Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Неизвестный адмирал. Часть 38.

Неизвестный адмирал. Часть 38.

На острове Врангеля

Остров Врангеля находится на границе Восточно-Сибирского и Чукотского морей. Высокий. Полярная тундра. Полярная станция с 1926 года. Назван в честь Врангеля Фердинанда Петровича: русского мореплавателя, барона, адмирала, родившегося в 1797 году, скончавшегося в 1870 году. Почетный член Петербургской академии наук, один из учредителей русского научного общества. 1820-1827 годах – руководитель экспедиции, описавшей побережья Сибирской реки Индигирки до Колючинской губы. По опросным данным определил положение острова, названного впоследствии его именем. Установил, что к северу от Колымы и мыса Щелагского, где предполагалось существование суши, находится открытое море.
Был главным правителем русских поселений на Аляске и на северной части тихоокеанского побережья до Сан-Франциска включительно. В 1867 году протестовал против продажи Аляски Соединенным Штатам Америки. В 1855-1957 годах был морским министром. Автор многих трудов по географии. Помимо острова, его именем назван мыс на Аляске.



Врангель Фердинанд Петрович. Собрание сочинений.

Первой нашей остановкой был небольшой населенный пункт Уэлен, при выходе из Берингова пролива в Чукотское море. Живут здесь чукчи. Их жилищем были яранги, покрытые моржовыми шкурами. Чукчам и зимовщикам Уэлена мы доставили грузы. Причалов здесь не было. Ледокол находился в прибрежных льдах. Ночевали. А утром обнаружили, что ледокол зажат крупными, многолетними полями льда большой толщины, осевшими на грунт.
Чтобы создать ледоколу минимальную возможность сдвинуться с места, пробовали колоть лед. Ничего не получилось. Пришлось прибегнуть к аммоналу – взрывчатому веществу, чтобы подорвать лед вокруг ледокола.
После выхода «Красина» из ледового плена примерно полпути до острова Врангеля шли чистой водой, пользуясь большими полынями, пробивая ледовые перемычки между ними, обходя крупные поля пакового льда с нагромождениями льдин от сжатия ледовых полей, называемых торосами, высотою до 10-20 метром, длиною и шириною в несколько километров. Чтобы пробить себе «дорогу», «Красину» приходилось применять способ «утюжки» - отойти задним ходом, чтобы, разогнав ледокол вперед, войти на лед как можно дальше, раскалывать льдины и давить своим весом на лед. Бывало так, что мы сойдем с ледокола на лед и пойдем пешком с большей скоростью, в погоне с ружьями за белой медведицей, как это, к примеру, было однажды.



Посёлок Уэлен. Зима 1934 года.

Погода стояла хорошая, солнечная, со слабым ветром. До острова дошли благополучно и вошли в его бухту, названной бухтой Роджерса, на южном берегу острова. Здесь располагалась полярная станция. Бухта была чистой ото льда.
Быстро вынесли с ледокола на берег груз, доставленный для зимовщиков, оставили мастеров для строительства им дома, сняли с ледокола смену зимовщиков, побеседовали с теми, которые находились на острове 4-5 лет, сообщили им о времени нашего прибытия на остров после окончания научных работ, чтобы взять на борт ледокола всех предназначенных к снятию с острова.
Программой научных работ предусматривалось: исследования на разных широтах советского сектора направления и скорости течений, температуры воды на разных глубинах, ее прозрачности, солености, взятие образцов планктона, исследования других процессов и явлений, а также проходим ли в данное время года для ледокола путь в Восточно-Сибирское море севернее острова Врангеля, дрейфа льдов в северных высоких широтах и т.п., а также все относящееся к метеорологии.
Для выполнения таких работ на ледокол был взят небольшой самолет – летающая лодка с летчиком Рожанским.
Самолет использовался для ледовой разведки, искал менее трудные курсы (маршруты) в высоких северных широтах, в том числе и вдоль северного берега острова Врангеля.
Из бухты Роджерса ледокол направился на Восток, к кромке восточной границы Советского арктического сектора. Здесь стоит малый остров Геральд. Обошли его и убедились в хороших условиях для стоянки ледокола. Чистая вода, не льдинки. Встали на якорь.



Самолет HD.55 на «Красине» в экспедицию 1934 г.

На следующий день решили осмотреть «поглубже» этот островок. Обошли его кругом на шлюпке. Он круглый, с крутыми боками, местами размытыми руслами, видимо, зимними морозами, дождевой и талой водой, спадающей в море. По фигуре – конусообразный, с небольшой круглой площадкой, окруженной тоже конусообразными не толстыми и не высокими каменными столбиками. В общем виде, снаружи он был похож на готическое произведение. По высоте метров тридцать, может, чуть выше. Осмотрев его кругом, мы были едины в том, что на Геральде не было ноги человека, а потому решили подняться и посмотреть его верхние «этажи». Оказалось, что выполнить это пожелание не так-то просто, крутые подъемы. И все же нашли более или менее… Надо сказать, что верхняя половина острова была еще покрыта снегом.
Первоначально два товарища поднялись, примерно на три четверти высоты, и закрепили за камни взятые с собой не толстые, но крепкие веревки ( диаметром 2 см). За них мы держались при подъеме и при спуске. Поднимались четыре человека. Четвертым взяли меня. У каждого был винчестер – американское оружие, похожее на винтовку с укороченным стволом. На всякий случай винчестер был заряжен и поставлен на предохранитель, висел на правом плече.
В подобных действиях без происшествий редко что проходит. Так случилось и у нас.
Впереди меня был корабельный доктор Саша Чечулин. Случилось так, что у меня осталась опора для одной ноги. Мы зашли уже в заснеженную зону. Я попросил Сашу поискать себе опору, а имеющуюся освободить для меня. Выполняя мою просьбу, он топнул в снег и… угодил в медвежью берлогу. «Хозяин Арктики» - белый медведь тут же цапнул его по ноге лапой и задрал ему голенище сапога и чуть поцарапал ногу.



Увидев на фоне белой медвежьей шкуры три черные точки: два глаза и нос, а были они на уровне моих глаз, я тут же вскинул винчестер и в упор выстрелил в голову зверя. Медведь мгновенно поник головой. Тут мы узнали, чем богат остров Геральд. От выстрела «потемнело» небо. Взметнулись тысячи различных птиц, поднялся никогда ранее не слышимый гвалт. Зрелище было удивительным и, пожалуй, тем, что все они летали односторонними кругами и вскоре совершили посадку, надо полагать на свои места.
Медведя мы спустили вниз, на шлюпку, а сами продолжили подъем. Оказались на довольно ровной, круглой площадке с выбоинами, ямками, залитыми талой водой. Здесь увидели удивительное зрелище – стадо песцов, десятка, наверное, три, а может и больше. При этом – смирных, нас не боявшихся, не проявлявших никаких звериных жестов – поступков. Правда, и близко к нам не подходивших. На всякий случай за песцами установили надзор. Там же на высоте установили металлический флаг нашего государства, в основание которого заложили металлический пенал с запиской: «Заложен экспедицией ледокола «Красин» в июне 1934 года.
Решая плановые научные работы, нам приходилось выходить в разные районы Чукотского моря. И в каждом районе мы наблюдали группы того или иного вида морских животных, чаще, лежащими на льдинах, а также птиц, других зверей – «жителей» Арктики.
В те годы морж для чукчи был всем: и пищей, и одеждой, и обувью, и жильем, и топливом, и вечерним светом, и средством водного транспорта, и материалом для художественных изделий (клыки моржа). И мясо, и жир, и шкура, и кость – все шло в дело. Моржовыми шкурами они обтягивали корпуса своих лодок. И на них выходили в море на промысел.



Галина Санько снимает лежбище котиков 1935 г.

Морж, пожалуй, самое дисциплинированное животное. Они группами в полтора-два десятка подолгу лежат на больших льдинах или на кромке ледового поля. Отдыхают, спят. Каждая группа имеет своего вожака. Вожак периодически, но частенько, поднимает голову и осматривает окружающую обстановку, нет ли опасности? Если голова вожака опустилась, все спокойно продолжают лежать. Если же вожак нырнул в воду, тут же все моржи быстро делают то же самое и уходят на глубину.
У чукчей, можно сказать, выработана бесшумная дистанция подхода на шлюпке к лежбищу моржей. Подготовлены и снайперы, отличающиеся точной стрельбой с выработанной дистанции. Стрелок ожидает подъема головы вожака. Увидев, стреляет точно в голову вожака. Голова у него падает, вожак продолжает «спокойно» лежать. Его подопечные, видя поведение вожака, «полагают», что вокруг нет никакой опасности и продолжают оставаться на льдине. Чукчи быстро подходят на своей легкой лодке на короткую дистанцию и начинают отстрел моржей. Подстреленные моржи остаются на льдине, остальные ныряют в воду.
Помнится эпизод.
Ледокол шел на север. Милях в 5-6-ти, как моряки говорят: «Прямо по носу» - показалась черная, длинная, вытянутая поперек курса ледокола, полоса, явно обозначавшая кромку полярного льда. Сократив расстояние, мы увидели в биноклях лежбище моржей. Их лежало на льдине, наверное, плюс-минус сотня, среди них было немало малышей.



Стадо моржей на льдине в Чукотском море.

Поскольку в данных широтах и местах никогда не было транспортного движения, моржи не испытывали боязни ледокола, чего мы от них не ожидали. В нижних широтах Чукотского моря в таких ситуациях моржи своевременно бросались в воду. Здесь же они оставались на льду, что привело к гибели четырех моржей.
Было у нас желание взять на борт парочку моржат-малышей для наших зоопарков. Но просвещенные товарищи сказали, что без матерей они не выживут.
Кроме моржей, приходилось видеть нерпы – разновидность тюленей. Видеть и охотников на них – белых медведей. Нерпа находила в льдине трещины, отверстия и выходила через них полежать на льду. За такими выходами следили медведи – встанет над трещиной, отверстием во льду, и стоит длительное время, как вкопанный, не шевелясь, ожидая появления нерпы в ледовом отверстии. При малейшем появлении нерпы, медведь мгновенным, резким захватом лапой выбрасывает нерпу на лед. Дальше идет расправа с беззащитным животным.
В выполнении научных работ участвовал и самолет, находившийся на борту ледокола. На нем нередко летал начальник экспедиции, знакомясь с ледовой обстановкой. В ряде случаев брал и меня с собой. Хочу изложить случай, имевший место с нами, характеризующий, кстати сказать, метеорологические условия в Арктике.



Ледокол стоял на якоре у острова Геральд. Утренняя погода была хорошая с чистым голубым небом. Зная ее северные капризы, начальник экспедиции решил лететь на самолете пораньше, утром, оценить ледовую обстановку в районах до 75 градусов северной широты и 170 градусов восточной долготы на предмет поиска путей для ледоколов севернее острова Врангеля. Он, как в большей части бывало, взял меня с собой.
Осмотрели намеченный район: сплошь ледовые большеразмерные поля, во многих местах покрытые линиями высоких многолетних торосов. Словом, дорога данным маршрутом для ледокола трудновата. Развернулись и пошли к Геральду, где стоял «Красин».
Приближаясь к острову, замечаем, что на нас наступает туман, становится плотнее и плотнее. Поднялись чуть выше. По счислению пора показываться и острову и «Красину». Но не видим ни того, не другого. На самолете радиостанции не было. Над нами голубое небо, а под нами густой туман. Не видим и южной кромки тумана. Горючее на исходе. Решили идти на остров Врангеля, в бухту Роджерса. Она была не особенно велика.
Под нами всю дорогу сплошной туман, а над нами ласковое солнышко. Вскоре в тумане стали появляться «окна», через которые просматривался лед. Рожанский пробовал «нырнуть» в одно из них, но тут же «вынырнул» - «окно» закрылось.



По времени мы приближались к острову Врангеля. Он не был нам виден., закрыт туманом. Ныряние в окна становилось все опаснее. И все же через одно из окон мы вышли на «бреющий полет» с высотой 4-5 метров. И «О-о-о!!» замерли. Перед нами в метрах 25-30 черно-белая высокая стена – скала восточного окончания острова Врангеля. Рожанский не растерялся, тут же заложил самолет в левый вираж. В этот момент расстояние от самолета до береговых скал, наверное, можно было считать в сантиметрах. Еще немного бреющего полета вдоль острова и мы «приводнились» в бухте Роджерса. Связались по радио с «Красиным», сообщили, что мы на острове Врангеля и что с подъемом тумана возвратимся на ледокол.

Продолжение следует.


Главное за неделю