Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

А.Н.Луцкий. ЗА ПРОЧНОСТЬ ПРОЧНОГО КОРПУСА (воспоминания и размышления подводника ветерана «холодной войны») 2-е издание, переработанное и дополненное. Санкт-Петербург 2010. Часть 30.

А.Н.Луцкий. ЗА ПРОЧНОСТЬ ПРОЧНОГО КОРПУСА (воспоминания и размышления подводника ветерана «холодной войны») 2-е издание, переработанное и дополненное. Санкт-Петербург 2010. Часть 30.



Командующий вновь отозван из отпуска, на флотилию прибыла высокая комиссия под руководством адмирала Амелько, помощника министра обороны по морской части. В составе комиссии контр-адмирал Корбан. Беседует со мной, Приваловым и обоими командирами лично. О нашем трагическом «контакте» в 1965 году (о чем я описал в главе «Оголтелость»), по обоюдному молчаливому согласию, ни слова. Пишем объяснительные. Зашел к Привалову на ПКЗ, давай, мол, оговорим детали, чтоб не было разнотыка. Однако нарвался на неожиданность:
— Пиши, как знаешь, я буду писать, как знаю сам.
Ну, что ж, понятно, я старший по должности — с меня и спрос! В этом ключе и все расследование ЧП. На общем разборе жесткие вопросы:
— Был ли инструктаж? Был ли он в плане? В каком документе зафиксирован и его суть? (Привалов инструктаж отрицал.)
— Почему не прервал погружение, когда прервалась ЗПС?
— Почему не продлил район?
— Почему вышел за кромку района? И, наконец:
— Кто, по-вашему, виноват?
Последняя беседа с Амелько. В тесной каюте на ПКЗ Громов, Авдохин, Привалов и я. Вопрос Амелько ко всем: «Итак, что вы об этом ЧП думаете и что думаете вообще о непрекращающихся на флотах чрезвычайных происшествиях? Давайте по порядку с командующего».



Авдохин Геннадий Федорович.

Все в обтекаемых выражениях коснулись меня, себя, кое-что о флотах. Я, конечно, опять покаялся в своей личной вине и вдруг брякнул:
— А о причинах непрекращающихся ЧП думаю вот что. Мол, нарушаются часто существующие организационные приказы, например, в части выдерживания межпоходовых сроков из-за отсутствия или несвоевременного обеспечения ЗИПом, ремонтом и другим материальным обслуживанием, отсюда гонка и цейтнот непосредственно перед выходом на БС. Далее организационная «нестыкуха»: КВФ должна выделять корабль обеспечения на глубоководные погружения, особенно в условиях сложной гидрологии корабля с опускаемой под слой скачка ГАС — не выделяет, управы нет. Далее, наставления и инструкции зачастую противоречат друг другу, поэтому исполнители поступают по своему разумению и т. д.
Амелько молча, как мне казалось, удовлетворенно кивает, а потом подытоживает:
— У Вас-то основная причина в головокружении от успехов, уверовали в то, что личные успехи в службе дают Вам право нарушать все и вся: нет инструктажа — и не надо, нет связи — и не надо, кромка района — ну и хрен с ней! Вам все можно, все сойдет с рук! Не сошло. Будете строго наказаны.
Вышли. Думаю, пожалуй, он прав, хотя я-то хотел, как лучше для дела.
Уже в кабинете у командующего:
— Ты чего разоткровенничался?! Ты его еще не знаешь!
Я, конечно, его не знал, хотя и инструктировался им лично перед выходом в автономку в 1967 году. Я действительно тогда не знал подковерных интриг на высших этажах власти. Когда узнал о приказе МО СССР о снятии меня с должности и направлении в распоряжение ГК ВМФ, полетел в Москву, надеясь попасть на прием к Горшкову, хотел просить, чтобы направил на научную работу в НИИ. Только ступил на порог приемной, адъютант замахал руками: «Иди! Иди! Сказал, чтоб твою фамилию и вслух не произносить. Иди! Иди! И докладывать не буду». Раз уже в Москве, зашел к отцу, пожалился о своем фиаско.



Главный Штаб ВМФ.

— Сам виноват, осмотрительнее следовало быть. Теперь все, а с Амелько чистый прокол, скользкий тип. Еще в академии генштаба, у меня не спросясь, использовал мои материалы по Корейской войне. Цапались мы.
— При чем тут ты, у меня-то с ним все нормально было.
Выписку из приказа МО ждал долго. Фактически был не у дел, хотя успели услать в Приморье руководить погрузкой ракет на одну из наших лодок, вышедшую из ремонта. Вроде все подчиняются, как всегда, но в глазах читаю: «Сожалеем, но ты-то уже никто». Тяжко.
Новое назначение пришло зимой, командиром в 438 ОДАСС КВФ. Четырнадцать вымпелов: от кораблей-спасателей подводных лодок «СС-83», «СС-38», до рейдовых водолазных ботов. Хотя отдельные суда и на БС ходили, ПЖК в Камрань. Ну что ж, как писал известный писатель-маринист В.Конецкий: «В аварийно-спасательной службе служат только порядочные люди». А с Приваловым я много лет не разговаривал, с той его реплики в каюте. Только много лет спустя по телефону, когда и он уже был на пенсии, да и не о том давнем деле, перебросились мы несколькими фразами, и опять молчок.
А я ведь уже давно знал, что если б не то ЧП, лежать бы мне на Серафимовском кладбище рядом со Спиридоновым. Это как-то, поведал мне спустя много лет Борис Иванович Громов. Оказывается, в ту осень Спиридонов (он уже стал командующим ТОФ) планировал назначить меня командующим эскадрой лодок в Улиссе, а значит, быть бы мне в том злополучном самолете, что взорвался на взлете в Пулково. Не судьба! И давно я уже знал и о той интриге, что разыгралась на основании моего откровения между Амелько и Горшковым. Оказывается, Амелько, как говорится, копал под Горшкова, пытаясь выхватить из-под него стратегические лодки, а мои откровения ему оказались в тему. И хотя у него ничего не вышло, но зуб на меня у главкома вырос что надо! С главкомом я потом на спасательной операции ПЛАРК «К-429» встречался неоднократно, встречал его и рапортовал у трапа. Ни разу он не только не подал руки, что обычно принято, но даже слова не промолвил. И, казалось, благодарить бы Привалова надо, ан нет. Да и он через год после нашего ЧП оказался снятым, опять «поцеловался», всплывая, но уже с надводным кораблем, благо в районе БП рядом с базой. Я уже в должности командира ОДАСС выходил спасать этот тральщик. Судьба!
Короче, служба в подводных силах страны закончилась, двадцать пять лет, считая с года преобразования 1-го Балтийского в училище подводного плавания. Впереди было еще 11 лет службы в составе КВФ в АСС и ВиС, в Петродворце в ЦНИИ ВМФ, т. е. в надводном и «наземном» флоте, а я и сейчас считаю себя профессиональным подводником.



Подводник - это не профессия, а судьба. Командир подводной лодки. Худ. Ю.Усыпенко.

МОЖНО ПОДЫТОЖИТЬ ПО «КУРСКУ»?

Вчера обменялся суждениями о причинах гибели «Курска» с Георгием Пименовичем Корсаковым, бывшим гендиректором НПО «Уран» (бывшее объединение ЦНИИ «Гидроприбор» и завода «Двигатель»), знакомым мне еще с момента поступления в институт (мы с ним частенько, встречаясь на территории предприятия, беседуем о флотских проблемах). Так вот, он мне поведал, что Спасский все-таки склонился к версии, согласно которой основной, губительный взрыв торпедного боезапаса лодки произошел от сильного удара лодки носом о грунт, а совсем недавно в официальной бумаге настаивал, что стеллажные торпеды в 1-м отсеке взорвались от сильного пожара в отсеке от взрыва энергоотсека крупногабаритной практической торпеды в торпедном аппарате, в результате которого вышибло переднюю и заднюю крышки ТА, а в отсек влетел форс пламени и, несмотря на аварийное поступление воды в отсек через разгерметизированный ТА, вызвал объемный пожар. Я читал эту бумагу. Тут же высказал свое суждение Тихонову, начальнику отделения (ему поручено было заниматься темой «Курск» в нашем институте), что форс пламени и пожар не успел бы разогреть боевые зарядные отделения (БЗО) стеллажных торпед, так как немедленно вслед за форсом пламени в отсек стала поступать под забортным давлением холодная морская вода и торпедный отсек за считанные секунды заполнился. Время заполнения отсека можно подсчитать... Секунд 30-40 — не больше. Горячий газовый пузырь при этом локализуется в кормовой части отсека, где нет БЗО, так как поступившая вода в те же считанные секунды создаст дифферентующий момент порядка 25 000-30 000 т/м, лодка «клюет» носом и градусов под 30 через 25-30 секунд врезается в грунт.



Игорь Дмитриевич Спасский

И все же вопрос: от чего взорвался энергоотсек с перекисью водорода практической торпеды? Специалисты говорят, что без внешнего воздействия это событие невероятно.
Версия может быть представлена и в таком виде: лодка, выполнив некоторое боевое упражнение по плану флотского учения, всплыв в позиционное положение (т.е. продув только среднюю группу цистерн главного балласта для экономии ВВД), в сопровождении корабля охранения (возможно, МПК) переходила в очередную позицию для выполнения следующего упражнения (возможно, для торпедной стрельбы по надводной цели).
Как правило, при ходе в позиционном положении выдвижные устройства ПЛ подняты, на ходовом мостике ограниченное количество людей (командир и сигнальщик). Вдруг в носовую часть лодки, в оживальный обтекатель легкого корпуса, куда из прочного корпуса лодки выдвинуты на 2/3 трубы торпедных аппаратов, врезается «инородное тело», пробивает ТА и энергоотсек 650-мм торпеды... Взрыв... Лодка «клюет» носом и уходит под воду. Что за «инородное тело»? А хоть практическая ПКР типа «Гранит»! Масса около семи тонн на сверхзвуковой скорости! Запросто прошибет насквозь! Ракета ли? Но ходят же слухи, что и сопровождавший лодку МПК отстреливался всем, чем мог, от летящей на него ракеты! Откуда ракета? Ну, это вопрос уже к руководству флота. Во всяком случае, этими ракетами вооружен и «Петр Великий», а он тоже был в море. Ну, не «Петр Великий», так кто-то другой? Несогласовка действий участников учений? Такое тоже бывает. Случаев попадания практических самонаводящихся ракет в боевые, вспомогательные и гражданские суда за историю современного флота было уже несколько. Так, на ТОФе в 1980-х годах поразили ракетный катер, погибли люди, погиб и один из руководителей стрельб. Может подобная трагедия и в случае с «Курском»? Кстати, сразу было ясно, что командование флота завралось. Начали плести ахинею про иностранную лодку, пробоину метр на два между первым и вторым отсеком...



Общий вид разрушений носа.

Какая пробоина метр на два? Хотя и пробоина действительно есть, но там всего носа нет, нет всей верхней части первого отсека! Плели ахинею, что наши спасательные аппараты не осматривали аварийную лодку, а, мол, сразу бросились стыковаться со спасательным люком девятого отсека. Нет сомнений в том, что страшную картину разрушений в носовой части лодки наши спасатели увидели в первый же момент, как только она попала в свет прожекторов спасательного аппарата (СПА). Еще несколько соображений по ходу развития катастрофы последней версии. Затопление первого отсека быстро частично ликвидировало положительную плавучесть позиционного положения и, кроме того, я предполагаю, что в момент удара «инородного тела» по носу, когда лодка стала зарываться носом в волну, командир мог скомандовать: «Все вниз! Срочное погружение!», прыгнуть в люк и задраить его. Так принято на лодках, когда внезапно лодка зарывается носом в волну. Тем временем в центральном посту по этой команде увеличили ход и переложили горизонтальные рули на погружение. Так тоже принято. Эти действия совпали с поступлением воды в первый отсек, дифферент на нос вырос до 30 градусов, а может, и больше. «Инородное тело», пронзив носовую оконечность лодки, разрушило прочные внутренние конструкции, и при ударе о грунт произошло дальнейшее разрушение конструкций, искореживание труб торпедных аппаратов, боевых зарядных отделений торпед, запальных стаканов и детонаторов... И, наконец, через 135 с — катастрофический взрыв.
Если б командир скомандовал не «срочное погружение», а «срочно аварийно продуть главный балласт!», может быть, лодка и не погибла. Может быть! Но и в этом случае люди первого отсека были обречены.
Возможно, некоторое время после катастрофы лодка стояла на грунте с большим дифферентом на нос, так как больше половины внутреннего объема лодки было не затоплено и в целом кормовая оконечность имела нулевую или даже небольшую положительную плавучесть. Такое состояние могло быть сутки или больше и, если бы к месту аварии подошел хотя бы ВМ пр. 535, то, может быть, удалось бы спасти «мокрым способом» через спасательный водолазный колокол кого-то из подводников девятого отсека. Люк девятого отсека в это время находился на глубине 40—50 метров. Но, видимо, флот и его аварийно-спасательная служба к 2000 году развалились настолько, что такую задачу уже не способны были решать.
Итак, кто же тогда виноват? Можно начать издалека, цепь причинно-следственной связи бесконечна, уходит в прошлое. С какого же звена начать? Стоит ли? Погибших не вернуть. Предотвратить бы будущие жертвы! Сделают ли правильные выводы те, кому положено, способны ли? Вот в чем вопрос.



У стены лежит разрез торпеды 65-76А, по заключению госкомиссии, именно такая торпеда взорвалась в торпедном аппарате № 4 АПЛ "Курск".

А может первопричина взрыва «толстой» практической торпеды другая? И мои фантазии неуместны? Тем более что мои домыслы базируются на недостаточной информации. Подождем подъема лодки.

Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю