Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Люлин В.А. "Злачные места"

Люлин В.А. "Злачные места"

9. Злачные места


Без злачных мест – город не город.
Образцово – показательным и идейно выдержанным таким местом был «Пингвин». Для аборигенов. Это главно-центральный магазин, где постоянно обещали что-то «выбросить» и иногда что-то «давали». Город был закрыт для любых туристов, в том числе и для профсоюзно-отечественных. Командировочные посещали магазин только после семнадцати часов, когда в нем открывали сусеки и «выбрасывали» алкоголь на прилавки. Оказывается, аборигены, столь прониклись идеей догнать и перегнать Америку, что добровольно и единодушно отказались употреблять алкоголь во время трудовой вахты. Это решение запротоколировали, отпечатали, размножили и донесли до каждой торговой точки и почтового ящика горком и горисполком. Воля народа превыше всего! Задолго до открытия и во время его работы «Пингвин» осаждали толпы халявщиков, алчущих того, что «выбросят» или будут «давать». Военморов он не привлекал, поскольку и они были командированными.
Большим успехом и массовой посещаемостью пользовалось кафе «Беломорочка». Особенно, у командированных и местной инженерно-технической интеллигенции. Кафе было хлебосольным и гостеприимным с восьми утра. Там подавали свежайшие пирожные с чашечкой кофе. Для гурманов могли подать кофе с коньяком. Этой прорехой в городском законодательстве умело воспользовалась очаровательная «Беломорочка». Но не в наглую, а избирательно. Для завсегдатаев, прошедших испытательный срок. Сто порций кофе с коньяком, расфасованные отдельно - в стакан и чашечку, под пирожное, вызывали удовлетворение обеих сторон. Завсегдатай, мог что-то плеснуть на колосник своей души в любой период трудовой вахты. «Беломорочка» блистала показателями перевыполнения плана реализации суррогатного кофе. Каждому – свое. И все довольны.
Дивно-злачным местом был гастроном с партийно-поэтическим названием «Заря». Он торговал только изысканными продуктами, а поскольку «изыски» - всегда дефицитны, то приторговывал пивом и вином на разлив. Чисто для выполнения торгового плана. Бездефицитно. И только в посуду покупателя. Конвейерным способом: Подходи! Подставляй! Наливаю! Отваливай!...
Дешево и сердито, до убийственности. От чехов, социалистических и родных по славянской крови, поступало прекрасное пиво в бочонках из пищевого алюминия. Вкусное, крепкое, но малозабористое, по сравнению с вином. Алжирским. Под жизнеутверждающим названием «Солнцедар». На основе взаимопомощи (алжирцы вознамерились строить социализм, а мы взялись им помогать), мы им гнали танкерами нефть, а они нам - «Солнцедар». То ли танки хреново пропаривали после нефти, то ли вино у них было с оскалом капитализма, но это винцо было весьма забористо. Хряпнешь литруху на рубль, и… просыпаешься под забором. Как после солнечного удара.
Было еще одно злачное место. Ресторан в гостинице «Волна». Но в этот ресторан могли пробиться только командированные контрагенты и при наличии квитка проживания в гостинице. Вагон-ресторан, в который ломятся пассажиры поезда и все сразу. Военморам туда путь был заказан. Честь офицерского мундира оберегалась от тлетворного влияния гостиниц по всей стране и неукоснительно. Хочешь завалиться в койку - мотай в комендатуру. Там тебе выпишут цидулю в КЭЧевский приют с десятком кроватей в комнате и с одним сортиром и умывальником на этаж. Без изысков, и чтобы не расслаблялся.
Мы в гостинице и не нуждались. Поселились на плавбазе, установили теплые и дружественные взаимоотношения с ее постоянными жильцами, крысами и тараканами. Команда плавбазы восприняла нас, как и положено противолодочникам. Без особой заинтересованности к нам, но с большой любовью к тому, что и где у нас плохо лежит. Чистюли! Мигом всё прибирали и бесследно.
Изучив бегло все достопримечательности альма-матер, мы воткнулись в созидательный процесс оборудования системы аварийного расхолаживания реактора.
Реактор сконструировали для безаварийной работы, а он, сука, стал выпендриваться. Начал с «К-19», и не сулил спокойной жизни на других атомоходах. То на одном намекнет, то на другом. Устали все это прикрывать ладошками тайны, да и решили аварийно смандячить резервную систему расхолаживания аварийного реактора, которую должны были предусмотреть изначально. О гондоне мы вспоминаем не до того, а после того, как закапает с конца.

0
Данилов, Андрей
11.09.2009 12:17:03
RE: Люлин В.А. "Злачные места"
«Алжирское» было слабеньким, всего 6 градусов, и годилось только на глинтвейн, потому что кислятина сводила челюсти и не позволяла пить дальше.А в качестве винного сырья оно годилось для всего. Вот что пишут «Новая газета» и Википедия:

«Чернила», «огнетушитель», «клопомор», «средство от тараканов», «краску для заборов» — желающие и памятливые добавят определения сами. И сами себя утешали: «Силачом слыву недаром — похмеляюсь «Солнцедаром», «Скажи-ка, дядя, ведь недаром отцы травились «Солнцедаром». Нет, иллюзий по поводу качества не строили, наоборот, народ болтал, что «Солнцедар» везут из Алжира на обратном пути те же танкеры, в которых туда плыли нефть с мазутом. Врали, наверное. «Алжирское» вино продавали тогда в винных отделах само по себе, качества оно было среднего и символом времени не стало — так, винцо и не более. Во всяком случае, стихов о нем в отличие от «Солнцедара» не сочиняли. А этот породил целую волну фольклора — от частушек:
Пришла бабка на базар
И купила «Солнцедар».
Ладушки, ладушки!
Нету больше бабушки…
И все же миллионы, скорее всего, не знают, что крепленое красное вино «Солнцедар» на самом деле вовсе не «дар Солнца». Легендарное красненькое унаследовало имя бывшего курортного поселка на Тонком мысу близ Геленджика, который прославился рекордным для нашей страны количеством солнечных дней в году — аж целых 310! Окончание «дар» для тех мест не диво, хоть краевой центр вспомните — Екатеринодар по-дореволюционному, Краснодар потом. В 1962 году поселок растворился в Геленджике, оставив имя вину.

Знаменитые советские бормотухи
Типичная цена — 2 рубля 20 копеек. Стоимость пустой бутылки — 15 копеек. Иногда на бутылке писали просто «Вино», «Красное», «Вермут», «Плодово-ягодное». Но были и более конкретные названия [9] [18]:
• Портвейн 33
• Портвейн 777 («три топора»)
• Портвейн «Агдам»
• Розовое крепкое
• Солнцедар
• Янтарное десертное, Золотая осень
• Осенний сад
• Рубин («морилка»)
• Белое крепкое (08, «бомба»), Бiле міцне
• Портвейн розовый («мутнорозовый»)
• Волжское
• Яблочное
• Вишнёвое
0
Сергей Васильевич
12.09.2009 00:40:37
RE[2]: Люлин В.А. "Злачные места"
Дополняю:
Портвейн 13
Портвейн "Кавказкий"
Деляр
Шемахи
Кызыл Орда.

Агдам(Ах дам.)
0
Малков, Сергей Дмитриевич
12.09.2009 11:03:28
RE[2]: Люлин В.А. "Злачные места"
Незаслуженно забыты "Айгешат" (16 на 16) и "Ркацители" (раком к цели), а также "Лидия" и "Изабелла".
0
Сергей Васильевич
12.09.2009 11:23:49
RE[3]: Люлин В.А. "Злачные места"
"Аромат степи"
0
Сергей Васильевич
12.09.2009 11:22:32
RE[2]: Люлин В.А. "Злачные места"
Цитата
«Силачом слыву недаром — похмеляюсь «Солнцедаром»,

Нетеряйте время даром -похмеляйтесь "Солнцедаром".
0
Galashov, yury
22.09.2009 12:56:11
RE[2]: Люлин В.А. "Злачные места"
Позволю поправить. Цены 1970 года в Крыму: Бiле мIцне-1, 08 руб. портвейн-1,44. Сухое на розлив- 18 коп. стакан.
0
Данилов, Андрей
22.09.2009 13:50:42
RE[3]: Люлин В.А. "Злачные места"
Біле міцне мі еще "биомицином" назівали.
Страницы: 1  2  3  


Главное за неделю