя Формы раны съ двумя другими, бывшими у двухъ раненыхъ, у одного изъ которыхъ былъ вынутъ сегменть сегментной шрапнели, образчикъ котораго у меня сохранился, я полагаю, что рана была произведена именно такимъ сегментомъ и что была повреждена лѣвая бедренная арте-рія. Кровотеченіе было на столько сильно (на мѣстѣ, гдѣ былъ убитъ Черновъ, была огромная лужа крови), что пока донесли раненаго до каюгъ-компаніи, смертельная потеря крови совер-шилась. По разсказамъ офицеровъ и нижнихъ чиновъ, бывшихъ очевидцами раненія Чернова, онъ сначала упалъ, затѣмъ прив-сталъ и произнеся: «палите съ лѣвой кормовой, она наведена» — упалъ вторично. Присланному отъ командира справиться о ранѣ Чернова, еще въ то время, когда я перевязывалъ послѣдняго, я только могъ отвѣтить: убитъ.

Почти одновременно съ Черновымь принесли и прапорщика мор-ской артиллеріи А. Яковлева. Онъ имѣлъ обширную, занимаю-щую треть окружности шеи, рану съ лѣвой стороны. Можно ска-зать, что эта часть шеи была вырвана, причемъ повреждена сон-ная артерія. Несмотря на ужасный видъ раны и сильное крово-теченіе, Яковлевъ стоналъ еще и жилъ минутъ 20 дольше Чернова. У Яковлева на груди и животѣ оказалось до пятнадцати ранъ малой величины, но смертельной была рана шеи. На лицѣ и го-ловѣ тоже были незначительныя раны. Будучи раненъ, онъ еще вспомнилъ о патронаъ, бывшихъ въ его карманѣ, и напомнилъ о нихъ окружавшимъ его на палубѣ.

Не успѣли снять со стола этихъ двухъ умершихъ офицеровъ, какъ на немъ же появилисьдва тяжело раненыхь матроса: маши-нистъ Семенъ Мирошниковъ и комендоръ Григорій Лаптевъ—оба 1-го ЧерноморскагоФлотскаго экипажа. У Мирошникова—переломъ пле-чевой кости левой руки, съ разрывомъ мягкихъ частей и прони-кающая въ животь рана, а также небольшія раны лица мел-кими, величиною въ горошину, кусками чугуна, изъ которыхъ нѣкоторые пооставались въ ранѣ. Самою важною раною, какъ впо-слѣдствіи и оказалось, я считалъ рану живота: она была въ лѣво и нѣсколько внизъ отъ пупка и Форма ея была близка къ Формѣ раны Чернова. При изслѣдованіи въ ранѣ ничего не прощупывалось; но то была, по всей вѣроятности, рана сегментомъ шрапнели, засѣв-шимъвъ глубинѣ живота. Вначалѣ Мирошниковъ жаловался на боль въ переломленной рукѣ, нижняя часть которой держалась только на мягкихъ частяхъ, но векорѣ начались его жалобы на боль въ живогѣ. Положивъ на рану живота кровоостанавливаю-щую вату и холодные компрессы и давъ удобное положеніе рукѣ, рѣшивъ отнять ее, если позволитъ время, тутъ же, я перешелъ къ Лаптеву. Здѣсь раздроблено было все лѣвое бедро почти отъ паха до колѣна и сильное кровотеченіе. Употребивь ледъ и въ Мѣ-тахъ большаго кровотеченія—гемостатнческую вату, я перешелъ къ осмотру лейтенанта Кроткова и мичмана Петрова. Найдя у пер-ваго обширные ушибы и ссадины на всемъ тѣлѣ и ни одной важной раны, я поручилъ Фельдшеру перевязать незначительныя раны мягкихъ частей Кроткова, самъ же осмотрѣлъ мичмана Петрова. Послѣдній получилъ обширный ушибь правой стороны груди, переходящій на печень, и первое время послѣ раненія нѣ-сколько разъ отхаркнуль кровью; онъ былъ въ очень возбуж-денномъ состояніи и съ трудомъ согласился лечь въ постель.

Все время, пока я занятъ былъ около трудно-раненыхъ, Фельд-шеръ и санитаръ перевязывали болѣе легкія раны, употребляя во всѣхъ случаяхъ кровоостанавливающую вату.

Мирошниковъ между тѣмъ сталъ безпокоенъ, жаловался на сильное жженіе въ животѣ и боль. Началась рвота: каждый глотокъ какъ чистой воды, такъ и воды съ краснымъ виномъ возвращался съ рвотой. Температура живота сильно возвысилась, раненаго знобило. Лаптевъ же становился все покойнѣе и только издавалъ легкіе стоны. Скончались они почти одновременно.

Когда я былъ занятъ около Мирошникова и Лаптева, мнѣ дали знать, что раненъ лейтенантъ Перелешинъ, перенесенъ въ каюту въ рубкѣ, а меня просилъ выйти къ нему. Имѣя уже 2-хъ трудно раненыхъ и кругомъ себя еще не осмотрѣнныхъ раненыхъ, каче-ства раненія которыхъ я еще не зналъ, а также не зная степени раненія Перелешина, я просилъ перенести его внизъ, въ каютъ компанію. Ко мнѣ пришли вторично съ просьбой выйти на верхъ. на что я заявилъ, что при всемъ моемъ желаніи осмотрѣть Пере-лешина, я, по уставу, не и.чѣю права выйти на верхъ во время боя, а долженъ оставаться на мѣстѣ подачи помощи» Не считая себя въ правѣ оставить свой постъ, я послалъ Фельдшера осмотрѣть рану и подать первое пособіе, если невозможно раненаго пере-нести внизъ. Черезъ нѣсколько временени Фельдшеръ мнѣ сооб-щцдъ, что у Перелшина сложный перелом бедра съ разрывомь мягкихъ частей, что онъ на его рану положилъ холодные ком-прессы. и что перенести раненаго очень неудобно по обширности поврежденія и по тѣснотѣ помѣщенія, откуда бы пришлось его выносить.

Вь промежуткахъ подачи помощи болѣе труднымъ раненымъ, я съ Фельдшеромъ и санитаромъ перевязывалъ болѣе легкихъ раненыхъ и продолжалъ послѣднее до конца боя. Раны оказыва-лись не серіозныя и нѣкоторые изъ перевязанныхъ сейчасъ же выходили на верхъ—стать на прежнія свои мѣста.

Нѣсколько разъ повторённое «ура» нашей командой приводило меня, не видѣвшаго происходящаго, въ недоумѣніе: я каждый разъ предполагалъ сближеніе наше съ броненосцемъ и ждалъ рѣши-тельнаго момента. Наконецъ еще разъ раздалось безпокоившее меня «ура» и затѣмъ молитва «Отче нашъ», пропѣтая командой. Сейчасъ-же за окончаніемъ молитвы сошедшіе въ каютъ-компа-нію офицеры сообщили, что броненосецъ повернулъ отъ насъ къ турецкому берегу и не отвѣчаль уже на нѣсколько нашихъ выс-трѣловъ, пущенныхъ ему въ догонку.

Была половина втораго по полудни. Бой окончился и я сейчасъ же вышель на верхъ осмотрѣть Перелешина. Его я нашелъ лежащимъ въ каютѣ брата его, старшаго ОФИцера «Весты», помѣща-ющейся въ рубкѣ сверху каютъ-компаніи. Онъ былъ вь полномъ сознаніи и сообщилъ мнѣ, что раненъ разорвавшимся снярндомъ, что вскорѣ послѣ равевія, когда онъуже лежалъ, былъ у него оз-нобъ, а теперь чувствуетъ сильную боль въ правой ногѣ. Пульсъ у него былъ полный, болѣе ста, температура тѣла ясно на ощупь воз-вышена. Когда я приступалъ къ осмотру пораженной конечности, онь умолялъ меня не трогать ее, такъ какъ даже одѣяло, кото-рымъ онь былъ прикрытъ, его безпокоило. Я принужденъ былъ сдѣлать только поверхностный осмотръ. Правое бедро я нашелъ значительно увеличеннымъ въ объемѣ, при легкомъ ощупываніи ясно чувствовались острые края переломленныхъ костей. Рана перевязана была гемостатической ватой, сверху которой наложена корпія; все покрыто запекшейся кровью. Открывать рану я не рѣшился, боясь вторичнаго кровотеченія; находя-же состояніе ра-ненаго на столько удовлетворительнымъ, что онъ могъ перенести сутки безъ операціи, я хотя и былъ увѣренъ въ существованіи сложнаго перелома, но ве рѣшился предпринять ампутацію бедра безъ необходимыхъ при этомъ помощниковъ.

Оставивъ при раненомъ чередоваться Фельдшера и санитара, пока я буду самъ свободенъ ихъ замѣнить, я пошелъ сообщить о состояніи Перелешина брату его и командиру, которыхъ зас-талъ на мостикѣ. Оба они, какъ оказалось, были контужены въ голову, а командиръ, кромѣ того, ушибенъ въ лѣвое плечо. Отъ командира узналъ я, что мы потеряли не два только офицера и два нижнихь чина, при мнѣ умершихъ, а еще семь человѣкъ матросовъ, убитыхъ на мѣстѣ первымъ разрывомъ непріятельскаго снаряда, которыхъ ко мнѣ и не приносили. Они уже были пере-несены въ кубрикъ. Два были сильно изуродованы: у одного вмѣсто головы осталась только часть кожи шеи и покрововъ головы, другому былъ вырванъ животъ.

Затѣмъ я привелъ въ извѣстность число раненыхъ. Ихъ оказа-лось гораздо больше, чѣмъ сколько мнѣ было извѣстно, потому что многіе, считая раны ничтожными, не оставляли своихъ мѣстъ и не-приходили комнѣ за помощью.Такъ,напримѣръ, боцманматъи комен-доръ 8-го Балтійскаго Флотскаго экипажа Максимъ Ефимовъ. получившій небольшую въ діаметрѣ, но глубокую рану лѣваго бедра, заявилъ мнѣ о ней только на другой день; рану же свою онъ не еходя внизъ заткнулъ паклей и продолжалъ свое дѣло у орудия.

Объ общемъ числѣ раненыхъ я скажу ниже.

Послѣ бѣгства броневосца, «Веста» взяла курсъ на Севасто-поль. Пароходъ начали приводить въ порядокъ, а я занялся переведеніемъ раненыхъ изъ каютъ-компаніи въ жилую палубу. Опросивъ команду, я нашелъ еще раненыхъ, которымъ сдѣлалъ перевязки и былъ позванъ къ юнкеру Яковлеву, брату убитаго артиллериста, который оказался ушибленнымъ въ голову. Затѣмъ остальной день и всю ночь я былъ около Перелешина и посѣ-щалъ раненыхъ. Болѣе тяжело-раненымъ была возможность при-кладывать ледъ все время. У Перелешина къ вечеру былъ потря-сающій ознобъ и рана начала сильнѣе его безпокоить.

Къ двумъ часамъ ночи 12-го іюля мы были въ виду Крым-скихъ береговъ и подходили къ Севастополю; но только къ семи часамъ имѣли возможность войти въ бухту: насъ приняли за непріятеля, въ городѣ была тревога, и только когда разсѣялся туманъ, насъ ввелъ дежурвый пароходъ черезъ минныя загражде-нія. Мы ошвартовились въ Южной бухтѣ у таможенной прис-тани.

Подходя къ Севастополю, я просилъ командира послать сей-часъ послѣ прихода за докторомъ Киберомъ, чтобы съ нимъ посовѣтоваться отвосительно Перелешина. Когда разсвѣло, я на-чалъ дѣлать вторичныя перевязки раненымъ, во время этого заня-тія пароходъ остановился у пристани. Узнавъ, что пароходъ «Константинъ» въ Севастополѣ, я просилъ послать за товари-щемъ Симоновичемъ, который съ полной готовностью вначалѣ мнѣ помогалъ, а затѣмъ одинъ оканчивалъ перевязку раненыхъ.

Осмотрѣвъ поверхностно Перелешина (мѣсто, гдѣ онъ нахб-дился не допускало подробнаго осмотра), докторъ Киберъ нашелъ тоже сложный переломъ бедра; для болѣе подробнаго осмотра было найдено необходимымъ вынести раненаго на палубу, что оказалось возможнымъ только тогда, когда разобрали одну изъ стѣнъ каюты. Осмотрѣвъ рану въ соучастіи еще одного врача военно-сухопутнаго вѣдомства и найдя обширное, почти половину бедра занимающее, разрушеніе мягкихъ. частей и раздробленіе. бедра, была рѣшена ампутація. Раненаго перенесли на наскоро устроенныхъ носилкахь на большоіі портовый паровой катеръ. ко-торый и перевезъ его въ портовый лазаретъ. Во время перевозки у раненаго былъ второй разъ пароксизмъ лихорадки съ потряса-ющимъ ознобомъ.

Оставивъ раненыхь на попеченіе врача парохода «Конетантинъ» Симоновича, я сопровождалъ Перелешина въ лазаретъ, чтобы присутствовать при операціи—это было желаніе раненаго и брата его. Ампутацію производилъ докторъ Киберъ въ присутствіи соб-равшихся врачей военнаго и гражданскаго вѣдомствъ, число кото-рыхъ доходило до десяти. Ампутація произведена была, при ане-стезіи хлороФормомъ, въ верхней трети бедра, съ помощью Эсмар-ховскаго бинта. Вскорѣ послѣ операціи, сопровождавшейся отно-сительно незначительнымъ кровотеченіемъ, начался упадокъ силъ, сопорозное состояніе, а черезъ четыре часа ампутированный скон-чался. Бедро оказалось раздробленнымъ на семь частей.

Пріѣхавъ послѣ операціи на пароходъ, я нашелъ всѣхъ ране-ныхъ помѣщенными въ одномъ обширномъ пакгаузѣ таможни и окруженными сестрами милосердія. Здѣсь же готовился для нихъ чай, было вино и нѣкоторые съѣстные продукты, предла-гаемые желающимъ. Около каждаго раненаго находилось также достаточное количество перевязочныхъ средствъ, а болѣе легко-раненымъ сдѣланы уже были перевязки. Для перевязки болѣе трудныхъ ожидали меня. Перевязавъ нѣсколькихъ, я рѣшилъ троихъ изъ нихъ(1) помѣстить въ портовомъ лазаретѣ; для остальныхъ же, требовавшихъ покоя, предложилъ помѣщеніе вла-дѣлецъ гостинницы Ветцель. Пока я сопровождалъ раненыхъ въ портовый лазаретъ, десять человѣкъ были переведены въ гостин-ницу; легко-же раненые остались на пароходѣ.

Передъ вечеромъ 12-го же числа я осмотрѣлъ помѣщеніе для раненыхъ у Ветцеля. Имъ отведено было шесть довольно обшир-ныхъ номеровъ, по двѣ кровати въ каждомъ. Продовольствіе ране-ныхъ г. Ветцель принялъ на себя и вообще доставлялъ имъ все-возможныя удобства. Раненые имѣли утромъ чай, затѣмъ обѣдъ изъ двухъ блюдъ, вечерній чай и ужинъ изъ одного блюда; кромѣ того, красное вино, папиросы и, для желающихъ читать, газеты. Посѣщая впродолженіи двѣнадцати дней по нѣсколько разъ на день раненыхъ и живя нѣсколько дней въ этой гостинницѣ, я лично убѣдился въ отличномъ содержаніи ихъ и уходѣ за ними какъ всего семейства Ветцель, такъ и сестеръ Краснаго Креста, отбы-вавшихъ тамъ ночныя дежурства. Такъ какъ докторъ Киберъ, въ пользованіи котораго находились всѣ наши раненые, кромѣ оставшихся на пароходѣ, жилъ въ той же гостиницѣ, то и меди-цинская помощь была у нихъ всегда подъ руками; онъ являлся на каждый зовъ раненаго и по нѣсколько разъ въ день дѣлаль перевязки.

При раненыхъ, находившихся въ портовомъ лазаретѣ, тоже дежурили посуточно сестры милосердія и они пользовались по-печеніями семейства Севастопольскаго градоначальника, супруга котораго окружила ихъ вполнѣ материнскою заботливостью.

При такомъ уходѣ и правильномъ медицинскомъ пособіи наши раненые быстро поправлялись и, уходя изъ Севастополя 24-го іюля, я имѣлъ возможность взять нѣсколько человѣкъ на пароходъ.

Имѣя впродолженіи двѣнадцати часовъ одинадцать труповъ. до тридцати раненыхъ, при высокой температурѣ воздуха, зали-тый кровью какъ на палубѣ, такъ и въ каютъ-компаніи, паро-ходъ очень нуждался въ дезинфекціи и въ уничтоженіи вещей, прогштанныхъ кровью, какъ отъ раненыхъ, такъ и отъ убитыхъ Трудъ этотъ обязательно взялъ на себя докторъ Киберъ и подъ его наблюденіемъ уничтожена была вся одежда убитыхъ и ране-ныхъ. ДезинФекція производилась хлоромъ и маргонцовистокислымъ кали; матеріалъ былъ пріобрѣтенъ на судовыя средства. Я же занялся отчетомъ о раненыхъ для представленія его начальнику медицинской части управленія Черноморскаго флота и портовь.

Я долженъ упомянуть относительно неудобства въ употребленіи гемостатической (пропитанной растворомъ полуторохлористаго желѣза) ваты, которой я имѣлъ большой запасъ въ «первой само-помощи воина». Вату эту я употребилъ у всѣхъ раненыхъ, за исключеніемъ легкихъ ранъ; на другой день уже я увидѣлъ ея неудобства, съ которыми мнѣ пришлось имѣть дѣло при перевязкѣ совмѣстно съ докторомъ Киберомъ: 1) края ранъ, особенно тѣхъ, для которыхъ была употреблена болѣе сильная вата, оказывались воспаленными и 2) во всѣхъ ранахъ вата эта съ запекшейся кровью образовала крѣпко приставшій къ ранѣ струпъ, который только на третій день отдѣлился нагноеніемъ. Не смотря однако на это, раны, послѣ отдѣленія струпа, шли прекрасно при упо-требленіи карболоваго масла и орошеніи раны слабымъ раство-ромъ марганцовистокислаго кали при перевязкѣ.

По приведеніи въ извѣстность всѣхъ раненыхъ и ушибенныхъ оказалось, что общее ихъ число съ убитыми равно сорока двумъ.

Изъ нихъ:

Убиты.............12

а. Офицеровъ.............3
   1. Черновъ, подполковникъ морской артиллеріи.
  2. Яковлевъ, прапорщикъ морской артиллеріи.
  3. Перелешинъ, лейтенантъ 1-го Балтійскаго экипажа.

б. Нижнихъ чиновъ...........9

 1-го Черноморскаго флотскаго экипажа: . . 5
   1. Павленко Иванъ, матросъ 1-й статьи.
   2. Бѣлый Филиппъ, матросъ 1-й статьи.
   3. Кіященко Федоръ, матросъ 1-й статьи.
   4. Мирошниковъ Семенъ, машинистъ 1-й статьи.
   5. Лаптевъ Григорій, комендоръ, матросъ 2-й статьи,
 1-го Балтійскаго флотскаго экипажа: .... 2
   1. Евтѣевъ Владиміръ, матросъ 1-й статьи.
   2. Носковъ Николай, стрѣлокь 1-го разряда.
 6-го Балтійскаго флотскаго экипажа: .... 1
   1. Устиновъ Михаилъ, кочегаръ 1-го разряда.
 7-го Балтійскаго флотскаго экипажа: .... 1
   1. Цвѣтковъ іосифъ, комендоръ 1-го разряда.

Ранены.............30

а. Офицеровъ.............7
   1. Барановъ, капитанъ-лейтенантъ, командиръ парохода.
   2. Перелешинъ, лейтенантъ, старшій Офицеръ парохода.
   3. Петровъ, мичманъ. (о нихъ упомянуто выше).
   4. Князь Голицынъ-Головкинъ, лейтенантъ, ревизоръ парохода. Раненъ легко въ обѣ ноги, въ нижнія трети обѣихъ голеней.
   5. Корольковъ, штабсъ-капитань, штурманъ парохода. Кон-тужень въ лѣвую сторону головы безъ наружнаго повреж-денія, но съ значительнымъ ослабленіемъ слуха съ этой стороны и шумомъ въ головѣ.
   6. Казнаковъ, гардемаринъ. Ушибъ спины.
   7. Кротковъ, лейтенантъ, старшій артиллерійскій офицеръ па-рохода. Разрывъ барабанной перепонки праваго уха. Сна-рядъ такъ близко разорвался около головы Кроткова, что вся правая сторона послѣдней имѣла обожженные волоса до самой кожи; также обожжены были волоса на Правой сторонѣ лица. Вокругъ праваго уха множество ранокъ, изъ которыхъ вынуто нѣсколько кусочковъ чугуна и дробинки. Обѣ руки на тыльной своей поверхности имѣли много мел-кихъ ранокъ какъ-бы отъ цѣлаго заряда дроби. Все тѣло носило на себѣ слѣды обширныхъ ушибовъ, не считая уши-бовъ малыхъ. Было нѣсколько незначительныхъ ранъ и сса-динъ. Черезъ нѣсколько дней послѣ раненія появилось изъ праваго уха обильное гноетеченіе,
б. Нижнихъ чиновъ...........22
 1-го Черноморскаго флотскаго экипажа: ... 11
   1. Яковлевъ, юнкеръ. Ушибъ задней части головы съ наруж-ной опухолью.
   2. Соченко Василій, матросъ 1-й статьи. Раненъ въ правое плечо и въ правое бедро. Ушибъ праваго глаза.
   3. Катигрузъ Федосѣй, матросъ 1-й статьи. О немъ сказано выше.
   4. Бакай Титъ, матросъ 2-й статьи. Рана праваго предплечія, доходящая до кости, съ обнаженіемъ послѣдней.
   5. ЕпиФановскій Герасимъ, матросъ 1-й статьи, комендоръ 1-го разряда. Рана съ обнаженіемъ правой ключицы и рана мяг-кихъ частей праваго плеча.
   6. Черемисовъ Капитонъ, матросъ 2-й сгатьи. Рана правой голени въ верхней трети съ обнаженіемъ кости.
   7. Бульба Нестеръ, матросъ 2-й статьи. Значительный ушибъ и незначительная рана мягкихъ частей лѣваго бедра.
   8. Волченко Антонъ, матросъ 1-й статьи. Рана покрововъ головы.
   9. Костовъ Иванъ, матросъ 2-й статьи. Ушибъ и ссадина на плечѣ и бедрѣ.
   10. Погорѣловъ Сидоръ, комендоръ 1-го разряда, матросъ 1-й статьи. Рана въ 1 сантиметръ на середанѣ плеча. Потеря слуха на лѣвое ухо отъ оглушенія разрывоагъ снаряда.
   11. Жижа Петръ, матрось 2-й статьи. Ушибы: съ правой сто-роны правой лопатки, ка обѣихъ ягодицахъ и на наруж-ной поверхности праваго бедра.
 1-го Балтійскаго Флотскаго экипажа: .... 7
   1. Кузнецовъ Степанъ, стрѣлокъ 1-го разряда, комендоръ 2-го разряда, матросъ 2-й статьи. Поверхностная рана мягкихъ частей праваго бедра.
   2. Каширскій. упомянут выше.
   3. Пушкаревъ. упомянут выше.
   4. Устиновъ. упомянут выше.
   5. Кичигинъ Трофимъ, стрѣлокъ 1 го разряда, матросъ 1-й статьи. Рана подбородка.
   6. Черняевъ Николай, гимнастъ, матросъ 1-й статьи. Ранки надъ и подъ лѣвымъ глазомъ.
   7. Крысовъ Титъ, матросъ 1-й статьи. Двѣ ранки на тыль-ной поверхности правой кисти.
 5-го Балтійскаго Флотскаго экипажа: .... 1
   1. Коршуновъ Власъ. матросъ 1-й статъи. Раны пальцевъ руки.
 6-го Балтійскаго Флотскаго экипажа: .... 2
   1. Прохоровъ Иванъ, минеръ 1-го разряда, матросъ 1-й статъи. Рана праваго локтя въ 1 сантиметръ и ушибъ спины.
   2. Нефедовъ Федотъ, матросъ2-й статьи. Рана въ 5 сантиме-тровъ діаметромъ на половинѣ правой голени. 8-го Балтійскаго ф.ютскаго экипажа: .... 1 1. Ефимовъ, упомянуть выше.
в. Вольнонаемный...........1
   1. Спиридоновъ Сергѣй, лакей, мѣщанинъ города Богородска Тульской губерніи. Глубокая рана правой голени, изъ ко-торой вынутъ сегментъ шрапнели.

Распредѣлены были раненые нижніе чины въ Севастополѣ слѣ-дующимъ образомъ:

Въ портовомъ лазаретѣ ... 3

Въ гостинницѣ Ветцеля ... 9 и 1 вольнонаемный.

Лечились на пароходѣ. ... 10

Убитые были погребены, 13-го іюля, на сѣверной сторонѣ въ Севастополѣ, на Михайловскомъ кладбищѣ.

Всѣ раненые выздоровѣли за исключеніемъ Бульбы и Соченко, находящихся теперь въ Николаевскомъ морскомъ госпиталѣ, и Пушкарева, который въ Севастопольскомъ портовомъ лазаретѣ.

Лейтенантъ Жеребко-Ротмистренко, необратившій вначалѣ вни-манія на свою контузію въ грудь отъ пролетѣвшаго мимо сна-ряда, теперь началъ страдать послѣдствіями оной.

Упомяну еще объ экспедиціи «Весты» къ Кавказскимъ бере-гамъ совмѣстно съ пароходомъ «Владиміръ» и о послѣднемъ мо-емъ рейсѣ на «Вестѣ», во время котораго были перевезены раненые и больные изъ Одессы въ Николаевъ.

20-го августа «Веста» вышла изъ Одессы и, зайдя въ Очаковъ, отправилась въ Севастополь. 23-го августа вмѣстѣ съ пароходомъ «Владиміръ» вышла изъ Севастополя, имѣя назначеніемъ крей-серство у Кавказскихъ береговъ. Прійдя въ Керчь, получили телеграмму отъ главнаго командира Черноморскаго Флота и портовъ, которой предписывалось идти въ Гагры и принять раненыхъ отряда генералъ-маіора Шелковникова.

24-го августа оба парохода вышли изъ Керчи по назначению. Не буду говорить о подробностяхъ этого плаванія; онѣ извѣстны изъ ОФФиціальныхъ донесеній командира «Весты» Баранова и генерадъ-маіора Шелковникова. Скажу только о иеревозкѣ ча-сти отряда Шелковникова, въ которой находились больные и ра-неные.

Прійдя въ Гагры 26-го августа и не заставъ тамъ раненыхъ, дали знать о своемъ прибытіи генералу Шелковникову (находив-шемуся неподалеку оттуда съ отрядомъ) съ нарочнымъ и отпра-вились къ Годауту, гдѣ, по сообщенію телеграфиста и казаковъ изъ Гагръ, находились раненые. Въ Годаутѣ въ этотъ день нашли только одного больнаго солдата, отъ котораго нельзя было до-бится, есть-ли кто въ Годаутѣ или нѣтъ; по двумъ ружейнымъ выстрѣламъ, сдѣланымъ съ берега по возвращающимся нашимъ шлюпкамъ, можно было предполагать присутствіе турокъ или возмутившихся горцевъ. На ночь пароходы вышли въ открытое море и только утромъ возвратились въ Годаутъ.

Больной, взятый наканунѣ, оказался канониромъ 20-ой артил-дерійской бригады—истощенный голодомъ и лихорадкой. Опра-вившись, онъ сообщилъ, что стрѣляли раненые, не могшіе подойти къ берегу, чтобы дать о себѣ знать. Подойдя къ Годауту 27-го августа утромъ, былъ свезенъ десантъ съ «Весты» и «Вла-диміра» и при немъ Фельдшеръ съ послѣдняго парохода. На этотъ разъ было доставлено на пароходъ 18 нижнихъ чиновь военно-сухопутнаго вѣдомства, между которыми было 9 больныхъ. Изъ нихъ всѣ были больны лихорадкой и имѣли крайне истощен-ный видъ. Здѣсь мы узнали, что раненые, больные и отрядъ генералъ-маіора Шелковникова ожидаютъ насъ въ Гаграхъ, куда мы и направились. Въ Гаграхъ дѣйствительно ожидалъ насъ отрядъ, изъ котораго «Вестѣ» и «Владиміру» предстояло взять 600 человѣкъ. На долю «Весты» пришлось около 300 человѣкъ, между которыми оказалось шесть раненыхъ, сорокъ два боль-ныхъ лихорадкой и поносомъ и одинъ тифозный. Погода благо-пріятствовала перевозкѣ на пароходы людей, но показавшіеся въ морѣ фалшфейера заставили ее ускорить. При больныхъ и ране-ныхъ шелъ на «Вестѣ» врачъ военно-сухопутнаго вѣдомства. Боль-нымъ была оказана помощь изъ средствъ судоваго лазарета, а ра-неные были перевязаны.

(1) Кромѣ вышеупоиянутыхъ Кашврскаго и Пушкарева, еще третьяго—матроса 1-го Балтійскаго флотскаго экииажа Михаила Устинова, раненаго въ область се-лезенки и получившаго въ это мѣсто значительный ушибъ.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю