Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,86% (53)
Жилищная субсидия
    19,28% (16)
Военная ипотека
    16,87% (14)

Поиск на сайте

Юнги военно-морского и гражданского флота - участники Великой Отечественной войны. Часть 71.

Юнги военно-морского и гражданского флота - участники Великой Отечественной войны. Часть 71.

Дедов Николай Лаврентьевич. Окончание.

- А почему вы не вернулись на Родину, когда достигли зрелого возраста и узнали, что в России вам никакого наказания не будет?
- Да потому что к тому времени прилепился к богатой американской юбке и завел с нею детей, бросать которых не полагается... А что касается наказаний, юнга, то одно из самых тяжелых среди них - прожить жизнь вдали от Родины и умереть на чужбине!..



Рылов Аркадий Александрович (1870-1939 гг.)

Иван Сидорович тяжело дышал, на лбу у него выступила испарина. Он устало откинулся на подушки и закрыл глаза. Я тихо простился с ним и ушел к себе в палату.
Разговор о тоске по Родине произвел сильное впечатление и на меня. Я сам уже несколько месяцев находился в заграничном плавании, вдали от родных берегов. Сильно скучал по ним. Поэтому и тоска других людей по России для меня была понятна. Мне довелось видеть большие пальмовые парки, сияние созвездия Южного Креста над головой, лазурную гладь Флоридского пролива, где начинается теплое течение Гольфстрим, и прочие красоты. Но все это быстро приелось. Сердце тянуло к родным русским берегам, к родным березам да ивам...
Сначала Иван Сидорович в палате был один. Но потом появился сосед - капитан первого ранга английского флота, которому нужно было пройти медицинское обследование. Это был худощавый холеный мужчина лет сорока в таком изысканно-модном дорогом, из шелка и шерсти, халате, что я подумал: вот он передо мною - настоящий британский денди!
Первый раз при встрече он приветствовал меня лишь легким учтивым наклоном головы. Но через день к этому наклону добавил такую фразу по-русски, что у меня глаза на лоб полезли от удивления. Крепко соленые русские слова были поданы им с такой аристократической корректностью, что я просто опешил. Посмотрел на Ивана Сидоровича. Тот палец к губам приложил: молчи, мол!
Капитан первого ранга отправился в лабораторию сдавать анализы. Иван Сидорович, как только он вышел за дверь, затрясся, запрыгал на койке от смеха.
- Ой, не могу, ой, умру раньше времени! Ну и комик этот английский джентльмен! Надо же так людей потешить!
- Да объясните же мне, пожалуйста, что здесь происходит? - попросил я его.
- Спектакль происходит, юнга, спектакль! Ты думаешь, он знает, что говорил тебе матершинные слова? Нет! Он уверен, что это самое изысканное русское приветствие. Потому так доволен. И этому, извини, научил его я.
- Но ведь это же хулиганство, Иван Сидорович!
- А что, разве рязанскому мужику перед смертью нельзя и похулиганить?!
Хоть на этом отведу душу! Ты знаешь, что это за птица? Лорд, голубая кровь! Родился, небось, черт его подери, во дворце! И к нему с детства была приставлена куча слуг и служанок. А я вот в детстве пас телят и ходил в рваном зипуне, пока сестра не забрала меня к себе в Рязань... И тут мне сейчас англичане оказывают почести вовсе не как Ивану Сидоровичу, а как мистеру Джону, члену богатой американской семьи, семьи фабрикантов. Но я, черт подери, перед смертью хочу быть только Иваном Сидоровичем!..



Это у него, видимо, была последняя вспышка оживленности. Когда дня через два перед выпиской из госпиталя я пришел проститься с ним, он уже не шутил, не смеялся. Лежал осунувшийся, почерневший. С трудом произнося слова, сказал, что был бы очень счастлив, если бы перед смертью ему хоть несколько минут довелось побывать на Рязанщине, посмотреть на Оку и березы, которые растут по ее берегам. Но тому не суждено быть. Поэтому он просит меня поклониться от его имени земле рязанской и сказать ей, что Иван Сидорович, хоть и умер на чужбине, но в душе до конца остался верным своей Родине...
Я исполнил его просьбу, когда после возвращения в Россию с Северного флота ездил в отпуск на свой родной Алтай специально через Рязань. Это было в марте. В садах, огородах, палисадниках ее пригорода виднелся осевший, налившийся синевою снег. А на дорогах уже стояли лужи. Привокзальная площадь в Рязани была залита солнцем. По ней сновали люди с чемоданами - кто на поезд, кто с поезда. Рядом в сквере на вершинах берез и кленов кричали грачи, устраивая гнезда.
Всюду царило весеннее оживление, всюду кипела жизнь, идя своим чередом. И мне вспомнились слова другого умершего на чужбине русского эмигранта Ивана Сергеевича Тургенева: «Россия может обойтись без каждого из нас, но никто из нас не может обойтись без России».

***

Жизнь у нас в стране сейчас, после развала СССР и рыночных реформ с приватизацией государственного имущества, тяжелая . В связи с этим у многих появляется желание уехать за рубеж, особенно рвутся люди в Америку. Жить там, конечно, легче. Но только по части экономики. А в моральном, нравственном отношении, если ты имеешь настоящую русскую душу, при всей сытости тамошнего житья оно тебе будет невмоготу.



Россия - Родина моя! Родина - Сергея Есенина и Николая Рубцова (стихи, живопись, аудио)

В этом я убедился на примере умиравшего в чужестранном госпитале с тоской по России эмигранта, бывшего рязанца Ивана Сидоровича. Так что приведенные в начале моего воспоминания стихи Сергея Есенина о любви к родной Руси - не просто яркий образ большого русского поэта, но и глубокая правда жизни. Правда для того, кто является настоящим патриотом России. Ну а о том, кто Родиной для себя считает страну, где больше платят денег, и говорить не хочется. Такие люди могут продаваться в любой, даже и не базарный день!

Демиденко Леон Данилович

Юнга. Чикачев А. Солдатские миниатюры / А. Чикачев // Якутия. – 2004.

Когда началась война, ему было 14 лет. Учился Леон Демиденко на первом курсе Омского машиностроительного техникума. Тогда все мальчишки стремились освоить военное дело. Леон посещал аэроклуб, совершил 13 прыжков с парашютом и выполнил несколько полётов на У-2. Но ему не терпелось повоевать: трижды убегал на фронт и трижды был пойман.



Макет У-2 Политехнический музей

Тогда он сбежал на Дальний Восток и поступил во Владивостокскую школу юнг. Неоднократно плавал из Мурманска в Англию – доставлял военные грузы, побывал на всех четырёх океанах, попадал под бомбёжку, тонул, терял товарищей, но для него всё обошлось благополучно. Победу встретил в Америке, в порту Ванкувер.
После войны окончил школу штурманов дальнего плавания, доставлял грузы в Арктику. Последние 20 лет жил на Нижней Колыме, был начальником Зеленомысского морского порта.

Виктор Конецкий. Последний рейс. - Знамя, 2000 N12.

Я гляжу на ее усталое лицо, на вялую работу крановщиков и говорю, что в двух случаях из трех аварии на море происходят по вине “человека на борту”.
— Человеческий фактор, человеческий фактор... Вы про Демиденко знаете? В Средиземном море еще он почувствовал сильные боли в области сердца... (Я уже давно заметил, что о специальных вопросах она говорит так, будто читает инструкцию или какой другой служебный документ.) Сказались волнения длительного, более чем годового плавания, да еще в самой неприятной ситуации. В этом рейсе капитаном Демиденко шел в первый раз, ранее подменял мастера, а до этого работал только старпомом. Ну, на любой подмене нервы больше тратишь. Судовой врач определил: прединфарктное состояние, нужен полный покой. Теплоход тем временем входит в один из сложнейших проливов мира...
— В Босфор входит. Чего ж ты мне из инструкции жаришь? Тебе не холодно?
— Нет. Ну, прошел капитан Босфор на уколах и разных таблетках. К Одессе подошли как раз в новогоднюю ночь. Стоял сильнейший туман. Свободного лоцмана не оказалось...
Здесь снежок у нее вылепился уже достаточный, и она в очередной раз швырнула его за борт в черную чукотскую воду.
— Ну, свободного лоцмана, конечно, не оказалось. Решили заходить в порт, используя береговую радиолокационную станцию. Видимость составляла не больше пятидесяти метров. За несколько кабельтовых до Воронцовского маяка береговая наводящая радиостанция вырубилась. Что делать — на якорь становиться? А врач ему говорит, что через пару часов ему уже никакая “скорая” не поможет. Залез он в порт на ощупь. И ошвартовался благополучно. И сразу потом увезли его, голубчика, на три месяца в больницу. Сейчас не плавает, а моего возраста мужчина. И все же, как видите, аварии не произошло. Вот вам и человеческий фактор...



Виктор Викторович Конецкий в библиотеке FictionBook

Вспомнил, вспомнил, какую песню ревели капитан порта Леон Демиденко с капитаном “Индиги” Левой Шкловским на рейде порта Нижнеколымские Кресты после водки и жареного муксуна. Слова Гриши Поженяна.

Ревут, ошалев, океаны,
Приказ отстояться не дан,
Не правы всегда капитаны,
Во всем виноват капитан...
За то, что он первый по чину;
За то, что угрюм и упрям;
За то, что последний в пучину,
Когда уже все по нулям...



Григорий Поженян: как он жил и творил? Пройдя всю войну разведчиком-диверсантом морской пехоты, он своим геройством заслужил множество наград, в том числе два ордена Отечественной войны I степени, два – Красной звезды, а также по одному – Боевого Красного знамени, За заслуги перед Отечеством III степени, Знак Почета, медалями За Одессу, За Севастополь, За Кавказ, За Белград, За Заполярье, За боевые заслуги. И это притом, что был сыном «врага народа».

Дойнеко Михаил Антонович



ЮНГА ОГНЕННЫХ РЕЙСОВ. Любовь ТРЕТЬЯКОВА, С. БАШЛЫЧЕВ (фото). - Алтайская правда N N 295 - 297 (24914 - 24916), пятница, 22 октября 2004г.

Дело решила радиограмма, которую в 1943 году получил райком комсомола города Барабинска Новосибирской области (об алтайских корнях М. Дойнеко - позже). В ней сообщалось о мобилизации комсомольцев на фронт. Девятикласснику Мише только-только исполнилось шестнадцать. Парнишка, посещая по выходным всеобуч, недавно вступил в комсомол.
- Мы тогда что? Мальчишки. Для нас авиация и флот были престижны. Из моего класса подали заявления еще трое: Володя Бизякин, Юра Зуев и Паша Переверзев. Нам сказали: согласуйте с родителями. Я пришел домой, говорю: так и так. Отец, он был инвалидом и на фронт его не брали, говорит - езжай. Мама поддержала, все равно ведь забрали бы. Дело такое было: шла война.
Так в Новосибирске собралась команда из 25 человек. Из самих же ребят выбрали старшего, передали ему все документы и отправились поездом во Владивосток. До портового города будущие юнги добирались аж одиннадцать дней, в поезде доедали мамкины запасы и два раза в крупных городах - Иркутске и Хабаровске - высаживались на санобработку. Это значит, строем - в баню, отмываться, отпариваться, прожаривать белье.

МЫ ВСПОМНИЛИ ВКУС ХЛЕБА

На месте назначения будущие юнги попали под проливной дождь. А когда вымокшие приехали в управление пароходства, выяснилось, что мальчишек никто не ждет. Поздним вечером они застали здесь только дежурного. Он выдал не евшим двое суток ребятишкам по талону, сказал: бегите скорее в магазин, пока не закрылся.
- И там, - улыбается воспоминаниям Михаил Антонович, - нас ждал непростой выбор: взять по булке хлеба или по два батона.
Настоящего, без отрубей, хлеба юные сибиряки не видели уже давно. Решили - берем батоны.
- Большие такие, как сейчас, - уточняет Дойнеко.



Выпечка хлеба - это искусство. Фото: "СОЮЗ"

Умяли батоны в коридоре пароходства, запивая водой из бочки, к которой цепью была прикреплена жестяная кружка. Там же, в коридоре, и заночевали.
Утром за пацанами пришла машина, и их отвезли на станцию "Океанская" под Владивостоком. До войны здесь располагался санаторий НКВД, а потом его разделили на две части: одну определили под госпиталь, другую - под школу моряков. Позанимались с неделю.
- А чему вас учили?
- Да чему?.. Успели выучить только флажную сигнализацию и устройство корабля.
С этими куцыми знаниями юнги вышли в море. Миша попал на корабль "Уссури".
- Я был в звании матроса второго класса, попросту говоря, юнга. По правилам мы не должны были стоять у штурвала, но меня сразу на руль поставили.

Продолжение следует.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища, 60-летию первых выпусков Тбилисского, Рижского и Ленинградского нахимовских училищ посвящается.

Пожалуйста, не забывайте сообщать своим однокашникам о существовании нашего блога, посвященного истории Нахимовских училищ, о появлении новых публикаций.



Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю