Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    62,67% (47)
Жилищная субсидия
    18,67% (14)
Военная ипотека
    18,67% (14)

Поиск на сайте

АДМИРАЛ РУССКОГО ФЛОТА ГЕННАДИЙ ИВАНОВИЧ НЕВЕЛЬСКОЙ. К 200-летию со дня рождения. Н.А.Верюжский. Часть 8.

АДМИРАЛ РУССКОГО ФЛОТА ГЕННАДИЙ ИВАНОВИЧ НЕВЕЛЬСКОЙ. К 200-летию со дня рождения. Н.А.Верюжский. Часть 8.

В управлении нового генерал-губернатора оказалась территория по площади большая многим вместе взятым европейским государствам. Территория малонаселённая, с суровой природой, отдалённая от всякого цивилизованного мира, малоизученная, а подчас и совсем неизвестная страна каторжных поселений, бесчисленных тюремных зон, диких нравов местной администрации, с плохими дорогами и не налаженными сухопутными и речными путями сообщения. К этому добавлялись преступность и полнейшая неясность положения русско-китайской границы на местности.
Нелёгкие вопросы сразу же встали перед молодым, умным, энергичным, решительным, волевым, предприимчивым и изобретательным генерал-губернатором.
Без всякого сомнения, Н. Н. Муравьев правильно рассуждал, чтобы начинать действовать в таких условиях нужно не только изучить, но и детально знать обстановку на всей сухопутной территории Сибири и Дальнего Востока и, прежде всего, на обширном морском пространстве омывающем Дальневосточные земли, что в конечном итоге должно неизбежно привести к согласованию и окончательному установлению границ с Китаем и Японией. Так, в конечном итоге, и получилось.
В лице Г.И.Невельского генерал-губернатор Сибири и Дальнего Востока увидел того человека, на которого можно положиться в решении главной стратегической задачи. В дальнейшем Н. Н. Муравьев стал активно поддерживать и защищать Г.И.Невельского от нападок и административных запретов в проведении исследований в Приамурье и Приморье.
Время строительства транспортного судна «Байкал» подходило к завершению, и для Г.И.Невельского важно было не упустить время нужного для проведения исследования Амурского залива после сдачи груза в Петропавловске.
Г.И.Невельской в очередной раз обратился к Светлейшему князю А.С.Меншикову с лично разработанным проектом инструкции для своих практических действий. В этом проекте Г.И.Невельской конкретно указал о необходимости произвести описание юго-западного побережья Охотского моря и устья Амура, а также северо-восточный берег Сахалина до 52° северной широты.
Однако А.С.Меншиков текст изменил, написав в инструкции весьма расплывчато и неопределенно, что Г.И.Невельскому разрешается "…осмотреть юго-западный берег Охотского моря между теми местами, которые были определены или усмотрены прежними мореплавателями", при этом пригрозив «возможными строгими наказаниями в случае ослушания или неблагополучия с судном».
Но где та грань, что разрешалось и что запрещалось?



Современная карта Охотского моря и прилегающих территорий

И, тем не менее, энергичный, целеустремлённый и инициативный Г.И.Невельской в этой витиеватой и расплывчатой фразе увидел для себя благоприятную лазейку. Во-первых, для отыскания удобного места для нового порта взамен Охотска при описании юго-западной части Охотского моря в Удской губе, Тугурской губе, заливе Академии и Сахалинском заливе он, если потребуется, всегда официально мог доказать, что был занесён в Амурский залив течениями и нередкими здесь свежими ветрами. Во-вторых, в замечании о недостатке времени и средств усмотрел для себя выход, чтобы уложиться в лимит выделенных средств и предусмотренный период времени, надо было выиграть время, добиться скорейшего выхода в плавание, как можно быстрее совершить переход на Камчатку, сдать груз в Петропавловске и иметь несколько летних месяцев для проведения исследований.
Желая заручиться поддержкой генерал-губернатора Н. Н. Муравьёва, Г.И.Невельской направил тому в Иркутск письмо с конкретным изложением своего плана, сопровождая его проектом инструкции, которую просит просмотреть, и, поддержав ее, переслать обратно в Петербург для рассмотрения и утверждения Императором. Понимая, что без утверждения инструкции, в которой бы прямо говорилось о необходимости описи Амурского лимана и Амура, он в случае неудачи рискует очень многим.
Конкретный план Невельского предусматривал начать плавание в августе 1848 года, пересечь Атлантический океан, обойти мыс Горн, преодолеть Тихий океан и в первых числах мая 1849 года быть в Петропавловске. Для сдачи груза и текущего ремонта судна после труднейшего многомесячного плавания Невельской предусматривал не более двух-трёх недель. Геннадий Иванович писал: «Следовательно, я буду иметь впереди всё лето 1849 года, то есть июнь, июль и август месяцы. Это время могло бы быть употреблено с величайшею пользою, а именно — на осмотр и опись юго-восточных берегов Охотского моря, начиная от Тугурской губы и далее к востоку до лимана реки Амур, на исследование и опись самих устьев этой реки и пространства между островом Сахалин и матерым берегом Азии».



Справка. В поисках удобного порта на Охотском море капитан-лейтенант Василий Алексеевич Поплонский, совершивший плавание для этой цели на бриге «Константин», обследовал Тугурский залив и рекомендовал создать порт здесь в Константиновской гавани. Для окончательного решения требовались более подробные исследования и описание побережья.

В своём послании Г.И.Невельской убедительно объяснял Н. Н. Муравьеву, что он "великолепно понимает значение познания этой страны для России и употребит все свои силы и способности, чтобы представить добросовестную картину мест, доселе закрытых мраком".
На основании полученного от Г.И.Невельского письма и проекта инструкции, требующей высочайшего утверждения, генерал-губернатор Н.Н.Муравьёв в своём послании уже официально уведомлял начальника Главного Морского штаба адмирала А. С.Меншикова о том, что в начале августа 1848 года отправляется из Кронштадта на Камчатку военный транспорт «Байкал», и что судно при благополучных условиях может прибыть на Камчатку в мае будущего 1849 года. Далее Н.Н.Муравьёв отмечал: «Я приемлю смелость покорнейше просить Вашу Светлость разрешить мне по сдаче этим транспортом всего груза в Петропавловском порте, употребить его со всем экипажем для описания берегов по моему усмотрению, и инструкции, которая в таком случае будет мною выслана к командиру транспорта в Петропавловский порт».
Это письмо было получено в Петербурге в начале июля, когда подготовка к выходу «Байкала» в море была в полном разгаре. Строители сдержали слово и 10 июля спустили транспорт на воду, а 20 июля «Байкал» уже красовался на Кронштадском рейде, где должно было произойти окончательное экипирование транспорта и экипажа к походу и официальный смотр готовности. Парусный военно-морской транспорт «Байкал» к средине августа 1848 года был полностью подготовлен к плаванию.



Модель транспорта «Байкал» в краеведческом музее им. Г.И.Невельского г. Солигалича

Для Невельского наступила ответственейшая пора. Незадолго до отплытия Г.И.Невельской получил от Н.Н.Муравьева последнее указание о том, что более подробную инструкцию тот получит на Дальнем Востоке от Н.Н.Муравьева, который также передаст ему и подлинник главного документа, утверждённого императором.
Мало того, что Г.И. Невельской уходил в плавание без утверждённой инструкции, так ещё по ряду важных организационных причин одновременные действия отряда А.П.Баласогло по Амуру и Невельского на «Байкале» со стороны Охотского моря к Амуру и Сахалину с тем, чтобы встретившись там, оба отряда речной и морской могли совместно завершить начатые работы, оказались невозможными.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

«Разжаловать в матросы!»


«Бывает всё – и взлёты и утраты.
И провожать случалось и встречать.
Придёт и к нам, наступит час расплаты,
Когда сполна придётся отвечать.
Орёл упрямо над добычей вьётся –
И жертву, вряд ли, сможет кто спасти.
Нам не всегда, что хочется, даётся.
Зато всегда есть цель – к чему идти»...

«Судный час». Татьяна Гусева.



П.Ф.Северов «Подвиг Невельского». - Морские были. Киев, 1956.

Наступил такой момент и для Геннадия Ивановича Невельского. Вторник 21 августа (2 сентября) 1848 года выдался пасмурный, дождливый, ветреный. На причале немногочисленные провожающие. Отслужили молебен. Оркестр исполнил «Боже, царя храни». С малого Кронштадского рейда парусный транспорт «Байкал» отправился в далёкий и неизведанный путь. Экипаж судна, кроме лично капитана Г.И.Невельского, не только не знал, но и не предполагал, какие грандиозные задачи им назначено выполнить, с какими трудностями им предстоит встретиться и преодолеть их.
Неимоверно храбрый, искренний и честный тридцатипятилетний капитан-лейтенант флота Российского Г.И.Невельской добровольно выбрал свой тяжкий жребий, чтобы, образно говоря, укротить дикого хищника и не угодить в пасть Чёрному Дракону. Знал ли он тогда, что название реки Амур по-китайски звучит Хэйлунцзян, и в переводе означает «Река Чёрного Дракона»? Река со сложной гидрологией, непокорная, своенравная, беспредельно разливающаяся в период летних сезонных дождей.
Но не только непредсказуемость и опасность «Чёрного дракона» подстерегала Геннадия Ивановича. Ещё труднее, оказалось, преодолеть бездумное и дикое сопротивление некоторых царских сатрапов, прежде всего государственного канцлера управляющего министерства иностранных дел графа Карла Васильевича Нессельроде, а также его приближённого Льва Григорьевича Сенявина, действительного тайного советника, члена Сибирского комитета Министерства иностранных дел, между прочим, прямого родственника адмирала Дмитрия Николаевича Сенявина; назовём ещё в их числе Директора Российско-Американской компании в Петербурге адмирала Ф.П.Врангеля и, как оказалось, ещё многих других. И, в конце концов, дойти до самого императора Николая I.



Граф Карл Васильевич Нессельроде (1780-1862)

Но такое преодоление ещё ожидало Г.И.Невельского впереди.
А пока. Помните у Александра Сергеевича: «Ветер по морю гуляет и кораблик подгоняет. Он бежит себе в волнах на раздутых парусах!».
Начиная с 1803-1806 годов, когда первое кругосветное плавание на шлюпах «Надежда» и «Нева» совершили И.Ф.Крузенштерн и Ю.Ф.Лисянский, русские мореплаватели в последующие годы уже более сорока лет регулярно бороздили дальние трансокеанские просторы, что значительно превышало количество подобных экспедиций англичан и французов вместе взятых. А некоторые русские мореплаватели совершили подобные опасные кругосветные плавания на парусниках дважды и трижды. И это, можно считать, стало обычной хорошей флотской традицией. В большинстве своём такие плавания для надёжности и подстраховки совершались в составе двух кораблей.
На этот раз Г.И.Невельской, не имеющий личного опыта длительных океанских плаваний, а в экипаже его помощниками были молодые, но лихие и смелые морские лейтенанты, уходил в море один, да ещё на паруснике, который с большим приближением можно было считать предназначенным для таких долгих океанских путешествий. В лучшем случае «Байкал» подходил для прибрежного каботажного плавания. Движителем для судна служил только ветер. Самое что ни на есть примитивное навигационное обеспечение: магнитный компас для контроля пути; вертушечный лаг, для контроля пройденного расстояния; малоубедительные по надёжности навигационные карты и другие пособия. Хронометры – для контроля точного времени. Средства наблюдения – подзорная труба. Средства связи – почтовая переписка из мест временных стоянок. Счисление пройденного пути судном в открытом море контролировалось методом астрономических определений, точность которых в те времена можно считать весьма приблизительной. Какое-либо артиллерийское вооружение на борту «Байкала» полностью отсутствовало. Какой же это военный транспорт?
Представьте себе двухмачтовое парусное судно водоизмещением около 200 тонн, длина которого чуть менее 30-ти метров, ширина около 7,5 метров и осадка до 4-х метров. Скорость хода при благоприятном ветре 2,5 узла. Рыбацкая шаланда и не больше того. Однако на рисунке Евгения Войшвилло парусный транспорт «Байкал» выглядит внушительно.



Шхуна «Нахимовец». Рига. 1948 год. Фото из архива нахимовца Артура Кондакова.

Для сравнения не могу не сказать, что ровно через сто лет относительно описываемых событий Рижскому Нахимовскому военно-морскому училищу было выделено трёхмачтовое УПС (учебно-парусное судно) – шхуна «Нахимовец» (в разное время называлось «Амбра» и «Лавена») также финской постройки, на котором нам, нахимовцам, довелось проходить ежегодную морскую практику. Так вот, наша шхуна «Нахимовец» по всем параметрам в три раза превосходила легендарный «Байкал». Таким образом, вольно или невольно, но можно представить какой это был парусник «Байкал», на котором Г.И.Невельской уходил в плавание к своей немеркнущей славе.

Одно только то, что Г.И.Невельской в целости и сохранности добрался от Кронштадта до Петропавловска на Камчатке, преодолев за восемь месяцев и 23 дня расстояние более 20000 морских миль, уже достойно невероятного уважения.
Надо при этом заметить, что командир «Байкала» так торопился завершить своё плавание, которое было далеко не лёгким, что чуть было, не обогнал самого Василия Михайловича Головнина, английского и японского пленника, которому во втором кругосветном плавании в 1817 году на шлюпе «Камчатка» удалось пройти этот долгий путь за восемь месяцев и восемь дней. При этом надо иметь в виду, что скорость трёхмачтового шлюпа «Камчатка» превосходила скорость «Байкала» почти в два раза и составляла 4,6 узла.



Шлюп «Камчатка»



Николай Верюжский

Продолжение следует


Главное за неделю