Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Аида Корсакова-Ильина. ПОНИМАЕШЬ, НАМ НЕ ПОЗДНО ДОБРУЮ ОСТАВИТЬ ПАМЯТЬ ... Атланта – Санкт-Петербург, 2012. Часть 11.

Аида Корсакова-Ильина. ПОНИМАЕШЬ, НАМ НЕ ПОЗДНО ДОБРУЮ ОСТАВИТЬ ПАМЯТЬ ... Атланта – Санкт-Петербург, 2012. Часть 11.

Несколько позже с нами «забурлила» Маргарита Георгиевна Новикова – инструктор младших и средних классов. Муж военный, двое чудных детей – Ирина, Максим.



Маргарита Георгиевна Новикова.

Красивая, энергичная, настойчивая, если не сказать упрямая, что не раз ей помогало в осуществлении ее планов. Воскресный клуб «Буратино» долго не приживался в нашем Дворце. После неоднократных попыток, долгих анализов она нашла золотой ключик, которым открывалась заветная дверь в стене. Каждое воскресенье ждал Буратино своих друзей, в свой театр.



В гостях у Буратино.

Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки из прошлого тащим,
Потому что добро остается добром –
В прошлом, будущем и настоящем!

Она и мне не давала бросить начатое и браться за более интересное.
По образованию Рита педагог по классу скрипки. Класса скрипки у нас не было. При собеседовании с ней, что-то меня зацепило, я стала уговаривать ее на должность инструктора младших и средних классов. После недолгих разговоров, она дала согласия поработать с месячным испытательным сроком.
Так постигая азы нашей беспокойной, трудной работы со вкусом вошла в эту жизнь, сменила меня в конце восьмидесятых, пережила снос нашей родной Пятилетки, ушла в Дом Культуры имени Володарского, где работала на должности зам. директора до самой пенсии. Сегодня занимается активной жизнью, не давая покоя всем культработникам, сегодняшним ветеранам.
Мне была приятна её запись в книге «От Кочубея к «Кочубей-клубу», подаренной Сонечкой, на нашей встрече в прошлом году – «Самый лучший пласт в моей жизни – это работа с тобой, Аида! – твоя Маргарита».
В этой книге есть запись, очень дорогая мне: «Моему любимому, дорогому наставнику! Вложенное Вами взошло, может быть ярко, может быть достойно, но главное – с благодарностью и любовью. Ваша Софья».
Я счастлива, что мои девочки состоялись в этой профессии.



Не могу не вспомнить стихи Розы Николаевны, посвященные этой же встрече 28 апреля 2011 года в клубе «Кочубей».

Дорогие милые друзья, товарищи! К сожаленью, приехать не смогла. Огорчена, но что поделать – старость и болезни одолели, но мысленно я с Вами, за столом.

Желаю всем Вам счастья и здоровья!
Жить долго с верой и надеждой, и любовью,
И никогда не унывать!
Сегодня, думаю, застолье
Вы должны начать
С приветствия Аиде Николаевне.
Позвольте мне, по старшинству начать:



Эти стихи в моем сердце, с глубоким уважением к Вам, Роза Николаевна.

Наташа Хаблова – самая тяжелая страница в моей жизни – жива и сегодня. Красивая, хрупкая, нежная женщина – не по времени, модно одета, молчалива, сосредоточена, большие серые глаза доверчивы и настороженны.
Долгие годы держала большую дистанцию с внешним миром.
Устраиваться на работу привел ее муж – зам. директора Дома писателя – Вадим Хаблов. При разговоре о ней, повернувшись к нам спиной, всем видом выражая полное безразличие.
Вадим подробно рассказывал: недавно закончила съемки художественного фильма «Синяя птица» – была помощником режиссера. Имеет незаконченное высшее, по специальности – психолог. Часто устраивалась на работу, чтобы не сидеть дома, но потом быстро уходила, написав заявление по собственному желанию. У них чудная, маленькая дочь. Ему советовали обратиться только в наш отдел, где ей будет комфортно и приятно – в этом он совершенно уверен.
Это у нас-то тихо, комфортно? Все на нервах со своими амбициями, прибитые своими проблемами, – думала я в свою очередь. И куда нам это нежное создание?
На мои вопросы она вежливо кивала головой. В больших серых глазах – тоск-а-а-а... Но что-то было у этой холодной незнакомки.



... И странной близостью закована,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И всей души моей излучены
Пронзило твердое – ОНО!..

На второй день она пришла на должность инструктора по художественной работе.
Она была настолько далека от дел, входивших в ее обязанности, что мне нередко приходилось думать – как её увлечь нашим мастерством.
Поздний, любимый, больной ребенок – настолько больной, что среднее образование получила дома.
Родители ее – пожилые люди, прошедшие войну: папа – разведчик, мама – топограф. Всю свою тяжелую жизнь посвятили ей, борясь со своими страхами и её недугами в ожидании её смерти – по прогнозам врачей.
А эта умная, одаренная девочка, борясь за себя и свое будущее, поступила в Ленинградский университет. Пыталась где-то работать – не складывалось в коллективах…
Как же у нас с ней все сложилось? А, ведь, сложилось.



И вновь порывы юных лет,
И взрывы сил, и крайность мнений ...

Пройди опасные года.
Тебя подстерегают всюду.
Но если выйдешь цел - тогда
Ты, наконец, поверишь чуду,

И, наконец, увидишь ты,
Что счастья и не надо было,
Что сей несбыточной мечты
И на полжизни не хватило,

Что через край перелилась
Восторга творческого чаша,
Что все уж не мое, а наше,
И с миром утвердилась связь...

А. Блок.

Наши педагоги ждали её на открытые уроки, делились с ней своими программами, успеваемостью своих учеников, она раскрывала их способности.
Она была лучшим другом старшеклассников, к ней шли со всеми девичьими секретами и мальчишескими проблемами. Как увлеченно работал клуб старшеклассников «Ровесник», созданный Софьей Михайловной – все тянулись к ней, как к лучику света, и моя дочь – не исключение.
У нас была традиция: для снятия стрессов – на работу и с работы только через чашечку чая в нашей костюмерной. За этим строго следила Антонина Дмитриевна – добрейшая наша костюмер.
По «чистым пятницам», в конце рабочего дня, с нетерпением ждали подведение итогов морально-этического климата за неделю. Слушали Наташу с обожанием, темы были разные и по форме и содержанию. А сколько личностных и личных, и все обсудим без обид, как у Данте в «Великом чистилище».
Наши инструктора старались каждый раз проверить на ней свой новый сценарий или разработанную тему абонемента. Срабатывало безупречно.
Самая активная работа шла с Домом писателей – встречи с литераторами, поэтами, совместные сценарии.
Взошло солнце в нашем большом семействе. Разнообразие нашей деятельности ее больше не пугало.
Ах, культработнички, прошли Вы путь – тернистый и большой…
От разработки пятилетних, годовых и месячных планов, дифференцированных программ по комплексному воспитанию подрастающего поколения – не менее четырехсот абонементов на учебный год – «самашедшая» цифра, по-райкински. Главное – труд был не напрасным.
В конце учебного года нас благодарили учителя подшефных школ, ПТУ. Ребята получали дополнительные знания по гуманитарным предметам, отлично разбирались в социальной, политической жизни – благодаря политическим обозревателям, педагогам, социологам, медикам. Знали и любили свой город. В год для каждого класса были организованы обзорные экскурсии. Спасибо Обкому профсоюзов торговли, они всегда находили средства для развития детей. Работали, строили планы, мечтали о будущем.



Художник Константин Кузема.

Меня долгое время, после ухода Шклярова, уговаривали принять наш Театр.
Администратор – Людмила Александровна Денисова, мой нежный друг, красивая, с гордо поднятой головой, молчаливая хозяйка большого театрального зала. Все мероприятия, проходившие в этом зале, согласовывались с ней. Наши девочки – ее дочь Аллочка и моя Юлишка – дружат и сегодня. Мы поддерживаем друг друга телефонными звонками.
Так и решили: я принимаю дела директора театра, Людмила становится моим заместителем – ее опыт нам необходим, Наташа Хаблова занимает должность администратора, Маргарита принимает детский отдел.
Согласовано на всех уровнях, нами написаны заявления о переводах. После возвращения из Таллинна приступаем к своим обязанностям. У нас была традиция: после каких-нибудь ратных дел, вознаграждение – поездка в Прибалтику. Людмила Александровна была с нами в Таллинне. Муж Наташи был рад предстоящим переменам.
По возвращении, захожу в «свой» кабинет, к счастью, без Наташи. Людмила Александровна знакомит меня с новым администратором – молодым человеком.
Я человек, вроде бы воспитанный и сдержанный, но в той ситуации эмоции взяли власть надо мной. Молча разворачиваюсь, и сталкиваюсь в дверях с директором – Юрием Максимовичем. Лучше бы его не было в эту минуту... Высказала все, что думала по этому поводу. Он, похоже, сам не понял, что происходит. Доверяя своему заму и руководителям отделов, полагаясь на их исполнительность, считал вопрос о «грандиозных переводов» закрытым.В данном случае, его тоже не поставили в известность.
Почему занята должность Наташи? – ведь никто не был против нее, при согласовании на всех инстанциях. Остыв, я пыталась уговорить ее быть выше этой ситуации, принять дела. Это было выше ее сил. Да я и сама не могла согласиться с этим предательством. Тяжело пережили этот удар, особенно Наташа, но «…вышла целой она тогда...»



Илья Глазунов.

Сколько не просили меня принять театр, я не позволила себе эту «роскошь».
Театру тоже не пошел на пользу этот умысел. Мы знали авторов данного заговора. Бог им судья. Но не они должны быть судьями наших судеб!
Я была на курсах повышения квалификации в Москве, всего неделю. Возвращаюсь, Наташи на рабочем месте нет, подала заявление об уходе по собственному желанию.
Кому была нужна эта хрупкая, утонченная женщина, не умевшая бороться за себя, миновавшая рифы своей не простой жизни? Кого раздражал ее цепкий, блестящий ум, который делал ее центром внимания. Такими как она, гордиться и извлекать для себя пользу надобно, а не избавляться от нее бездарностям, которых сжигала ненависть к таланту и индивидуальности.
Я нашла её сразу, пыталась вернуть её каждодневно.

Тебе одной ночами кладу поклоны,-
И все твоими глазами глядят иконы!

М. Цветаева


Главное за неделю