Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Первый поход под лед (впечатления лейтенанта атомной подводной лодки). - Мешков О.К. "Верноподданный" (эссе о Холодной Войне на море). - Санкт-Петербург: «Слава Морская», 2006 г. Часть 8.

Первый поход под лед (впечатления лейтенанта атомной подводной лодки). - Мешков О.К. "Верноподданный" (эссе о Холодной Войне на море). - Санкт-Петербург: «Слава Морская», 2006 г. Часть 8.

Восьмые сутки под Панцирем.

Я все помню... особенно остро
Первый Твой поцелуй... объятье…
Как все стало легко и просто!
Как все сложно... и без понятья!
Мы сегодня – не вместе, рядом,
Между нами – вода и лед…
Ты приди на минутку к Саду...
Там Тебя мой привет найдет!
Ты послушай осенние клены,
Шорох листьев в сырой тиши...
И – кто знает? Быть может, в кронах
Ты услышишь «люблю» из глуши?
Или просто холодный ветер
Вскинет волосы, распушит…
Постарайся ему ответить!
Он ведь снова назад спешит...
Все туда – к ледовым громадам
Все туда... под паковый лед...
Больше мне ничего не надо:
Пусть привет Твой меня найдет!
Чтобы знал: весела, здорова...
Чтобы знал: и любит, и ждет…
Вот и все... а потом и снова
Можно двинуть под паковый лед!



Леонид Афремов.

Сегодня Мы не всплываем. Глубина – 150 метров... Курс – 0о... 86° северной широты! До Северного полюса – всего 240 миль...
Добежим, а? Ведь рукой подать...
Почему не всплываем? Ясно же, почему... Командир решил дать Арктике передохнуть... От Нашей наглости.., И безрассудства… Да и проигрывать не хочется!

Нет ничего хуже
Чем командовать толпой дураков!
Безумно храбрых – тем более!
Но я их довел до родных берегов
Своею железной волей!

(Р.Киплинг «Командир конвоя»)

Да и адреналин надо переварить... Слишком много его нам впрыснула Арктика вчера... Явный перебор с дозировкой. Слава богу – не смертельно!
И – вообще... Всплывать во льдах – дело щекотливое... И не по моей части... Я не испытываю к такого рода занятиям ни малейшего влечения!
А вот к Ней – испытываю! И еще какое! Сегодня свидание с фотографией – короткое... Спокойной ночи, девчушка с васильками… Еще мгновение – и я проваливаюсь в сновидения... Заслуженного отдыха...

Здесь пафос совсем не нужен!
Обычный рабочий ритм…
Завтрак, обед, да ужин...
С вахты сменились – спим...
Так и живем... обычно!
Мили бегут за кормой
Пафос – пускай для книжек!
А нам бы – скорей домой!

Девятые сутки под Панцирем.

Я все время думаю о Командире... Как же он выдержал вчера? Кто теперь сумеет описать То Страшное, что творилось тогда в Его Душе?
Реверс дать нельзя: винты можно сломать… Лед близко... Быстрая почему-то не заполняется... Боевая тревога не объявлена... Переборочные двери в отсеках, скорее всего, не задраены... Корабль летит вниз, в Бездну... Дифферент на нос почти за пределом... Среднюю продувать нельзя: Корабль станет неуправляемым и полетит вверх... А там паковый лед... Смерть...
И вот... Решение найдено… Мы живы... Я поглаживаю радиопеленгатор... Неужели это я вчера стоял на нем ногами? Невероятно...
Рассказать – никто не поверит... Да еще на смех поднимут... Внук барона Мюнхгаузена отыскался! Смейтесь... А вот Мне вчера было не до смеха...
Шестеренки автопрокладчика постукивают... Московское время – 05.13... Ночь... Я снова на вахте... Починили технику... Появилось настроение... ПэЭф и ЭсШа давно спят...
Последнее время ловлю себя на мысли, что хотел бы стать таким как Командир и ЭсШа!
У меня такое ощущение, что ЭсШа – из железа... Он с таким спокойствием переносит все наши штурманские передряги, что я диву даюсь... глядя на него...
Его спокойная уверенность постепенно передается и Мне... Железный Дровосек и Страшила Мудрый в одном лице!



Изумрудный город. «Страшила».

Еще я наблюдаю за ЭсШа... особенно, когда он возится с неисправным Железом... Это надо видеть своими глазами... Вот он берет отвертку... Она как будто прилипает к его пальцам... И быстро-быстро вертится... Раз – раз – и готово!
Тестер, паяльник, лампы, схемы, болты, гайки – все они Друзья ЭсШа... Сразу находятся в ящиках... Сразу садятся на свои места... А те, которые неисправны, словно мигают Ему: «Мы здесь!»
У ЭсШа – непререкаемый авторитет в гиропосту! Для матросов любое Его слово – закон... Он всегда спокоен, немногословен, приветлив... Хорошо, что я попал к Ним... Может, чему-то научусь...
Мои командирские навыки фрунзака здесь не востребованы... Не станешь же приказывать неисправному эхолоту, чтобы он заработал! Или приказывать ЭсШа ввести в строй перископ... Смирно!!!
Он вчера без всяких моих приказов провозился с ним почти 20 часов... И ввел в строй!
Сам лазил внутрь КПФ-3к… Чинил эхолоты… Ремонтировал развертку НОК-1… Разобрал самописцы эхоледомеров… И всегда – успех! Мастер Самоделкин, Винтик, Шпунтик… и Незнайка…
Винтик и Шпунтик это мой «любимый» личный состав... Штурманские электрики... Только никакой я пока для них не начальник: ни хрена не знаю!



Они с сочувствием наблюдают процесс моего обучения-мучения... Я им благодарен за это молчаливое участие... ЭсШа и эти двое – единственные, с кем я хоть как-то общаюсь... Первая тоненькая нить к Сердцу Экипажа...
Страхи Мои перед Панцирем неожиданно для меня самого канули в лету... Сегодня седьмой раз всплыли во льдах... Впервые я не ощутил привычного Холода под Сердцем... Ни разу за все время маневра... Такое чувство, что наш вчерашний адреналин меня вылечил... Будто я – это уже и не Я вовсе... Странное чувство!
...Сижу на срезе прочной рубки... Размышляю о своем новом душевном состояний... Арктика, где твоя красота?
Наверху – типичная ноябрьская ленинградская погодка… Серая пелена вместо неба, да хлопья мокрого снега... Слякоть, мерзость...
Через час – снова вниз... под лед...
Глубина – 150 метров... Я размышляю... Почему же исчез Страх перед Панцирем? Меня вдруг осеняет: Я поверил вчера, что Командир и Экипаж не проиграют! Не проиграют Панцирю!
Я поверил Им! Поверил, понятно это Вам?? Навсегда! Сегодня я перестал быть заложником Арктики... Больше я не Бычок, которого ведут на убой... Жертвоприношение Панцирю не состоится!

Десятые сутки под панцирем.

Мне казалось – Тебе было плохо!
Сердце сжалось в предчувствии глухом…
И стаканом холодного сока
Я его заливал за столом...
Снились сны без конца и начала,
От кошмаров трещала башка
Мы почти на Полюс забрались
Но конца не видно пока
Я не знаю, что сделать надо!
Для Тебя... отдубасить кого...
А с душой – никакого сладу,
Не поделать с ней ничего...
Показалось: Тебе было плохо!
Ты – в опасности! Ты – одна...
И с ударом незримого тока
Твое горе вошло в меня...



Художник Леонид Афремов (Leonid Afremov).

Мы пытаемся всплыть... Неудача! Нет ни одной полыньи... Сплошная ночь на индикаторах приборов... От Шпицбергена льды отжало... ветрами и течением…
Сегодня шесть часов по боевой тревоге!
А результат – ноль... Паковый лед не оставляет Нам места на ломберном столе... Риска здесь никакого... Проигрыш – 100%... Даже пытаться не стоит...
Больше не пытаемся... Глубина – 150 метров... Курс – 270°... Скорость – 6 узлов... Я опять на вахте... Московское время – 02.45... Делать особенно нечего… Поэтому я снова обращаюсь к Ней...

Я Тебе про любовь не скажу...
Просто мне Тебя не хватает!
И когда я в отсеке сижу,
И на вахту когда заступаю...
Я Тебе не скажу про любовь!
Просто слушай, как гром грохочет!
Это бьется в артериях кровь...
Это сердце на волю хочет!
Ты приходишь ко мне сюда,
Несмотря на снега и ветер,
В синем платьице (как всегда!)
В нем когда-то Тебя я встретил...
Помнишь вечер? Театра мгла,
Шла какая-то пьеса в зале...
Все – на сцену... а я – на Тебя...
Все украдкой, чтоб не видали...
Твоих чудных волос волна
Щеку мне, как огнем сжигала...
Я – с Тобою! И – тишина...
Среди строгого тихого зала...



Эхолоты молотят... В центральном – расслабуха... Народ общается, спорит, сердится...
Ко мне – неожиданный гость... Это – корабельный Доктор... Самый старший по возрасту в Экипаже... Один раз в двое-трое суток он ходит по отсекам и разносит тампоны, смоченные спиртом...
Весь поход наши пути не пересеклись ни разу... Сегодня – пересеклись… На мой вопрос по поводу тампонов старый Хитрец объясняет... Да, да! То самое, заветное...
Оказывается, Его надо регулярно смачивать... спиртом... чтобы не образовались потертости, прелости и прочие неприятности…
Но вот – инструктаж, наконец, закончен... Убедившись, что я понял все правильно, Хитрец удаляется… Как потом оказалось – ушел Он недалеко...
Действо – сугубо интимное... Закрываю дверь в рубку... Быстро снимаю штаны... Тампон – в одной руке... Он – в другой... Еще минута – и они воссоединяются!
Спирт обжигает головку будто огнем! Боль и хохот раздирают меня… Слезы на глазах и колики в животе…
Сломавшись пополам, ржу до изнеможения... Пацан, мать твою!
Через минуту – вежливый стук в дверь... Голос Доктора: «Медицинская помощь не требуется?».. Требуется, мать твою!
Кают-компания с подчеркнутой заботой разглядывает Меня во время ужина... В глазах – сочувствие и смех... Сволочи Вы, ребята... Но… не хочется Мне на вас сегодня обижаться! Радуйтесь... на здоровье!



Больше никаких значительных событий в этот день не произошло… ПэЭф мучает радикулит… поэтому зачеты сдавать некому…
ЭсШа меняет меня в 08.00... Ни одного слова... Только запись в навигационном журнале... Широта... Долгота... И роспись внизу: командир электронавигационной группы...
Попытался заснуть... Ни в одном глазу! Где же Ты, безмятежный лейтенантский сон?
Лежу... Думаю о Ней... Завтра – ровно половина автономки... И столько же – впереди... С каждым днем думать о Ней все больнее, нежнее, мучительнее… Ведь еще не скоро увидимся...
Очень плохо – перешагивать сразу из лета в зиму... Осени у меня уже не будет... Иногда мне кажется, что до Нее век не доплыть, не дойти… А так хочется…
Кончаются очередные сутки... Отдыхаем...

Одиннадцатые сутки под Панцирем.



Геннадий Корягин. Белое безмолвие (Ледяной панцирь планеты). (Приобретена Мемориальным музеем космонавтики, г. Москва)

Сегодня – чертова дюжина... И мы, как исто суеверные, не всплываем... Кто бы и чего бы не говорил – Судьбу не надо злить!..
Экипаж отдыхает... Но – не штурмана… Я уже привык к двухсменке... Вахта в среднем от 9 до 25 часов… в сутки... Как Вам интервалы? А где время для отдыха, спросите? В следующих сутках, конечно...
Сплю, в основном, в долг... Зачетный лист меня уже давно не пугает: сдам! Вернуться из-подо льда Недопущенным – лучше сдохнуть от недосыпа здесь же и немедленно! Сдам!!!
Откуда у меня эта уверенность? А черт его знает, откуда! Адреналин выдает свои фортели в организме... Да, тот самый... с шестого всплытия... Который убил Мой Ужас перед Панцирем... Навсегда ли?
Сегодня – день Несоответствия Должности! Целый день провозились с эхолотом... Я больше смотрел... А основную работу делал, как всегда, ЭсШа...
Эхолот пашет... а это главное сейчас! Самое интересное то, что все я делаю не так, как надо: медленно, неверно и по многу раз повторяю одни и те же замечания... Произвожу самое плохое впечатление и на Командира, и на ПэЭф, и на ЭсШа, и на Экипаж... И ничего тут не поделать!
Не могу сказать, что бездельничал: честно стоял вахты землю чуть не рыл носом, сдавая зачеты... Но все это ерунда, когда слишком много пробелов и ошибок... Видимо, из Незнайки за одну автономку невозможно сделать Мастера Самоделкина!
Правда, впереди еще много дней пути... Но – говорят, первое впечатление – самое верное...
Тем не менее, – постараюсь исправить его... Как ужиться с Ними в прочном корпусе? Я люблю чеснок, а Командир его терпеть не может… Я люблю громкость, а ЭсШа ее терпеть не может... Я люблю плотно поесть, а старпом худеет... Я должен думать о деле, а думаю о Ней... все время... Я должен учить подчиненных, но они знают технику лучше Меня...
Сколько раз еще Меня спросят: «Чем же занимается мой недопущенный младший штурман?»



Выдь на мостик:
Чей стон раздается
Над просторами русских морей?
Это штурман над картой е...я,
Прокладая пути кораблей!

(из флотского фольклора)

Опять пытаемся найти щель... Неудача! Да, ни малейшего шанса не оставила нам Арктика… На индикаторах – Ночь!
Значит, над нами – паковый лед толщиной 5-6 метров... Не выпрыгнешь!

Продолжение следует.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища, 60-летию первых выпусков Тбилисского, Рижского и Ленинградского нахимовских училищ посвящается.

Пожалуйста, не забывайте сообщать своим однокашникам о существовании нашего блога, посвященного истории Нахимовских училищ, о появлении новых публикаций.



Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю