Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Урочище корабельное


Своим рождением город обязан бухте, рас­положенной между западным берегом Коль­ского залива и островом, лежащим к югу от устья Оленьей губы, в десяти километрах от выхода в Северный океан.

Сведения об этой местности восходят к XVI веку. В 1574 году царский писец Васи­лий Агалин, составляя податную книгу, среди оброчных угодий Печенгского монастыря от­метил сенокосные угодья - "в Кольской губе... за Оленьим островом поженки", за которые монахи платили казне "по десять денег на год".

Первое поселение при бухте возникло в конце правления Петра Великого. 8 ноября 1723 года царь подписал указ о создании ка­зенного Кольского китоловства. Промысловой базой для него была избрана гавань, впо­следствии получившая название Екатеринин­ской.

Сохранился документ, в котором перечис­лены все сооружения, сделанные в 1724-1729 годах. В том документе, в частности, говорит­ся: "Гавен для зимовья и починок кораблей и прочих судов, и при том 3 избы для купоренья бочек... 4 анбара для клажи провианта, кузницы, 2 сарая, компанейский двор, в нем 4 ямы сальных, меди в салогрейных котлах 105 пуд 2 фунта; 6 чанов сальных, 2 избы с сень-ми, да кузница, 6 магазинов (складов), по­греб, анбар, лошадь, при том дворе пристань для выгрузки; всему двору и прочему цена, например, 3000 рублев".

Китобойная компания имела на Кольском заливе три промысловых корабля и "при них 3 бота и 19 шлюпок" и для разъездов яхту общей стоимостью 23004 рубля 50 копеек.

Предприятие оказалось убыточным, и было ликвидировано. Оставшиеся постройки вре­менами использовались как жилые помеще­ния для промышленников и мореходов.

Кем и когда дано название "Екатеринин­ская гавань", пока не установлено. При Петре Великом бухта именовалась просто "Гавань", но в документах начала 40-х годов XVIII века она уже значится как "Катерингавань" и "Ека­терининская гавань". Возможно, название по­явилось при императрице Екатерине I (1725­1727 гг.). Вероятно, в архивах Адмиралтей­ской коллегии, хранящихся в С.-Петербурге, можно найти ответ на этот вопрос.

В связи с нараставшей угрозой шведского нападения на Русский Север в конце 30-х го­дов XVIII века в Архангельске началось стро­ительство военных кораблей. Было принято решение о крейсерстве русской эскадры в во­дах Мурмана и северной Норвегии. В 1740 году с архангельских стапелей сошло семь многопушечных кораблей. Выход их в откры­тый океан надолго задерживался льдами Бе­лого моря. Поэтому в качестве зимней сто­янки боевых судов решили использовать Ека­терининскую гавань.

В Колу выехали командированные Адми­ралтейской коллегией лейтенант Винков и ге­одезист Зубов с заданием сделать опись гава­ни, "чтобы узнать удобно ли будет в зимнее время стоять там кораблям и фрегатам, и к защищению их сделать обороны, а для клажи провиантов и материалов построить магазины и для служителей покои". В распоряжении Винкова имелись 2 бота и 2 шлюпки под командованием навигатора Михаила Страхова.

Все лето 1741 года производилось описа­ние Кольского залива и составление карты местности. Тем временем Швеция 28 июля напала на Россию; война длилась до 16 июня 1743 года.

Адмиралтейская коллегия сочла получен­ные от Винкова карты недостаточными. В 1742 году в помощь Винкову "для съемки плана будущей крепости" был прислан опыт­ный инженер. На этот раз задание было вы­полнено успешно. Появилась довольно надеж­ная карта Кольской губы со всеми заливами и Екатерининской гаванью.

В Архангельске была сформирована Север­ная эскадра во главе с вице-адмиралом П. П. Брендалем. В Екатерининской гавани спешно построили две казармы, госпиталь и другие необходимые помещения. Здесь в 1741-1742 годах зимовали суда: "Леферм" (66 пушек), "Исаакий" (54 пушки), "Пантелеймон" (54 пушки) и фрегат "Аполлон" (32 пушки), ко­торыми командовал капитан В. Ф. Льюис. В летнее время суда курсировали в северных водах. Вскоре к ним присоединились корабли "Счастье" и "Фридемакер" (по 66 пушек). Осенью 1743 года все суда ушли в Крон­штадт.

Вплоть до 1915 года гавань ни разу не ис­пользовалась для военных целей, но неодно­кратно служила для других надобностей.

Во время бурной погоды в бухте нередко укрывались торговые и промысловые суда, в том числе вывозившие лес, сплавляемый по Туломе. В одном из документов отмечается: "В 1745 году посланы были в Екатеринин­скую гавань для исправления и килевания находившегося тогда с лесами корабля кора­бельные два подмастерья". Компания графа П. И. Шувалова неподалеку от Екатеринин­ской гавани устроила таможенный досмотр (брандвахту) иностранных кораблей. В по­морской народной лоции середины XVIII века говорится: "Пройдучи Медведок остров, где брандвахта содержится... на наволоке есть крест, прям губы стоят корабли и лодки".

Местное население, по свидетельству гид­ролога М. Ф. Рейнеке, называло Екатеринин­скую бухту "Корабельным урочищем" или со­кращенно - "Корабельной", а остров Екатери­нинский - "Гаванским".

В марте 1765 года в Екатерининскую га­вань пришли корабли "Чичагов", "Панов" и "Бабаев" под командованием В. Я. Чичагова с экипажем 178 человек. Воеводская канцеля­рия извещала архангельского губернатора: "Прибыли в Кольский острог из Екатерини­нской гавани адмиралтейские служители и требуют от Кольской ратуши немалого числа лодок и оленьих подвод". 9 мая 1765 года арктическая экспедиция Чичагова отправилась в высокие широты, в ноябре она возвратилась из плавания и зимовала в Кольском заливе, квартируя преимущественно в Коле. После второго плавания по Ледовитому океану суда ушли в Архангельск.

Летом 1767 года в Коле, на горе Соловараке, началось строительство временной аст­рономической обсерватории для наблюдения за редким явлением - прохождением Венеры по диску Солнца, которое ожидалось 23 мая (3 июня по новому стилю) 1769 года. В Ека­терининскую гавань на трех судах доставили из Архангельска 665 бревен, 1140 тесин, 12000 кирпичей и другие материалы и инст­рументы. Оборудованием обсерватории и на­блюдениями руководил профессор С. Я. Румовский.

В 1771 году изучением Мурмана занимался сотрудник Петербургской Академии наук Н. Я. Озерецковский. В своем описании Коль­ского края он отметил удобство Екатеринин­ской гавани, возле которой были "построены светлицы для пребывания мореходцев... В ней никакая буря судов обеспокоить не может; она же ни в самые жестокие морозы не за­мерзает. Можно сказать, что заливец сей, как бы нарочно, сделан для пристани".

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю