Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

"Доктор занимательных наук" и другие преподаватели, удивительные, умные, добрые.

"Доктор занимательных наук" и другие преподаватели, удивительные, умные, добрые.

... зараженный бациллой «перельманита», написал превосходную книгу «Занимательное мироведение», обратившую на себя внимание К.Э. Циолковского.
«Как это Вам только удалось превратить шесть «нулей» в «тройку»?
Ответ Фреда был ошеломляющим... «А я поставил оценку не за знания, а за стремление их иметь...»

Прянишников Василий Иосифович.

(1951, 1953)

Как и Сергей Васильевич Полуботко, Василий Иосифович сначала, уже будучи профессором, подполковником, начальником цикла, преподавал астрономию в Ленинградском военно-морском подготовительном училище, а после его расформирования перешел в Нахимовское училище. Читал он увлекательно, уже тогда знаменитый популяризатор этой науки, почетный член Географического общества. Это он вместе с не менее знаменитым Я. И. Перельманом создал «Дом Занимательной науки» на Фонтанке, который любили посещать школьники до войны. Он мастерски раскрывал сначала курсантам, затем нахимовцам тайны вселенной, возбуждая интерес к изучению мореходной астрономии.

Характеристику, данную подготом (выпускником подготовительного училища) Ю.М. Клубковым, дополняет нахимовец Сафронов В.В.: "В юности – вратарь хоккейной команды России, друг популяризатора науки Перельмана".

АномалиЯ.

"В прошлом номере «Аномалии» мы рассказали об удивительной связи поколений: подростком, Олег Мухин в конце 1950-х случайно встретился с будущим популяризатором астрономии и космических исследований Василием Иосифовичем Прянишниковым, через 15 лет – новая встреча, и тут Олег Петрович узнаёт, что именно благодаря Прянишникову в своё время из Одессы в Петербург перебрался будущий выдающийся конструктор ракетных двигателей Валентин Петрович Глушко.
Эта встреча была предопределена…
- С Василием Иосифовичем Прянишниковым Валентин Петрович Глушко познакомился в 1924 году, – продолжает Олег Петрович свой рассказ. - Надо сказать, что Прянишников* был огромным энтузиастом и великим человеком…
В то время было знаменито Русское Общество Любителей Мироведения (РОЛМ)**. Среди создателей этого общества был известный народоволец Николай Александрович Морозов***, который пришёл туда в 1909 году после выхода из заключения в Шлиссельбургской крепости (он отсидел там более 20 лет за свою революционную деятельность).
В это же Общество Любителей Мироведения входил и Василий Иосифович Прянишников.
Прянишников ездил по всей стране, читал лекции по астрономии. 1924 год был особенный - год великого противостояния Марса! Весь мир говорил о Марсе, о марсианах, очень популярен стал роман Герберта Уэллса «Война миров», где марсиане высаживаются на Землю. Поэтому разговоров и поездок было очень много.
И вот с такими лекциями Прянишников однажды приезжает в Одессу…



После одной из лекций в Одессе к Прянишникову подошёл молодой человек и представился: «Валентин Глушко. Я прошу помочь мне перевестись в Ленинградский университет, потому как считаю, что Ленинградский университет – это самая высокая научная база». Глушко рассказал, что он, как и Прянишников, вёл переписку с Циолковским, показал Василию Иосифовичу книжки с автографами и письма от Циолковского. Прянишников выслушал студента и сказал, что попробует помочь.
Василий Иосифович по прибытии в Ленинград пришёл к Морозову и сказал, что встретил молодого интересного парня, который просит помочь ему перевестись в Ленинград учиться. Морозов сказал: «Давай попробуем. Возьмём его на время. Покажет себя хорошо – оставим, не покажет – отошлём назад». Таким образом, Глушко оказался в Питере и с 1924 года начал здесь учиться. Жил он прямо в обсерватории Русского Общества Любителей Мироведения, которая находилась на улице Союза Печатников в доме 25А на последнем этаже.
- Надо же, «совпадение»! Наша редакция буквально в ста метрах от этого здания!
- Вот видите, всё не случайно… Жизнь уникальна сама по себе. В 1980-е мой друг и школьный товарищ переезжает не просто на улицу Союза Печатников, но в дом 25 (его семье дают там квартиру). И я хожу к нему в гости! Представляете?! Рядом! Общества Мироведения к тому времени уже не было, но всё же - какое совпадение!
Но вернёмся к Глушко…
Он учится в Ленинграде, они с Прянишниковым поддерживают отношения. Но вдруг эти отношения обрываются…
В 1929 году Глушко поступает работать в Газодинамическую лабораторию, организацию военную, секретную, которая тогда находилась в Физико-техническом институте им. Иоффе. Там он начал создавать свой электрический ракетный двигатель, благодаря которому его и приняли в лабораторию. А с 1932 года мастерские находились здесь, в Петропавловской крепости, где сейчас музей Космонавтики и ракетной техники имени В.П. Глушко.
Здесь строили и испытывали ракетные двигатели.
Именно из-за секретности своей работы Глушко «пропал» исчез из поля зрения Прянишникова.
33 года спустя…
Шли годы. Олег Петрович Мухин, мой собеседник, тесно сотрудничал с Василием Иосифовичем Прянишниковым. Наука космонавтика развивалась, рождались новые дерзновенные идеи и воплощались в жизнь.
Прянишников много рассказывал о своей жизни Олегу Петровичу, эти рассказы дают возможность понять многие тонкости того времени. Например…
- В 1962 году вдруг раздаётся у Василия Иосифовича звонок, – говорит Мухин. – Мужской голос: «Василий Иосифович Прянишников? – Да, Прянишников. – Завтра будьте в 7 часов вечера дома. – А что? – К Вам приедут. – Кто? – Увидите».
Представьте себе на секунду, как длились часы ожидания…
На следующий день раздаётся звонок, дверь открывается, на пороге стоит Валентин Петрович Глушко. Через 33 года. После этого возобновляется переписка, но… односторонняя. Глушко присылает на каждый праздник Прянишникову поздравления, открытки.
- Олег Петрович, а Вам как удалось познакомиться с Валентином Петровичем Глушко? Вы ведь до конца его жизни оставались коллегами, соратниками!
- О… Это следующая история. Помните – Прянишников вёл переписку с Циолковским… Хотя и не встречался с ним лично. И вот в 1978 году нас приглашают в Калугу на чтения Циолковского. И мы с Василием Иосифовичем, на тот момент ему было 87 лет, едем на эти чтения…
Советский конструктор ракетных двигателей Валентин Петрович Глушко (1908-1989), столетие со дня рождения которого мы отмечали в этом году, наверное, думал о том, что жизнь есть на Марсе, на Венере и других планетах. Немало этому способствовали встречи и беседы с интереснейшими людьми - Василием Иосифовичем Прянишниковым и Николем Александровичем Морозовым. Об удивительных пересечениях этих судеб, а также о делах Русского Общества Любителей Мироведения, куда все трое входили, мы рассказали в предыдущих номерах. А помог нам раскрыть точки их соприкосновения Олег Петрович Мухин – вице-президент Федерации Космонавтики России и Первый вице-президент Северо-Западной Межрегиональной Общественной Организации (СЗМОО) Федерации Космонавтики России. Он был лично знаком и с В.И. Прянишниковым и с В.П. Глушко.
Сегодня, наконец о судьбоносной встрече с Конструктором.
Вот как бывает
Мы пришли к Олегу Петровичу с просьбой рассказать о его встречах с Валентином Глушко и в ответ услышали длинную предысторию, без которой не было бы их встречи. И наконец – самое главное.
- Я рассказывал о том, что Прянишников вёл переписку с Циолковским… хотя и не встречался с ним лично. Ещё о том, что мы часто встречались с Василием Иосифовичем по работе, по общему делу.
Однажды, в 1978 году, нас приглашают в Калугу на Циолковские чтения. И мы с Василием Иосифовичем едем. Надо сказать, что на тот момент ему было 87 лет..
- А Вам?
- А мне… дайте посчитать – 34.
В Калуге, на чтениях, встречаем много интересных людей, среди них Лидию Михайловну Александрову. Она тогда курировала Музей космонавтики и ракетной техники в Петропавловской крепости. При разговоре Василий Иосифович выразил ей своё желание, встретиться с Глушко, и она дала ему его домашний телефон в Москве.
Итак, мы в субботу уезжаем из Калуги и приезжаем в Москву, на Киевский вокзал. И прямо с вокзала, по просьбе Василия Иосифовича, я набираю номер телефона, который нам дали. Надо сказать, я волновался, потому что очень хотел, чтобы встреча состоялась – это был и мой шанс познакомиться! Слышу голос самого Глушко и говорю: «Валентин Петрович, мы здесь, в Москве, на вокзале, с Василием Иосифовичем Прянишниковым, он очень хочет Вас видеть». Он говорит: «Передайте ему трубку». Я передаю трубку Прянишникову: «Валентин Петрович, я хотел бы Вас очень увидеть». Глушко отвечает: «Хорошо, приезжайте, передайте трубку Вашему молодому сопровождающему». Прянишников передаёт мне трубку и Глушко рассказывает, куда и как нам ехать.
Приехали, а это был знаменитый дом на набережной, поднялись на последний этаж… Дверь открыл сам Глушко.
Здесь нужно уточнить: В 1933 году Газодинамическая лаборатория, в которой с 1929 года работал Глушко, вливается во вновь созданный Ракетный научно-исследовательский институт (РНИИ), созданный по инициативе маршала А.Н. Тухачевского, и переводится из Ленинграда в Москву.
С этого времени Глушко живёт и работает в Москве, в Химках, в КБ «Энергомаш» (сейчас: НПО «Энергомаш» имени академика В.П. Глушко).
Это известный факт, потому что после полёта Гагарина в Космос, уже было сложно что-либо скрывать… Ещё не называли вплотную имён, но после смерти С.П. Королёва в 1966 году, рассекретили многие фамилии.
Итак, мы приехали к Глушко домой, достаточно долго там пробыли, всё говорили и говорили. В частности, Прянишников возил с собой на чтения в Калугу книжки с автографами Циолковского, на что Глушко сказал, что у него точно такие же были, только когда его в 37-м году забрали и посадили, книжки пропали..."

Доктор занимательных наук.

"Видным популяризатором космогонии и географии был ленинградский астроном, друг Перельмана – Василий Иосифович Прянишников (1890...1980 гг.), преподаватель Высшего военно-морского училища им. М.В. Фрунзе. Он прочитал более 20 тысяч (!) популярных лекций и, также зараженный бациллой «перельманита», написал превосходную книгу «Занимательное мироведение», обратившую на себя внимание К.Э. Циолковского. Константин Эдуардович писал ее автору 22 сентября 1932 года: «Дорогой проф., лектор и русский Фламмарион! Никогда не забуду Ваших услуг по распространению идей звездоплавания и металлического дирижабля. Очень прошу Вас также передать благодарность составу Военно-морского училища за их восхитившее меня поздравление. Всегда Ваш К. Циолковский»*."
* Из личного архива В.И. Прянишникова. – Публикуется впервые.

Перу Василия Иосифовича принадлежат книги: "Занимательное мироведение" (1935), "Занимательная беседа о винтовке" (1945), "Занимательная астрономия в школе" (1970) и др.

О следующих двух преподавателях математики известно совсем немного, но..., как говорится, "еще не вечер". Нельзя ведь исключать, найдутся пытливые и благодарные потомки.

Рахимов Ш.М.
Рыжов. Б.Е.


Сосина Хая Бенциановна, преподаватель химии.

(1953, 1958)

Сотула Дмитрий Наумович.

О Дмитрии Наумовиче известно, что, как и Полуботко, Прянишников, в звании капитана преподавал физику, был начальником учебного цикла в Ленинградском военно-морском подготовительном училище, а после его расформирования перешел в Нахимовское училище. В начале 1950-х годов он уже майор.

Фрадкин Марк Семенович.

Самый, на наш взгляд, удивительный факт биографии, раскрывающий важнейшую грань характера Марка Семеновича сообщил выпускник Нахимовского училища 1970 года Олег Константинович Мешков в прекрасной, ни на что не похожей книге воспоминаний "Верноподданный".

"Вступительные экзамены... Последний — по английскому... Пересказать текст... Хорошо, что не надо было переводить на русский... Тупо смотрю на плавающие строчки... Ни черта не понятно... Тягостное чувство охватывает меня: тупица! Отчаявшись понять что - либо, я просто выучиваю текст наизусть.» А дальше тарабарю его экзаменаторам. Ибо, ничем иным, кроме тарабарщины, нельзя назвать то, что я «пересказывал»! Например, слово «дочь», которое в английской транскрипции звучит как «дота», у меня звучало - «даугтхер», союз «который» («вич») у меня превратился в «вхисх» и так далее...
Когда я закончил, один из экзаменаторов, выйдя из состояния шока, тихо спросил: «А с конца в начало сможешь пересказать?» Смог, да ещё как! Быстрее, увереннее, смелее. Короче, поставили мне « удовлетворительно»... За удивительную способность (как потом оказалось!) визуального запоминания слов, фраз и целых абзацев иностранного текста... Ни черта не понимая при этом.
А потом на три года попал я в руки ...Железного Фреда... Это - мой Учитель английского языка... «Домоклов меч», который висел надо мной целый год непроходящим кошмаром и страхом отчисления... Вот только один фрагмент...
Конец первой четверти... В разделе «английский язык» классного журнала против моей фамилии в качестве текущей оценки стояло шесть «нулей»... Понятно Вам?
Не «колов», не «двоек», а «нулей»! Фред мне так прямо и говорил: «Вы - ноль!»... В течение всей первой четверти... Много, много раз... А правило на первом курсе тогда было такое: хоть одна итоговая двойка в первой четверти по любому предмету и отчисление 100%! Если, конечно, ты не имеешь надежного покровителя. А поскольку я был из рабоче- крестьянского сословия, то стал я морально готовиться к печальному, но неизбежному финалу.
Кабинет командира роты... Я, мой «классный папа» (офицер-воспитатель), известный уже читателю старшина роты... (словом, совет в Филях...)
... «Вы знаете, что у Вас «двойка» по английскому?»
... «А Вы знаете о том, что...»
Да, да, да! Знаю... На сердце - тяжесть ...Прощай, море... Да и как возвращаться обратно? В город? В школу? Домой?
И вот тут-то происходит невероятное!!! В дверь стремительно влетает Фред... И к командиру роты...
- « А кто сказал, что у него двойка по моему предмету? Ничего подобного! Удовлетворительно...»
Но нашего ротного за глотку не очень - то возьмёшь... Он ехидно ухмыляется:
«Как это Вам только удалось превратить шесть «нулей» в «тройку»?
Ответ Фреда был ошеломляющим... «А я поставил оценку не за знания, а за стремление их иметь...»
Поясняю… В течение двух лет это стремление выражалось тем, что я каждый день, кроме воскресенья, вставал в 4.00 утра и до подъема в 7.00 учил ненавистный мне английский!
Выучил-таки… Получил диплом военного переводчика… Поэтому Шестым уроком стал для меня девиз Фреда: мы можем, мы должны, мы будем!
We can! We must! We shall!"

(1953, 1961, 1970)

Лейтенант Фрадкин Марк Шлемович начал преподавательскую деятельность в Ленинградском Нахимовском училище в 1951 года, в октябре 1955 года демобилизовался и продолжал творить добрые дела уже в качестве гражданского преподавателя.

Небольшого роста, всегда кипящий энергией, полный планов, готовый задать вопрос по-английски, готовый выслушать, помочь.

В.К.Грабарь."Пароль семнадцать".

"И, если речь зашла об английском языке, то надо сказать, что именно в последних классах эти занятия были наиболее интенсивны.
Мы давно уже перешли под опеку преподавателей мужчин. Они были разные: энергичный М.С. Фрадкин, вальяжный В.В. Певцов. На первых занятиях они нам очень не понравились, т.к. заставлял работать всех в течение всего урока. Марк Семенович в порыве своего пафоса брызгал слюной и выпалил свою знаменитую фразу: «You must work like a horse!» – Вы должны работать, как лошади. И вскоре мы поняли, что это не пустой лозунг. Они и сами так работали на уроках, и оба продемонстрировали нам типично мужской способ преподавания. Обычное школьное правило: если тебя вызвали сегодня, то в следующий раз точно не вызовут, у них не работал. Потом мы втянулись в такой режим, воспринимали его как должное, и до настоящего времени благодарны им за то, что знание языка оказались довольно прочными.
Каждый их урок был захватывающим спектаклем. Певцов говорил, что счастлив тот, кому преподавал Марк Фрадкин. Но и сам он был отличным преподавателем с очень широким кругозором и интересами. Урок у него начинался с обсуждения новостей. Казалось, он знал все, что происходило вокруг. Критикуя наше плохое произношение, он передразнивал нас фразой: Theoretical material we know very well. But practical material is difficult for us, причем произносил ее с нижегородским акцентом: «Тиаретикал матирьял ви ноу вери вел, бат практикал матирьял из дификалт фор аз».
Атмосфера на уроках была по-настоящему творческой. Класса с седьмого-восьмого мы готовили политинформации на английском. Для этой цели использовались: сначала «Moscow News», а затем «Morninig Star» и «Dayly Worker», эти газеты тогда продавались в единственном киоске на улице Бродского (Михайловская). Но Валентин Васильевич, дав задание для самостоятельной работы, садился за свой преподавательский стол и разворачивал – итальянскую газету. Любопытным он попутно разъяснял, насколько языки похожи. И это тоже было ценным.
Позднее они нам преподавали на английском один из предметов: историю или географию."

Из написанных Марком Шлемовичем учебных пособий одно, судя по коммерческим предложениям, размещенным в интернете, востребовано и ныне. Это - "Двусторонний перевод". Пособие по англ. яз. для ин-тов и фак. иностр. яз. - М., Высшая школа, 1964.

Хмелевский Адольф Антонович.

(1953)

Преподаватель, руководитель цикла военно-морской подготовки, капитан 3 ранга. Он сидит рядом с Сергеем Александровичем Муравьевым на ранее опубликованной фотографии.

Широков Леонид Григорьевич.

(1951, 1961, 1970).

Начал Леонид Григорьевич лейтенантом в 1949 году, а закончил подполковником, руководителем цикла физики.

Слово Виктору Абрамовичу Богдановичу, сыну контр-адмирала Богдановича, которого моряки в годы Великой Отечественной войны называли "Абрам Невский", он "был самым большим морским начальником в блокированном Ленинграде — начальником охраны водного района Невы. В Нарвском заливе немцы «засеяли» минные поля, обозначая для себя проходы вехами. Богданович разгадал их систему и... переставлял вехи. Немцы, двигаясь, как им казалось, безопасным фарватером, натыкались на свои же мины. Только за один раз три новеньких эсминца нашли себе здесь могилу. А сколько было таких «разов»?" (Мигдаль - Кому улыбаются звезды?) Но о Богдановичах, сыне и отце, позже и отдельно, а сейчас о Широкове вспоминает в 2001 году сын, выпускник 1951 года, и его однокашник.

"К выпускным экзаменам я подошел с одними пятерками. По плану у меня были экзамены на аттестат зрелости и спартакиада. Затем зачисление в высшее училище. На первом же экзамене по литературе произошел сбой. Мне досталась биография, если память не изменяет, Белинского. Биографию я знал, но вот с городом я перепутал. Я перепутал Кимры с Пензой, или что-то в этом роде. Но другие вопросы литературные я отвечал настолько прекрасно, что сомнений в отличной оценке у комиссии не было. Только Л.А.Соловьева заметила мою неточность. Сразу же после экзаменов она спросила, подтвердила: «Вы опять не читали биографию?». На что я честно ответил, что забыл имя этого города. «По литературе можешь получить четыре»:- сказала она со своим обычным «хи-хи, ха-ха». По сочинению я получил: пять по русскому, ни одной ошибки и четыре – по литературе, в память о Кимрах. Все остальные экзамены без происшествий, кроме физики, где мне Широков предложил вообще не приходить на экзамен и отвечать, так как ставит мне пятерку без экзамена. Я был рад. Но вдруг на экзамен привели кого-то очень важного, меня вызвали прямо с баскетбола для ответа. Я ответил без подготовки, продемонстрировав какой-то опыт. Не потребовались ни ответ на второй вопрос ни решение задачи. С тем и уехал на спартакиаду. В голове Дзержинка, куда я мог поступить с медалью, которую я ожидал. Четыре по литературе давала возможность еще на две четверки для получения серебряной медали. Спартакиаду мы выиграли. Я пришел за медалью. Там мне вручили аттестат с двумя четверками по русскому языку и по физике. Так я получил первую серьезную оплеуху. Потом я получал их еще не раз. Но эта была первой. Надо сказать, что случившееся я тогда воспринимал совершенно по-мальчишески. Никаких моральных выводов не делал. Я думаю, что тогда я еще не дорос до этого. Я был в сущности в социальных представлениях настоящим ребенком. Позже, лет через пять, я встретился с Широковым. Он рассказал мне о значимом для меня учебном совете, на котором, несмотря на возражения некоторых, Соловьева переставила оценки с 5/4 на 4/5 – первая по русскому языку, а Широков добавил вместо пятерки четверку. Так я лишился любой медали и был зачислен, как большинство из нас, в Училище подводного плавания, но не надолго".



Занятия в кабинете физики. - Белый Аркадий, полковник. Бескозырка белая, в полоску воротник // Воин. 1996 № 9.

Сафронов Вячеслав Валерьянович.

"Мы все обязаны своей судьбой Нахимовскому училищу. О нем каждый из нас, наверное, может говорить бесконечно. Главное, за 6 – 7 лет учебы каждый определялся человеком.
Перед выпуском все писали рапорта с желаниями относительно дальнейшей учебы. Я написал – в училище имени Дзержинского, хотя и знал, что по желанию назначение гарантировано только медалистам. Учились к окончанию все мы неплохо и на медали реальных претендентов было много. Однако, получив на последнем экзамене тройку по английскому, я лишился всяких шансов и оказался в основном списке - в училище подводного плавания. Но о моем желании быть инженером в Нахимовском знали. Мне говорили, что преподаватели цикла Широков и Катков с поддержкой воспитателей рекомендовали меня в инженерное училище. Решение принимал начальник ВМУЗ.
В итоге я окончил кораблестроительный факультет Высшего Военно-Морского инженерного училища имени Дзержинского, в котором почти шесть лет провел за партой с Колей Шалоновым".

Прошло полтора - два десятка лет.

В.К.Грабарь."Пароль семнадцать".

"Экзамен по физике тоже отличался какими-то метафизическими совпадениями. Во втором взводе первым шел Слава Калашников и ему достался Билет № 1 (Первый и второй законы Ньютона и прочая простота). Услышав номер билета, Широков не поверил и попросил показать. А потом сказал что-то вроде: «Первый раз за свою практику такое вижу, чтоб первый сдающий вытащил первый билет». Экзамен состоялся 13 июня, и Задворнову достался билет № 13, но он получил отличную оценку".

Щемилинина А.И. Все, что известно сегодня о ней, сказано в воспоминаниях Ю.Г. Панферова "Жизнь нахимовца". К сожалению, немного.

Эльянов Давид Иосифович.

(1951, 1963)

Вехи биографии.

Эльянов Давид Иосифович. Бережно хранить и умножать революционные и боевые традиции Советского Военно-Морского Флота. Указатель рекоменд. литературы. - Л., 1952. 13 л.
Эльянов Давид Иосифович. Англо-русский и русско-английский словарь военно-морских команд. Сост. Д.И.Эльянов. Под ред. контр-адм. Н.Г. Морозовского. - М., Воениздат, 1960. 195 с.
Эльянов Давид Иосифович. Зарубежная военная хроника. (На англ. яз.) 7. - М., Воениздат, 1961. 120 с. с илл.
Эльянов Давид Иосифович. Учебник военно-морского перевода. Английский язык. Для Нахимовского училища. - М., Воениздат, 1964. 176 с.
Каверзные ударения : Рус.-англ. словарь омографов / Сост. Д.И. Эльянов. - Tenafly (NY): Эрмитаж, 1995. - 122 с.
Валентин Васильевич Певцов, будучи по обмену в США в 1990-е годы, не сумел встретиться с Эльяновым, Давид Иосифович не захотел. По его предположению, "предъявить свидетельства своих успехов не мог, потому и уклонился".

Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Начало. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 2. Война. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 3. Нахимовское. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 4. Нахимовское (окончание). Становление. На распутье. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 5. На распутье (окончание). От опера до руководителя подразделений органов МВД. В 25-м отделении милиции. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 6. В 25-м отделении милиции (окончание). В отделе Службы управления милиции Ленинграда. В Высшей школе МВД СССР. Работа в 1-м отделении Отдела службы. Ю. Панферов. Жизнь нахимовца. Часть 7. Работа в ОИУ и в штабе УВД. В дежурной части УВД и оперативном отделе УВД - ГУВД.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. К 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища.



Для поиска однокашников попробуйте воспользоваться сервисами сайта

nvmu.ru.

Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю