Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Г.А.Азрумелашвили. Саможизнеописание. Превратности судьбы морского офицера. Страницы истории Тбилисского Нахимовского училища в судьбах его выпускников. Обзор выпуска 1949 года. Часть 100.

Г.А.Азрумелашвили. Саможизнеописание. Превратности судьбы морского офицера. Страницы истории Тбилисского Нахимовского училища в судьбах его выпускников. Обзор выпуска 1949 года. Часть 100.

Гавриш Владимир Карпович



10. Гавриш Владимир - окончил ТНВМУ, окончил ВВМУ им. М.В.Фрунзе, служил на флоте; 116-й КБрРчК

Голицын Альберт Сергеевич



11. Голицын Альберт - окончил ТНВМУ, окончил ВВМУ им. М.В.Фрунзе, служил на флоте;

О нем вспоминает Батурин Евгений Александрович. (курсант о своем командире в ГМА имени адмирала С.О.Макарова)

Был у меня командир, царство ему небесное, хороший мужик - капитан третьего ранга Голицын Альберт Сергеевич. Альберт говорил, что являются привидения, а прибывают поезда.

Командиру...



*«Кап-три» – капитан третьего ранга;
**Гальюн –морской ватерклозет.



ГМА им. адмирала С.О.Макарова.

"Морская капуста", Батурин Е. А.

Сидим мы с моим однокашником и другом Котом в Гавани города героя Ленинграда, курим папиросы Беломорканал и грустно смотрим на мелкие волны, бьющиеся о бетонный мол. Только что двадцать два наших корешка отчалили от стенки этого самого мола и скрылись в морской дымке за горизонтом. Их ожидает поход через всю Балтику с заходами в порты Скандинавии, Англии, Франции, затем Испания, Италия и еще масса сказочных стран. Итальянские девчонки, вкупе с испанскими, просто пищат от восторга, в ожидании прибытия наших просоленных морем корешков на рейд какого-нибудь Ла Специа, или Чиклана-де-Ла-Фронтера.
Мы все только-только окончили пятый курс «Системы» имени адмирала Степана Осиповича Макарова, так называемой «Макаровки» и переведены на шестой курс. Это у нас между собой так училище обозначать принято – Система. Нас ждет еще один семестр и дипломная работа, но эти туманные неприятности еще в далеком будущем, а пока что у нас морская преддипломная практика. Корешки наши благонадежные двинули на красивом «белом» пароходе «Зенит» в полуторамесячный круиз в качестве матросов второго класса. Потом их тоже ждет преддипломная практика на морских просторах нашей могучей Родины. А неблагонадежный я, вместе с неблагонадежным Котом, помахав синими гюйсами отбывающим корешкам, сидим на берегу, спина к спине, на огромном чугунном кнехте и «грустим».
Вдалеке маячат мачты «Зенита».



«Зенит» в прямом смысле слова белый и является учебным судном «Системы». Раньше в «Системе» было еще одно учебное судно – парусник «Сириус». Барк, если не ошибаюсь. Но нам не повезло, перед нашим поступлением на первый курс «Сириус» списали «на дрова». А, возможно, что и повезло, потому, как взбираться по вантам на мачты в хорошую волну, я думаю, «не сахар», не говоря уже о настоящей штормовой погоде. «Сириус» теперь стоит у причальной стенки близ Петропавловской крепости в качестве ресторана-поплавка и называется «Кронверк». А когда-то по его вантам как ошпаренные бегали такие же, как мы, морские пацаны.
Кнехт это такая чугунная «чушка», торчащая из бетона, к которой швартовыми концами привязывают «пароходы», дабы их не унесло ветром или течением от причала. Он теплый, почти горячий, как и спина Кота, на которую своей спиной опираюсь я. Неблагонадежность моя состоит в «отсутствии крепких семейных связей», или в «наличии слабых семейных связей» на территории Советского союза. Это означает одно - выпускать меня за пределы «железного занавеса» не целесообразно. Нецелесообразно по причине моего неизбежно возможного побега из страны победившего социализма в загнивающий капиталистический мир.
Когда-то мама и папа, не подумав о моряцком будущем своего сына, расторгли брак и теперь по версии «органов» меня ничто не удерживает на Родине – просто зацепиться не за что. А посему и веры мне нет никакой. И наличие папы и мамы, пусть и отдельно проживающих, двух бабушек, дедушки и кучи прочих родственников предположительно неизбежно не удержат бывшего пионера и нынешнего комсомольца от соблазна заблудиться в каком-либо испанском, а то и пуще того, в итальянском порту. Заблудиться и не вернуться на борт учебного судна «Зенит», в объятия трех ГэБэшников, бдительно «секущих» за морально-политическим обликом ватаги курсантов, во избежание их массового побега при заходе в иностранный порт.
Понятно, что такое мнение обо мне существует где-то в ГэБистких кулуарах. А, возможно, и мнения никакого нет, а просто следуют они, как люди военные и дисциплинированные, инструкции: разведены родители – от винта, никакой тебе, курсант, заграницы. А и то! Мало что ли у нас морских просторов в пределах территориальных вод? Сам я о неизбежности своего возможного побега за бугор не подозреваю и никаких «таких» мыслей в моем возбужденном юношеском мозгу, до сей поры, не завелось. Но ГэБисткому проницательному мозгу виднее. Они ведь всех нас насквозь видят, ребята эти с пронзительными «рентгеновскими» глазами.
Сказать по чести: на хрен мне эти инпорты? Мне и здесь хорошо! Хотелось бы, конечно, поглядеть на мир за «занавесом», но... Не судьба! «Не пущать» по нашим временам очень даже в духе современности. Я пытался прояснить для себя этот вопрос в тонкостях, через командира роты, объявившего мне ГэБэшный диагноз - «слабые родственные связи». Командир скомандовал мне «кругом» и, перед командой «шагом марш», негромким, ровным голосом вклинил: «Диплом получишь, подходи и я тебе проясню этот вопрос в тонкостях. Языком «лязгать» меньше надо».
Не иначе, дошёл до «ребят проницательных» трёп мой пустой за кружкой пива в «Пушкаре» на Петроградской стороне, о том, что неплохо бы сойти на берег Канарских островов да податься в вольные флибустьеры.



Канарские острова, Гран Канария. Плайя дель Инглес – туристический город из умеренных по стоимости отелей, ресторанов, магазинов и ночных клубов. Это самый «тусовочный» и молодежный курорт на Канарских островах.

Действительно языком «лязгать» меньше надо. Могли ведь не только «визы» лишить, а очень даже просто взять за шкибот и пинком под зад выкинуть из родной, горячо любимой «Системы». И не видать бы мне тогда никаких морей, даже в пределах территориальных вод не менее горячо любимого Союза Советских Социалистических республик. Вот такой вот компот.
Ротный командир – Альберт Сергеевич Голицын. В узких кругах более известен как «папа», «папа Гога» или просто «Гога». Чудный мужик, «каптри», скажу я вам. Не надо путать слово «чудный», со словом «чудной». Потому как «чудной», это с «пулей в башке». Это командир учебной роты курсом младше нас «чудной», потому как «пуля» в башке у него сидит с грудного возраста. Этого курсантская братия регулярно с Женским международным днём 8 марта поздравляет, присовокупляя при этом пожелания крепчайшего здоровья и долгих лет жизни. Ну и счастья, само собой. Поздравления идут, естественно, по телефону и через гюйс или носовой платок, во избежание опознания дерзких нахалов.
Имел этот бравый офицер как-то неосторожность спросить: почему к нему 8 марта и вдруг такая забота, так ему без затей и ответили: «Потому, что сука ты еще та!». И это была сущая правда! Без обид. Что уж тут обижаться, если это справедливо, и так всё на самом деле и обстоит? Во всяком случае «папой» они его не кличут – не заслужил. Такой псевдоним заслужить надо! Впрочем, это не наша головная боль, это ребята курсом ниже такой фигней страдают.
А наш «папа» мужик «чудный» – достойный настоящего мужского уважения. Он про нас всю подноготную знает - кто, что, где, как, когда и зачем. Всё! Когда общаешься с «папой», надо намертво забить себе в башку два пункта:
1. «Папа» знает все и про всех;
2. Если ты думаешь, что «папа» чего-то о тебе не знает – смотри пункт № 1.
Если у тебя проблема какая, неприятности даже самого интимного характера, с Венерой там как-то связанные или иное что – прямая дорога к «папе». А как иначе?
Родному папе из Питера во Владивосток, в Губкин, в Рудный, в Чебоксары, или в какие другие родные Мухосрански звонить без толку.



Мухосранск - используется обычно в значении «провинциальный город, глушь, глухомань, провинция».

Чем он поможет? Разве, что с тем же Гогой созвонится по телефону. Так, что, если на личном фронте какой непорядок у тебя наблюдается, шагаешь прямым курсом к ротному папе, и здесь уже никаких кавычек – Гога выступает в роли родного папы. И не было случая, чтобы тот кому-то отказал в помощи. Поворчит, правда, по ушам «поездит» - не без этого. Работа у него такая. Да и не работа вовсе, а служба. Самая настоящая военно-морская служба. Кому-то, может, бороздить океаны да учебными глубинными бомбами закидывать условного противника и из торпедных аппаратов и пушек палить по водным просторам легче и приятнее, чем с такими «соколиками», как мы, возиться. Нам ведь тоже палец в рот не клади, если не хочешь, чтобы плечи покусали. За нами глаз да глаз нужен. Ох, и нужен! Это я вам говорю, а уж я-то знаю.
«Каптри» это сокращенное флотское звание нашего Гоги – капитан третьего ранга. Лет ему под сорок, роста немалого, веса необъятного, с полноценной «морской грудью» от самого пояса до самого подбородка. Нос картошкой, брови кучкой. Насупится, глянет на тебя исподлобья – трандец. Ноги ватными становятся, и свербение в мочевом пузыре происходит такое, что в пору к гальюну поспешить. Умеет суровым быть, и не дай тебе Бог его рассердить. Если такой даст щелбан по лбу, то голова лопнет, как спелый арбуз.
Но Гога у нас «парень» спокойный, хмурится редко и щелбанов, на наше счастье, не раздает. Ровный у нас ротный папа. Да и мы стараемся поводов не давать, а коли уж случится, что повод дан, стараемся, чтобы он об этом не прознал. Ну, а если прознает... Держись! На первом-втором курсе, помнится, «очки» гальюнные в белоснежные превращали, а уж паркета стеклышками вволю поскребли - словами не передать. У каждого на счету не меньше квадратного километра. Теперь-то мы уже большие - на шестой курс перешли, потому он курса с четвертого на наши беззлобные шалости смотрит сквозь пальцы.
Раньше Гога служил на флагмане Краснознаменного Балтийского флота артиллерийском крейсере «Киров» в качестве командира орудийной башни. Крейсер «Киров» приводят на все морские парады в Неву. Так что у нас была возможность наглядно убедиться в силе и мощи этой морской артиллерийской «железяки». Дух захватывает. Особенно после Гогиных баек о ней. Иногда, в порядке назидания, каптри рассказывает поучительные истории из флотской жизни. Не часто, но бывает. От иных историй рассказанных им просто мурашки по шкуре бегают.
Был у Гоги корешок по Высшему Военно-Морскому училищу имени Фрунзе. Служили вместе на крейсере «Киров» и корешок был на должности аналогичной Гогиной – командир орудийной башни. Да не простой башни – башен орудийных там натыкано, как блох на бродячей собаке, а орудийной башни главного калибра. Снаряды пушек этой орудийной башни главного калибра размером с Гогу, такие же толстые и высокие, только в отличие от папы они без погон и материться не умеют. Ну, и стволы соответствующие.



Под каждой орудийной башней находится артиллерийский, или, как говаривали в старину, пороховой погреб. Погреб – помещение в несколько этажей, в котором хранятся снаряды калибра соответствующего артиллерийским стволам орудийной башни. В погребе работает артиллерийская обслуга из матросов, подающая при производстве артиллерийского залпа снаряды в орудийную башню комендорам. Понятно, что матросы не руками снаряды подают – гидравлики и прочей техники там хватает. Поскольку башня главного калибра - снаряды огромные и погреб огромный, и обслуги в том погребе человек двенадцать.
На случай пожара, или какого другого взрывоопасного ЧП в погребе предусмотрена система экстренного затопления. При нажатии аварийной педали или кнопки, затопление погреба происходит в считанные секунды. Делается это во избежание риска гибели всего корабля. Если в погребе произойдет пожар и, как следствие, взрыв снарядов, корабль погибнет однозначно. А на «Кирове» только личного состава порядка двух тысяч моряков. Так, что затопить погреб - минимальное зло во избежание максимального. Я на крейсере «Киров» не был, издалека только имел счастье лицезреть, так что, если и совру какую малость, вы, уж, не обессудьте – с чужих слов травлю.
Есть такое понятие у артиллеристов – заминка выстрела, попросту, по-охотничьему говоря, осечка. «Выстрел», забиваемый в ствол, состоит из двух частей: собственно снаряда, который при производстве выстрела вылетает из ствола и неминуемо попадает в противника, и гильзы снаряженной пороховым зарядом, который и выталкивает собственно снаряд из ствола в противника. Когда выстрел «забит» в пушку, и комендор по команде «огонь» жмет какую-то перебиндюльку, заменяющую в орудийной башне спусковой крючок, а в итоге «салом по мусалам» – выстрела нет, это и называется заминкой выстрела. Или осечкой.
По инструкции комендор должен в этом случае ждать не менее трех, если не ошибаюсь, минут. На тот случай если выстрел-таки произойдет. Допустим, выстрел произошел. В этом случае потеющие комендоры во главе с командиром облегченно вздыхают и вытирают лбы. В противном случае, по истечении трех минут, если выстрел-таки не соизволил произойти, комендор имеет право по команде командира орудийной башни открыть казенную часть.

Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru

С вопросами и предложениями обращаться fregat@ post.com Максимов Валентин Владимирович


Главное за неделю