Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

На всех океанах планеты 1945-1995 гг. Глава 4. Выполнение задач боевой службы

31.08.10
Текст: warships.ru, В.Г. Лебедько
С 1964 года ВМФ СССР приступил к постоянному несению боевой службы в океане. Это была новая по существу оперативная форма применения сил флота с целью обеспечения интересов СССР в ключевых районах Мирового океана с целью предотвращения внезапного нападения противника с морских направлений.

Руководство ВМФ поставило перед флотом ряд важнейших задач постоянного характера:
  • осуществлять постоянное патрулирование ракетными подводными крейсерами стратегического назначения (РПК СН) в готовности к удару по наземным объектам противника;
  • вести поиск и слежение за атомными подводны- ми лодками с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) и авианосными многоцелевыми группировками (АМГ) противника;
  • не допускать активной деятельности противника у нашего побережья и при необходимости обеспечивать интересы Советского Союза в различных районах Мирового океана.
Решение этих задач, в том числе подводными лодками, проходило в сложной и все более обостряющейся военно-политической обстановке. Дело дошло до того, что в 1968 году верховное командование НАТО утвердило положение, согласно которому разрешалось уничтожать наши подводные лодки, обнаруженные и не всплывшие в радиусе 100 миль от американских кораблей. Это было беспрецедентным нарушением Женевских конвенций 1958 года о свободе мореплавания. Только после соответствующего заявления Советского правительства, и учитывая все более растущий подводный флот СССР, который тоже мог прибегнуть к адекватным ответным мерам, западные державы избрали другой путь борьбы.

Реализуя свою океанскую стратегию, они постоянно содержали в окружающих СССР морях 24 ПЛАРБ, 6-7 АМГ, крупные группировки других противолодочных сил и авиации, организовывали постоянно действующие противолодочные рубежи, опутывали Мировой океан системой "СОСУС", создавали радиоэлектронные барьеры и цепочки многочисленных станций радиопомех, поглощавших от 10 до 70% боевой информации на линиях радиообмена лодок с берегом. К 1975 году они держали под своим контролем средствами подводного наблюдения и маневренными силами в Атлантике почти 8 млн. кв. км акватории, или 40% всего океанского района, где действовали наши подводные лодки. В Тихом океане ВМС США держали под таким же контролем свыше 13 млн. кв. км, или 16,5% океанского района. Это система была направлена на достижение высокой вероятности обнаружения и отслеживание советских подводных лодок. Кроме того, из всех учений ОВС НАТО, проводимых в течение года, 70-72% имело своей целью отработку борьбы с силами боевой службы Советского ВМФ.

Для того чтобы не только преодолевать растущее противодействие противника, но и успешно решать поставленные задачи, требовалось высокое искусство управляющих штабов и командиров подводных лодок. Прежде всего это коснулось ракетных подводных крейсеров стратегического назначения, призванных "обслуживать" наземные объекты противника, постоянно держа под прицелом сначала до 300, а затем - более 1200 целей.

В 1967 году директивой Главнокомандующего ВМФ был введен график цикличного использования атомных подводных лодок. Увы, составленный без должного теоретического обоснования и без необходимых оперативно-тактических расчетов, не учитывавший реальные судоремонтные возможности заводов, этот график не выполнялся. Вместо коэффициента оперативного напряжения (КОН) 0,57 мы с трудом вытягивали 0,23, в то время как у американцев он был равен 0,68. Это означало, что у нас на боевой службе постоянно было 8-9 ракетоносцев, а у американцев - 24.

Когда США в конце 1970-х годов приступили к развертыванию в Европе своих ракет "Першинг-2" с подлетным временем до Москвы от 8 до 10 минут, то ВМФ СССР за счет максимального использования всех корабельных и береговых ресурсов мог отправлять подводные ракетоносцы на боевую службу с интервалом в семь суток. Коэффициент оперативного напряжения стратегических ракетоносцев на Северном флоте был поднят до 0,35, на боевой службе одновременно могло находиться 12-13, а иногда даже 14 подводных лодок. Это был гигантский труд и выдающийся подвиг личного состава ракетоносцев, штабов, судоремонтных мастерских, портовых рабочих и органов тылового обеспечения.

Но так продолжалось недолго: через два-три года все "Першинги" были выведены из Западной Европы, и первым, кто взмолился об этом, была сама "железная леди" Маргарет Тэтчер. С 1967 по 1993 год РПК СН и дизель-электрические ракетные подводные лодки флота выполнили 2183 похода на боевую службу. Если считать, что каждый из них длился 75 суток, то получится, что экипажи ракетоносцев за 26 лет провели в море в общей сложности 454 года.

Ни один колхоз, ни одно предприятие и даже ни один взводный командир не работали в таком напряжении - и мало кто из них догадывался, чем обеспечивался их спокойный труд. В 1966 году группа атомных подводных лодок в составе К-116 капитана 2 ранга В.Т.Виноградова и К-133 капитана 2 ранга Л. Н. Столярова под общим командованием контр-адмирала А. И. Сорокина совершила трансокеанский переход с Севера вокруг Южной Америки на Камчатку. Лодки двигались в обеспечении ЭОС "Сарычев" (на борту - начальник штаба перехода капитан 1 ранга В. Н. Чернавин и 184 человека экипажа) и танкера "Дунай". За 52 суток похода было пройдено 19 864 мили. И хотя до полной длины экватора не хватало 2400 миль, поход был назван кругосветным и имел огромное военно-политическое и международное значение. Весь мир убедился, что Советский Союз располагает современным атомным подводным флотом. Старший похода, командиры подводных лодок и ряд других офицеров за свой беспримерный подвиг были удостоены звания Героев Советского Союза. Помимо своего политического значения, поход открывал новые возможности для маневра морскими стратегическими ядерными силами, создания глобальной океанской "стартовой площадки" и изматывания противолодочных сил противника. Такие трансокеанские походы с выполнением задач боевой службы впоследствии совершили: в 1966 году - К-408 (пр. 667А) капитана 1 ранга В.В.Привалова (старший на борту контр-адмирал В. Н. Чернавин); в 1972 году - К-415 (пр. 667А) капитана 2 ранга А. Д. Джавахишвили; в 1975 году - группа подводных лодок в составе К-171 (пр. 667Б) капитана 1 ранга Э.Д.Ломова и К-469 (пр. 671) капитана 2 ранга В. С. Урезченко (старший на борту капитан 1 ранга В. Е. Соколов) под общим командованием контр-адмирала В. К. Коробова; в 1979 году - вторая группа подводных лодок в составе К-455 (пр. 667 БДР) капитана 1 ранга В. П. Кузнецова и К-490 (пр. 667БДР) капитана 1 ранга А. И. Толстолыткина под общим командованием контр-адмирала А. И. Павлова. За эти походы 7 подводников стали Героями Советского Союза. Среди них по праву могли бы быть В. В. Привалов, А. Д. Джавахишвили, В. С. Урезченко, Кузнецов и Толстолыткин. Не было в их числе и В. Н. Чернавина (звание Героя Советского Союза он получил в 1981 году). Но все эти командиры были настоящими героями, Подводниками с большой буквы.

Трансокеанские походы и выход на боевую службу с 1974 года ракетоносцев проекта 667Б с межконтинентальными ракетами на борту показали американцам, что впервые за всю историю США защитного океанского барьера у них больше не существует.

В стратегической концепции "массированного возмездия", лежащей в основе морской стратегии Соединенных Штатов, не последняя роль отводилась авианосцам. Они являлись своего рода скрепляющим фактором для разногосударственных соединений ОВМС НАТО и "становым хребтом" ВМС США в море.

Типовая авианосная многоцелевая группа была очень мощным соединением универсального характера. Она обладала противолодочным "полем" радиусом в 360 км и радиолокационным полем радиусом в 650 км. Глубина удара такой группы составляла порядка 1200 км, мощность удара (в случае ядерного конфликта) была эквивалентна 3400 атомным бомбам, сброшенным на Хиросиму. Находясь в своих регламентированных районах, авианосные многоцелевые группы составляли существенную угрозу для наших сил в море, а также для фланговых группировок сухопутных войск и для других важных наземных объектов.

С 1964 года деятельность авианосцев была поставлена под контроль сил боевой службы советских ВМС - подводных лодок, надводных кораблей и авиации флота.

Впервые удачный поиск и слежение за авианосцем "Саратога" в течение 4 суток провела в 1965 году в Атлантике подводная лодка К-181 капитана 1 ранга В. С. Борисова. Это был первый опыт слежения за фактическим противником. Этот результат в 1979 году был улучшен подводной лодкой К-469, в течение семи суток осуществлявшей слежение за авианосцем "Рэнджер" на Тихом океане. Постоянно отслеживались авианосцы на Средиземном море. При этом коэффициент слежения за авианосцами разнородными силами боевой службы не снижался ниже 0,67-0,69. Общее время сложения составляло от 157 до 587 суток. Непосредственно на подводные лодки (в разной обстановке) приходилась относительно небольшая доля времени слежения - от 45 часов до 47 суток. Но все же именно активная деятельность подводных лодок, пусть и с меньшим временем слежения, более всего нервировала американское командование.

Другой важной задачей советских подводных лодок было слежение за ПЛАРБ противника. Нашим подводным лодкам приходилось делать это в разных формах: попутного поиска, поиска в районах, у выхода из баз, в краткосрочных поисках и при проведении поисковых противолодочных операций. При этом лодки действовали как в одиночку, так и в составе разнородных сил. Неплохие результаты показали командиры подводных лодок К-135, в 1967 году в течение 5,5 часов следившей за ПЛАРБ "Патрик Генри", и К- 147, в 1971 году в течение 30 часов следившей за другой американской ПЛАРБ.

Всего же за период о 1968 по 1978 год разнородными силами было обнаружено 1478 иностранных подводных лодок. При этом общее время слежения за ними в 1978 году составило 420 часов 23 минуты. На долю непосредственно подводных лодок за те же 10 лет пришлось 828 обнаружений, или 56% от общего числа обнаруженных иностранных подводных лодок. Таким образом, подводные лодки обнаруживали большее количество подводных лодок противника, но разнородные силы имели больше возможностей осуществлять слежение за ними. Этот фактор говорит сам за себя: общими усилиями можно было достичь лучших результатов. Но с другой стороны, наивысшее искусство, смелость и упорство, настойчивость приходилось проявлять именно командирам подводных лодок! Их задача усложнялась неравенством тактических свойств противоборствующих подводных лодок, вынуждавших выходить на короткие дистанции (от 5 до 26 кабельтовых) и выполнять рискованные маневры при активном и мощном противодействии противолодочных сип противника.

Так, в 1964 году пришедшие на боевую службу в Средиземное море подводные лодки Балтийского флота С-250 капитана 3 ранга А. Бенедиктова и С-187 капитана 3 ранга А. И. Семенова (обе - проекта 613) оказались в поле деятельности АУС и сразу двух АПУГ. На каждую нашу подводную лодку приходилось 23 корабля, 180 самолетов (в том числе базовой патрульной авиации), в общей сложности это составило 265 человек на одного нашего подводника. В то же время мировая статистика говорит о том, что в Первую Мировую войну на каждую подводную лодку приходилось 16 кораблей, 7 самолетов, и 70 человек - на каждого подводника, во Вторую Мировую войну эти же цифры составили 25 кораблей, 100 самолетов на лодку и по 100 человек на каждого подводника. Но ведь это на все театры военных действий, а здесь только на одном Средиземное море!

Подводная лодка капитана 3 ранга А.И.Семенова, обнаруженная в самом начале службы на Средиземном море, в дальнейшем от преследования оторвалась. Далее она, в течение всего плавания находясь в зоне абсолютного превосходства противолодочных сил противника, успешно выполнила задачи и благополучно возвратилась в базу. В таких же условиях действовали пришедшие на смену балтийцам подводники Северного и Черноморского флотов. По мере увеличения наших сил на Средиземном море соотношение постепенно менялось, и результаты соответственно еще более улучшались.

Средиземное море представляет собой прекрасную стратегическую фланговую позицию по отношению к нашей стране, здесь проходит крупнейшая сырьевая коммуникация, связывающая Индийский океан с Европой. Поэтому спокойно в нем не было никогда.

В 1969 году на Средиземное море прибыла 161-я бригада подводных лодок Северного флота под командованием капитана 1 ранга Л. Д. Чернавина - впервые для несения службы сроком на 7 месяцев. В 1973 году бригады подводных лодок Северного флота перешли на несение боевой службы в течение 13 месяцев. Первую такую бригаду возглавил капитан 1 ранга И. Н. Паргамон. Теперь на каждую нашу подводную лодку приходилось всего лишь 2-3 корабля и 15 самолетов, а на каждого подводника - 27 человек противолодочной обороны противника. Это заставило 6-й флот США действовать с оглядкой на наши развернутые силы.

В условиях разразившегося арабо- израильского конфликта бригада сразу же приступила к активным действиям по поиску ПЛАРБ и авианосцев 6-го флота США и слежению за ними. Одновременно подводные лодки Б-130 В. К. Степанова и Б-409 10. Н. Фомичева получили задачу охранения наших судов, следующих в Сирию. В обострившейся обстановке и советская 5-я эскадра подводных лодок, и 6-й флот США были приведены в повышенную боевую готовность, а наши подводные лодки получили приказ на уничтожение обнаруженных подводных лодок противника. Израиль спешно приступил к сборке своих 13 атомных бомб. В целом можно сказать, что мир был на грани войны. Но к счастью, все удалось предотвратить, и арабо-израильский конфликт не получил дальнейшего развития за пределами региона. Весомую сдерживающую роль в этом сыграли подводники 5-й эскадры.

Большое мастерство, героизм и мужество проявили подводники в тяжелейших условиях плавания на Средиземном море под руководством командиров соединений - П. Н. Романенко, О. П. Щадрича, Л. Д. Чернавина, В. А. Парамонова, В. И. Акимова, И. Н. Паргамона, В. Д. Шакуло, В. И. Хлопунова, В. А. Горохова, Б. В. Поведенка, А. А. Кузьмина, А. В. Акатова, Ю. Н. Данькова, А. М. Широченкова, Е. Г. Малькова, В. П. Ларионова, И. Н. Мохова.

В 1976 году 4-я эскадра перешла на восьмимесячный срок службы бригадами. С 1966 по 1976 год эскадра выполнила 192 похода, при этом на каждую лодку пришлось 1185 суток пребывания в субтропических условиях плавания и под постоянным воздействием противолодочных сил противника. Так ценой невероятных усилий достигались вышеприведенные цифры количества обнаружений, времени сложения и различных иных коэффициентов, по которым оценивается результативность действий субмарин.


АПЛ проекта 641. fas.org

Вместе с расширением районов действий сил боевой службы велся активный поиск маневренных пунктов базирования (ПМБ) в Мировом океане. В 1967 году с этой целью впервые была проведена комплексная экспедиция под условным названием "Прилив" в экваториальные воды Атлантики. Руководил экспедицией адмирал Л. А Владимирский. Помимо средств обеспечения в ней приняли участие подводные лодки К-128 капитана 2 ранга П. Ф. Шарова, Б-21 капитана 2 ранга В. Е. Иванова, Б- 36 капитана 2 ранга Л. Н. Судакова, а также экипажи подводных лодок капитанов 2 ранга Г. П. Онопко, В. В. Жданова и И. М. Стрюкова. Штаб экспедиции возглавил капитан 1 ранга И. И. Карачев. Почти 8 месяцев пробыли подводники под палящими лучами тропического солнца. При этом К-123 совершила 3 похода по 49 суток с двумя межпоходными ремонтами у борта плавмастерской ПМ-93. В таком же режиме действовали и другие подводные лодки.

Экспедиция свою задачу выполнила, но было признано более целесообразным использовать для маневренного базирования порты некоторых стран Западной Африки. Первая советская лодка Б-26 капитана 2 ранга А. 3. Жука прибыла в Конакри в 1969 году, а с 1977 года подводные лодки уже постоянно несли службу у берегов Анголы.

Боевая служба в Индийском океане началась силами Черноморского флота с 1967 года. Так же, как и на Атлантике, с октября 1968 года по май 1969 года здесь была проведена экспедиция под названием "Прилив-2". Перед экспедицией вновь ставилась задача изучения возможностей маневренного базирования подводных лодок и надводных кораблей. Эту экспедицию тоже возглавил адмирал Л. А. Владимирский, начальником штаба являлся капитан 1 ранга В. С. Борисов.

В экспедиции приняла участие подводные лодки Северного флота, впервые прибывшие в Индийский океан вокруг Африки: Б-95 капитана 2 ранга А. А. Кузьмина и Б-98 капитана 3 ранга Г. П. Смирнова со сменными экипажами А. М. Широченкова и Л. И. Судакова. Командиром отряда подводных лодок был капитан 1 ранга В. А. Мерзляков (с ТОФ), а начальником штаба - капитан 2 ранга В. Н. Жураковский (с СФ).

Для устройства пункта маневренного базирования с выставлением рейдового оборудования была использована байка Фортюн в Индийском океане. Здесь подводные лодки проходили межпоходовый ремонт (МПР), перегружали боезапас, грузили топливо, продукты и оборудование регенерации. Всего "индийский эксперимент" с подводными лодками занял 22 месяца с трехмесячным межпоходным ремонтом во Владивостоке. За это время подводные лодки прошли около 35 тысяч миль. При тяжелейших температурах, без кондиционирования (имеющиеся кондиционеры, как выяснилось, только увеличивали тепловыделение), без нормального отдыха (до 13% спальных мест почти постоянно было занято различными исследователями), нередко в условиях тропических циклонов, с кожей, покрытой коростами от язв, опухшие и посиневшие от угарных газов и интенсивного выделения водорода из кипящего электролита, выполняли подводники свою задачу в экваториальной зоне Индийского океана.


АПЛ проекта 675. fas.org

В итоге поставленная задача была решена и пункт маневренного базирования на банке Фортюн был признан пригодным в качестве пункта стратегического обеспечения наших сил в Индийском океане. В этом же году в Индийский океан прибыла группа кораблей Тихоокеанского флота с ракетным крейсером (РКР) "Адмирал Фокин" в качестве флагмана. Эта группа уже воспользовалась оборудованным ПМБ для дозаправки горюче-смазочными материалами и водой, а также снабжения продуктами. Опыт этот не пропал, и подобные пункты базирования затем создавались и на других отмелях Индийского океана.

В 1970 году в Индийский океан прибыла первая атомная подводная лодка К-7 (проекта 675) капитана 2 ранга Г. А. Хватова. Впервые в этой части Индийского океана подводная лодка произвела ракетные стрельбы по уголковым отражателям с получением целеуказания от самолетов ТУ-95РЦ.

В 1974 году сложнейший переход вокруг Африки через Индийский океан и Малаккский пролив в Приморье совершили подводные лодки К-201 (проекта 670) капитана 2 ранга Р. А. Хайтарова и К-314 (проекта 671) капитана 2 ранга В. П. Гонтарева под командованием контр-адмирала Р. А. Голосова. С этого же года боевую службу в Индийском океане начали постоянно нести одна-две дизельные подводные лодки, а с 1977 года периодически здесь дежурила одна атомная подводная лодка Тихоокеанского флота.

Постоянное обострение обстановки вокруг Персидского залива поставило руководство советского ВМФ перед необходимостью организовать боевую службу в Аравийском море атомными подводными лодками Северного флота. Начиная с февраля 1979 года и по 1981 год боевую службу в несколько этапов здесь несли подводные лодки К- 38, К-488, К-369, К-317, К-517 - по 180 суток. Эту тяжелейшую задачу выполнили капитан 1 ранга Б. В. Кудрявцев, капитан 2 ранга О. А. Петров, капитан 1 ранга А. 3. Горбунов, капитан 2 ранга А. Н. Шпортько, капитан 1 ранга В. Костенко, капитан 2 ранга Р. 3. Чеботаревскии, капитан 2 ранга В. Н. Киселев, капитан 1 ранга В. В. Протопопов, капитан 1 ранга В. М. Монастырин, капитан 2 ранга А. К. Ураев, капитан 1 ранга А. Н. Чулимов, капитан 1 ранга О. И. Фалеев, капитан 1 ранга В. М. Храмцов, капитан 1 ранга 10. К. Русаков, капитан 2 ранга Е. К. Мазовка. При этом командиры подводных лодок А. Н. Шпортько и О. А. Петров совершили эти походы дважды. Подводные лодки осуществляли слежение за авианосцами в зоне Персидского залива, вели разведку других группировок сил противника в Индийском океане.


АПЛ проекта 670. fas.org

Героические и легендарные походы этих подводных лодок на выполнение задач боевой службы через три океана открыли новую славную страницу в истории нашего флота.

Особая заслуга перед флотом принадлежит подводникам-глубоководникам. Каждое выполнение ими специальных задач в глубинах океана было связано с риском для жизни. Во мраке тысячелетнего ила, окруженные кошмарами и галлюцинациями, когда даже в специальном аппарате человеческая речь превращается в птичье щебетание, они добросовестно, с высокой степенью надежности исполняли задания командования и свои воинский долг. Среди них 17 человек было удостоено звания Героев Советского Союза и Российской Федерации. Это контр-адмиралы А. П. Катышев, В. В. Холод, офицеры Ю. Г. Пыхтип, Ю. Н. Филипьев, В. М. Шишкин другие. Придет время, и о их подвигах узнает весь флот.

За послевоенное время наши подводники, выполняя свой интернациональный долг, принимали участие в ряде локальных воин и конфликтов. Это события в Египте в 1956 году, в Индонезии в 1959-1962 годах, Карибский кризис в 1962 году, индо-пакистанский конфликт 1971-1972 годов, обострение обстановки в Юго-Восточной Азии в связи с агрессией США во Вьетнаме с 1964 по 1975 год, события в Чехословакии в 1968 году, арабо-израильские воины 1967 и 1973 годов, китайско-вьетнамский конфликт 1979 года. Это участие выражалось как в непосредственных действиях, так и в выполнении роли сдерживающего фактора, а также в усилении воевавших флотов в рамках военно-технической помощи.

Всего подводных лодок разных флотов, с 1956 по 1979 год принимавших то или иное участие в различных военных конфликтах, можно насчитать около 112 единиц. Из всего этого числа лодок журналы боевых действий, очевидно, велись на 50- 60 лодках. Однако подвиг этих подводников до сих пор не нашел ни признания, ни даже более-менее подробного отражения в литературе. Безусловно, этот вопрос требует своего детального отдельного изучения со стороны соответствующих исследовательских служб флота.

С 1967 по 1993 год наши многоцелевые подводные лодки совершили 2133 выхода на боевую службу. Это означало, что личный состав подводных лодок за 26 лет провел в море 364 года. Многие подводники имеют на своем счету по 20 и более боевых служб на подводных лодках. В ходе всех своих плаваний и боевых служб советские подводные лодки прошли все океаны и 49 морей мира. В целом же боевая служба ВМФ в корне изменила военно-стратегическую обстановку в Мировом океане.

За свои выдающиеся подвиги 74 подводника удостоены звания Героя Советского Союза и Героя Российской Федерации (в годы Великой Отечественной войны таких было 28 человек). Одному подводнику было присвоено звание Героя Социалистического Труда, двое - вице-адмирал В. А. Порошин и капитан 1 ранга А. К. Казаков - были награждены орденом "За службу Родине в Вооруженных Силах СССР" всех трех степеней.

Всего из почти 600 тысяч человек, прошедших службу на подводных лодках после войны, орденами было награждено около 3000 человек, то есть всего 0,5%. К сожалению, подвиги многих людей, в том числе и те, о которых речь шла выше, остались незамеченными, а потом и вовсе забылись.

За успешное решение задач боевой службы, боевой и политической подготовки ряд соединений и отдельные подводные лодки были удостоены государственных наград, десятки награждены вымпелом министерства обороны "За мужество и воинскую доблесть", еще больше отмечено Красными знаменами ЦК КПСС и Совета Министров СССР, ЦК ВЛКСМ, ВМФ, военных советов флотов и почетными грамотами.

Это были награды нашим подводникам за героизм и мужество, проявленные в мирное время. А ведь героические качества появлялись не просто так, они воспитывались и выращивались в семьях, школах, училищах. Велика заслуга в этом и наших научных кадров - Л. Я. Лонцха, К. Д. Доронина, В. Т. Томашевского, Л. Н. Хияйнена, С. Г. Егорова, Н. Ф. Ханина, В. И. Потапова, У. Г. Гайнутдинова, Б. Н. Александрова, В. Е. Иванова, В. Ф. Янбиха, 10. С. Руссина и многих других, кто учил подводников тактике морского боя, настойчивости и смелости решении боевых задач.

Нельзя умалить и роли лучших представителей Коммунистической партии Советского Союза в воспитании среди подводников патриотизма, ответственности, интернациональной дружбы, способностей идти на лишения и трудности, проявляя великое терпение и стойкость, готовность к самопожертвованию.

Из среды подводников выросло за послевоенное время 6 адмиралов, на чьи плечи легла вся тяжесть ответственности за действия подводных сил. Часть из них стала крупными руководителями ВМФ, командующими флотами, чьи заслуги перед Отечеством очевидны и несомненны. Это адмиралы флота Г. М. Егоров, К. В. Макаров и Н. И. Смирнов, В. Н. Чернавин, адмиралы Э. Д. Балтии, А. В. Горбунов, О. А. Ерофеев, В. В. Зайцев, В. К. Коробов, В. А. Кравченко, И. Н. Литвинов, В. П. Маслов, А. И. Михайловский, В. И. Панин, А. Е. Орел, В. Н. Поникаровский, В. А. Самойлов, Э. Н. Спиридонов, Г. А. Хватов, Ю. А. Сысоев.

Но не зря еще Н. М. Карамзин заметил, что история государства обрывается, если в нем не останется героев.

К сожалении, наши архивы больше пестрят названиями кораблей, чем именами людей. Поиск этих людей сравним разве что с поиском погибших на Синявинских болотах. Но поиск этот нужно вести, чтобы никто и ничто не было забыто, чтобы в памяти людей остался подвиг тех, кто своим мужеством и отвагой, своим здоровьем, подорванным сердцем и медленно сожженными радиацией глазами заплатил за выполнение боевых задач. Тех, кто с честью исполнил свой воинский долг перед братством подводников, перед Военно- Морским Флотом и своей Родиной.

Читать далее
Оглавление

Глава 1. Освоение новой техники и оружия
Глава 2. Выход на позиции "холодной войны"
Глава 3. Освоение Арктики
Глава 4. Выполнение задач боевой службы
Глава 5. На пороге XXI века
Приложение


Главное за неделю