Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

Юнги военно-морского и гражданского флота - участники Великой Отечественной войны. Часть 22.

Юнги военно-морского и гражданского флота - участники Великой Отечественной войны. Часть 22.

Кононов Михаил Феофанович. Окончание.

Спецкоманда русских «американцев»


Наступил день отправки. Война, хотя и катилась к своему берлинскому концу, а войной оставалась, и секретности хватало. Всех обрядили в единую форму, заставили документы, фотографии, письма сдать, а еще пройти через посольство, где каждый в обязательном порядке оставил отпечатки всех пальцев - у американцев по этому поводу были свои мысли и правила. Погрузились на пароход «Феликс Дзержинский». Все - в трюм, там нары в три яруса, и приказ: на палубу носа не показывать. Отчалили и пошли Сангарским проливом под присмотром японских эсминцев, потом отвернули к северу, на Алеутские острова.
Первая остановка в Датч-Харборе. Военно-морская база США. Здесь впервые увидели, какие они, американцы, что за корабли у них, и как несут они службу по своему, американскому, уставу... Причалы - аккуратные, чистехонькие, корабли - как игрушки, ухоженные, и на каждом, без исключения, есть местечко для нарисованной краской отвратительной обезьяны с подписью «Japan», такой вот синдром Перл-Харбора. А в службе американской, по сравнению с нашей, много вольницы, но очень строго в том, что всякий знает исключительно свое место и только свое дело.
После Датч-Харбора переход в Колд-Бей, что в 300 километрах восточнее. Здесь и высадились. Для русских американцы выстроили городок: жилые домики, хозяйственные постройки, столовая и общественный гальюн - все по местным, штатовским, представлениям. Чистота и порядок по меркам России - невиданные. На питание не скупились, - имелось все, кроме черного хлеба, щей и борща. На первое наливали что-то вроде бульончика, и через несколько дней стало невмоготу. Тогда организовали своих поваров, чтоб в борще ложка стояла, - совсем другое дело!
Два месяца учились в специальных классах, где показывали учебные фильмы по физике, электротехнике, радиоделу, локации, все по принципу - от простого к сложному. Таким же образом читали и теорию. Свободное время проводили в клубе. Здесь тоже кино, но уже, как говорится, «буржуазное», билет стоил 10 центов. Конечно, имелись известные «политические разночтения», и тогда приходилось хитрить. Например, если американцы спрашивали: кто такой? и показывали на замполита, отвечали: это наш физрук. Или, чтобы законспирировать комсомольское собрание, усаживали впереди парня с балалайкой, дескать, у нас коллективное прослушивание и никакой политики. Но вообще-то американцев такого рода «политика» мало интересовала.

Фрегат ЭК-5



Как только закончили с теорией, в Колд-Бей пришли фрегаты, и среди них - «San Pedro», эскортный корабль, который наши переименовали для краткости в ЭК-5. Корабль, между прочим, успел уже повоевать у Филлипин, где сбил 5 самолетов. Водоизмещение 2200 тонн, две паровых машины с котлами шатрового типа, 5500 сил, 16 узлов парадного хода и невероятно высокая автономность - до двух месяцев. Был он во многом не похож на наши сторожевики - высокий бак, очень низкий ют, навесная палуба, ни одного иллюминатора, на форштевне мощный «зуб», чтоб таранить лодки, и необыкновенные мореходные качества. На корабле было много оружия, и в том числе гидроакустическая станция и два локатора с дальностью 100 и 60 миль - для воздушных и надводных целей, в Союзе о таких еще только мечтали. Американцы передали с кораблем даже системы самоуничтожения аппаратуры и распознавания «свой-чужой», но следы от снятого оборудования на переборках наши тоже разглядели, значит, что-то все же утаили.
На учениях американцы поражались меткости наших артиллеристов - мишени те разносили вдребезги чуть ли не с первого выстрела. Хотя все объяснялось просто: шел сорок пятый год, а в русских экипажах были моряки с действующих флотов, там-то и настрелялись вдоволь. С локацией получалось хуже - дело новое, непривычное. С полмесяца ходили с американцами совместными экипажами, зачеты сдали, выстроились эскадрой в 10 фрегатов и двинулись домой, где уже война топталась на пороге.



Высадка десанта в Сейсине

Большинству из нас боевые действия на Дальнем Востоке представляются заключительным актом Второй мировой. Отсюда порой ложное понимание того, что победа над японцами было делом решенным. На самом-то деле крови пролили немало, и моряцкой тоже. Особенно в десантах. Был такой и на счету Кононова. Высаживали его в корейском порту Расин (Начжинь) ночью, в сплошь заминированной гавани, и ныне этот отчаянный эпизод русской славы описан во всех исторических справках и монографиях по Тихоокеанскому флоту.

И на Тихом океане...

Нет, на Тихом океане поход моряка Михаила Кононова с окончанием войны не закончился. Фрегат фактически до февраля 1950-го числился в составе нашего 5-го флота, а потому выпало ему изрядно поплавать. Много ходили на Курильские острова, в так называемые «штурманские походы» - этот район бывших японских владений для советского флота был мало изучен, вот его и осваивали. Был и Китай с Порт-Артуром, где земля русской кровью насквозь пропитана, и Корея - недальняя заграница в те годы.
К слову, с Кореей в морской биографии Михаила Феофановича связана необычайная история... Наштамповал наш печатный двор для корейцев корейские деньги, и к месту назначения решили их переправить морем, именно на фрегате ЭК-5. Привезли все денежное довольствие Страны утренней свежести в порт, в бронированных вагонах, а там наш брат-моряк на своем горбу перетаскал брезентовые мешки на корабль, а потом, по приходе - с корабля в бронированные вагоны. Все под охраной, конечно, и оцепление выстроили по принципу: один пограничник - один коммунист. Так что за ценный груз отчитались до последней банкноты.



Но пришло время ленд-лизовский фрегат вернуть американцам. Ушел ЭК-5, бывший «San Pedro», в японский порт Майдзуру. А старшина Михаил Кононов тогда же отбыл в Комсомольск-на-Амуре, где на верфях местного завода строился «Верткий» - эсминец 30-бис. На нем и дослужил положенный срок.

С морем не разлучился

Приехал моряк домой. Нужно как-то жизнь на берегу обустраивать. Хотел было поступить в техникум связи, но потом передумал и отдал документы в Архангельский судостроительный техникум, на механическое отделение. Поступил, отучился, пришло время защищать диплом. Вот только тема диплома закрытая, по подводным лодкам, а в комиссии не было ни одного, кто бы имел допуск по секретности. Пришлось ехать в молотовский техникум при заводе № 402, чтоб стать пред очи инженеров Савченко и Каткова. Сегодня об Иване Михайловиче Савченко и Александре Израилевиче Каткове любой историк расскажет как о ключевых фигурах производства на главном северодвинском предприятии, а тогда, летом 1954-го, они экзаменовали Михаила Кононова и остались очень довольны, поставили «отлично». Но и Кононов возможности не упустил - тогда же попросился на завод. Его взяли.



СМП, Северодвинск

Михаила Феофановича я знаю лет двадцать, не меньше, с той поры, когда был он уже на общественной работе. А до этого Кононов, можно сказать, с морем не разлучался - он строил корабли. Первая его заводская должность - мастер трюмных. Первый корабль - заказ 403 - одна из торпедных подлодок, которые сдавал флоту Молотовск в начале 1950-х. Потом были ракетные, но все еще дизель-электрические лодки. Когда же появились лодки атомные, он работал старшим мастером реакторного отсека, сдаточным механиком и ходил испытывать их в море. А перед этим учился шесть месяцев в Обнинске. Учился Михаил Феофанович и дальше. Время требовало все более совершенных кораблей, а для совершенных кораблей нужны были умные головы и умелые руки. Сначала он окончил Ленинградский политех, а когда его с производства неожиданно «забрали» в отдел труда, учился вновь и получил диплом инженерно-экономического института.
Море всегда испытывает человека. Поэтому труд на море всегда тяжел, он далеко не каждому по плечу, и оттого не всякий скажет, что «самая интересная работа та, что была на сдаче кораблей». Но именно такие слова я и услышал от Михаила Феофановича.

Копытов Василий Андреевич

Сошлемся на мало известную статью одного из известнейших юнг - Армия любовь моя. В.С. Пикуль. - журнал "Армия и Флот" № (153) 3, 2003 г.

Характерная деталь. Никто из моих боевых товарищей не потерялся в жизни, не опустился, не спился. Все, как говаривали в старину, вышли в люди. Есть среди них адмиралы, известные ученые, артисты, рабочие: Коля Махотин— доктор технических наук, лауреат Государственной премии; Вадим Коробов — вице-адмирал; Василий Копытов — контр-адмирал; Виктор Бабасов — Герой Социалистического Труда; Борис Штоколов — известный певец; Виталий Гузанов — писатель... Перечисление это можно было бы множить и множить.

Другими сведениями о Василии Копытове, к сожалению, не располагаем, как и о Герое Социалистического труда Викторе Бабасове.

Коробов Вадим Константинович

Алексей Офицеров, Иван Дудоров. Мой дедушка – юнга с Соловецких островов. Воспоминания. Размышления. Книгу можно скачать на сайте АЛЬМАНАХ "СИЯНИЕ ЛИРЫ". Три части: http://orbita-1.narod.ru/bib/Dud.pdf http://orbita-1.narod.ru/bib/Dud2.pdf http://orbita-1.narod.ru/bib/Dud3.pdf.



Вот так держал румпель юнга, направляя баркас по курсу, заданному начальником школы юнг Николаем Юрьевичем Аврамовым в Белом море в 1943 году. А в 1975 бывший юнга командовал группой кораблей во время перехода с Северного флота на Камчатку вокруг Южной Америки через Атлантический и Тихий океаны адмирал – Герой Советского Союза Вадим Константинович Коробов.

Ракеты стартуют с подводной лодки (Соловецкий Юнга) / история и политика / Проза.ру - национальный сервер современной прозы

Как-то после встречи бывших юнг Вадим Коробов с женой Тамарой Андреевной и Николай Кравчук с женой Ниной Константиновной зашли ко мне домой. Естественно, завязалась беседа о давних событиях в школе юнг.
И вот передо мной сидит адмирал с Золотой Звездой Героя СССР. Признаться, многие из бывших юнг стали командирами кораблей, воинских частей, начальниками производств, учёными, художниками... Но как складывалась служба от юнги до полного адмирала? К заслугам Вадима Коробова у нас с Кравчуком возник повышенный интерес:
– Вадим Константинович, – обратился я к нему, но он меня прервал и сказал:
– Я для вас не Вадим Константинович, а просто Вадим, вот так, давайте без чинопочитания.
– Вадим, расскажи кратко, с каких кораблей начинал службу и на каком флоте?
– По окончании школы юнг я был направлен в Ленинградское военно-морское подготовительное училище, затем поступил в ВВМУ им. М.В. Фрунзе. Командовал подводными лодками различных проектов. Почти вся моя служба была связана непосредственно с ракетными подводными лодками, от самых первых до новейших. Окончил военно-морскую академию. Служил начальником штаба дивизии, командиром дивизии, командовал флотилией атомных подводных лодок. Руководил подлёдными походами атомоходов на Северный полюс. Был начальником штаба Северного флота. Службу закончил в должности адмирал-инспектора ВМФ Главной инспекции Министерства обороны СССР.



ПЛ Б-67 пр.В-611 ZULU-IV, Северодвинск, примерно сентябрь 1955 г. (фото из архива В.Щербакова)

Кравчук его спросил:
– Вадим, ты говоришь, что вся твоя служба связана с ракетными подводными лодками. И нужно полагать, с подводных лодок запускались баллистические ракеты. Нам приходилось поставлять некоторые разработки нашего объединения в системы управления баллистическими ракетами. Интересно, насколько успешно проходили испытания систем, ведь мы конкурировали с США в области запуска ракет с подводных лодок?
– Мы первыми провели пуск баллистической ракеты с подводной лодки, но это в надводном положении. Пуск баллистических ракет из надводного положения резко снижал скрытость и боевую остойчивость подводных лодок. Старт из-под воды долго не получался.
Вот один из эпизодов освоения и отработки подводных пусков. Лодка погрузилась на стартовую глубину. Находящиеся на корабле «Аэронавт» представители флота и промышленности ждали пуска. Время пуска прошло, по УКВ с «Аэронавта» запрашивают лодку, почему не выполнен старт.
– Старт состоялся – ответили с лодки.
После такого ответа адмиралы развели руками. Следует команда «на всплытие». «Аэронавт» подходит к лодке, швартуется. Открывают шахту, а там стоит... ракета, которая должна была улететь около часа назад. Председатель комиссии капитан первого ранга Александр Наумович Кирток приказывает всем собраться на «Аэронавте», чтобы выработать решение. Перебрасывается сходня... и в это время запускается ракетный двигатель! Паника! А ракета срывает крепления по-походному и стартует.



По результатам испытаний Б-67 в ЦКБ-16 была начата корректировка проекта В-611. К концу 1955 года работы были закончены и новый проект получил индекс АВ-611 (кодовое обозначение НАТО — Zulu V). - Project 611 (ZULU class) attack submarine

«Аэронавт» дал ход. Оборвал швартовые. Люди, которые находились на мостике ПЛ «Б-67», бросились к рубочному люку... Командир группы штурманской боевой части Болотов упал на спину и в таком положении наблюдал полёт ракеты. Хорошо, что обошлось без жертв. Ракета же улетела и при падении на землю полностью разрушилась. Главком ВМФ С. Г. Горшков потом командира ПЛ «Б-67» капитана второго ранга Янкина перевёл командиром дивизиона ремонтируемых кораблей, а меня назначили командиром «Б-67» .
Причину аварийного старта установить не удалось. Чтобы предотвратить подобный самопроизвольный запуск ракеты, конструкторы внутри шахты на уровне бака-окислителя поставили ножевое устройство, которое приводится в действие командиром после всплытия, если старт не осуществился. Нож вспарывает бак окислителя, кислота выливается, и ракетный двигатель не запустится.
В августе 1960 года выходим на повторную стрельбу. Для меня стрельба из-под воды, естественно, первая. Погружение. Я в боевой рубке, Кирток – в центральном посту: «Заполнить шахту!» Прошли доклады из 4 отсека, что заполнен нижний уровень, потом средний и верхний уровни. Стоп насос! И тут – удар. Лодку встряхнуло. Оказалось, ракету сбросило со «стола». Схема стрельбы обесточилась.
Когда ракета в шахте ставится на «стол», то открывается механический клапан подачи воздуха в шаровой баллон ракеты. Ракету сбросило со «стола», а баллон надут – это 200 атмосфер. Почти повтор первой стрельбы. Подвсплываем под крышку рубки, пытаемся открыть, но ее заклинило. С трудом удалось открыть вручную. Всплываем, выбегаю на мостик.
Ракета в шахте, работают гироприборы. Но «голова» ракеты раздавлена с 4-х сторон. Что делать? Приводить ножевое устройство в действие? Но если азотная кислота из вскрытого ножом бака окислителя выльется, то клапаны шахты выйдут из строя, придётся становиться в завод, а испытания отложить на несколько месяцев. Но можно через нижний лаз забраться в шахту под двигатель, открыть механический клапан и стравить воздух из шарового баллона. Тогда ракета будет в безопасности. Обратился за помощью к конструкторам, которые находились на борту. Те недоуменно посмотрели на меня:
– Под сопло? Вадим Константинович, мы же не дураки...
Пришлось построить личный состав ракетной боевой части. Тут желающие выполнить рискованную операцию нашлись. Полез старшина первой статьи, и ещё один моряк ему помогал. Будем честны: парни совершили подвиг. Более того, сохранив ракету, мы выяснили причину аварии.
Через месяц, когда устранили неисправность, 10 сентября 1960 года состоялся первый в СССР успешный подводный старт баллистической ракеты. С глубины 30 метров при скорости лодки 3,2 узла. Из начальства у меня на борту находился лишь председатель комиссии капитан первого ранга Кирток. Многие уже не верили в успех.
– Вадим, так Героя Советского Союза тебе присвоили за первый успешный подводный старт баллистической ракеты?



– Нет, за испытания крылатых ракет меня наградили орденом Красной Звезды. А за освоение баллистических ракет ни один моряк не отмечен. В конце 1975 – начале 1976 года я командовал тактической группой из 2-х кораблей – ракетного подводного крейсера стратегического назначения и торпедной ПЛА – во время их перехода с Северного флота на Камчатку вокруг Южной Америки через Атлантический и Тихий океаны. За этот поход и удостоен звания Героя Советского Союза.
В заключение Вадим сказал, что подводная лодка Б-67, которой он командовал, – замечательный корабль, и через этот корабль прошли замечательные люди: офицеры, старшины, матросы. Всем им спасибо.
12 апреля 1998 года Вадим Константинович скончался после тяжелой болезни.

Продолжение следует.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища, 60-летию первых выпусков Тбилисского, Рижского и Ленинградского нахимовских училищ посвящается.

Пожалуйста, не забывайте сообщать своим однокашникам о существовании нашего блога, посвященного истории Нахимовских училищ, о появлении новых публикаций.



Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю