Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

Орлов Борис Александрович, поэт-маринист

Руководитель литературного объединения "Путь на моря" имени Всеволода Азарова, Санкт-Петербург.

Об авторе

Борис Александрович Орлов родился 7 марта 1955 года в деревне Живетьево, Брейтовского района, Ярославской области. Окончил: Ленинградское высшее военно-морское инженерное училище имени Ф.Э. Дзержинского (1977). Московский литературный институт имени М. Горького (1985).

Служил на Северном флоте на атомной подводной лодке (1977—83). Работал в газетах: "На страже Заполярья" (1983—86), "Советский моряк" (1986—90). Был начальником отдела Центрального военно-морского музея (1990—93). С 1993 года - главный редактор еженедельника Ленинградской Военно-Морской Базы и Военно-Морских Учебных Заведений в Санкт-Петербурге «Морская газета». Руководитель ЛИТО "Путь на моря" им. Всеволода Азарова. Главный редактор «Литературного Петербурга». Капитан 1-го ранга.

Автор 12 книг стихов (см. поэтическую серию Бориса Орлова НОВЫЕ СТИХИ). Печатается как поэт с 1972:

Район, газ. "Заря коммунизма".
Автор кн. стихов:
Гранитный Север. М., 1983;
Листва. Мурманское изд-во, 1985;
Море и поле. М., "Современник", 1986;
Дыхание. М., "Молодая гвардия", 1990;
Прозрение. СПб., 1993;
Путь на Голгофу. СПб., "Арт-Борей", 1995;
Диалог с Творцом. СПб., "Культура", 1996;
Избранная лирика. СПб., "Редактор", 1996;
Тень тернового венца. СПб., 2000.
Печатает стихи в журнале "Нева" (1999, № 4; 2000, № 5).

Секретарь Союза писателей России, член правления Санкт-Петербургской организации СПР, член Санкт-Петербургского союза журналистов, член СП СССР (1986), Православного общества санкт-петербургских писателей. Член правления СП России (с 1999).

Академик Петровской академии наук и искусств.

Награжден медалями. Лауреат литературных премий "Золотой кортик" (1994), им. К. М. Симонова (1998), им. В. С. Пикуля (1999). Живет в Кронштадте.



Черная подлодка...
Листва дурманит запахом земли...
Как сломанное радио, молчит...
Б. Подопригоре
Поздняя встреча
Ещё уважает родня...
Шелестел деньгами и бумагами...
Конец походу — рюмки всклень полны...
Улетели ласточки. Над кручей...
Одуванчики
А. Р.
О чем жалеть? Секретов нет отныне...
Синеет колокольчик на полянке...
Указ или приказ – как вражеский фугас...


* * *


Черная подлодка.
Черная вода.
Черная пилотка -
Красная звезда.


* * *


Листва дурманит запахом земли,
Лишайник растекается на стенах.
Архангелами в небе журавли
Трубят о предстоящих переменах.

Тревожит сердце облачная рябь -
Печаль о невозвратном и любимом.
Как сигареты, раскурил сентябрь
Березы, наслаждаясь желтым дымом.

Слепым дождем прибило в парке пыль,
Колышутся аллеи в дымке зыбкой.
Парит над Петропавловкою шпиль -
Божественный смычок над красной скрипкой.

И отраженья кораблей царя
Хранит Нева, прижавшись к парапетам.
Намыло листьев, словно янтаря,
На влажных берегах балтийским ветром.

Перемешалось все: и цвет, и звук,
И бесконечной кажется прогулка.
Осенне-золотистый Петербург
Поет, как музыкальная шкатулка.



* * *


Как сломанное радио, молчит
Переселенцем брошенный скворечник.
Листва погасла огоньком свечи,
Пропали в мокром небе птичьи речи.

Еще дожди толкутся у запруд,
И в огородах горький запах дыма,
Но копны сена вдоль полей плывут
Китайскими фонариками в зиму.

В деревне люди ходят не спеша,
Их по утрам дожди не раздражают.
Ни музыки, ни радости. Душа
Молчит, как сад, грустя по урожаю.


Б. Подопригоре


Нелегко живется, плохо спится -
Душно, как в колымских лагерях.
У страны прозрачные границы,
Но в домах запоры на дверях.

Спрятались в себя, как дезертиры,
И на мир взираем из окна.
До размеров собственной квартиры
Съежилась великая страна.


ПОЗДНЯЯ ВСТРЕЧА


Легкая усталость и покой.
Не смущает истина нагая.
Ты другая. Да и я другой.
Но и жизнь вокруг совсем другая.

Тих и откровенен разговор.
В паузах - дыханье неземное.
Нет иллюзий. А для дум - простор.
Жизнь, как пыль, клубится за спиною…


* * *


Ещё уважает родня,
И дел впереди - выше крыши.
Но знаю, что вам без меня
Спокойней жилось бы и тише.

Не радуйтесь! Я не уйду
От вас... Не умру под забором.
Мне нечего делать в аду,
А в рай меня пустят не скоро.


* * *


Шелестел деньгами и бумагами,
Строил, разрушал, окопы рыл.
Под двумя Андреевскими флагами
Век ХХ в прошлое уплыл.

Век - за горизонтом. Лаком книжности
Паруса покрылись. Зыбь в морях.
Времена не терпят неподвижности,
Их не удержать на якорях.


* * *


Конец походу — рюмки всклень полны.
В квартирах наших — жены, а не вдовы:
Вернулись все — ни мертвых, ни больных!
И флаг трепещет, и скрипят швартовы.

Зачеркивали дни в календаре —
И жизнь быстрей летала, чем в романе.
Нас берегла любовь — на корабле
Кружились тени из воспоминаний.

Святое дело — выпить двести грамм,
Приправив парой боцманских историй.
Мы пили за любовь, за милых дам.
И только после — тост: “За тех, кто в море!”



* * *


Улетели ласточки. Над кручей
Ива расплескала свой наряд.
Стали ночи холодней и гуще,
Но в траве кузнечики звенят.

Шаг тяжел. И постарело тело.
Чаще ждем нерадостную весть.
В детстве мир мечтаем переделать,
В старости — оставить все как есть.


ОДУВАНЧИКИ


И желтые, и белые… Стихия.
День в серебро переплавляет медь.
Одни шмелей целуют, а другие
Мечтают сами в небо улететь.

Придет июль — мы, кажется, ослепли:
Тревожно по лугам блуждает взгляд.
Ни серебра, ни меди… Только стебли,
Как будто наковаленки, звенят.



А. Р.


Разговор — и вкривь, и вкось! — рвется, будто нить.
С сумасшедшими людьми любо говорить.
Собеседник — то Нерон, то Наполеон,
Да и ты им в пять минут в графы возведен.

В плен берет безумьем речь, набирая власть,
Мало смысла, но в словах — искренность и страсть.
Нет ни меры, ни границ — тусклый свет и мгла.
Даже кажется, что ты сам сошел с ума.


* * *


О чем жалеть? Секретов нет отныне.
В окне горит вечерняя звезда.
Жизнь догорает, как дрова в камине.
Я постарел, и ты не молода.

Сгущается в саду ночная темень.
Наш разговор натянут, будто нить.
Мы разные с тобой, но в то же время
Мы так близки, что не разъединить.


* * *


Синеет колокольчик на полянке,
У муравья букашка на горбу.
И, как цыплята, бледные поганки
Бредут передо мной через тропу.

Летят по небу стаи синих кружев,
Лес освещен, как лампа, изнутри.
Прогрело воду в лягушачьих лужах,
И, как перед грозой, земля парит.

Хотя и душно, дальний гром не слышен,
Но слышен лай собак из деревень.
И, нахлобучив драночную крышу,
Спиной сторожка подпирает день.


* * *


«Я список кораблей прочел до середины».
О. Мандельштам

Указ или приказ – как вражеский фугас:
Уходит флот ржаветь на мели и глубины.
Я список кораблей прочел десяток раз,
А раньше я не мог прочесть до середины.

Останки кораблей – вдоль русских берегов,
Но сраму ни они, ни моряки не ймут.
Все тайные враги… а явных нет врагов,
И гибнут корабли трагичней, чем в Цусиму.

Заморские моря грустят без наших рей,
Но флаги на морях не нашего пошива.
О флотские сыны – романтики морей!
Здесь правит не любовь, а зависть и нажива.

23.04.2002 г.



Резюме и подборка стихов Олег Драченко, Николай Ковыляев.

Ссылки

Борис Орлов, поэтическая серия НОВЫЕ СТИХИ
Олег Драченко, выпускник 1980 г. Страничка автора
Николай Ковыляев, выпускник 1981 г. Страничка автора


Главное за неделю