Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Р.А.Зубков "Таллинский прорыв Краснознамённого Балтийского флота (август - сентябрь 1941 г.): События, оценки, уроки". 2012. Часть 36.

Р.А.Зубков "Таллинский прорыв Краснознамённого Балтийского флота (август - сентябрь 1941 г.): События, оценки, уроки". 2012. Часть 36.

4.2. Первый этап операции — прорыв Юминдской минно-артиллерийской позиции (с 12.18 28.08 до 09.50 29.08)

Движение сил КБФ в Кронштадт началось в 12.18 28.08, когда снялись с якорей ТТЩ КОН-1 (командир КОН - начальник 2-го отделения оперативного отдела штаба КБФ капитан 2 ранга Н.Г.Богданов). КОН-1 пошел в Кронштадт в том составе, какой был предусмотрен «Плановой таблицей перехода конвоев». По неустановленной причине к нему присоединились транспорты «Иван Папанин», «Казахстан» и «Эргонаутис» из КОН-2.
В составе сил охранения КОН-1 оказался и ЭМ «Суровый». В некоторых документах и публикациях утверждается, что до него не дошло приказание быть в составе АР. Возможно, это так, но командир ЭМ «Суровый» в 08.35 28.08 сам послал радиограмму командиру ОЛС с просьбой разрешить ему идти с КОН-1, поскольку корабль 27.08 на переходе из Моонзунда получил серьезные повреждения механизмов и корпуса от взрыва мины в его параване-охранителе. Скорее всего, командир считал, что состояние корабля делает его мало полезным в качестве боевой единицы АР. Командир ОЛС ответил ему, что все указания он получит от командира 4-го днэм, который находился на ЭМ «Свирепый», назначенном в охранение КОН-1, а о своем желании должен доложить контр-адмиралу Раллю (командиру АР).



Командир эм «Суровый» В.Ф.Андреев

Содержание этих переговоров указывает на то, что командир ЭМ «Суровый» знал о назначении его корабля в состав АР. Кстати, незадолго перед съемкой КОН-1 с якорей все четыре ЭМ из состава АР вместе меняли место стоянки в Таллинском заливе. Остается предположить, что к началу движения КОН-1 ЭМ «Суровый» все же было дано разрешение (приказание) на переход из состава АР в состав охранения КОН-1, хотя и неизвестно, кто его дал.
Итак, выход сил КБФ из Таллина начался на 14 часов позднее времени, намеченного «Плановой таблицей перехода конвоев». Виновницей этого сдвига по времени названа свежая погода. Как известно из донесения начштаба КОН-1, подписанного в 01.55 28.08, попытка начать движение согласно плану в 22.00 27.08 не удалась, поскольку ТТЩ из-за сильной качки не смогли поставить тралы. Кроме того, в составе ПМО конвоя оказалось только три ТТЩ вместо четырех [док. № 562].
Командир КОН-1 несколько иначе описывает это событие: оказывается, ТТЩ тралы поставили, но мощности их машин не хватило, чтобы двигаться с тралами против волны, при этом назван отсутствовавший тральщик—ТТЩ № 72 «Дзержинский», затерявшийся в ночи. Думается, что начало движения задержалось также из-за несвоевременного выхода на рейд ШК «Вирония», ТР «Ярвамаа» и ПМ «Серп и Молот» [док. № 832]. Следует вспомнить в этой связи и запись в вахтенном журнале СКА МО № 507, на котором находился командир конвоя: «Таллинский рейд. Четверг, 28 августа... 01.30. Катер на ходу. Переменные курсы, сколачиваем караван. Ничего не удается».
Общая задержка выхода сил КБФ из Таллина, вероятно, произошла бы даже при благоприятной погоде. Так, к назначенному времени выхода КОН-2 (04.00-05.00 28.08) у него отсутствовало противоминное и противолодочное охранение (если, конечно, не считать за ПМО восемь КАТЩ, часть которых не имела тралов). Лишь после 11.00 28.08 в распоряжение командира КОН-2 поступили два ТТЩ, прибывшие из Моонзунда (почти без угля и питьевой воды), и четыре ТТЩ, прибывшие от о. Гогланд (три из них без тралов и почти без угля), а также один из двух СКА типа «МО». Почти пять часов заняла передача тралов от КАТЩ, угля и воды от КЛ «Москва» на эти ТТЩ, завершившаяся, причем не полностью, около 16.00, уже после начала движения из Таллинского залива. Только в 14.00 28.08 закончилась посадка гарнизона о. Аэгна на входивший в КОН-2 ТР «Шауляй» с помощью катеров 12-го и 15-го днкатщ из состава охранения конвоя и помогавших им ПКА 2-го Балтийского отряда пограничных судов (БОПС). А входившие в состав этого же конвоя ЗС «Азимут», «Вятка», «Онега» лишь к 15.00 закончили посадку войске п-ова Виймси с помощью катеров 11-го днкатщ из состава КОН-3.



Дивизионный минёр 12 днкатщ бртр МО БМ Ф.Е.Похальчук

Кроме того, как уже отмечалось выше, командование гарнизона о. Найссаар не получило своевременно приказ об эвакуации, из-за чего прием войск и грузов на ТР «Эверита» и ПМШ «Атта» затянулся до утра. Когда они закончили погрузку, сильный прижимной ветер не давал им возможности без буксира выйти из гавани, буксир же для них удалось выделить лишь к 14.00.
Также в 04.00-05.00 28.08 должен был начать движение и КОН-3, но входившие в его состав ТР «Балхаш», ТР «Кумари» только в 04.15 вышли из Палдиски. В Таллинский залив они прибыли около 11.00, а место в конвое им было определено лишь к 14.50.
Наконец, посадка войск в Минной гавани на спасательные суда, входившие в состав КОН-2, КОН-3, КОН-4, была закончена лишь к 06.30 28.08.
Задержки движения начались сразу по выходе головы КОН-1 с рейда. В трале первой пары тральщиков его ПМО взорвалась мина, перебившая трал, на замену которого потребовался целый час. По всей вероятности, это была мина, о постановке которой самолетом противника накануне в 18.00-18.25 27.08 давали оповещения «по флоту» командир ЭМ «Яков Свердлов» и начштаба бртр с БТЩ Т-210 «Гак», а командир ЛД «Минск» донес непосредственно ОД ФКП КБФ, но меры по ее обезвреживанию приняты не были.
Продолжая движение по ФВК № 20 ТМ-а и № 10 ТБ-з после замены поврежденного трала, КОН-1 был обстрелян финской 305-мм батареей с о. Мякилуото. Снаряды падали с недолетом. Около 18.00 и 19.20 конвой обстреляла батарея противника с м. Юминда, но его прикрыл дымовой завесой ЭМ «Свирепый».
Так начался прорыв ЮМАП.



Флагманский минер младший штаба КБФ — командир конвоя № 4 С.А.Глуховцев

В 14.15 вышел из Таллинского залива КОН-4 (командир КОН — флагманский минер младший штаба КБФ капитан 3 ранга С.А.Глуховцев), имевший скорость около 4,5 узла (такую скорость имела входившая в его состав КЛ И-8 из-за поломки одного из двух гребных винтов). Задержка на 1 час 15 минут была вызвана, скорее всего, остановкой КОН-1 после взрыва мины в трале первой пары его ТТЩ.
Состав КОН-4 тоже отличался от установленного «Плановой таблицей перехода конвоев». Из донесения командира конвоя известно, что ПМШ «Остерлед» была взорвана у п-ова Пальяссаар (кем и зачем — не говорится). Но, согласно записи в ЖБД штаба ОВР КВМБ, она прибыла в Кронштадт в 14.56 30.08.1941 г. В упомянутом донесении сообщается также, что ПМШ «Дельфин» и «Урме», МБ «Вейно», «Капитан» и «Механизатор» были взяты на буксир транспортами КОН-1 и КОН-2 (по данным [библ. № 288] ПМШ «Дельфин» была оставлена в Таллине). Наконец, как следует из этого же донесения, в КОН-4, помимо судов, указанных в «Плановой таблице перехода конвоев» (табл. 21), оказались СКР «Ост» и СКР «Щорс», ЭМТЩ «Поводец», ЛЕД «Кришьянис Вальдемарс» (на самом деле ЛЕД шел в составе КОН-1), СС «Сатурн»,



Буксир КП-6 («Лёд»)

БУК КП-6 и КП-12 (последний буксировал ТКА № 121). О четырех КАТЩ, предназначавшихся для ПМО КОН-4, в донесении командира конвоя ничего не сказано. В районе о. Кери к КОН-4 присоединилась ПЛ Щ-301, возвратившаяся из боевого похода из открытой части Балтийского моря. Она вступила в кильватер СС «Нептун», отставшего от ОПР и оказавшегося среди судов этого конвоя.



Командир пл Щ-307 Н.И.Петров

В «Отчете о переходе флота в Кронштадт и эвакуации ГБ Таллин 28.08-29.08.1941»12 показано, что все три названных мотобота были затоплены экипажами (видимо, по чьему-то приказанию) на колене ФВК № 10 ТБ-з в 17.00-17.03 28.08.1941 г. То же самое (без указания места затопления) донес после прорыва командир КОН-4, добавив, что экипажи с мотоботов были сняты. Причиной затопления мотоботов считается неустранимое поступление внутрь мотоботов забортной воды из-за повреждения их корпусов близкими взрывами авиабомб. Известно также [док. № 836], что капитан МБ № 56 «Механизатор» А.П.Лукка и с ним еще три человека были в 17.12 сняты подводной лодкой Щ-307 с двух терпящих бедствие судов, подошедших к ней и названных в ее вахтенном журнале «катерами». Наверное, это были мотоботы, которые подводники могли считать катерами, так как они имели водоизмещение 25-35 т. В вахтенном журнале ПЛ Щ-307 названия этих «катеров» не указаны. Если это были мотоботы, то становится не ясным, затопили их или же просто бросили.

12 АО ЦВМА. Ф. 9. Д. 136. Приложение 16.



Подводная лодка V-бис серии Щ-307

КОН-4 начал движение за КОН-1, не дожидаясь приказа командующего флотом. Видимо, командир конвоя посчитал, что ему следует выходить из Таллинского залива, как предусматривалось первоначальным планом, через час после выхода КОН-1. Однако по первоначальному плану КОН-2 должен был выходить через 5 часов после КОН-4, а КОН-3 — через 6 часов. Учитывалось, что скорость КОН-4 на один узел меньше скорости остальных конвоев, но при таких интервалах между моментами выхода конвоев он не будет мешать вышедшим после него: они смогут догнать КОН-4 только в районе о. Лавенсаари. Поскольку в связи с вынужденным изменением плана эти интервалы были сокращены, можно предположить, что командующий КБФ намеревался выпустить КОН-4 из Таллинского залива последним, почему и не отдал приказ о начале его движения вслед за КОН-1. «Инициатива» командира КОН-4 привела к тому, что КОН-3, начав движение через 1 час 5 минут после КОН-4, догнал его у западной границы ЮМБ. В результате, хоть об этом в архивных документах прямо не говорится, можно предположить, что дальнейшее движение КОН-4 и КОН-3 происходило в общем «строю», попросту говоря - «кучей». КОН-2 избежал такой участи на начальном участке маршрута прорыва лишь потому, что шел не по оси, а по северной кромке ФВК № 10 ТБ.
Возможно, «инициатива» командира КОН-4 объясняется опасением того, Чт0) выйдя последним, его конвой, отстав от остальных сил, останется без всякого охранения и станет удобной целью для противника.
Как бы то ни было, произошел сбой в управлении движением конвоев, который, наверное, повлиял и на величину потерь при прорыве.
В 14.52 начал движение КОН-2 (командир КОН - командир 1-го дивизиона КЛ Шхерного отряда капитан 2 ранга Н.В.Антонов). Как уже говорилось, задержка объяснялась затянувшейся посадкой на ТР «Эверита», «Шауляй», ЗС «Азимут», «Вятка», «Онега» личного состава береговой и противовоздушной обороны ГБ КБФ и некоторых частей 10-го ск с о. Найссаар, о. Аэгна и п-ова Виймси, а также с поздним прибытием в Таллин ТТЩ № 43, 44 и 47, назначенных в состав ПМО КОН-2. Как уже отмечалось, ТР «Казахстан», «Иван Папанин» и «Эргонаутис» из состава КОН-2 без разрешения командира конвоя ушли с КОН-1, а ТР «Эверита» и ПМШ «Атта» продолжали погрузку в гавани о. Найссаар. К КОН-2 присоединились не предусмотренные «Плановой таблицей перехода» ГС «Лоод» и ЛЕД БУК «Тасуя» с ТТЩ № 86 на буксире.



Гидрографическое судно «Лоод»

В состав ПМО конвоя были включены дополнительно ТТЩ № 84 и № 88, прибывшие из Моонзунда, и ТТЩ № 121 с командиром 12-го днттщ, прибывший от о. Гогланд. В составе охранения не оказалось СКР «Чапаев», который из-за неисправности машины не возвратился от о. Гогланд после проводки туда последнего перед эвакуацией конвоя. Не прибыл и ТТЩ № 42. Он погиб на переходе от о. Гогланд в Таллин, подорвавшись на мине. Не занял своего места в охранении КОН-2 СКА ПК-214. Этот СКА по приказанию начальника штаба КБФ снимал людей со шлюпок, выходивших из Минной гавани после ухода из нее всех кораблей, и перевозил снятых (118 человек) у себя на борту и на буксируемом барказе, следуя за КОН-2. В донесении командира КОН-2 о прорыве из Таллина, а также в отчетных документах о боевых действиях 1-го днкл и КЛ «Москва» в 1941 г. нет ни слова о входившем в состав КОН-2 ТР «Найссаар».
Командир КОН-2 повел свои корабли и суда не по оси колена ФВК № 10 ТБ-ж, в кильватер идущих впереди КОН-1 и КОН-4, а по его северной кромке. Из рассказов командиров СКА «МО», неоднократно проходивших по этому ФВК, ему стало известно о высокой плотности минных заграждений на нем, и он решил, что более безопасным в противоминном отношении будет маршрут, проходящий в 5 милях севернее ФВК. Согласно донесению командира КОН-2, утром 28.08, учитывая отсутствие тральщиков, которые еще не подошли от о. Гогланд и из Моонзунда, он запросил разрешение начальника штаба КБФ на следование этим маршрутом. Ответа на радиограмму не получил и выходить за пределы назначенного для прорыва ФВК № 10 ТБ не счел возможным, но движение в пределах границ назначенного ФВК по его северной кромке нарушением установленного порядка прорыва не посчитал.
Вряд ли командир КОН-2 принял правильное решение, поскольку следование по оси ФВК за КОН-1 и КОН-4, которые шли за тралами шести ТТЩ, частично расчистивших от мин путь для идущих сзади кораблей, наверное, было безопаснее, чем движение по нетронутой тральщиками северной кромке ФВК. Как оказалось впоследствии, для проводимых за тралами кораблей и судов, поскольку их было всего шесть, этот маневр не повлек нежелательных последствий, а вот у четырех из шести ТТЩ взрывами мин и МЗ были выведены из строя все тралы.
При движении по колену ФВК № 10 ТБ-з КОН-2 был обстрелян полевой артиллерией противника с п-ова Виймси. Снаряды ложились с большим недолетом.
В 19.50 КЛ «Москва» вместе с ЛД и ЭМ из состава ОПР приняла участие в отражении атаки пяти немецких ТКА на конвой и ОПР (двумя выстрелами из 100-мм орудий).
В 15.20 пошел на восток КОН-3 (командир КОН — командир Отряда транспортов особого назначения капитан 2 ранга А.Ф.Янсон). К этому времени к нему присоединились прибывшие из Палдиски ТР «Балхаш», «Кумари» и КАТЩ № 1110. В состав КОН-3 вошел не указанный в «Плановой таблице перехода» ТР «Скрунда», а уже после выхода из Таллинского залива в его кильватерную колонну концевым вступил ТР «Эверита», задержавшийся с выходом из гавани о. Найссаар и не сумевший догнать свой КОН-2. Сведения о времени выхода ПМШ «Атта» не найдены. К КОН-3 вместе с ТР «Эверита» присоединились сопровождавшие его от о. Найссаар СКР «Снег», «Буря» и «Циклон» из состава АР.
Не установлено время выхода из Таллинского залива катеров БК-1 и БК-2 с личным составом штаба, политотдела и береговой базы ОВР ГБ, но известно, что в 23.55 28.08 они прибыли в Сууркюлян-лахти на о. Гогланд.
Нет сведений и о том, когда и с какими формированиями выходили из Таллинского залива другие корабли и суда, не включенные плановыми таблицами перехода ни в ОБК, ни в КОН.



Командир 2 брпл КБФ А.Е.Орёл

В 15.52 начали движение ГС (ФКП флота и флаг командующего КБФ на КРЛ «Киров»). Во время движения по коленам ФВК № 14 ТБ-в, № 20 ТМ-а и № 10 ТБ-з между 16.00 и 18.00 был изменен походный порядок ГС: сначала отстало ПС «Пиккер», выполнявшее приказание командующего КБФ о спасении людей со шлюпок, все еще выходивших из Таллина после ухода с рейда всех кораблей, кроме АР. Затем в ордер ГС концевой ПЛ вступила Щ-405 (флаг командира 2-й брпл), которая почему-то не была указана в «Боевом приказе на переход КБФ» (по другим данным Щ-405 присоединилась к ОПР, но, возможно, эти данные относятся к 29.08). Наконец, ЭМ «Яков Свердлов», у которого была неисправна правая машина, командир ГС поменял местами с ЭМ «Сметливый», переведя первый с позиции на КУ=0° в Д=5 кбт в позицию на КУ=60° л/б в Д=5 кбт относительно КРЛ «Киров». Приказание командира ГС на перемену позиций носило иезуитский характер. Командир ЭМ «Яков Свердлов» приводит в своем рапорте на имя наркома ВМФ полное его содержание: «Стать в охранение крейсера на дистанции 5 кабельтовых, КУ=60 левого борта, одновременно быть в протраленной полосе» [док. № 735]. В таком же положении находился и ЭМ «Гордый», шедший справа от КРЛ «Киров». Выполняя это приказание, эсминцы шли вне протраленной полосы — в 2,6 каб за ее кромками.

В помощь вдумчивому читателю. Приложения к книге Р.А.Зубков «Таллинский прорыв Краснознаменного Балтийского флота (август - сентябрь 1941 г.)»

Продолжение следует


Главное за неделю