Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

"Булава", может быть, и полетит, но не залетает

Небоеспособная ракета уже разгромила подводный флот и ряд ведущих НИИ
С утра в среду 9 декабря в редакции основных российских СМИ поступила информация об очередном, уже двенадцатом, неудачном пуске по программе летных испытаний морской ракеты "Булава". Но, как и в предыдущих случаях, с официальным сообщением по такому поводу никто выступать не торопился. Подобная ситуация лишь свидетельствует, что в информационную эпоху столь масштабные события сохранить в тайне невозможно. Все тайны очень быстро оказываются раскрыты. В том числе и связанные с десятилетней эпопеей незадачливой "Булавы"...


Последний "Тайфун" проекта 941 возит на испытания "Булаву". Фото из книги "Подводные силы России"

ВСЕРАЗРУШАЮЩИЙ ЛОББИЗМ

Уверенности в том, что ракета полетит, с каждым пуском все меньше. Точнее сказать, "Булава" иногда может полететь (что уже случалось), но летать стабильно, набирая "девятки" к коэффициенту надежности, эта ракета по определению неспособна.

Чтобы прояснить это утверждение, необходимо вспомнить, как зародилась идея создания "Булавы" и как она реализовывалась.

Еще не стерлись в памяти воспоминания о "лихих девяностых" прошлого века. Особенно пострадала тогда оборонная промышленность. Государственный оборонный заказ был практически обнулен. Предприятия ОПК, что называется, впали в кому, так как на многих из них госзаказ составлял 85 и более процентов от общего объема производства. Наиболее пострадали конструкторские бюро – финансирование находящихся в разработке заказов прекратилось, а перспектива получения новых в обозримом будущем не проглядывалась.

Многие руководители КБ, НИИ, заводов стали искать различные возможности для выживания в первую очередь за счет разработки и изготовления общепромышленного оборудования и товаров народного потребления. Надо сказать, что организациям и предприятиям это помогло не только выжить, но и сохранить необходимые оборонные мощности. Так, ГРЦ им. В.П.Макеева сохранил уникальную экспериментальную базу, Красноярский машзавод – серийное производство ракет Р-29РМ. На Красмаше сейчас изготавливается ракета "Синева". Так, благодаря мужеству и патриотизму директоров, руководивших предприятиями в то время, был сохранен оборонный научно-технический потенциал, который мог быть утрачен навсегда. Государство отплатило им за это кличкой "красные директора" и практически всех постепенно уволило.

Совсем другим путем решил пойти генеральный конструктор МИТа Юрий Соломонов. Понимая, что правительство России весьма озабочено сокращением бюджетных расходов, он решил эту озабоченность направить в русло своих интересов, а интересы эти распространялись на расширение номенклатуры госзаказа МИТа за счет других разработчиков ракетной техники.

Для реализации этой идеи были задействованы все имевшиеся в распоряжении Юрий Соломонова силы и средства, а главное – обширные личные и родственные связи. Самыми активными соучастниками в реализации этой идеи выступали начальник вооружения Вооруженных сил России Анатолий Ситнов и начальник 4-го ЦНИИ МО Владимир Дворкин. В результате работы этой "творческой" группы в ноябре 1997 года появилось письмо председателю правительства России Виктору Черномырдину за подписями министров Якова Уринсона и Игоря Сергеева. В этом письме они просят, с учетом реалий международной и внутренней обстановки, финансовых и производственных возможностей России, придать МИТу функции ведущей организации при создании перспективных средств СЯС, имея в виду прежде всего определение технического облика таких средств. Визы на письме Черномырдина "Согласен" было достаточно, чтобы машина заработала:

– ликвидирован 27-й НИИ МО РФ, традиционно обеспечивавший научно-техническое сопровождение разработки и отработки стратегических ракетных комплексов морского базирования, а его функции переданы 4-му ЦНИИ МО РФ, никогда ранее этим не занимавшемуся;

– отстранены от участия в разработке стратегических ракетных комплексов для ВМФ и РВСН отраслевые научно-исследовательские институты Роскосмоса (ЦНИИмаш, НИИ тепловых процессов, НИИ технологии машиностроения, ЦНИИ материаловедения);

– ликвидирована группировка РПКСН проекта 941, причем проводилась она по тщательно разработанному плану. Сначала прекратили изготовление ракет Р-39 под видом того, что на смену придет ракета Р-39 УТТХ "Барк", находящаяся в отработке. Затем, под предлогом трех неуспешных пусков с наземного стенда, закрыли и ОКР "Барк". При этом организовали форсированную работу по уничтожению боекомплекта ракет Р-39, а готовую к пуску четвертую ракету "Барк", изготовленную с учетом замечаний по итогам неудачных пусков, было приказано разобрать и утилизировать.

Осталось только осуществить вывод подводных лодок проекта 941 из боевого состава флота, что и было сделано. Таким образом, система "Тайфун" перестала существовать.

СОБЛАЗН ЛЕГКИХ РЕШЕНИЙ

В итоге в России появился монополист в области стратегического ракетостроения – МИТ, не обладающий необходимыми для осуществления этой роли знаниями и опытом, а миллиарды бюджетных рублей потекли на реализацию аферы под названием "Булава".

И все это произошло из-за того, что в воспаленном мозгу одного человека родилась идея создания унифицированной ракеты для наземного и морского базирования. При этом унификацию предлагалось провести на базе существующей ракеты наземного базирования – "Тополь". Хотя понимание того, что унифицированную для наземного и морского базирования ракету создать не удастся, пришло к Юрию Соломонову уже на стадии эскизного проектирования комплекса "Булава", а может быть, и раньше. Однако решение о разработке "Булавы" уже было принято, а в головах военачальников прочно укоренилась убежденность в том, что разрабатывается ракетный комплекс низкой стоимости и быстрого срока создания, обладающий высокими тактико-техническими характеристиками и многими другими достоинствами, позволяющими создать ракету XXI века.

Один мудрый человек сказал: "Любая сложная проблема имеет простое, логичное, лежащее на поверхности неправильное решение". Более наглядной иллюстрации к этому закону, чем разработка ракеты "Булава", трудно придумать. Отсутствие необходимых знаний и опыта в области морского ракетостроения, непонимание огромной специфики в отработке баллистических ракет морского базирования породили у Юрия Соломонова уверенность в простом решении проблемы.

Заблуждение его было так велико, что, даже ознакомившись с экспериментальной базой ГРЦ им. В.П.Макеева, методиками наземной экспериментальной отработки систем и ракеты в целом, он практически отказался от использования стендовой базы ГРЦ, создание которой было обосновано тридцатилетним опытом разработки морских баллистических ракет. Что это? Уверенность в своей гениальности, всплеск наполеоновских амбиций или банальная халатность при принятии решений государственной важности? Скорее всего и то, и другое, и третье.

Сейчас некоторые эксперты говорят, что МИТ успешно решил сложную задачу безударного выхода ракеты из шахты подводной лодки и прохождения подводного участка траектории, но немногие знают, что она потому и решена, что была отработана на гидродинамическом стенде ГРЦ им. В.П.Макеева. Да, ракета "Булава" успешно (пока) проходит подводный участок, но кто скажет, что происходит с этой ракетой при старте и движении в водной среде, при воздействии набегающего потока, какие на нее действуют нагрузки и каковы последствия от их воздействия. Вполне возможно, что именно они и приводят к печальным последствиям при дальнейшем полете ракеты. Был отработан способ старта из-под воды (из контейнера), но не была отработана работоспособность систем и агрегатов ракеты при новом способе старта. Кроме того, из программы натурных испытаний "Булавы" были исключены этапы отработки ракеты с погружаемого стартового комплекса и с наземного стенда.

СОВМЕЩАЯ НЕСОВМЕСТИМОЕ

В свое время Виктор Макеев не зря тратил бюджетные средства, вводя в объем отработки специальный этап испытаний ракеты с притапливаемого на стартовую глубину стенда, ибо понимал, что не все процессы можно спрогнозировать и просчитать, значительную часть их можно "отловить" только при проведении натурного эксперимента с использованием штатной материальной части.

Специфика и многообразие случаев нагружения БРПЛ не имеет аналогов в ракетостроении. Кроме традиционных случаев, связанных со стартом и полетом, здесь появляются:
  • старт с движущейся ПЛ;
  • взаимодействие ракеты с водной средой;
  • воздействие длительных циклических нагрузок при качке и движении ПЛ;
  • пространственно-неоднородный характер внешних возмущающих сил;
  • интенсивные динамические нагрузки от действия систем разделения ступеней;
  • действие импульсов давления и сил различной длительности и интенсивности от поражающих факторов ядерного взрыва;
  • требования по отделению боевого оснащения от ракеты с минимальными возмущениями.

Характерными особенностями БРПЛ являются прежде всего:
  • подводный старт;
  • малое относительное удлинение ракеты и, как следствие, значительная статическая неустойчивость;
  • производство пуска ракет в широком диапазоне скоростей хода подводной лодки и интенсивности волнения моря;
  • высокая плотность компоновки ракеты и пусковой установки;
  • требования по компенсации погрешностей определения точки старта.

Опыт создания баллистических ракет в ГРЦ им. В.П.Макеева показал, что даже при проведении максимально возможной наземной отработки процент неудачных пусков при летно-конструкторских испытаниях с наземного стенда довольно значителен. Виктор Петрович перед пусками с наземного стенда ставил задачу испытать ракету на крайних значениях возмущений, действующих на нее в процессе полета по заданной траектории. Думается, что "Булава" никогда не подвергнется таким испытаниям, а если бы это и случилось, то в ее "послужном списке" добавился бы очередной "неуд". Кроме того, на наземном стенде впервые задействовались все штатные системы ракетного комплекса и корабельная часть, участвующая в подготовке и проведении старта (в том числе корабельная цифровая вычислительная система КЦВС). Это позволяло отработать взаимодействие ракетного комплекса с корабельными системами. В результате количество неудовлетворительных пусков при испытаниях с подводной лодки было сведено к минимуму.

Юрий Соломонов, по сути, совместил наземную экспериментальную отработку и летно-конструкторские испытания с наземного стенда с совместными летными испытаниями с подводной лодки. Удивительно, но в этом его поддержал, по его собственному признанию, уважаемый Сергей Ковалев – генеральный конструктор подводных лодок, мотивируя свое решение тем, что он-де спокоен за живучесть ПЛ даже при взрыве ракеты в шахте, ссылаясь на якобы имевший место случай взрыва в шахте ПЛ проекта 941 ракеты Р-39. Уверяем читателей, что за всю историю совместных летных испытаний и в процессе боевой эксплуатации ракета Р-39 никогда (!) не взрывалась в шахте ПЛ.

УНЫЛЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ

И еще об одном эпизоде в истории с "Булавой" хотелось бы сказать. После неудачного июльского пуска вице-премьер правительства России Сергей Иванов заявил: "…Еще будет значительная серия летных испытаний, которая начнется в этом году. Сейчас невозможно сказать, сколько их будет". В одной из советских песен нас убеждали в том, что "есть у революции начало, нет у революции конца". Примерно в этом же духе звучит и высказывание Сергея Иванова относительно окончания разработки "Булавы". Но даже революции когда-нибудь, да заканчиваются, а уж опытно-конструкторской работе, проводимой за счет госбюджетных ассигнований, должен быть положен жесткий, контролируемый срок завершения. Иначе технический проект создания ракетного комплекса может превратиться из государственного в коммерческий.

Уж не потому ли некоторые генералы и адмиралы настойчиво талдычат одно и то же: альтернативы "Булаве" нет, надо доводить ее до ума, она обязательно залетает и тому подобное? Головная ПЛ проекта 955, вооруженная жгучей ненавистью к врагу, уже вышла в море, две другие на подходе. В декабре этого года собираются запустить изготовление четвертой. И если все же всеми правдами и неправдами удастся сдать "Булаву" на вооружение, что получит Россия? А получит она в сравнении с твердотопливным американским аналогом "Трайдент-1", сданным на вооружение 30 лет назад:
  • на 25% меньше боезарядов на ракете;
  • при этом забрасываемый и стартовый веса ракеты "Булава" будут хуже на 15–20%;
  • дальность стрельбы, если и увеличится, то лишь на 10%, и это в лучшем случае.

И в заключение несколько слов о возможности серийного изготовления "Булавы". Сегодня возможности нашей оборонной промышленности, в основном из-за утраты производственных мощностей, весьма скромны. По большому счету оборонная промышленность осталась в Советском Союзе, а в России есть акционерные предприятия, которым правительство пытается навязать невыгодный им госзаказ, поскольку он практически не дает прибыли. Оставшиеся в ближнем зарубежье и утраченные в России предприятия по производству комплектующих, необходимых для изготовления твердотопливных ракет, насчитывают десятки, а то и сотни. Для наращивания новых производств в России потребуются значительные финансовые средства и время, так что при изготовлении "Булавы" придется обходиться тем, что осталось, и тем, что удалось восстановить.

Судя по темпу постановки на боевое дежурство "Тополей-М" и "Искандеров", возможности нашей промышленности по изготовлению ракет "Булава" составят в лучшем случае 5–6 штук в год. Нехитрый подсчет дает печальный результат: для того чтобы ввести в строй всю группировку РПКСН пр. 955 (по плану 8 единиц) с ракетами "Булава" понадобится около 20 лет. И если учесть, что эта группировка будет основой МСЯС, то отставание ее по техническому уровню от того же "Трайдент-1" составит более 50 лет. Модернизационного же запаса, позволяющего хоть как-то улучшить ТТХ, у ракеты "Булава" нет.

Поставили было точку и вдруг вспомнилось, как министр общего машиностроения СССР Сергей Афанасьев, распекая на коллегии одного из нерадивых деятелей за его неблаговидные делишки, в конце речи, глядя на него сквозь скрещенные пальцы, произнес: "А органы-то работают… Верно тебе говорю". И к чему бы это вспомнилось?

Источник: nvo.ng.ru, автор: Альберт Леонидович Дубровин - работник КБ машиностроения г. Миасс (1961-1977); главный специалист Министерства общего машиностроения СССР (1978-1991); замначальника Департамента ракетно-космической техники Министерства оборонной промышленности РФ (1992-1998). Сергей Викторович Макеев - работник КБ машиностроения г. Миасс (1970-1975), журналист. 11.12.09


Главное за неделю