Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,75% (51)
Жилищная субсидия
    18,75% (15)
Военная ипотека
    17,50% (14)

Поиск на сайте

Заграничная командировка

Ноябрьским вечером нас собрали на плавучей мастерской, где располагался штаб бригады для проведения последнего инструктажа перед отъездом. С напутственным словом выступил командир бригады. Поскольку на время поездки мы должны были выглядеть гражданскими людьми, то вместо военного обращения по званию следовало называть офицеров и мичманов по имени и отчеству. После полутора лет службы военная организация настолько въелась в сознание, что такое гражданское обращение казалось дикостью. И вот уже поезд мчит нас сквозь полярную ночь из Мурманска в Ленинград. За окном в ярком свете луны проплывают заснеженные леса и скованные толстым ледяным панцирем бесчисленные озёра Карелии. Природа застыла до весны в ледяном безмолвии. А в вагоне тепло и уютно.

Короткая остановка в Ленинграде, пересадка на поезд до Бреста. Там, на западной границе мы провели целый день. Посетили, разумеется, знаменитую Брестскую крепость, принявшую на себя первый удар врага в грозном сорок первом. Сфотографировались на память. Уже затемно из Бреста отправились на Варшаву. Поезд вёз нас уже по чужой земле. Хоть это была и братская социалистическая Польша, а всё же заграница. Конечно, масштабы здесь скромные, с нашими просторами не шли ни в какое сравнение. Поздним вечером этого же дня мы прибыли в Варшаву. Там пересадка в автобус судоверфи, который должен доставить нас в Гданьск. Вышли из поезда и около часа провели на вокзале. Всё это время не покидало ощущение первопроходца, высадившегося на неизведанную землю. Всё ново, непривычно. С напряжённым вниманием осматривались, слушали чужую речь, разглядывали людей – первых иностранцев вблизи. В польской столице я впервые увидел автоматические стеклянные двери и посетил платный туалет. Чисто, аккуратно конечно, но за деньги. Непривычно. К утру добрались в район Гданьска. В это время наш корабль – «Таврия» был на ходовых испытаниях в море и находился на рейде Гдыни. Надо сказать, что Гданьск, Гдыня и Сопот располагались поблизости, практически переходили один в другой. Катер доставил нас прямо к борту, и мы по штормтрапу вскарабкались на палубу. В течение последующих нескольких дней мы знакомились с кораблём в действии и бороздили море под польским флагом.

Поляки кормили и обслуживали нас, как в ресторане. Мы пользовались хорошей посудой, ножами и вилками из нержавеющей стали. Контраст со старыми алюминиевыми мисками, ложками и бачками, к которым привыкли на кораблях бригады, был разительным. После объявления по громкоговорящей связи мы собирались в столовой команды, где столы уже были сервированы и подано первое блюдо. Потом официанты меняли посуду и подавали второе блюдо. В сочетании с гражданской одеждой и невоенным обращением к командному составу всё это давало ощущение невиданной свободы в нашей ранее строго регламентированной уставами и корабельным расписанием жизни. И такая приятная во всех отношениях полоса продолжалась в течение месяца.

На берегу нас гостеприимно принял отель «Дом туриста» в Сопоте. В уютных номерах на несколько человек стояли кровати с красивым постельным бельём, торшеры, на окнах были занавески, на полу лежали ковровые дорожки. Всё это резко отличалось от привычной уже обстановки казарм и матросских кубриков, двух ярусных коек-гамаков с металлическими сетками, как на «Архипелаге», или трёх ярусных деревянных нар в единственном большом кубрике списанного «Репитера». Правда, телевизоров тогда в номерах ещё не было. Во всяком случае, в таком скромном отеле. Поэтому для просмотра мы спускались в холл. Где пытались общаться с девушками, которые дежурили на приёме посетителей. А двум старослужащим настолько удачно удалось договориться с полячками, которые тоже проживали в этой гостинице, что те даже пригласили их к себе в номер. Но возможное нежелательное для нашего командования развитие событий предотвратил бдительный старший лейтенант – командир БЧ-4, то есть боевой части связи. Он вовремя обнаружил отсутствие двух моряков и принял меры по их возвращению в свои номера. Дальнейшую работу с «несознательными» воинами проводил замполит. Но дальше профилактической беседы и кажется, какого то взыскания дело не пошло.

Каждый день по будням, мы отправлялись на электричке в Гданьск, на верфь. Надо сказать, что польские рабочие от советских коллег не особенно отличались. В том смысле, что работать до последних дней перед сдачей судна они не спешили. Вежливо выслушивали наши замечания и с улыбкой отделывались обещаниями их устранить. Только потом, когда времени осталось совсем мало, в авральном порядке они бросились устранять недостатки. Вот тогда работа действительно закипела. Судно опутали шланги и провода, по палубам и коридорам, словно муравьи забегали рабочие. Теперь они действительно старались что-то поправить. Ведь пришёл срок сдачи объекта заказчику – то есть нам.

А в выходные дни – отдых. Культурный и спортивный. Как-то поехали в спортзал играть в волейбол с нашими военными представителями. Это старшие офицеры, специалисты в своих областях, которые подолгу жили в Польше и следили за постройкой судов, предназначавшихся для советского военно- морского флота. Вот кому я тогда позавидовал. Такая интересная высокооплачиваемая работа с длительными зарубежными командировками, возможностью путешествовать, изучать языки. Об этом можно было только мечтать.

В другие выходные мы побывали на экскурсии в древнем рыцарском замке Мальборк – столице крестоносцев. Городок находился примерно в часе езды на юг от Сопота. Стены и башни замка, сложенные из красного кирпича, возвышались над водами реки Ногат. Наш автобус остановился на территории нижнего замка. Здесь нас встретила экскурсовод – пожилая полячка пани Ирена. Она рассказала нам о долгой истории крепости от начала её строительства в 1270 году и длившегося в течение 130 лет. Вначале это был опорный пункт рыцарей Тевтонского ордена в их походах на восток и местонахождение Великого Магистра ордена. Позднее замок стал резиденцией польских королей. Первоначально был построен Высокий замок – самая древняя и в то же время самая неприступная часть. А уже потом Средний и Низкий. В Низком замке располагались всевозможные склады, конюшни и другие хозяйственные помещения. Осмотрев панораму крепости, мы через подъёмный мост проходим в Средний замок. Уже при входе чувствуется атмосфера того времени. Узкий деревянный мост на цепях – реконструкция девятнадцатого века, тяжёлые металлические ворота и над ними решётка с окованными железом кольями. Она опускалась в случае внезапного нападения. Вверху, в башне отверстия для того, чтобы можно было выливать кипяток или горячую смолу на головы атакующих. Экскурсовод рассказывает о том, что в Среднем замке одно из крыльев занимали помещения для гостей Ордена, часовня и столовая, а другое крыло – помещения для немощных, доживающих свой век рыцарей. Пани Ирена предлагает нам пройти внутрь, прибавляя, как обычно своё неизменное «пожалюйста» с необычным мягким выговором. Внутри на первом и втором этажах отреставрированного крыла (замок был сильно разрушен в годы Второй мировой войны) расположились экспозиции изделий из янтаря, посуды. В залах с помощью электронагревателей поддерживается постоянная температура, витражи подсвечены лампами дневного света. В каждом зале смотрительницы следят за порядком.

Ещё один подъёмный мост и мы в Высоком замке. Останавливаемся во внутреннем дворике. В центре его колодец. Тихо, холодно и мрачно. Только закаркали потревоженные вороны. В какой-то момент показалось, что мы очутились в мрачном средневековье. Впечатление усилил осмотр темницы. Не хватало лишь самих рыцарей. Но казалось, что сейчас за поворотом галереи вот- вот заблестят их доспехи. Внутри замка располагалась своя пивоварня и кузница. Далее капитул - зал для совета и казна. Посещаем санитарную башню. Далее выставка оружия и доспехов. Да, видимо мелковатые тогда были люди, судя по их латам. А вот двуручные мечи довольно большие даже для нас. Как они с ними управлялись?! Осматриваем ещё несколько экспозиций, где собраны предметы старины и искусства: картины, скульптуры, барельефы. Фотографируемся в заключение и возвращаемся к автобусу.

После Мальборка отправляемся в Штутгоф – бывший гитлеровский концлагерь. Впечатление тяжёлое, гнетущее. Поражает контраст между природой этих мест – прекрасные леса вокруг, чистый воздух, тишина, покой и этой чудовищной фабрикой смерти. Облегчённо вздыхаем, когда автобус наконец-то отправляется из этого мрачного места и везёт нас обратно в Сопот.

Разумеется, в свободное время мы много гуляли по Гданьску и Сопоту. Города были полностью восстановлены после второй мировой войны. Много зданий отстроили в стиле прошедших эпох. Здесь вообще к памятникам прошлого относились бережно. Ведь это не только история, но и хороший источник дохода. А рядом со стариной, с католическими соборами - костёлами соседствовали современные отели. Красивая европейская архитектура, чистые и ухоженные улицы производили приятное впечатление. Мне показалось, что весь первый этаж зданий был отдан под магазины и маленькие частные лавочки. Торговля уже тогда процветала. Красивые витрины с подсветкой привлекали покупателей. Товары аккуратно упаковывались. Для нас – советских граждан, замученных дефицитом модных современных вещей и «ненавязчивым» (хочешь - бери, не хочешь - проваливай) торговым сервисом, это стало окном в другой мир. Поскольку нам выдали польскую валюту в размере месячной зарплаты высококлассного специалиста в Союзе, то цены на одежду и обувь нам показались вполне приемлемыми. Чего не скажешь о продуктах. На этом пришлось экономить, чтобы сделать больше покупок.

Должен отметить, что и местные жители соответствовали своим городам. Вежливые, приветливые, многие поляки понимали русский язык, а некоторые и неплохо говорили по-русски. К нам они относились вполне дружелюбно. Что удивило – так это раскованность полячек. Они курили в общественных местах наравне с мужчинами, причём и молодые и пожилые. Конечно, в Советском Союзе за это женщин тоже никто не преследовал. Но наши женщины сами не особенно афишировали своё увлечение. Во всяком случае, идя по улице, они не курили на ходу. Ещё удивило наличие эротической литературы – журналов, календарей. Такого у нас тогда и в помине не было. Близость Европы чувствовалась особенно сильно в теле- и радиовещании. В каждом номере у нас стоял стереофонический радиоприемник, который позволял свободно принимать многочисленные музыкальные программы. Даже магнитофона и дефицитных записей здесь не требовалось. А уж польское телевидение - красочное, яркое, динамичное, с обилием музыкальных программ и невиданных рекламных роликов, произвело неизгладимое впечатление. Это сейчас ни одно выступление не обходится без видеоряда, даже на сцене. Обязательно группа танцоров, спецэффекты и прочее. Тогда же видеоклипы советский человек мог увидеть только за границей или в записи на видеомагнитофонах. Но это было доступно очень немногим. А вот с просмотром кинофильмов у нас возникали некоторые проблемы. Мешал языковый барьер. Всё-таки польский язык существенно отличался от украинского и тем более, русского языков. Особенно затрудняло восприятие обилие шипящих звуков.

Несмотря на позднюю осень - начало зимы погода благоприятствовала нашим поездкам. Море смягчало колебания температуры. Но всё же было досадно, что мы не попали в эти места летом, когда проводился знаменитый песенный фестиваль в Сопоте. Когда тёплое море, много зарубежных туристов. Впрочем, тогда ещё труднее было бы возвращение к суровым военно-морским будням. Накануне отплытия в Балтийск я поймал себя на мысли, что возвращаться в Союз совсем не хочется.

Вперед
Содержание
Назад


Главное за неделю