Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

ЧЕСТЬ МУНДИРА




В глубокой древности, до возникновения наемных армий, каждый мужчина, спо­собный носить оружие, был воином и выходил на поля сражений или на боевых кораблях в море в том платье, которое носил постоянно. Однако необходимость даже издали отли­чать свои войска от неприятельских уже тогда привела к стремлению иметь одежду опре­деленного цвета или по крайней мере отличительные знаки.

Начало форменной одежде войск было положено в древнегреческом городе-государ­стве (полисе) Спарте. Для своей военной одежды спартанцы ввели ношение коротких плащей красного цвета, чтобы кровь, текущая из ран, была менее заметна и не смущала малодушных.

В русской армии еще до петровских реформ одеяние воина считалось признаком его достоинства. Едва ли не первостепенной наградой была одежда. В 1469 году, например, устюжане за мужество, проявленное в сечах, получили от Ивана III триста сермяг и бара­ньих шуб, удобных для ратных походов.

Принято считать, что единообразный военный костюм, призванный различать иерар­хию военнослужащих и рода войск, появились в армиях Западной Европы уже в XVI веке, а в России — с созданием первой постоянной армии — стрелецкого войска. В середине XVI — начале XVIII века стрельцы одевались в мягкие суконные шапки, отороченные мехом (в бою заменялись шлемами), длиннополые кафтаны красного цвета, высокие са­поги и вооружались пищалями, бердышами и саблями для рукопашного боя.

Петр I, создавший регулярные армию и флот России, ввел для них и единообразное обмундирование. Русский морской костюм, состоявший в основном из элементов гол­ландской морской одежды, — широкополые шляпы, короткие штаны белого или зелено­го цвета, чулки и однобортные куртки-бостроги из грубошерстной ткани серого или зе­леного цвета — появился с созданием регулярного флота в 1696 году. Но это касалось только матросов и других нижних чинов. Однако официально введены эти первые пред­меты морской формы одежды были лишь 10 февраля 1706 года. Морские офицеры при Петре I строго регламентированного и утвержденного Адмиралтейств-коллегией мундиpa не имели. Офицерские кафтаны оста­вались самых различных расцветок и об­шивались золотым галуном, причем узор придумывал сам владелец кафтана. Шири­на галуна и его протяженность не ограни­чивались. Особенно роскошным были мун­диры у адмиралов, украшавших свою одежду золотым канительным шитьем и мехом соболей, а шейные платки — брил­лиантами. Первоначально на флоте едино­образную форму одежды имели лишь офи­церы и солдаты абордажных команд, то есть морские солдаты (так называли тогда морскую пехоту), у которых было обмун­дирование армейских полков. Интересно, что первым гвардейским полкам — Пре­ображенскому и Семеновскому — един­ственным в русской армии был пожало­ван белый кант, сохранившийся в их фор­ме на обшлагах рукавов и воротников мундиров на долгие годы.

Этот цвет служил для гвардейской пе­хоты памятью ее участия в первых морс­ких операциях Петра.

Первоначально нижние чины нашего флота должны были сами заботиться о сво­ей одежде, приобретая ее за деньги из по­лучаемого жалованья, которое вследствие этого увеличивалось прибавкою одного рубля на бостроги и на гитаны. Неудов­летворительность такого способа обмун­дирования сказалась весьма скоро. Ниж­ние чины, получив жалованье, одежды себе не приобретали, и многие из них, как было отмечено в 1705 году в одном из приказов русского адмирала К.И. Крюйса, ходили в наготе. Для устранения этого нарушения Крюйс предлагал начальствующим лицам удерживать из жалованья нижних чинов деньги для покупки необходимого платья. В 1709 году были установлены вычеты на мундир в размере 25 копеек с рубля полу­чаемого жалованья, за которые нижним чинам выдавались «шапки, бостроги, штаны, чулки и чирики (башмаки)», а в декабре 1710 года были определены коли­чество и качество мундирных вещей и сро­ки их носки. Каждому матросу на два года полагалось: «по паре бострогов со штана­ми из парусного полотна (канифасных)(1), по паре бострогов (из серых сукон) со гитанами, по паре башмаков с пряжками, по паре чулок, по две рубахи с портами, по шапке или по шляпе, а служащим в морских батальонах (вероятно, сверх обыкновенной обмундировки. — В.Д) по­лагалось еще на три года по кафтану и по камзолу со гитанами».

Положение 1710 года осталось без перемен до 1718 года, в котором последо­вало несколько частных изменений в ко­личестве, качестве и сроках носки мундир­ных вещей. Однако по причине недостат­ка сумм случалось, что нижние чины не всегда исправно получали положенное им обмундирование. В значительно лучшем положении были «гребецкие команды царя, и знатных особ», личному составу которых полагалось дополнительное об­мундирование. Причем флагманам предо­ставлялось право выбирать цвет и форму карпучи (то есть шляпы) матросам по сво­ему усмотрению: «кто как похочет». Цар­ские (и знатных особ) гребцы отличались особенною щеголеватостью и изяществом костюма. Так, например, в 1722 году цар­ским гребцам раз в пять лет выдавалось «по бострогу зеленому, со штанами; по бострогу тиковому, со гитанами; по карпучу зеленому, по колпачку бархатному черному с кистями золотыми, по три ру­бахи из макарьевского полотна, по две ру­бахи из голландского полотна, по одно­му бархатному галстуку, по три галсту­ка кисейных, по одному парусиновому кафтану с подбоем серого сукна, по шта­нам парусиновым, по две пары башмаков, по две пары чулок (в том числе по одной гарусных красных, по другой шерстяных васильковых)».

В начале XVIII века во многих армиях, в том числе в русской, появился термин «мундир», который имел собирательный характер всего военного обмундирования и снаряжения, принадлежавшего офице­ру или солдату. Существовало даже выра­жение построить мундир, означавшее приобретение вообще всей форменной одежды, оружия, амуниции и так далее. В конце XVIII века этот термин уже оп­ределял лишь верхнюю одежду военнос­лужащего, причем стало общеупотреби­тельным более широкое толкование тер­мина мундир — как понятия, включавшего в себя особые требования морального кодекса военнослужащего, носившего мундир.

Трудно сказать, но, может быть, имен­но в этот период и возникло хорошо всем известное понятие, «честь мундира».

Между тем в быту мундир всегда счи­тали принадлежностью парадной формы одежды.

Заготовкой и раздачей мундирных ве­щей до 1720 года заведовало Адмиралтей­ство, для чего в 1716 году была учреждена особая мундирная контора; с 1720 года строение мундира было передано в глав­ный комиссариат, а в 1724 году оно снова было предоставлено Морскому ведомству и поступило в ведение Адмиралтейств-коллегий.

Материалы и предметы для обмунди­рования служащих во флоте большею час­тью изготовлялись собственными сред­ствами Адмиралтейства, для чего в его ве­дении находились различные заводы и фабрики. Частично материалы эти приоб­ретались и поставлялись подрядчиками.

«Возлюбленные чада Петра» ценили свое обмундирование. Оно было освяще­но в битвах с врагами. А сам Петр I считал, что честь мундира — это дисциплина. Лег­комысленное отношение к нему или утра­та по каким-либо причинам форменной одежды и оружия строго карались. Напри­мер, в Морском уставе 1720 года имелась такая статья: «Если кто свой мундир или ружье проиграет, продаст или в залог отдаст, оный имеет быть в первый и другой раз жестоко наказан, а в третий — расстрелян или на галеру сослан быть. А тот, кто у него покупает или принимает такие вещи, не токмо, что принял или купил, безденежно возвра­тить должен, но и втрое дороже, сколь­ко оное стоит, штрафу заплатить, и сверх того на теле наказан будет».

Трудно сказать, почему Петр I не ввел единообразную форму одежды для кора­бельных офицеров. Об этом, наверное, знал только он сам, а нам ничего не остается, как строить догадки. Среди морских офи­церов было очень много иноземцев, а они, по-видимому, не хотели менять своей ста­рой формы одежды. Может быть, это об­стоятельство было указано в контракте, как иногда и нежелание менять поддан­ство. Если вспомнить главную причину вве­дения единой формы одежды в сухопут­ных войсках, а именно необходимость от­личать свои полки от неприятельских на поле боя, то на кораблях она вообще не играла никакой роли, так как корабли раз­личались с помощью соответствующих флагов, а форма одежды экипажа была не видна. Поскольку с деньгами на армию и флот было всегда туго, может быть, Петр I оставил переобмундирование морских офицеров до лучших времен. Петр I умер в достаточно молодом возрасте; и многие реформы, начатые им, в том числе и обмун­дирование офицеров флота, остались не доведенными до конца.

Годы после смерти Петра I были пе­риодом упадка Российского флота. Дли­тельное время новых кораблей вообще не строили; матросы ходили в изодранной одежде, а офицеры, несмотря на решение специальной Воинской морской комис­сии, созданной под председательством ад­мирала П.И. Сиверса в начале царствова­ния Анны Иоанновны — сделать и впредь иметь мундир из василькового сукна с красною подкладкою, — продол­жали вплоть до 1735 года носить старые мундиры. Это была первая попытка ввес­ти форму одежды для офицеров Российс­кого флота.

В 1735 году для штаб-офицеров флота были введены зеленые кафтаны с красны­ми отложными обшлагами и подбоем, красный камзол с белым подбоем и шта­ны из красного сукна. Кафтан и камзол обшивались золотым галуном, украшались массивными золочеными пуговицами. Штаб-офицеры носили черные шляпы, обшитые золотым галуном, и припудрен­ный парик с косицей, стянутой черной тесьмой.

Обер-офицеры имели такую же фор­му, но без галунов. Всем полагалось носить черные кожаные штиблеты, а на пара­дах — красные чулки и тупоносые башма­ки с медною пряжкою, а также белые на­шейные шарфы, жабо и шпагу на левом боку.

Со вступлением на престол Елизаве­ты Петровны в Морском ведомстве про­изошли некоторые перемены, затронув­шие и форму одежды во флоте. С 1 июня 1745 года морским офицерам было поло­жено иметь кафтан и штаны белого цве­та. У кафтана был зеленый отложной во­ротник и зеленые разрезные лацканы с тремя пуговицами, а зеленый камзол был с белым подбоем. И кафтан, и камзол за­стегивались на медные золоченые гладкие пуговицы.

Галун, служивший ранее украшением мундира штаб-офицеров, с 1745 года вы­полняет более четкую функцию знаков различия. У обер-офицеров и штаб-офице­ров мундир обшивался галуном по борту в один ряд. Кроме того, у штаб-офицеров галуном обшивался камзол.

У флагманов (адмиралов) и кафтан, и камзол обшивались галуном в два ряда — узким и широким. Галуном в два ряда об­шивались также обшлага, клапаны карма­нов и некоторые швы мундира (после­дние — в один ряд узким галуном).

Летом 1748 года знаки различия по­лучили и нижние чины флота: унтер-офи­церы, шкиперы и штурманы. На воротни­ках их кафтанов появился позумент в один ряд, а на обшлагах — в четыре ряда.

Со вступлением на престол Екатери­ны Великой вместе с развитием флота из­менялась и совершенствовалась морская форма одежды.

С 1765 года для морских офицеров был введен новый белый кафтан с зелеными лацканами, обшлагами, воротником и под­боем, камзол и штаны из зеленого сукна

Для развития чинов среди адмиралов на обшлагах мундира контр-адмиралы имели одну, вице-адмиралы — две и адми­ралы — три позолоченные пуговицы. Па­радный мундир адмиралов был украшен богатым золотым шитьем и дополнялся шляпой с плюмажем.

Для командиров кораблей и корабель­ных офицеров в качестве знака различия на левое плечо было введено ношение выт­канной тесьмы с кистью золотого или се­ребряного цвета на конце — прообраз погон и эполет.

Капитаны 1-го ранга по кромке кам­зола и на клапанах карманов носили ши­рокий и узкие галуны; капитаны 2-го ран­га по кромке камзола — один широкий галун, а на клапанах карманов — широкий и узкий; капитан-лейтенанты — на клапа­нах карманов один узкий галун. Боцманы нашивали на обшлага узкий галун в три ряда змейкою, боцманматы — в два, квар­тирмейстеры — в один.

Матросская форма состояла из белого суконного кафтана, полосатого тикового камзола и шляпы, а также все того же гол­ландского бострога с зелеными штанами и голландской рубахи с канифасными шта­нами. В состав матросской формы одеж­ды входила епанча (длинный широкий плащ), которая в зимнее время могла за­меняться тулупом.

В царствование Павла I, уже 1 ноября 1796 года, была утверждена новая форма одежды для морских офицеров, и, надо сказать (вопреки бытующему мнению), она была удобнее, дешевле и практичнее. Вместо расшитых золотом екатерининс­ких белых кафтанов офицеры получили темно-зеленый мундир без лацканов с обшлагами того же цвета, белым воротником и белые штаны. К мундиру полагалась чер­ная двудольная шляпа с кистями, висящи­ми с двух сторон, и обшитая галуном. На шляпе также имелся небольшой бант (предвестник кокарды) и пуговица Ноше­ние парика с бугелями и косицей, суще­ствовавшего ранее, было обязательно — император вольностей в ношении формы одежды не допускал.

Балтийский флот состоял тогда из трех дивизий. В соответствии с этим были вве­дены и знаки различия. У офицеров пер­вой дивизии нашивки на клапане обшлага были золотые, у офицеров второй диви­зии — серебряные, третьей — серебристо-золотые. Такой же расцветки были галун­ные нашивки и на шляпах. Офицеры га­лерного флота нашивок не имели вовсе.

Мундир дополнялся камзолом зелено­го цвета без галунов. Форма одежды ниж­них чинов была изменена на два года поз­же — в 1798 году.

Унтер-офицеры получили кафтан тем­но-зеленого цвета из сукна с зелеными обшлагами, белый камзол, белые суконные штаны, камзол рабочий тиковый, рубаху рабочую голландскую (между прочим, она входит в комплект рабочего платья матро­са нашего флота до сих пор), замшевые перчатки и черные башмаки. Черные шля­пы имели с двух сторон шерстяные кисти, черный с оранжевой каймой бант с пуго­вицей.

Матросы имели черные шляпы, гол­ландские бостроги и брюки темно-зелено­го цвета, белый камзол с воротником и обшлагами из канифаса.

Читатель уже, наверное, обратил вни­мание на то, что история русской военно-морской формы, впрочем, как и вся исто­рия боевой деятельности и жизни флота, идет рука об руку с историей императо­ров, самодержцев Российских. В зависимо­сти от отношения того или иного монар­ха к флоту проводились и его реформы.

Царствование императора Александ­ра I, вступившего на престол в 1801 году, продолжалось почти четверть века и отме­чено абсолютным непониманием значе­ния военно-морской силы для России и заброшенностью флота. Царь был неспо­собен на радикальные преобразования армии и флота в соответствии с новыми требованиями военной науки и техники. Однако, как и его предшественники, он начал преобразования в армии с измене­ния формы одежды. Одним из первых при­казов он ликвидировал во всех родах войск букли и укоротил наполовину косицы. Что касается преобразований в военной фор­ме одежды, то важно отметить, что они совпали с изменением светской моды мужского костюма в Западной Европе. В обиход тогда входил так называемый фрач­ный костюм с укороченными иолами спе­реди и с длинными узкими фалдами сза­ди. Каким же образом коснулись нововве­дения Александра I морской формы одежды?

По высочайшему указу, уже в 1801 году адмиралам и морским офицерам полага­лось иметь мундир фрачного покроя пре­жнего цвета, но «застегнутый на шесть пуговиц в два ряда», со стоячим белым во­ротником, завернутыми полами и белою выпушкою вокруг пол и обшлагов с кла­панами, белый камзол и длинные белые штаны.

В мае 1802 года и для матросов также ввели мундир со стоячим воротником, раз­резными обшлагами и клапанами темно-зеленого цвета и такого же цвета брюки, а вместо бострога — так называемую кани­фасную шинель серого цвета с белым во­ротником и двумя погонами по цвету ди­визии. Рабочая форма осталась прежней. В мае 1803 года для адмиралов и офице­ров флота были введены темно-зеленые мундиры, туго облегавшие корпус, со сто­ячим воротником и фалдами фрачного покроя. При мундире носились шпага и се­ребряный шарф с длинными концами и кистями. У адмиралов на воротнике и об­шлагах появилось золотое шитье — выши­тые якоря с якорными канатами, а у штаб- и обер-офицеров — только якоря. Впервые на оба плеча у адмиралов были введены по­гоны с черными вышитыми орлами.

Капитан-командоры, капитаны 1-го и 2-го рангов носили золотые погоны, капи­тан-лейтенанты — один золотой погон на левом плече, лейтенанты — погоны из зе­леного сукна, обшитые золотым галуном, мичманы погон не имели.

В том же 1803 году для генералов, ад­миралов и офицеров русской армии и фло­та была введена верхняя повседневная одежда — сюртук (суртук, сертук). Назва­ние этой одежды произошло от соедине­ния двух французских слов — сюр (Sur) и ту (tout), в переводе означающие на все, то есть на все случаи жизни. Или дословно с французского — поверх всего.

Сюртук плотно облегал фигуру до та­лии, имел широкие полы, доходившие до колен, высокий стоячий воротник и засте­гивался по правому борту на шесть пуго­виц.

Флотские сюртуки до 1872 года не от­личались по своему покрою от общеармей­ского, сохраняя по-прежнему свой темно-зеленый цвет. С 1860 по 1870 год среди офицеров флота царила достойная удивле­ния пестрота в ношении сюртуков. В за­висимости от прихоти хозяина они носи­лись расстегнутыми полностью, с белым или цветным жилетом; полузастегнутыми с отогнутыми лацканами, с фантастичес­кими галстуками и так далее. Упорядоче­ние наступило в 1872 году, когда на морс­ких сюртуках был отменен высокий ворот­ник и утвержден отложной с широкими лацканами. При таком сюртуке полагалось носить белое крахмальное белье, а ворот­ник сорочки должен был быть подвязан черным галстуком. Вне службы сюртук разрешалось носить расстегнутым вместе с белым пикейным и суконным (цвета сюртука) жилетом с малыми приборны­ми пуговицами.

В дореволюционной армии существо-I вал кроме мундира так называемый вице-мундир, или вицмундир, как парадно-выходная форма одежды. Термин вицмундир появился в первой четверти XIX века, ког­да для всех родов войск окончательно были введены эполеты. Вицмундир, по покрою в точности повторявший мундир, носили без эполет, но с небольшими поперечны­ми контрпогончиками из золотого или се­ребряного галуна, без шитья на воротни­ке и нарукавных петлиц. В 1912 году при введении в армии формы одежды, в зна­чительной степени копировавшей суще­ствовавшие образцы времен Отечествен­ной войны 1812 года, вицмундир был тем же парадным мундиром, но с отстегнутым нагрудным лацканом.

С 1810года при вицмундире было раз­решено ношение кортика, а при парадном мундире — только морской сабли, кото­рую ввели в 1811 году.

К концу XIX века военным чинам Мор­ского ведомства были присвоены мундиры: двубортные, застегивающиеся на восемь пуговиц, — для адмиралов и генералов фло­та, а также для офицеров Гвардейского флотского экипажа; двубортные мундиры, застегивающиеся на шесть пуговиц, — для штаб- и обер-офицеров флота; одноборт­ные мундиры, застегивающиеся на восемь пуговиц, были положены адмиралам, гене­ралам и офицерам, состоявшим в свите Его Величества (так называемая свитская фор­ма одежды)(2). Все мундиры имели стоячие воротники с золотым или серебряным (на свитских мундирах) шитьем Всем военным чинам Морского ведомства, которым пола­галось иметь вышитые якоря или петлицы, следовало иметь в середине отверстия ры­мов якорей и на верхних концах петлиц по одной пуговице, одинаковой с бортовыми пуговицами мундира

Кавалеры орденов первых степеней, ленты которых носились под мундиром, имели с левой стороны его, спереди, попе­речный прорез несколько ниже талии для пропускания наружу концов ленты со зна­ком ордена.

На мундирах лиц свиты Его Величества (кроме флигель-адъютантов) шитье на эполетах было с блестками, на всех же про­чих мундирах адмиралов, генералов, штаб- и обер-офицеров Морского ведомства эпо­леты были галунные. Мундиры носили с морской саблей.

Нужно сказать, что вплоть до 1910 года во всей морской официальной документа­ции, относившейся к вопросам формы одежды как офицерского, так и рядового состава, неизменно указывается темно-зе­леный цвет морских мундиров. И в то же время, начиная с XX столетия практичес­ки никто из офицерского состава не но­сил обмундирования старой темно-зеле­ной окраски, предпочитая ей черный цвет. Позднее к обмундированию была добав­лена плащ-накидка. Официально черный цвет морского мундира ввели незадолго до начала Первой мировой войны.

Двубортный парадный мундир со стоячим воротником в военно-морском флоте вновь был введен в 1943 году. Но­сили его при парадной (с саблей) и пара­дно-выходной (с кортиком) формах одежды. Двубортный мундир был также веден для воспитанников Нахимовских училищ. В 1951 году для офицерского со­става Военно-морского флота вместо зак­рытого мундира введена двубортная от­крытая парадная тужурка с золотым ши­тьем на отложном воротнике с нарукавными нашивками «от шва до шва» (с 1997 года нарукавные нашивки на парадной и парадно-выходной тужур­ках такие же, как и на повседневной). При парадной форме одежды адмиралы и офицеры надевают поверх тужурки и шинели желтый шарф-пояс с кортиком.

С 1 ноября 1811 года введено новое штатное положение — О мундирах и аму­ничных вещах. В соответствии с ним ниж­ние чины получили фуфайку темно-зеленого сукна с белой выпушкой по воротни­ку, епанчу (длинный широкий плащ) ка­нифасную на овечьем сукне, черный гал­стук, темно-зеленые брюки. Кроме того, как рабочая форма одежды остались гол­ландская рубаха и канифасные брюки. На темно-зеленых погонах нижних чинов вышивались номера флотских экипажей, суконные пуговицы были заменены на металлические. Нижним чинам полагались ружье со штыком, сумка патронная, ранец и фляга. В летнее время вне строя матро­сы по-прежнему носили куртки и штаны из полосатого тика (с чередованием белых и синих полос).

О введении на флоте новых головных уборов, пожалуй, есть необходимость по­говорить особо.

С петровских времен до наших дней они видоизменялись неоднократно. До XVIII столетия матросы имели шляпы в форме усеченного конуса из поярка(3) с заг­нутыми вверх кругом всей шляпы полями.

Головной убор — фуражка — впервые появился в русской армии в 1797 году. В XVIII и в начале XIX века войсковые со­единения выделяли в военное время осо­бых людей — фуражиров — для заготов­ки продовольствия, фуража, топлива и строительных материалов для кавалерий­ских и артиллерийских частей. Выполнять эти обязанности в шляпах было крайне не­удобно. Тогда и появились впервые выда­ваемые фуражирам так называемые фу­ражные шапки, представлявшие собой ос­троконечный суконный колпак, перегнутый пополам. В таком виде фураж­ная шапка напоминала современную пи­лотку. Фуражная шапка (фуражирка, фу­ражечная шапка), изменившая свой по­крой и принявшая все элементы современной фуражки-бескозырки, то есть околыш и тулью, введена в ноябре 1811 года как повседневный, будничный головной убор во всех частях армии и флота (при этом сохранились кивера и каски, а у офицеров шляпы). Это были темно-зе­леные фуражки-бескозырки с тремя белы­ми кантами: одним по верху и двумя по краям околыша. В 1834 году на околышах нижних чинов на больших портовых, или так называемых ластовых, судов и рабочих экипажей наносились номера экипажей или заглавные буквы части и команды. Буквы были просеченные, с подкладкой желтого цвета Только через десять лет, в 1844 году, на околышах фуражек нижних чинов все­го Военно-морского флота России появились надписи номеров рот.

Кроме бескозырок, в 1855 году были введены для парадной формы фуражки с козырьками, на околышах которых кре­пились гербы или кокарды. Через два года, в 1857 году, матросская фуражка уступа­ет место черной клеенчатой широкополой шляпе с впервые надетой по околышу лен­той. Шляпы имели небольшие наушники и тесьму для завязывания под подбород­ком. Обычай у моряков всех стран носить на матросских фуражках ленту ведет свое начало от рыбаков Средиземного моря, которые в старину, отправляясь в плава­ние на своих утлых парусных суденышках, обычно получали от матерей, жен, близких ленты с вышитыми словами молитвы, зак­линаний, сердечных напоминаний. Моряк подвязывал свои длинные волосы подарен­ной лентой в суеверном убеждении, что любящая рука матери или невесты, выши­вавшая спасительную молитву, незримо оградит его от всяких бедствий на море. Иногда на ленте рисовалась краской над­пись с именем любимой или со словами, определявшими характер ее владельца: Не тронь мет, Храбрейший, Морской бродя­га к так далее. В 1872 году ленты появи-лись на фуражках. До этого времени на околышах матросских фуражек, как уже говорилось выше, ставились лишь прорез­ные буквы и цифры, которые закрашива­лись или подкладывались желтым сукном.

Таким образом, с 1852 по 1872 год нижние чины морского флота носили фуражку-бескозырку без ленты, а при пара­дной форме — круглую лакированную шляпу с лентой, которая впоследствии пе­решла и на бескозырку. В ноябре 1872 года специальным приказом генерал-адмирала («начальника всего флота и Морского ве­домства») уже точно определился тип над­писей, размеры букв и форма якорей на лентах. Приказом генерал-адмирала 19 августа 1874 года была объявлена но­вая форма одежды. С тех пор и уже на дол­гое время были установлены фуражки-бес­козырки черного цвета с белой шерстяной выпушкой (кантом), черными лентами и названием корабля или номера экипажа на нем, а также с кокардой, укреплявшей­ся на тулье. Тогда же были утверждены продолговатый шрифт надписей на ленте и ее длина — 140 сантиметров.

С 8 июля 1878 года матросы Гвардей­ского флотского экипажа и матросы ко­раблей, комплектовавшихся личным со­ставом этого экипажа, стали носить на фуражках-бескозырках черно-оранжевые Георгиевские ленты с надписью «Гвардей­ский экипаж». В ознаменование достослав­ного участия черноморских экипажей в обороне Севастополя морским чинам этих экипажей также были пожалованы Геор­гиевские ленты. Существует мнение, что черно-оранжевые цвета Георгиевской лен­ты повторяют бывшие династические цве­та. Это неверно.

Исторические геральдические цвета русской монархии — золото с черным или желтый цвет с черным. Об утверждении же черно-оранжевых цветов Георгиевской ленты существует определенное указание 1769 года, что цвета даны чисто «военные»: оранжевый — цвет пламени, черный — цвет пушечного и ружейного порохового дыма.

После Октябрьского переворота фор­ма моряков Рабоче-Крестьянского Крас­ного Флота оставалось без изменений. В 1921 году был утвержден образец обмун­дирования для военных моряков: для ко­мандного состава — фуражка и зимняя шапка, пальто (с 1925 года — шинель) цве­та маренго, черная тужурка и брюки, тем­но-синий и белый китель для краснофлот­цев — фуражка-бескозырка, пальто (с 1925 года — шинель) цвета маренго, чер­ный бушлат, темно-синяя фланелевая и белая рубахи с синим воротником, тель­няшка, черные брюки и рабочая одежда из серой парусины. Бескозырка подверг­лась лишь небольшим изменениям — ста­ли несколько уже околыш и канты, умень­шена длина ленты, а вместо названия ко­рабля на лентах появилось название флота. В 1923 году для краснофлотских лент был утвержден единый кубический шрифт, су­ществующий и до сих пор. Лента служила (да и теперь служит) для обвязывания под подбородком вокруг шеи, чтобы беско­зырку не сдуло ветром. Особой лентой на фуражках матросов военно-морского фло­та является лента Гвардейских кораблей, утвержденная вместе с Гвардейским зна­ком в 1943 году. Эта лента имеет расцвет­ку ленты ордена Славы из чередующихся традиционных полос оранжевого и черно­го цветов.

В Рабоче-Крестьянском Красном Фло­те в 1923 году была введена черная, без бе­лых кантов, мягкая краснофлотская фураж­ка с лентой и металлической эмблемой. Знак-эмблема у краснофлотцев в 1924 году заменен общевойсковой красной эмалиро­ванной звездочкой. В 1933 году мягкий об­разец фуражки заменен твердым, с прово­лочным каркасом в полях.

В 1939 году краснофлотская фуражка-бескозырка вместе с командирской фу­ражкой с козырьком получила по верху и низу тульи белые канты. С 1973 года эмб­лема на бескозырке матросов и старшин срочной службы (так же как и на шапках-ушанках) представляет собой красную эмалированную звездочку, обрамленную золотыми металлическими листьями.

Почти все элементы матросской фор­мы — рубаха с отложным воротником, брюки особого покроя, некоторые виды тельняшек — были заимствованы в основном в Голландии, и лишь бескозырка пред­ставляет собой русский национальный го­ловной убор. Ее внешний вид многие на­шли красивым и привлекательным, он так импонировал иностранным морякам, что вскоре русская бескозырка завоевала при­знание во всех флотах мира.

Тем, кто носит бескозырку, она напо­минает о славном боевом прошлом наше­го флота. Бескозырку носил легендарный разведчик, герой обороны Севастополя (1854—1855) матрос Петр Кошка... В годы Великой Отечественной войны советские моряки, сойдя с кораблей и став пехотин­цами, бережно хранили бескозырки и в жаркий момент боя, пренебрегая опасно­стью, надевали их вместо касок. Зажав в зубах ленточки, со связками гранат броси­лись под фашистские танки морские пе­хотинцы Иван Красносельский, Даниил Одинцов, Юрий Паршин и Василий Цибулько, последовав примеру политрука Николая Фильченкова...

Что касается офицерской морской фу­ражки, то в дореволюционном флоте (на­равне с общеармейской) она появляется в 1812 году как фуражка темно-зеленого цве­та с тремя белыми кантами и черным ла­кированной кожи козырьком. Изменив лишь свой цвет на черный в 1884 году, фу­ражка просуществовала до Февральской революции, когда в апреле 1917 года была заменена мягкой, французского образца черной без кантов фуражкой с прямым козырьком, золотым шнурком, эмблемой и черной муаровой лентой по околышу. Последняя никогда до этого в русском флоте не носилась. Возникла черная лента впервые у англичан, когда в Трафальгарс­ком бою (1805) меткой французской пу­лей был убит на палубе своего флагманс­кого корабля «Виктори» английский фло­товодец вице-адмирал Г. Нельсон. В знак траура британские офицеры повязали на тульях своих шляп креповые черные по­вязки, а матросы — черные шейные плат­ки-галстуки, до сих пор сохраняемые в форме одежды английских матросов...

В течение ста с лишним лет, с нача­ла XVIII века, шляпа-треуголка была ос­новным головным убором генеральско­го, адмиральского и офицерского соста­ва русской армии и флота. По числу галунов на шляпе, по отделке ее бортов кружевами различались ранги служеб­ного старшинства (старшинство опре­делялось в XVIII веке, кроме шитья на тре­уголке, еще и количеством галунов по бор­ту кафтана и камзола, а также по количеству пуговиц на обшлагах). В XIX веке прежняя треуголка, изменив свой фасон, была (наря­ду с появившейся фуражкой) наиболее рас­пространенным головным убором. С 1868 года треугольные шляпы были исключены из табели формы одежды офицеров и гене­ралов армии и были оставлены лишь для офицеров и адмиралов флота вплоть до 1917 года Шляпа была принадлежностью парадной формы одежды.

В начале XIX века на флоте появился кивер как головной убор личного состава Гвардейского флотского экипажа, морс­ких батальонов и военно-морских учебных заведений: Морского корпуса и Училища корабельной архитектуры. Кивера изго­товлялись из жестко выделанной кожи, иногда сукна, украшались спереди бляхой (эмблемой) или особым знаком, имели наверху украшение (называвшееся султа­ном, иногда помпоном). Над нижним кра­ем кивера укреплялся чешуйчатый, из мед­ных бляшек, подбородный ремень и кожа­ный черного цвета козырек. Наиболее распространенной была форма усеченно­го конуса с широким основанием, носи­мым уширенной частью вверх (до 1840-х годов), а позднее, наоборот, уширенной ча­стью книзу. Вес кивера в некоторых образ­цах достигал двух килограммов при общей высоте с султаном до 60—70 сантиметров. К 1820 году кивер был дан вообще всем флотским частям и носился как при пара­дной, так и при служебной форме одеж­ды. Так, например, 14 декабря 1825 года на Сенатской площади как офицеры, так и матросы Гвардейского флотского экипажа были в киверах. Кивера были отмене­ны в 1855 году.

В 1910 году во флоте для команд ко­раблей, находившихся на зимовках, были введены так называемые драгунского об­разца зимние шапки с овальным черного сукна донцем, обшитым белым кантом.

Уместно вспомнить, что первый обра­зец подобного зимнего головного убора использовался известным норвежским полярным исследователем Фритьофом Нансеном в его дрейфе во льдах Северно­го Ледовитого океана на судне «Фрам» (1893—1896). Поэтому иногда в литера­туре встречается название нанссновская шапка.

Морские зимние шапки полагались лишь 1/3 команды корабля (на одну бое­вую смену) только при несении наружных вахт в холодное время года и в личную соб­ственность матроса не поступали.

В Рабоче-Крестьянском Красном Фло­те теплые зимние шапки-ушанки черного сукна с черным же мехом введены для краснофлотцев в 1926 году. Верх шапки у рядового и старшинского состава сделан из черного сукна с ватной подкладкой, а у командного состава — теперь уже из кожи черного цвета. С 1973 года меховые шап­ки капитанов 1-го ранга и адмиралов име­ют кожаные козырьки, а у адмиралов — козырьки с шитым золотом орнаментом. На передней части околыша меховой шап­ки укреплена эмблема (с 1998 года ко­зырьки на зимних шапках отменены).

Говоря о военном костюме на флоте эпохи Александра I, нельзя не упомянуть о форме одежды Гвардейского флотского экипажа. В 1807 году при встрече в Тиль-зите на реке Неман двух императоров — Наполеона и Александра I — последний обратил внимание на гребцов шлюпки Наполеона. Огромный деревянный плот, на котором происходила историческая встреча, стоял на якоре посреди реки, и императоров доставляли туда на шлюпках. Французские гребцы были из состава Гвар­дейского флотского экипажа, созданного Наполеоном. Их выправка, манера грести и форма одежды понравились Александ­ру I. Возвратись в Петербург, он не забыл об этом, и 16 февраля 1810 года по указу императора из команд придворных греб­цов и экипажей царских яхт был создан Гвардейский флотский экипаж как само­стоятельная воинская часть, причисленная к гвардии. Из личного состава экипажа стали формироваться команды царских яхт и отдельных кораблей.

Гвардейскому флотскому экипажу была определена особая форма одежды: летняя, введенная во флоте в 1801 году, и зимняя — такая же, как для сухопутных Гвардейских полков, но с некоторыми раз­личиями в сочетании цветов.

Морской костюм Гвардейского флот­ского экипажа представлял собой двубор­тный мундир темно-зеленого цвета, при­ближавшегося к черному, с двумя рядами пуговиц, высоким стоячим воротником и фалдами фрачного покроя, туго облегав­ший корпус. Длинные брюки могли быть белого и черного цветов в зависимости от времени года.

Адмиралы и офицеры носили золотые эполеты с красной выпушкой, присвоенной Гвардейскому экипажу. На эполетах адми­ралов были орлы, вышитые черным шелком, с синим крестом Андрея Первозванного; у офицеров, как и в армии с 1830 года, — звез­дочки в соответствии с чином. Кроме того, эполеты различались по бахроме: на эполе­тах обер-офицеров она отсутствовала, на эполетах адмиралов — из толстых, или, как говорили, из жирных, нитей. Фасон мунди­ров нижних чинов был подобен офицерско­му, но отличался шитьем на стоячем ворот­нике.

Нижние чины носили красные сукон­ные погоны на обоих плечах. Головным убором как у офицеров, так и у нижних чинов служил кивер. Красная выпушка, присвоенная форме одежды Гвардейско­го экипажа, дожила до 1917 года, так же как и белый кант на мундирах. Импера­тор Николай I, вступив на престол, не был оригинален: он также сразу приступил к «реформам» по переодеванию армии и флота. С 14 апреля 1826 года введены од­нобортные мундиры с одним рядом пуго­виц. Вицмундиры, как правило, оставались двубортными с двумя рядами пуговиц, то есть как мундиры, но без шитья на ворот­никах и обшлагах. В праздничные дни, на парадах и в других торжественных случа­ях офицерам были положены кивера. В конце 1830 года флотским офицерам для различия чинов на эполеты и погоны вве­дены звездочки, а в 1832 году на погоны унтер-офицеров — так называемые попе­речники (поперечные галунные нашивки), которые сохранились до наших дней.

Постепенно на кораблях флота начи­нает внедряться единая форма одежды для дежурно-вахтенной службы. С 1832 года на всех военных судах, стоявших на рей­де, была установлена единая форма одеж­ды на вахтенных офицеров. В праздничные и торжественные дни им было положено носить парадные мундиры и кивера, в буд­ни — вицмундиры и кивера с клеенчатым чехлом, которые окрашивались для водо­непроницаемости масляной краской.

Теперь настала очередь поговорить о происхождении черной флотской шинели.

В 1803 году вместо серой канифасной шинели для солдат и матросов вводится длиннополая шинель из грубого серого сукна. Она имела застегивающийся на три крючка высокий воротник, восемь борто­вых пуговиц и узкий стянутый пояс, из-за чего сзади были сборки. Шинель этого по­кроя была очень неудобной. После Крым­ской войны шинель стала короче, шире в поясе и с ровной спинкой. Высокий сто­ячий воротник уступил место отложному. Шинель стала удобнее, но качество мате­риала по-прежнему было низким. Шинель моряков отличалась лишь тем, что ворот­ник ее был из темно-зеленого сукна.

Шинель для офицеров и адмиралов была введена в 1805—1806 годах. По сво­ему внешнему виду она напоминала колообразный серо-голубого цвета плащ. Шинель имела большой висячий в виде пелерины воротник (немногим более 70 сантиметров от нижней кромки до шейного отложного воротника). Шинель носили внакидку, без погон, а на закруг­ленных концах шейного воротничка на­шивались соответствующие рангу петли­цы. В конце 90-х годов XIX столетия по­крой шинелей изменили и шить их стали из черного сукна. На правом борту име­лось шесть пуговиц, а на левом — столько же петель. Шинель для зимнего сезона раз­решалось подбивать мехом.

В 1855—1856 годах в армии и флоте дополнительно к шинели было ведено со­ответственно серое и черное офицерское пальто (плащ-пальто), покроем схожее с нынешними шинелями, но значительно длиннее. К концу XIX века морское плащ-пальто было двубортным, имело по шесть пуговиц на каждом борту. Отложной во­ротник имел ширину около 12 сантимет­ров и закругленные края. Плащ шили так, чтобы он мог свободно надеваться поверх мундира с эполетами. На плаще полагались вшивные погоны. Подкладка для всех чи­нов и званий ставилась из полусукна од­ного с плащом цвета. Сзади внизу плащ имел разрез длиной около 50 сантиметров, при этом левая часть полы перекрывала правую на 2,5 сантиметра.

В 1848 году в русском флоте впервые было введено короткое двубортное полу­пальто из простого зеленого сукна на урсовой теплой подкладке, застегивающее­ся на шесть пуговиц, которое очень скоро стало наиболее популярной верхней фор­мой матросов. Русский мореплаватель, ис­следователь Арктики адмирал Ф.П. Литке дал название этому полупальто — брушлат (от немецких слов Brust — грудь и latte — латы, защита груди). Этим названием в приказе генерал-адмирала официально именовалось полупальто. Дальнейшее со­вершенствование этого вида одежды шло в сторону его укорачивания, сужения и облегчения за счет подкладки, а для поши­ва использовалось черное сукно. Позднее, в конце XIX века, брушлат стал имено­ваться буршлатом, и окончательно, лишь в 1917—1918 годах, была принята новая форма произношения — бушлат. Следу­ет отметить, что в официальных докумен­тах, кроме приказа генерал-адмирала 1848 года, вплоть до 1917 года нигде не употребляется термин брушлат или бургилат, всюду именуемый полупальто на Урусовой подкладке. И в то же время, на­чиная с адмиралов и кончая гардемарина­ми и матросами, все в устной речи упот­ребляли название брушлаг, а после рево­люции — бушлат. В соответствии с правилами ношения формы одежды (до 1917г.) полагалось носить его застегнутым на все пуговицы, спрятав воротник флане­левки или форменки. В период с 1900 по 1906 год синий воротник форменной ру­бахи носился поверх воротника бушлата. После неоднократных изменений и уточ­нений бушлат приобрел современный вид. Ныне он является неизменной формой одежды моряков и носится в осенние и весенние месяцы.

В 1856 году были введены новые «Пра­вила о форме одежды для господ адмира­лов, генералов, штаб- и обер-офицеров Морского ведомства». В соответствии с этими правилами форма одежды подраз­делялась на городскую (парадную, празд­ничную, обыкновенную), походную и слу­жебную (дежурную, караульную).

В том же году для офицеров армии и флота была утверждена белая летняя по­лотняная одежда под названием полот­няник. По своему покрою он был повто­рением сюртука, но несколько укорочен­ным. Он имел высокий воротник, двенадцать пуговиц и застегивался на шесть пуговиц по правому борту. В таком виде был полотняник просуществовал в армии до 1907 года.

Резко изменил свой вид полотняник на флоте, когда в 1892 году впервые была вве­дена новая летняя одежда для офицеров и адмиралов под новым названием — ки­тель, — в точности такого же покроя, который существует и поныне. Любой иллю­стрированный журнал времен Русско-японский войны (1904—1905) приводит на своих страницах многочисленные фо­тографии с изображением ее участников в белых морских кителях и армейских полотняниках, также сменивших свое на­звание на более короткое — китель.

В 1907 году был утвержден как в ар­мии, так и на флоте несколько видоизме­ненный, выработанный практикой войны китель защитного цвета, известного под названием хаки. Кроме того, на флоте ос­тался китель и белого цвета, который раз­решалось носить каждому офицеру и ад­миралу в летнее время. Белый китель был без подкладки и имел пять пуговиц.

В 1910 году циркулярным распоряже­нием Морского министерства вместо ки­телей цвета хаки были введены кителя си­него цвета. Заслуживает интерес обстоя­тельство, что как белый армейский полотняник, так и белый летний морской китель явились образцами военной фор­мы одежды, которые послужили прообра­зом формы офицерского состава многих армий и флотов мира. В 1902 году 23 госу­дарства присоединились к предложению России считать белую летнюю одежду (ки­тель) у офицерского состава официальной формой наряду с парадной, в случаях меж­дународных встреч, визитов и взаимных посещений в летний сезон.

Как форма одежды в нашей армии китель был утвержден в 1943 году. Флотс­кий же синий китель официально состоял в качестве обмундирования офицеров и адмиралов нашего военно-морского фло­та непрерывно с 1910 по 1997 год.

В 1970-х годах в ВМФ для офицеров, мичманов, прапорщиков и военнослужа­щих сверхсрочной службы вместо закры­того кителя белого цвета введены белая ту­журка и синяя куртка с белой или кремо­вого цвета рубашкой и черным галстуком.

Особенно любимой среди моряков стала нательная трикотажная рубашка с поперечными белыми и синими полосами, сокращенно в обиходе называемая моря­ками тельняшкой. Свое название она по­лучила в связи с тем, что надевается пря­мо на тело.

Тельняшка появилась еще во времена парусного флота, 19 августа 1874 года, как разновидность нательного белья, како­вым являлись рубашки из сурового полот­на и вязаные рубахи однообразного бело-серого цвета. Поверх этих рубах носились бостроги, а позднее, в первой половине XIX века, фланелевые матросские рубахи, застегивающиеся наглухо. Позднее тель­няшка приобрела более широкое назначе­ние. Изменился и цвет ее: на ней появились бело-голубые полосы. Дело в том, что кру­госветные и другие плавания с длительным пребыванием в южных широтах потребо­вали ввести, кроме бушлата, и другую лег­кую одежду, которой и стала тельняшка. Введение ее было вызвано также тем, что от матросов, находившихся в море, требо­вались, как известно, четкость, быстрота, особая сноровка при работе с парусами на реях мачт, и тельняшка наилучшим обра­зом отвечала потребностям такой работы. Кроме того, матросы, одетые в такую ру­башку, хорошо просматривались с палубы на фоне неба, моря и парусов. Тельняшка обладает большим преимуществом перед другими нательными рубахами, а именно: хорошо сохраняет тепло и, хотя плотно облегает тело, не мешает свободному дви­жению при работе, удобна при стирке.

Это вид легкой морской одежды не утратил своего значения и до сих пор, хотя со времени ее появления прошло немало лет, за которые флот претерпел множество изменений, и матросам теперь редко при­ходится лазать по вантам. В немалой сте­пени такая живучесть тельняшки объяс­няется и тем, что сочетание полос симво­лизирует синь неба и белые гребешки бегущих вдаль волн. Повторяя цвета Анд­реевского флага, тельняшка напоминает матросу о море и корабле.

Моряки всех поколений русского фло­та всегда были неравнодушны к тельняш-ке, называя ее морской душой. В тяжелых и кровопролитных боях Великой Отече­ственной войны моряка, оказавшегося в пехотной цепи (что случалось довольно часто), можно было всегда отличить по тельняшке, которую он бережно носил под гимнастеркой.

«Морская душа, — писал Леонид Со­болев в своих фронтовых записках, — это решительность, находчивость, упрямая отвага и непоколебимая стойкость. Это веселая удаль, презрение к смерти, давняя матросская ярость, лютая ненависть к вра­гу. Морская душа — это нелицемерная боевая дружба, готовность поддержать в бою товарища, спасти раненого, грудью защитить командира. Морская душа — это стремление к победе. Сила моряков неудержима, настойчива, целеустремлен­на. В ней — в отважной, мужественной и гордой морской душе — один из источни­ков победы».

Неотъемлемой составной частью одежды старшин и матросов является си­ний форменный воротник с тремя белы­ми полосками.

Воротник во флоте существует давно, хотя выглядел он в прежние времена не таким, каким мы его видим сегодня. По свидетельству некоторых документов, он появился в период создания русского ре­гулярного флота при Петре I. Но это не совсем правильно.

Воротник пришел во флот из армии в царствование Павла I. В ту пору солдаты носили парики с косами, которые прихо­дилось мазать салом и припудривать му­кой — этого требовал устав. Такой туалет, естественно, загрязнял мундир, и солдаты стали неофициально подкладывать под косу кожаный воротничок, который затем, уже официально, вошел в форму одежды.

После отмены париков и причесок с косами в матросской форме одежды со­хранился квадратный матерчатый ворот­ник, который в холодную ветреную пого­ду заправлялся под бескозырку и заменял башлык.

Широко распространено мнение, буд­то названные полоски были введены в па­мять о трех победах русского флота: у Гангута (1714), Чесмы (1770) и Синопа (1853). Трудно установить, когда и как воз­никла эта, в общем-то, красивая и высо­копатриотическая легенда, но совершен­но бесспорно, что такое объяснение не имеет под собой реальной почвы. Дей­ствительно, почему мы должны хранить память о трех победах, тогда как в исто­рии русского военно-морского флота их насчитывается куда больше? Не менее славной была победа моряков под коман­дованием адмирала Ушакова при взятии французской крепости Корфу в 1799 году или победа, одержанная русской эскад­рой под командованием адмирала Сеня-вина над турками в Афонском сражении в 1807 году. Каково же объяснение появ­ления трех белых полос на форменном во­ротнике?

Вся история трансформации формен­ного воротника тесно связана с появлени­ем во флоте фланельки, или фланелевки, — широкого покроя рубахи из синей плот­ной фланели с вырезом на груди и ласто­вицами под мышками. Первые фланеле­вые рубахи появились в русском флоте в 1840 году для команд пароходо-фрегатов Черноморского флота, который в те вре­мена делился на три дивизии. В 1843 году специальным приказом к фланелькам гребцов на катерах впервые был введен воротник, который закрывал собою пле­чи по всей их ширине. Полосок на нем не было. Поскольку воротники носили ис­ключительно с фланелевками, которые одевались лишь в холодную погоду, это объясняет их практическое назначение — предохранять гребцов от холода и про­студных заболеваний.

В 1850 году для гребцов корабельных шлюпок ввели разноцветные воротни­ки — синие, белые и красные, по которым можно было легко установить, к какой дивизии они принадлежат. На белых и красных воротниках, которые и так резко выделялись на синем фоне фланелевок, никаких полосок не было, а на синих во­ротниках, сливавшихся с фланелевкой та­кого же цвета, по краю делалась одна бе­лая полоса (или, как ее тогда называли, кант). Синий воротник с несколькими бе­лыми полосками появился в 1851 году у гребцов корабельных шлюпок, при этом количество полосок было различным. Гребцы 1-й дивизии имели одну полоску, гребцы 2-й дивизии — две, и гребцы 3-й дивизии — три полоски. Долгое время по­лоски на воротниках носили только греб­цы корабельных шлюпок.

В 1881 году были введены три белые полосы на воротниках для матросов Гвар­дейского флотского экипажа. А в следую­щем, 1882 году, этот воротник был распро­странен на весь флот.

Таким образом, несомненно, что ко­личество полос не имеет никакого отно­шения к победам русского военно-морс­кого флота. Просто при выборе рисунка возобладала чисто эстетическая сторона дела: воротник с тремя полосками оказал­ся наиболее красивым и имеет простую законченную форму. Летом моряки наше­го военно-морского флота носят полотня­ную белую форменную рубаху с тем же привлекательным синим воротником, об­рамленным по краям тремя белыми по­лосками. Эти же три полоски имеются на синих обшлагах этих рубах. В зимний или осенний сезон поверх белой форменной рубахи моряки раньше надевали темно-синюю шерстяную рубаху одинакового покроя с фланелевой, а воротник белой рубахи выпускали наружу. Сейчас, как правило, носят шерстяную рубаху без бе­лой с таким же отдельно сшитым ворот­ником, который пристегивается к ней в нижней части разреза ворота. Форменный воротник, своим внешним видом напоми­нающий синие морские просторы, всегда выглядит нарядно.

Форма одежды нижних чинов военно-морского флота отличалась от общевойс­ковой и внешним видом брюк.

Во времена парусного флота матросы носили брюки особого покроя, имевшие расширявшиеся книзу концу штанин, формой напоминавших колокол (от фран­цузского cloche — колокол) и называемых по-русски клешем. Такой покрой имел практическую необходимость — при ко­рабельных уборках, когда палуба вся по­крывалась потоками воды, подъеме на реи по вантам, при приставании шлюпок к отлогому берегу было удобно одним дви­жением руки загнуть концы широких штанин кверху выше колен, чтобы не на­мочить брюки. Со временем необходи­мость в клеше отпала. В русском дорево­люционном флоте матросские и офицере-кие брюки из черной шерсти или сукна были прямого покроя, умеренной шири­ны, без малейшего намека на клеш. С 1909 по 1910 год в силу моды, возникшей в гражданской мужской одежде, морские офицеры, главным образом молодежь, ста­ли носить брюки клеш. Их примеру пос­ледовали, правда, лишь вне училищ, и вос­питанники Морского корпуса. Матросам перешивать казенные брюки и носить брюки клеш категорически запрещалось. Тем с большей силой с первых месяцев Февральской революции началась массо­вая перешивка матросских брюк на фасон с раструбом внизу, приобретавшим иног­да нелепые, карикатурные размеры. Осо­бенно это было характерно для матросов-анархистов и для лиц, ничего общего не имевших с флотом. Эти «морские волки», не обладавшие даже элементарными по­нятиями о морской службе, своими под­черкнуто утрированными, необъятными штанинами пытались замаскировать свое случайное, иногда с преступными целями, пребывание на флоте.

Презрительная кличка «клешник», «иванмор» (вместо военмор) всюду сопро­вождала таких горе-моряков, быстро выб­рошенных из рядов Рабоче-Крестьянско-го Красного флота.

В нашем современном Военно-морс­ком флоте брюки клеш не в почете. Наверное, потому, что покрой форменных брюк красив и удобен.

Продолжим рассмотрение эволюции военно-морской формы одежды.

В 1874 году Александром II было ут­верждено новое «Положение о форме одежды», которое вводилось в действие с 1 января 1875 года. Оно отменяло все ра­нее существовавшие инструкции, положе­ния и другие документы о форме одежды и правилах ее ношения. Это положение определяло единообразную форму для всех чинов флота и послужило основани­ем для формирования традиционного внешнего вида моряков нашего Отечества.

Военно-морская форма одежды стала проще, свободнее и гораздо практичнее. Вместе с тем она оставалась красивой по внешнему виду и фасонам предметов об­мундирования. Но одежда по-прежнему оставалась темно-зеленой. Часть предме­тов обмундирования, введенных ранее, перешла без изменений в новую форму одежды, в частности бескозырка, лента с надписью, погоны, эполеты, звездочки и черные двуглавые орлы на них, кортик, морская сабля и др.

Одной из принадлежностей формы одежды адъютантов и флаг-офицеров как знак их службы при начальнике (генера­лиссимусе, фельдмаршале, полном генера­ле) или для отличия высших военных чи­нов, зачисленных в свиту царя, был аксель­бант — шнур особого плетения из золотой или серебряной канители с дву­мя заостренными металлическими нако­нечниками, в которые вначале вставля­лись карандаши. Наконечники делались одного цвета с аксельбантом. Аксельбант пристегивался к правому плечу под пого­ном (эполетом).

Присвоение офицерам, адмиралам и генералам особых придворно-военных званий — флигель-адъютанта и генерал-адъютанта — обязывало их также носить аксельбант вместе с вензелем (заглавными буквами имени царствующих особ) на погонах или эполетах.

Офицерам дореволюционной армии, окончившим Академию Генерального штаба и топографии, предоставлялось пра­во ношения так называемого ученого (се­ребряного) аксельбанта.

Исторически происхождение аксель­банта объясняется различно. Некоторые исследователи первое его появление отно­сят к временам Нидерландской буржуаз­ной революции (1566—1609). Несколько полков, укомплектованных исключитель­но голландцами, состоявшими на испанс­кой службе, восстали и перешли на сторо­ну соотечественников. Испанский прави­тель Нидерландов герцог Альба заочно приговорил восставших к смертной казни через повешение. Голландцы, узнав об этом, пошли в атаку на испанцев, накинув на шеи в знак презрения к угрозе герцога окрученные петлями веревки. Вскоре эта веревочная петля стала символом герой­ства, доблести и патриотизма, перейдя в один из аксессуаров военной формы одеж­ды голландской армии в виде шелковой петли, которая прикреплялась к плечу офицера.

Другое объяснение происхождения аксельбанта исходит от артиллеристов, ко­торые носили через плечо в XVI—XVII ве­ках особые связки веревок, необходимых для втаскивания орудия на возвышенную позицию или для буксировки в помощь лошадям при плохой дороге. Есть и третье объяснение — оно, по нашему мнению, наиболее правильное. Прообраз аксель­бантов — это шнурки, к которым адъю­танты привязывали сразу несколько ка­рандашей (так как в бою затачивать их было некогда) для записи приказаний сво­их начальников.

В русской армии аксельбант впервые появился во второй половине XVIII века, когда очередной фаворит Екатерины II ГА. Потемкин при пожаловании звания генерал-адъютанта получил особый знак в виде золотых шнуров или пучка лент, бо­гато украшенных алмазами и драгоценны­ми камнями. Этот знак, носившийся на правом плече, скорее придворный, чем военный, имел название тресил, или трессил, и являлся прообразом аксель­банта, существовавшего в русской армии до 1917 года.

В наше время аксельбант является принадлежностью парадной формы одеж­ды личного состава рот почетного караула и участников военных парадов.

С 17 ноября 1876 года для офицеров было введено пальто черного цвета для ношения в зимнее время и ненастную по­году. С этого времени темно-зеленый цвет морской формы одежды постепенно усту­пает место черному, который становится доминирующим во флоте, исключая синие кители, принятые позднее, и синие флане­левые матросские рубахи.

Появлению синего цвета в морской форме одежды моряков Российский флот обязан прихоти английского короля Ге­орга II.

Однажды король прогуливался по лондонскому Гайд-парку и был поражен кра­сотой великолепной наездницы леди Бед­форд, которая гордо восседала на белой лошади, облаченная в темно-синее платье с белым воротничком. Вот тогда-то Его Величество, питавший слабость не только к прекрасному полу, но и к флоту, решил, что именно такое сочетание будет больше всего к лицу британским морякам. Слово короля — закон. Впрочем, моряки сразу оценили изысканный вкус своего монар­ха, увидев, что их вид действительно стал более представительным и элегантным.

Синий цвет формы быстро привился во всех морских странах, вытеснив широ­ко распространенные тогда белый, крас­ный и зеленый цвета...

Изменения военной формы одежды в царствование Александра III почти не зат­ронули морской костюм, разве что матрос­ские рубахи стали длиннее и просторнее да офицеры получили некоторые новые предметы обмундирования.

В 1881 году новым предметом флотс­кой одежды стала двубортная тужурка черного цвета с отложным воротником и лацканами, с двумя рядами пуговиц (по три в ряду). С некоторыми изменениями она сохранилась до нашего времени. При тужурке, так же как и при сюртуке, пола­галось носить белую сорочку со стоячим воротником и черный галстук, а также фуражку с белым кантом, козырьком и кокардой. Кондукторы (воинское звание унтер-офицеров) и боцманы стали носить форму одежды, подобную форме офице­ров. Черный цвет для большинства пред­метов флотского обмундирования у всего личного состава окончательно установил­ся только в 1910 году и сохранился в на­шем флоте до настоящего времени.

В 1891 году на левый рукав матросов-специалистов (машинистов, гальванеров, артиллеристов, кочегаров) были введены вышитые красной нитью так называемые штаты, то есть знаки, символизирующие их специальность. Эти нарукавные знаки для мичманов, прапорщиков, старшин, сержантов и матросов ВМФ (кроме лич­ного состава морской авиации) сохрани­лись и поныне.

Согласно «Правилам о формах одежды для офицерских и гражданских чинов Морского ведомства», введенным в 1904 году, форма одежды подразделя­лась на парадную, строевую парадную, бе­реговую, походную, обыкновенную (виц­мундир), десантную и служебную.

Всем чинам флота полагалось обяза­тельным носить усы, а по желанию и ба­кенбарды или бороду.

Ранее, в царствование Александра II, подражая императору, большинство офи­церов носили бакенбарды, а при Алексан­дре III — бороду.

Новыми «Правилами» 1904 года пре­дусматривалось около ста вариантов но­шения формы одежды в различных случа­ях (парады, смотры, караулы, дежурства, богослужения, балы, траур, званые обеды, театр и так далее).

Накануне Первой мировой войны морская форма одежды претерпела значительные изменения. В августе 1911 года морской министр И.К. Григорович ввел новые правила ношения морской формы одежды, утвержденные государем. Они просуществовали вплоть до 1917 года. Впервые в истории для удобства при на­значении соответствующей формы одеж­ды за каждым ее вариантом были закреп­лены номера — от № 1 до № 13. Нумера­ция флотской формы одежды в несколько измененном виде сохранилась до наших дней (в современном Российском Военно-морском флоте определены номера — от № 1 до № 6). К началу войны основными предметами обмундирования адмиралов и морских офицеров были шинель, пальто (плащ-накидка), парадный мундир, виц­мундир (сюртук), синий и белый кители, черные и белые брюки и серые перчатки. При соответствующих формах одежды но­сились эполеты, погоны, аксельбанты, ор­дена, звезды, ленты, знаки, морская сабля или кортик, пистолет или револьвер со сна­ряжением.

В заключение нельзя не сказать о фор­ме одежды воспитанников Морского кор­пуса — кадетов и гардемаринов. По сви­детельству современников, воспитанники Морского корпуса являлись своего рода украшением Санкт-Петербурга. Их стро­евая выправка и красивая форма привле­кали к себе внимание жителей столицы, особенно гимназисток, и гостей столицы, видевших их впервые.

В день празднования 200-летия Мор­ского корпуса в 1901 году на правом флан­ге парадного строя воспитанников стоял 21 гардемарин в различных мундирах, на­чиная с 1701 года.

Нетрудно увидеть, что форма одежды в Морском корпусе в среднем менялась каждые десять лет. Инструкцией, утверж­денной в 1907 году, для гардемаринов Морского корпуса были введены следую­щие формы одежды: отпускная, домаш­няя, строевая и рабочая. Например, при объявлении отпускной формы для уволь­нявшихся в город гардемарины надевали: мундир, черные брюки, короткие сапоги, шинель с башлыком (или без него), фураж­ку, портупею, палаш (фельдфебели — саб­лю) с темляком, наушники (в морозные Дни).

Строевая форма отличалась тем, что вместо палаша надевалась патронная сум­ка. Гардемарины вооружались винтовка­ми, а фельдфебели — револьверами.

Домашняя форма одежды состояла из синей фланелевой рубахи, черных брюк и коротких сапог.

На фуражке-бескозырке была шелко­вая черная лента с надписью «Морской корпус». Фельдфебели носили фуражки с козырьком. Унтер-офицеры и фельдфебе­ли имели на обшлагах мундира золотой галун, а на погонах (белого цвета) у фельд­фебелей была одна поперечная широкая нашивка из такого же золотого галуна. Старшие унтер-офицеры носили на пого­нах три узкие нашивки из желтой тесьмы, а младшие — две.

С целью запретить традиционные для гардемаринов нарушения формы одежды, придававшие внешнему виду совершенно ненужный оттенок щегольства, в инструк­ции была специальная статья, не разре­шавшая иметь на мундире золоченые пу­говицы и офицерские галуны, а также но­сить кашне вместе галстука(4), кольца, браслеты, галоши, лакированную обувь, трости, зонты и прочее.

В период Первой мировой войны лич­ная форма одежды флота не менялась и оставалась такой же до Февральской рево­люции. Военный и морской министр Вре­менного правительства А.И. Гучков отме­нил на флоте погоны и кокарды, хотя в армии погоны сохранились вплоть до Ок­тябрьского переворота. Во флоте была вве-дена англо-американская система знаков различия — нашивки на рукавах. Шири­на галуна нашивок варьировалась в зави­симости от чина.

После Октябрьской революции фор­ма моряков изменилась мало и по-пре­жнему резко отличалась по названиям, покрою, цвету от привычных аксессуаров общевойсковой военной формы одежды.

В Российском Военно-морском флоте форма одежды подразделяется на пара­дную, парадно-выходную, повседневную, рабочую и полевую (для морской пехоты); в зависимости от сезона — на летнюю и зимнюю. Право ношения формы одежды, помимо кадровых военнослужащих, име­ют также адмиралы, генералы, офицеры, мичманы и прапорщики, уволенные в за­пас и отставку с правом ношения военной формы одежды. Ношение военной формы определяется специальными «Правилами».

С давних времен, как мы уже говори­ли, вошло в традицию понятие честь мун­дира. Всякий, кто надел мундир, переста­ет уже располагать собой по собственно­му усмотрению. С этой минуты он подчиняет свою жизнь точно регламенти­рованному порядку. Воинский мундир, не освященный суровой дисциплиной, пере­стает быть символом чести и становится обезличенной одеждой. Понятие «честь мундира» неразрывно связано с высоким достоинством, пронизывающим всю слу­жебную и неслужебную жизнь военнослу­жащих. И поэтому, принимая военную присягу, каждый воин клянется «...достой­но исполнять воинский долг, мужествен­но защищать свободу и конституционный строй России, народ и Отечество».

Неплохо было бы нам и возродить ста­рую традицию общения, когда, прежде чем обратиться к кому-либо устно или письменно, обязательно говорили: «Честь имею...»

Форма российского военного моряка практична и удобна, к тому же она одна из красивейших в мире и пользуется боль­шой популярностью.

Многовековые славные традиции на­шего флота внушают к форме русского моряка уважение в других странах.

Форменная одежда способствует чет­кой организации корабельной службы, созданию обстановки строгой корректно­сти и вежливости во взаимоотношениях моряков. Она наилучшим образом сказы­вается и на внешнем облике военнослужа­щих, делает их стройными, подтянутыми.

К сожалению, следует сказать, что в связи с реформой в Вооруженных силах Российской Федерации в форме одежды для военнослужащих наступил период анархии. Так, например, предметы формы одежды для военнослужащих Военно-морского флота разработаны, но в связи с недостаточным финансированием в соеди­нения и части поступают не в полном объе­ме. Поэтому в настоящее время «Прави­ла» ношения военной формы одежды, оп­ределенные приказом Министра обороны РФ №2101997 года, разрешают ношение как новых, так и прежних предметов об­мундирования. Это, безусловно, не способ­ствует поддержанию образцового внешне­го вида военнослужащих, а следовательно, высокой дисциплине и четкой организа­ции корабельной службы.

С историей военной формы одежды неразрывно связан один из древнейших армейских ритуалов — отдание воинской чести.

Кто не видел, как при встрече друг с другом военнослужащие, приложив пра­вую руку к козырьку фуражки, приветству­ют друг друга! Этот ритуал называется от­данием воинской чести. Его выполнение обязательно для всех, кто одет в военную форму одежды; он настолько вошел в жизнь и быт воинов, что они выполняют его не задумываясь, автоматически. Но мало кто из исполняющих этот ритуал, не говоря уже о наблюдающих, знает исто­рию его происхождения.

Весьма вероятно, что форма отдания воинской чести посредством приложения руки к головному убору пришла от рыцарей, которые при встрече друг с другом в чистом поле, когда они не имели намере­ния вступить в бой, поднимали забрало шлема, чтобы показать лицо, и делали это всегда правой рукой, так как в левой дер­жали щит.

Существует и другая версия, в соответ­ствии с которой считают, что зарождение ритуала восходит к 1588 году, когда пред­водитель пиратов английский мореплава­тель вице-адмирал Фрэнсис Дрейк, встре­чая на борту своего галеона «Золотая лань» английскую королеву Елизавету I (извест­ную своим безобразием), сделал вид, что ослеплен ее красотой, а потому вынужден был, подняв руку, заслонить глаза ладонью. Якобы с тех пор подобное воинское при­ветствие стало традицией.

Но большинство исследователей мор­ских традиций ритуал отдания воинской чести все же связывают с временами ры­царства. Позже ритуал отдания воинской чести состоял в снятии головного убора. Сейчас трудно сказать точно, когда он был отменен. Однако известно, что во флоте снятие головного убора при отдании во­инской чести было заменено приложени­ем руки к тулье фуражки вскоре после Крымской войны (1853—1856). В русском флоте отдание воинской чести в повседнев­ной службе на корабле не требовалось. Она отдавалась только теми, кто нес службу (вахтенными), при получении ими прика­зания, а также при личном обращении каждого члена экипажа к старшему. Де­лалось это приложением правой руки к тулье фуражки и немедленным опускани­ем руки. В этом флот отличался от армии, где нижний чин держал поднятую руку до специального разрешения опустить ее.

Ныне порядок отдания воинской чес­ти военнослужащими в береговых частях и при увольнении из части (с корабля) оп­ределен Строевым уставом Вооруженных сил и является единым для личного состава всех вооруженных сил. Отдание же чести на верхней палубе и в жилых помеще­ниях корабля определено Корабельным уставом Военно-морского флота, его риту­ал во многом напоминает тот, что суще­ствовал на кораблях русского флота.

Сразу же после Февральской револю­ции знаменитым приказом № 1 по армии и флоту отдание воинской чести было от­менено, однако с созданием регулярной Рабоче-Крестьянской Красной армии оно введено вновь.

Отдание воинской чести, как и стро­гое соблюдение других форм воинской вежливости, является свидетельством крепкой дисциплины, порядка и органи­зованности в частях и на кораблях. Чело­век в военной форме — человек осо­бой судьбы, особого долга. Форма одежды, знаки различия, награды — все это является внешним выражени­ем чести и достоинства солдат, матро­сов, офицеров, генералов и адмира­лов. Честь мундира — это не только прошлое и настоящее офицера, но и его будущее. Ведь недаром говорят: «Береги честь смолоду...»

Примечание:

В настоящее время Вооруженные силы РФ руководствуются «Правилами» ношения военной формы одежды, кото­рые определены приказом МО РФ № 210 1997 года В элементах формы одежды ря­дового, старшинского состава, мичманов, офицеров и адмиралов ВМФ предусмотре­ны значительные изменения. Однако поло­женного приложения к этому приказу, с подробным описанием и иллюстрациями, до сих пор нет, что очень затрудняет пра­вильное описание новой формы одежды. На основании разъяснений, полученных от начальника труппы службы войск ГШ ВМФ, можно сделать вывод, что реформа по фор­ме одежды еще не окончена и поэтому включать в эту книгу уже существующие изменения нецелесообразно.

(1) Канифас — плотная хлопчатобумажная

(2) Свитскую форму одежды имели право носить военнослужащие, имевшие придворное звание ге­нерал-адъютант (присваивалось, начиная с генерал-лейтенанта и вице-адмирала) и флигель-адъютант (присваивалось офицерам, начиная обычно с капи­тана 2-го ранга), а также генералам и адмиралам свиты Его Величества.

(3) Поярк (поярок) — шерсть, руно с ярки, с овцы по первой осени, первой стрижки. Из поярка валяли шляпы.

(4) Галстук для нижних чинов и гардемарин представлял собой нагрудник из черного сукна под­ковообразной формы со стоячим воротничком, за­стегивающимся на два крючка позади шеи. К во­ротнику подшивался белый подворотничок. Этот галстук входит в состав формы матросов и старшин нашего флота.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю