«Единый день экспертизы по анти-БПЛА»
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Баннер
Главный инструмент руководителя ОПК для продвижения продукции

Главный инструмент
руководителя ОПК
для продвижения продукции

Поиск на сайте

Из книги «Призраки Севастопольских бухт»

Из книги «Призраки Севастопольских бухт»

Павел Боровиков

К моменту, когда встала задача очистки севастопольских бухт, в России уже существовала водолазная служба и имелся определенный опыт судоподъема. Работоспособное водолазное снаряжение появилось в России в начале 1830­х годов, а судоподъемные работы с тем или иным успехом проводились в России еще с петровских времен.

Судоподъемные работы в России начались, насколько известно, при Петре I. В 1717 году проводились работы на затонувшем корабле «Нарва», к которым привлекли голландских специалистов.

В 1841 году на Балтике, у острова Сескар, был снят груз с затонувшего на глубине 25 метров торгового судна «Чунаб». Вокруг судна была построена грузонесущая конструкция из деревянных свай с рабочей площадкой над водой, на ней установили лебедки, с их помощью судно подняли до поверхности воды и в этом его положении с судна сняли груз.

Достоверно известно как минимум об одной судоподъемной работе, выполненной Черноморским флотом — подъем в 1848 году небольшого 12­пушечного одномачтового корабля (тендера) «Струя», затонувшего в Новороссийске на глубине 12 метров под воздействием штормового ветра «боры». К месту гибели тендера водолазы были вызваны «немедленно». Они произвели осмотр корпуса тендера, подняли несколько жертв этого крушения, отклепали цепи от якорей и бриделя, на которых тендер стоял до крушения, демонтировали мачту, подняли цепи, якоря, орудия, снаряды, большую часть балласта, паруса и некоторые мелкие вещи и закрепили от продольного соскальзывания заведенные под корпус тендера подрезкой   подъемные тросы.

После выполнения этих операций тендер был поднят крамболами, установленными на судах, с помощью которых выполнялась подрезка.

Из официального издания Морского департамента «Морской сборник»  известно, что помимо уже упомянутого подъема в 1848 году тендера «Струя», определенный объем водолазных работ, связанных с судоподъемом, производился в Николаевском порту, в русле реки Дунай, в районах Керчи и Феодосии. Известно также, хотя и немного, о подъеме судов на Балтийском море обществом «Сирена» — но эти работы были выполнены гражданскими предпринимателями.

В Российском государственном архиве Военно-­Морского Флота сохранилось большое количество документов по ситуации на Севастопольском рейде и в бухтах после ухода оттуда неприятеля. Именно эти документы в их исходном виде в максимально возможной степени использовались при написании этой статьи в частности, и книги «Призраки Севастопольских бухт» в целом. , После ухода неприятеля из Севастополя в 1856 г.  общую ситуацию в Севастополе и в Севастопольской бухте оценил вице­адмирал Панфилов. В своем рапорте от 5–7 мая 1856 года Панфилов описывает открывшуюся ему картину рейда, свои соображения по его очистке и его первые распоряжения по этому поводу:

«Первый ряд затопленных судов еще в 1854 году, совершенно скрыт под поверхностью воды и, по видимому, не представляет особого затруднения ко входу на Севастопольский рейд, по крайней мере для малых судов. Известно, что зимою к 1854 на 1855 год верхние части затопленных судов, от существовавших бурь, разломаны. Второго ряда кораблей и фрегатов, топы мачт видны… В третьей линии судов также видны рангоуты,

У Северного берега сохранились два старые транспорта, Сухум-Кале и Буг, приготовленные под брандеры, шкуна князя Баратинского и несколько гребных судов, из коих некоторые требуют маловажных исправлений; многие же их них, по совершенной ветхости должно разобрать. Относительно всех других затопленных кораблей и судов на Севастопольском рейде, по краткости времени, не представлялось возможности сделать положительного осмотра, но чтобы иметь о том более подробные сведения, предписано мною заведывающему северной стороной г. контр-адмиралу Бартеневу, под личным его наблюдением, посредством состоящих в ведении его опытных морских и штурманских офицеров, нанести на план рейда все затопленные суда, с указанием глубины, на какой каждое из судов находится и объяснением настоящего их положения, а также доставлены сведения о количестве оставшегося спасенным казенного имущества и гребных судов…

Относительно же подъема ранговых судов, кораблей, фрегатов и даже пароходов, то мне кажется, что эти гигантские работы с большою выгодою для казны и даже для самого края можно бы произвести подрядным способом, на условиях, какие признаны будут Высшим Начальством полезнейшими для интереса казенного. Может быть найдется компания или даже частное лицо, которое примет на себя очистку Севастопольского рейда за выгодную плату или за условную часть всего добытого со дна морского» (РГА ВМФ, ф. 1049, оп. 1, ед. хран. 1283, стр. 21–31 об.).

Надо отдать вице-­адмиралу Панфилову должное: дальнейшие работы по очистке Севастопольской бухты развивались по предложенной им схеме.

Вскоре после возвращения Панфилова из Севастополя в Николаев выходит его распоряжение о назначении капитана 1 ранга Ключникова капитаном над Севастопольским портом и о поставленных перед ним задачах в части очистки бухты от затопленных кораблей:

«28 мая 1856 г.

Господину капитану 1 ранга Ключникову.

Назначаю Ваше Высокоблагородие для приведения в известность казенного имущества, принадлежащего Морскому ведомству в Севастопольском порте и заведывания хозяйственной частью оного, предлагаю Вам отправиться туда немедленно и по прибытии исполнить следующее:

… По личном обозрении затопленных судов, начать производство приготовительных работ к подъему их и наипервые приступить к вытаске на берег ботов..

Осмотреть состояние затопленных транспортов и стараться поднять их, а затем посредством их приступить к подъему пароходов и всех других судов, какие только возможно будет, и когда такое судно будет поднято, доносить..

Все наличные суда в Севастополе исправить, а по мере того, как какое судно будет поднято из воды, приводить их в должную исправность, для чего из Николаева по требованию Вашему назначаются мастеровые с нужными инструментами и материалами» (РГА ВМФ, ф. 104, оп. 1, ед. хран. 720, стр. 84­85).

Для оценки положения на дне и состояния затопленных кораблей 4 июля 1856 года в Севастополь направилась специальная комиссия.

Под наблюдением членов комиссии были определены места затопления кораблей, портовые водолазы осмотрели и оценили, «в каком виде корабли и другие суда расположены, сколько примерно углублены в грунт и пр.».

Обнаружилось, что корабли, фрегаты и другие суда первой линии с моря, затопленные в сентябре 1854 года на глубинах моря до 20 метров, сильно повреждены, в грунт они ушли до 6 метров, и средняя глубина над ними составляла примерно 10 метров.

Корабли второй линии, затопленные 13 февраля 1855 года, находились на глубинах около 17 метров. Наиболее крупные из них — «Двенадцать апостолов», «Ростислав» и «Святослав» — находились на грунте на ровном киле, без крена, их верхние части были сильно разрушены. Заглубление корпусов кораблей второй линии в грунт составляло в среднем около 3,5 метра, глубины над ними не превышали 6,5 метра.

Третья линия кораблей  была затоплена 27–28 августа 1855 года на глубине до 18 метров. Часть их них — «Париж», «Великий князь  Константин» , «Храбрый» — лежали на борту, углубившись в грунт до 3 метров. Средняя глубина над ними составляла менее 5 метров.

«Ягудиил» также лежал на борту, верхняя часть его корпуса обгорела и повреждена. Средняя глубина моря над ним — около 6 метров. Комиссия заключила, что при таком положении подъем этих кораблей невозможен, тем более что они затоплены на значительной глубине — от 18 до 20 метров.

Комиссия отметила, что для подъема кораблей «кроме значительного числа людей, понадобятся особые средства, которых в настоящее время при адмиралтействе вовсе нет».

В итоге, «Комиссия признает за лучшее и самое выгодное употребить способы взрывов, и вызвать желающих на очистку с условием отдать в казну машины с пароходов, цепи, якоря, орудия со всех судов, железные изделия…» (РГА ВМФ, ф. 410, оп. 1, ед. хран. 1283, стр. 81­83 об.).

Всего в Севастопольской бухте по различным источникам было затоплено от 92 до чуть более 100 кораблей и судов. (РГА ВМФ, ф. 410, оп. 2, ед. хран. 0529, стр. 131б). Затопленные в Севастопольской бухте корабли и суда распределились следующим образом (таблица 2.3):

Таблица 2.3

Распределение затопленных кораблей по акватории Севастопольской бухты.

 

 

акватория

 

Максим.   глубина, м

 

Кол-во   судов

 

1

 

1-я линия   затопления

 

19

 

10

 

2

 

2-я линия   затопления

 

17

 

6

 

3

 

рейд

 

16

 

14

 

4

 

прибрежная   зона северной стороны

 

9

 

35

 

5

 

Карантинная   бухта

 

9

 

1

 

6

 

Артиллерийская   бухта

 

9

 

нет

 

7

 

Южная бухта

 

16

 

17

 

8

 

Корабельная   бухта

 

9

 

6

 

9

 

Киленбалочная   бухта

 

9

 

3

 

 

Итого

 

 

92

Подробную информацию о книге можно получить у автора по тел.+79166594970.

Продолжение следует.


Главное за неделю