Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Баннер

Представлены
перспективные беспилотники
для силовиков

Поиск на сайте

ЗАЙДУЛИН ДЖЕМАЛ ИЗМАЙЛОВИЧ - ПИТОН, КОМАНДИР, НАСТАВНИК, ОТЕЦ, ДРУГ

ЗАЙДУЛИН ДЖЕМАЛ ИЗМАЙЛОВИЧ - ПИТОН, КОМАНДИР, НАСТАВНИК, ОТЕЦ, ДРУГ

«На вечерней поверке
Не хватает людей
Ах, какое над морем
Море вечных огней…»

Александр Лобановский, нахимовец 5-й роты
первого (военного) набора 1944 года



Зайдулин Джемал

Май 2019 года, уже десять лет, как с нами нет папы.
Десять лет.
– Это много? Или мало?
Смотрю на фотографии мальчишек-нахимовцев 44-го года, и думаю: «Боже! Это же 75 лет тому назад! Как давно это было!»



Они, папины друзья-товарищи, наверное, глядя на те же самые фотографии, думают: «Боже! Как вчера!..»



Конец августа 1944 года. Кронштадт. Двое десятилетних мальчишек – Джемал Зайдулин и Марк Коновалов сидят в кино.
В Кронштадт Джемал с мамой приехали к друзьям Коноваловым, чтобы вместе встретить отца, воевавшего на Балтике. Но Джемал, так долго мечтавший об этом дне, папу больше не увидит. Никогда.


Измаил Зайдулин

26 августа 1944 года капитан 1 ранга, подводник Измаил Зайдулин геройски погиб в бою, сражаясь с врагом в Балтийском море.



А пока там, в далёком августе 1944, в кронштадтском кинотеатре, на экране советские солдаты и матросы бьют фашистов. И ни Марк, ни его друг Джемка ещё не знают, что папы у одного из них уже нет. Не знают они и о том, какой долгий путь предстоит им пройти, какой светлой и яркой будет их жизнь, и, служа Родине и Военно-Морскому Флоту, они всегда будут равняться на своих отцов и станут их достойны.



О гибели деда моей бабушке, Ольге Дмитриевне Черняк, сообщил Николай Герасимович Кузнецов, однокашник Измаила по училищу им. М.В.Фрунзе.
– Оля, детей – в Нахимовское.
Но два года школы пропущено, – в эвакуацию они попали в Башкирию, в деревню Усолка (ныне город Красноусольск). Стояли ужасные морозы, а тёплой одежды практически никакой, попытки бабушки из одной, но шикарной по тем временам, котиковой шубы, сшить две для мальчиков, не увенчались успехом. Школа находилась далеко, и возить туда, по её словам, «совершенно голых детей», она не могла, да и не до этого было – речь шла о выживании.


Майский парад на Дворцовой площади, 1945 год

В Нахимовское папу приняли, но пришлось заниматься с репетиторами и экстерном сдавать экзамены за два года школы. Память у папы была прекрасная и позже, учась на одни «пятёрки», особых усилий и рвения к учёбе не прилагал – просто всё запоминал мгновенно, каким-то непостижимым для меня образом.



Память. Папа всегда помнил и вспоминал добрым словом преподавателей и воспитателей Нахимовского, особенно старшину Щедёркина. Как в песне Лобановского: «Воспитателям нашим – наш сыновний поклон», кстати, часто говорил о том, что Саша Лобановский (Муля) обладал феноменальной памятью, читал по этой самой памяти ребятам «Три толстяка» Юрия Олеши и что-то Алексея Толстого. Иногда рассказывал про лагерь нахимовцев, непременно называя эти места, как раньше – Каннельярве и Суулаярве, про шхуны «Учёба», «Надежда».


Шхуна "Надежда"

Вспоминал, как рвали тюльпаны в Ботаническом саду и дарили девочкам, уроки танцев, походы в Эрмитаж, жизнь на «Авроре». Как болели за «Зенит». Как победил на олимпиаде по русскому языку среди воспитанников суворовских и нахимовских училищ и преподаватель, объявляя имя победителя, не смог сдержать улыбку, – нахимовец Джемал Зайдулин – лучший по русскому языку. И добавлял: «ну не хохма?!».


Зимние забавы юных нахимовцев на льду Невы

Вообще я, сколько себя помню, всегда знала, что есть «ребята», нахимовцы. Казалось, что все они – Алик Крестовский, Андрюха Тарасов, Амига (Женя Петрикевич), Бубу (Юра Васильев), Валька Балышев, Муля (Лобановский), если и не живут в нашей семье, то всегда где-то рядом. Так и было: они действительно оказывались рядом, когда кому-то нужна была помощь, поддержка. В любой момент жизни, как бы далеко годы не отделяли их от «белокрылого здания над свинцовой Невой», могли разделить друг с другом горе и радость. Как в детстве.



А бабушка рассказывала своё. Многие мамы мальчишек, потеряв мужей на фронте, ещё больше волновались за жизнь и здоровье своих детей и … решили (в самом начале) попросить начальника училища, Изачика выдать мальчикам ночные рубашки и поставить ночные горшки. Николай Георгиевич страшно возмущался: «Какие горшки? Они же будущие офицеры! Здесь не детский сад!» Но ночнушки выдал, и валенки достал для лагеря, – ведь они стояли в караулах, а были сильные морозы.
На самом деле, бабушка всегда очень тепло вспоминала первого начальника Нахимовского училища, который искренне заботился о воспитанниках, понимая, что война нанесла им, детям, страшный удар, забрав жизни их отцов.


Во время съёмок фильма "Счастливого плавания", 1949 год

Большинство нахимовцев первого набора стали офицерами, отдав свой сыновний долг Родине, которой служили с детства. Они, как и те, кто стал врачами, инженерами, писателями навсегда сохранили в своих сердцах память о тех годах, когда жили одной большой семьёй, память о своём нахимовском братстве под названием «пятая рота».


Торжественное собрание в актовом зале ЛНВМУ

Папа очень любил сюиту Бетховена «Эгмонт». Он не разделял, а наоборот подчёркивал объединяющую роль музыки и личности Д’Эгмонта. Он говорил мне об этом много раз, словно хотел, чтобы я услышала подтекст, что-то скрытое в его словах. И только после его ухода я поняла – он, граф Д’Эгмонт (папа всегда ставил ударение на втором слоге), благородный, наивный и доверчивый, до конца верный самому себе и тем, кому присягал. Ни одного предательства за всю жизнь, ни одной измены – ни жене, ни религии, ни Отечеству.


Джемал Измайлович Зайдулин - руководитель практики

Таким был и он, мой папа, капитан 1 ранга, нахимовец первого военного набора Джемал Зайдулин.




Елена Зайдулина





Главное за неделю