Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

Глава пятая

«Адмирал»

После суда над «Акмой» шведские газеты пре­кратили публиковать статьи о русском шпионаже на Скандинавском полуострове. Но это затишье было вре­менным. 14 декабря 1944 года все стокгольмские вечерние газеты напечатали официальное сообщение следующего содержания: «Криминальной полицией в Стокгольме за­держан по обвинению в шпионаже бывший российский подданный Владимир Сташевский и два шведских граж­данина — штурман Виктор Бук и другое лицо, имя кото­рого не публикуется, так как это может сильно отразить­ся на здоровье его родных, и, кроме того, в психическом отношении он настолько неустойчив, что речь может ид­ти и о его освобождении...»

15 декабря 1944 года в газетах «АТ», «Афтон бладет», «Дагенс нюхетер» и других появились более подробные отчеты о задержании русских шпионов. Начальник кри­минальной полиции Люндквист сообщил корреспонден­там, что задержанный Владимир Сташевский «является царско-русским шпионом», а его сообщник Виктор Бук был штурманом на «ряде шведских судов, приписанных к портам Стокгольм, Гетеборг, Ландскрупа, Сольвесборг и Треллеборг. Он доставлял Сташевскому сведения о поло­жении в Германии, о шведских морских перевозках в Германию и укреплениях на балтийском побережье. Ста­шевский эти сведения передавал советскому резиденту...»

В те дни шведская газета «Свенска дагбладет» писала: «Раскрытие нового шпионского центра в Стокгольме, гла­вой которого является бывший русский морской атташе, относится к фактам, напоминающим нашему народу о том, что он еще не может спокойно перейти к обсуждению послевоенных проблем, в надежде на то, что опасность уже миновала. По сообщениям полиции, история со Ста-шевским является одним из серьезных случаев шпионажа в Швеции, имевших место в течение этого года. Шпионаж был направлен против Швеции. В деятельность задержан­ных входила как продажа иностранной державе шведских военных тайн, так и шпионаж за торговыми судами, охва­тывающий в том числе и судоходство в Балтийском море. Раскрытие этого дела должно вновь побудить шведскую общественность, несмотря на нейтральную усталость от войны, не закрывать глаза, быть бдительными против мно­гих таинственных личностей, которые ведут свою под­польную преступную деятельность в Швеции».

20 декабря 1944 года специальный корреспондент га­зеты «АТ» сообщал на ее страницах, что «начался разбор дела шпионской группы Сташевского. Дело разбирается в городском суде. Все участники группы — довольно по­жилые люди. Сташевский очень маленький, сухой стари­чок с гитлеровскими усами, но не без подтянутости. Ког­да судьи предложили ему стул, он ответил, что ему и так хорошо, и продолжал стоять...»

Сташевский во время суда так и не присел на предло­женный ему судьями стул. Не догадался, видимо, швед­ский журналист, что бывший офицер императорского флота царской России не считал себя виновным и не мог принять любезное предложение судей сесть на скамью подсудимых. Он был твердо уверен в том, что его дея­тельность по сбору сведений о фашистской Германии и о поставках шведских промышленных товаров в порты тре­тьего рейха не является преступлением против Швеции. Сташевский занимался разведывательной деятельностью против фашистской Германии, которая была врагом не только Советского Союза, но и всех европейских стран. К ним относилась и Швеция, «несмотря на нейтральную усталость от войны».

Кем же был Владимир Сташевский и чем в действи­тельности он занимался в Стокгольме?

Владимир Арсеньевич Сташевский родился в дворян­ской семье в Ярославле в 1879 году. Отец его имел чин генерал-лейтенанта, занимал посты военного губернатора Приморской области и был наказным атаманом Уссурий­ского казачьего войска.

Владимир избрал для себя иной путь в жизни. Он окончил Морской кадетский корпус, несколько лет про­ходил службу на кораблях императорского военного фло­та, в 1911 году окончил Николаевскую военно-морскую академию.

Молодой, талантливый офицер, который служил на боевых кораблях императорского флота, Владимир Ста­шевский был направлен в распоряжение иностранной (разведывательной) части Морского генерального штаба, где и получил назначение на должность морского агента в одну из европейских стран. Прежде чем отправиться в специальную командировку, Сташевский должен был выполнить задание в Швеции. Несмотря на отсутствие опыта разведывательной работы, молодой офицер ус­пешно справился с заданием. Это свидетельствовало, что из него может получиться толковый военный разведчик. Общая образовательная подготовка также позволяла ему выполнять представительские обязанности в Стокголь­ме. Эти причины и послужили основанием для назначе­ния Сташевского 17 февраля 1914 года на должность морского агента в Швеции, Норвегии и Дании. «Мор­ской агент», говоря современным языком, был военно-морским атташе Российской империи в Скандинавских странах.

В годы Первой мировой войны В. Сташевский добы­вал ценные сведения о германском военном флоте. Не­смотря на то что Сташевский занимался сбором инфор­мации о Германии, находясь на территории нейтральных Скандинавских стран, он постоянно встречал активное противодействие со стороны контрразведок Норвегии, Дании и особенно Швеции.

В 1916 году В. Сташевскому было присвоено воинское звание «капитан 1-го ранга». Он активно выполнял задачи, поставленные перед ним Морским генеральным штабом.


Иван Иванович Ильичев, начальник Главного разведывательного управления в 1942 - 1945 гг.




Федор Федотович Кузнецов, начальник Разведуправления Генштаба Красной Армии в 1942 - 1945 гг.




Павел Михайлович Фитин, начальник внешней разведки НКВД СССР в годы Великой Отечественной войны




М. А. Воронцов, начальник Разведуправления Главного морского штаба ВМФ СССР




Алексей Павлович Панфилов, заместитель начальника ГРУ в 1942 - 1945 гг.




Павел Анатольевич Судоплатов, начальник отдела «С» МГБ СССР




Первый заместитель начальника Генштаба А. И. Антонов (справа) и начальник оперативного управления С. М. Штеменко. Москва, 1944 г.




Командующий 1 -м Белорусским фронтом генерал армии К. К. Рокоссовский и начальник оперативного управления генерал-майор И. И. Бойков




Командующий 1 -м Прибалтийским фронтом генерал армии И. X. Баграмян и начальник штаба фронта генерал-лейтенант В. В. Курасов




Командующий 2-м Белорусским фронтом генерал армии Г. Ф. Захаров, член Военного совета фронта генерал-лейтенант Н. Е. Субботин и генерал-полковник авиации К. А. Вершинин. Август 1944 г.




Командующий 5-й армией генерал Н. И. Крылов, командующий 3-м Белорусским фронтом генерал армии И. Д. Черняховский (в центре) и начальник оперативного управления штаба фронта генерал П. И. Иголкин




Начальник разведотдела штаба Волховского фронта полковник Василенко Вячеслав Иванович




Начальник разведотдела штаба 1-го Прибалтийского фронта полковник Хлебов Арсений Андреевич




Кейтель, Гитлер и Антонеску (справа налево) обсуждают положение на советско-германском фронте. Ставка Гитлера, март 1944 г.




Вальтер Шелленберг, руководитель внешнеполитической разведки фашистской Германии




Генрих Мюллер, начальник государственной тайной полиции фашистской Германии




Адмирал Вильгельм Канарис, начальник абвера




Командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Э. Буш




Совещание у рейхсфюрера СС и гестапо. В центре: Г. Гиммлер; справа: Р. Гейдрих и Г. Мюллер; слева: Ф. Хюбе и А. Нёбе




Рейнхард Гелен, офицер оперативного отдела Генштаба вермахта




Генерал Хироси Осима, в годы Второй мировой войны посол Японии в Германии




Впереди наступающих войск всегда действовали разведчики




Начальник разведотдела штаба 3-го Белорусского фронта генерал-майор Алёшин Евгений Васильевич




Начальник разведотдела штаба 3-го Белорусского фронта генерал-майор Алёшин Евгений Васильевич




Западнее Минска. Разведчики привели очередного языка




Доклад Разведуправления о состоянии немецко-фашистской армии, ее вассалов и о возможностях и планах Германии на дальнейшее ведение войны в 1944 году. Июнь 1944 г.




Военный разведчик Владимир Арсеньевич Сташевский («Адмирал»). 1937 г.




Генерал-полковник Филипп Иванович Голиков с женой Зинаидой Афанасьевной, сыновьями Сергеем (слева), Борисом (справа) и дочерью Ниной. 1944 г.




Артур Александрович Адаме («Ахилл») в годы работы в США




Радист старший сержант Александр Зиничев




Подполковник Козлов Иван Макарович («Билтон»)




Иван Васильевич Суслопаров («Маро»), военный атташе во Франции




Николай Иванович Никитушев («Акасто»),военный атташе в Швеции




Военинженер 2-го ранга Ефремов Константин Лукич («Паскаль»)




Герой Советского Союза гвардии майор Братчиков Геннадий Иванович («Овин»)




Иоганн Венцель («Герман»)




Радистка Зоя Макарова




Начальник Генштаба маршал Советского Союза А. М. Василевский (слева в центре) и генералы И. Д. Черняховский и В. А. Макаров допрашивают пленных фашистских генералов




16 июля 1944 года в Минске состоялся парад партизан Белоруссии




Встреча танкистов с жителями Минска. Июль 1944 г.




Минск. Курган Славы. Четыре штыка символизируют боевое братство воинов четырех фронтов — 1, 2, 3-го Белорусских и 1-го Прибалтийского

После смены власти в России в 1917 году капитан 1-го ранга Сташевский не перестал заниматься разведыватель­ной работой в интересах России. Многие его коллеги по Морскому генеральному штабу отказались сотрудничать с новой властью, установившейся в России. Сташевский продолжал поддерживать связь с Петроградом, несмотря на то, что финансирование его деятельности было полно­стью прекращено.

В 1918 году Реввоенсовет республики принял решение об отмене института военных и морских агентов (атташе). Сташевский был уволен со службы и остался фактически без средств к существованию. Однако он не растерялся и не прекратил своей разведывательной деятельности в ин­тересах России. Бывший русский морской атташе зани­мался сбором сведений, важных для безопасности Рос­сии, бескорыстно и добровольно. У Сташевского были кое-какие личные сбережения, которые позволяли ему жить и работать в Швеции. Для поддержки своего фи­нансового положения он давал частные уроки по русско­му языку и высшей математике, которую преподавал от­дельным шведским студентам.

Несмотря на трудности, Сташевский тем не менее связи с Россией не прерывал и продолжал заниматься сбором разведывательных сведений. Часто его данные представляли значительный интерес. В июне 1918 года, например, Сташевский сообщил в Петроград о том, что Германия подталкивает Финляндию к военному захвату Русской Карелии и северных земель. «Об этом открыто говорят в шведских военных кругах. Предполагается крупный масштаб операции. Время проведения операции в тундре — конец лета»1.

В 1933 году В. Сташевский обратился в посольство СССР в Швеции с просьбой предоставить ему советское гражданство и разрешить возвратиться в Россию. Прось­ба была удовлетворена.

Несмотря на положительное решение по заявлению Сташевского, бывший офицер российского военно-мор­ского флота в Россию не попал1.

В том же 1933 году представитель советской военной разведки «Рудольф» познакомился со Сташевским и предложил ему остаться в Швеции. Военная разведка ос­тро нуждалась в квалифицированных кадрах. После при­хода в Германии к власти Гитлера и национал-социалис­тов этот вопрос представлял значительный интерес для советской военной разведки. Я. К. Берзин, начальник Разведуправления Красной Армии, не исключал ухудше­ния советско-германских отношений и целенаправленно создавал резидентуры военной разведки в Германии и в государствах, где можно было бы добывать сведения о направленности внешней политики третьего рейха.

Под псевдонимом «Рудольф» в Разведуправлении РККА числился помощник военно-морского атташе Ар­тур Александрович Риттер. В 1937 году специальная ко­мандировка Риттера в Швецию была прервана. Он был отозван в Москву.

О том, как «Рудольф» работал в Швеции можно су­дить по отчету разведчика-нелегала «Франца», который 26 марта 1937 года писал:

«Связь с товарищем "Рудольфом" установил в августе 1936 года и поддерживал до отъезда. Наши встречи были ко­роткими. "Рудольф" передавал мне указания центра. На встречи со мной товарищ "Рудольф" всегда выходил точно, в ходе обсуждения наших общих проблем был корректен. Зада­ния Центра по разведке Германии, которые мне передавал товарищ "Рудольф", я аккуратно и своевременно выполнял...»

Что же произошло с Риттером, когда он прибыл в Москву? Об этом можно судить из письма заместителя начальника РУ РККА старшего майора госбезопасности Гендина, который сообщал начальнику 5-го отдела 2-го управления НКВД майору Агасу:«Препровождаю квитан­ции на вещи арестованного помощника военно-морского ат-таше в Швеции майора Риттера А. А.» Из документа сле­дует только один вывод: в конце 1937 года майор А. А. Рит­тер был арестован органами НКВД.

Привлеченный Риттером к работе на советскую воен­ную разведку Владимир Сташевский остался в Стокгольме.

Связь со Сташевским военная разведка восстановила в конце 1939 года. В Центре ему был присвоен псевдоним «Адмирал». Выбор псевдонима полностью соответствовал знаниям, опыту и моральным качествам военного развед­чика В. А. Сташевского.

Выполняя задание Разведуправления Красной Армии, «Адмирал» создал в Стокгольме разведывательную группу. Она в случае вступления Швеции в войну против СССР на стороне Гитлера должна была добывать сведения о во­енно-политических отношениях и торгово-экономиче­ских связях Германии со Скандинавскими странами.

В 1940—1942 годах «Адмирал» работал в шведской ки­нопромышленности в качестве переводчика надписей на русских кинофильмах. Он хорошо знал немецкий, фран­цузский, английский и шведский языки. Характеризуя личные и деловые качества Сташевского, подполковник Н. Никитушев докладывал в Центр:

«Сташевский в работе очень осторожен. Тщательно подбирает людей, которые могут обладать полезными све­дениями или связями. Сам вполне благонадежен. Как хоро­шо подготовленный в военном отношении специалист, дает ценные сведения по военным вопросам. С началом Великой Отечественной войны переведен на самостоятельную связь с Центром».

Когда фашистская Германия напала на Советский Союз, разведгруппа «Адмирала» приступила к работе. В ее состав входили источники «Барбо», «Тюре» и «Август». Радист­кой этой группы была «Акма».

Разведгруппа Сташевского занималась только сбором сведений о положении немцев в Норвегии и о переброс­ках немецких войск через Швецию в Финляндию.

Одним из активных помощников «Адмирала», добы-вавших сведения о фашистской Германии, был источник «Барбо». Этот псевдоним принадлежал Виктору Никола­евичу Буку.

В. Бук родился в Томске в 1914 году, окончил гимна­зию, прибыл в Петербург и поступил в офицерскую воен­но-морскую школу, но по неизвестным обстоятельствам был отчислен. Однако с морским флотом Виктор Бук не расстался. Он поступил на курсы прапорщиков, успешно их окончил и получил воинское звание «прапорщик Ад­миралтейства», служил на минном заградителе «Волга».

В 1918 году Виктор Бук уволен со службы в военно-морском флоте, выехал из Петербурга в Архангельск, вступил в белую армию, которой командовал Мюллер. В 1920 году попал в плен к красным. Добровольно вступил в Красную Армию, сражался на польском фронте, под Полоцком был тяжело ранен и захвачен в плен поляка­ми. Из плена бежал, оказался в Риге, нанялся на торго­вое судно, которое перевозило товары в Швецию и Фин­ляндию. В 1923 году остался в Швеции, поселился в Стокгольме, со временем получил шведское гражданство.

В 1937 году Бук уже работал вторым штурманом на шведском торговом пароходе, совершавшим рейсы в пор­ты Германии. Видимо, Сташевский был знаком с Буком. Выполняя задание Разведуправления РККА по созданию разведывательной группы, Сташевский предложил Буку заняться сбором сведений о германских морских портах и шведско-германских торговых перевозках через Бал­тийское море.

Бук был женат на шведке, имел дочь двенадцати лет. За плечами его уже была большая и трудная жизнь, уча­стие в войне на стороне и белых, и красных. Вначале он не принял предложение Сташевского, но когда фашист­ская Германия напала на Советский Союз, Бук понял, что его Родина нуждается в помощи, и согласился выпол­нять задания Сташевского. В центре ему был присвоен псевдоним «Барбо».

«Барбо» стал собирать сведения о состоянии немецких портов Киль, Бремен и Эмден, а также о перевозках в Германию из Швеции промышленных товаров, сырья и других грузов — он хорошо знал все морские немецкие порты, германские и шведские торговые и пассажирские суда, их грузоподъемность.

«Барбо» был знаком с некоторыми капитанами швед­ских морских судов, что давало ему возможность своевре­менно выполнять задания «Адмирала», собирать сведения о немецких минных полях в Балтийском море, сообщать о курсах немецких военных конвоев в Балтике, держать под контролем переброски немецких войск и грузов на Скандинавский полуостров. Поставки шведских промыш­ленных товаров в Германию также своевременно оцени­вались группой «Адмирала». Данные «Барбо» всегда были точными, подробными и ценными.

«Барбо» смог организовать добывание секретных све­дений из офиса германского военного атташе в Швеции. В этом ему помогал один из шведов, который работал у немца.

«Барбо» сотрудничал с «Адмиралом» бескорыстно. Ри­скуя своей жизнью, он, как мог, оказывал помощь Рос­сии, которую всегда считал своей родиной.

Арест В. Н. Бука в декабре 1944 года прервал поступ­ление в Центр важных сведений о фашистской Германии.

Третьим лицом, арестованным вместе со Сташевским и Буком, был швед. В центре он имел псевдоним «Тюре». Фамилия этого источника не была названа в шведских газетах в декабре 1944 года. Мы тоже не будем ее назы­вать, но следует сказать, что психическим расстройством, как писали шведские газеты, этот источник не страдал. Он занимал в шведских политических кругах достаточно высокое положение и был даже вхож в семью короля Гу­става. Когда шведский король был молодым офицером, он оказался в какой-то трудной ситуации. «Тюре» помог королю. Услуга, видимо, была значительной.

«Тюре» передавал «Адмиралу» разведывательные све­дения только за денежные вознаграждения. Овчинка вы­делки стоила. Иногда «Тюре» передавал «Адмиралу» даже содержание писем, которые король Густав направлял Гит­леру. Вначале в Центре к таким сообщениям относились с недоверием. Трудно было поверить, что «Тюре» может до-бывать такие сведения. Но последующее развитие швед­ско-германских отношений подтверждало все, о чем сооб­щал «Тюре». В частности, он первым сообщил советской разведке, что король согласился предоставить Германии свободный транзит немецких войск, перевозку боевой техники и боеприпасов через территорию Швеции.

«Тюре» в 1941—1943 годах предоставил ценную ин­формацию о Финляндии и Германии. В одном из архив­ных документов военной разведки тех лет отмечено, что «в 1940—1943 годах группа "Адмирала" направила в Центр несколько ценных материалов о вооруженных силах Герма­нии, немецким воинским перевозкам и внешней политике Швеции».

«Тюре» был лично знаком с министром иностранных дел Финляндии, передавал «Адмиралу» подробную ин­формацию «относительно переговоров представителей Ан­глии и Германии о мире и посреднической роли в этих пере­говорах Швеции».

В августе 1943 года «Акма» была арестована шведской полицией «за ведение нелегальной радиосвязи». Причи­ны ареста «Акмы» — давление со стороны Германии на шведские власти и требование уничтожить советских ра­дистов, действовавших на территории Швеции.

Что же произошло с «Адмиралом», который никогда с «Акмой» не встречался? Как могла шведская криминаль­ная полиция выйти на след В. А. Сташевского, задержать его, а также В. Н. Бука и источника «Тюре»?

Прежде чем приступить к поиску ответов на эти во­просы, видимо, было бы интересно изучить характерис­тику, которую полковник Никитушев давал «Адмиралу» в 1944 году. «Адмирал», по оценке Никитушева, «безус­ловно, преданный работник. Делает все возможное, чтобы полностью выполнить наши задачи. В работе исключи­тельно осторожен, действует только наверняка. За три с лишним года сотрудничества с нами он не предложил ни одной вербовки из местных граждан. Его связи давно им проверены и закреплены надежно. Подход к нему полиции чрезвычайно затруднен тем, что он доступа к секретным сведениям не имеет, а сам является руководителем неболь-той нелегальной группы, работу с источниками организо­вал искусно, поэтому собрать на него компромат исключи­тельно трудно».

Оценки и выводы полковника Никитушева не вызы­вают сомнения в высоком профессиональном мастерстве «Адмирала». Тем не менее в декабре 1944 года Сташев­ский был арестован шведской криминальной полицией. Что же произошло в Стокгольме?

Ответ на этот вопрос удалось найти в одном из доку­ментов 1944 года. Оказалось, что аресту Сташевского предшествовало одно событие, которое и сыграло в его судьбе роковую роль.

17 сентября 1944 года в квартире «Адмирала» раздался неожиданный телефонный звонок. Сташевский поднял трубку. Звонивший извинился за беспокойство и назвал свою фамилию. Им оказался Борис Михайлович Четверу-хин, который когда-то тоже был офицером император­ского военно-морского флота. После Октябрьской рево­люции Четверухин не признал советской власти и эмигрировал в Финляндию. В Хельсинки его приметила и завербовала британская разведка. Четверухин был чело­веком без устойчивых моральных убеждений. Он хотел иметь деньги и зарабатывал их как мог, торгуя своими знаниями о русском флоте, помогая англичанам собирать сведения о военном потенциале России. Видимо, англи­чане не очень щедро оплачивали информацию, передавае­мую британской разведке Четверухиным. Борис Михай­лович предложил свои услуги шведскому генеральному штабу и стал сотрудничать со шведской разведкой. Помо­гая финнам, шведам и англичанам собирать сведения о России, Четверухин сколотил небольшой капитал и со­здал собственную торговую контору «Сундваль К°. А/К». Контора располагалась в Хельсинки на улице Казернга-тат, 27. Вероятно, контора была прикрытием для разве­дывательной деятельности Четверухина. В 1944 году, ког­да советские войска успешно завершили операцию «Багратион» и освободили почти всю территорию Совет­ского Союза, Четверухин понял, что вскоре Финляндия выйдет из войны. Борис Михайлович не исключал, что войска Карельского фронта могли войти в Финляндию. В этом случае его бизнес мог развалиться, и он решил пе­ребраться в Швецию.

Сташевский встретился с Четверухиным. Они обедали в одном из стокгольмских ресторанов. Во время беседы Четверухин сообщил, что он прибыл в Швецию дней на десять, добивается разрешения шведских властей на про­живание в Стокгольме. После нескольких рюмок водки Четверухин, почувствовав, что его собеседник вполне его понимает, сообщил, что он сотрудничает с английской разведкой, а также работает и на германский генераль­ный штаб.

Завершая встречу со Сташевским, Борис Михайлович сказал, что после войны они вместе могут делать хорошие деньги, так как информация о России будет стоить еще дороже. Покупатели есть и найдутся новые.

Сташевский понял, о чем говорит Четверухин. Гость из Хельсинки прибыл в Стокгольм, чтобы решить свои дела и попутно вовлечь Сташевского в разведывательную работу против Советского Союза после разгрома фашист­ской Германии. Предложение было прямым и однознач­ным. Четверухин пытался завербовать Сташевского, при­влечь его к работе на разведку одного из иностранных государств. Отказавшись от предложения Четверухина, Сташевский распрощался с ним. Бесцеремонность и бес­принципность Четверухина поразили бывшего офицера русского военно-морского флота.

Это была их первая встреча за последние десять лет.

Сташевский подробно доложил Никитушеву о содер­жании беседы с Четверухиным. Никитушев рекомендовал «Адмиралу» более с Четверухиным в контакт не вступать...

Что же произошло дальше? После неудачной вербовки Сташевского, которую пытался осуществить Четверухин, не исключено, что по заданию английской разведки в шведскую полицию поступил донос2. «Адмирал» был взят шведской контрразведкой под усиленное тайное наблюде-ние. Оно длилось около двух месяцев. Агенты контрраз­ведки смогли зафиксировать контакты «Адмирала» с Вик­тором Буком и источником «Тюре». В декабре 1944 года все трое были задержаны.

Шведские газеты еще до суда определили, что Ста­шевский — советский тайный агент, что он виновен в сборе сведений о Швеции. Словом, еще до суда все точ­ки в деле Сташевского были расставлены.

Сташевского приговорили к 2 годам и 10 месяцам тю­ремного заключения. В ходе следствия и суда Владимир Арсеньевич своей вины не признал и принадлежности к советской разведке не разгласил. Обвинение в сборе све­дений о вооруженных силах Швеции осталось недока­занным.

«Адмирал» действительно не занимался сбором сведе­ний о Швеции. В годы Великой Отечественной войны та­кие сведения советскую военную разведку почти не инте­ресовали. В задачу «Адмирала» входило изучение положения стран фашистского блока и положения фин­ских войск на фронте в Карелии.

После оглашения приговора бывший капитан 1-го ран­га российского императорского флота отбывал наказание в тюрьме в городе Фалуне. Сташевский не сожалел о том, что с ним произошло. Находясь в тюрьме, он писал сво­ей жене: «Я — русский, я — военный, я — патриот. Поэто­му я сделал то, что сделал. Русским военным, мужчинам мои поступки понятны...»3 Находясь в тюрьме, Владимир Арсеньевич давал некоторым заключенным уроки русско­го языка, а двоим шведам, которые обучались заочно в инженерном институте, по высшей математике.

Сташевский был освобожден из тюрьмы, когда уже закончилась Вторая мировая война. В победе Красной Армии над фашистской Германией несомненно есть и его вклад.

После войны В. А. Сташевский жил в Стокгольме, умер 30 октября 1950 года.

1 РГА ВМФ. Ф. Р-342. On. 1. Д. 655. Л. 2.

2 Владимиров О., Могильников В. «Я — русский, я — военный, я — патриот» // Военно-исторический журнал. 2004. № 4. С. 36—40.

3 ЦА МО РФ. Оп. 12987. Д. 7. Л. 13.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю