Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия Военная юридическая консультация
Поиск на сайте

Когда мы были молодыми... (Воспоминания). Анатолий Калинин. СПб, 1999. Часть 1.

Когда мы были молодыми... (Воспоминания). Анатолий Калинин. СПб, 1999. Часть 1.



Автор - бывший командир подводной лодки, капитан 2 ранга в отставке Калинин Анатолий Владимирович, выпускник Рижского Второго Высшего Военно-Морского училища подводного плавания, в своих воспоминаниях попытался воскресить малоизвестные страницы истории этого училища.

Последние годы уходящего ХХ века ознаменовались скромными торжествами по случаю 300-летия Российского Флота. Были, конечно, парады кораблей, собрания личного состава, проходящего службу в военном флоте, а также рабочих и служащих береговых частей флота, кораблестроителей, были торжества местного масштаба - приемы и здравицы. Передовики получили благодарности и Грамоты, офицеров флота, в т.ч. ветеранов, наградили от имени Президента памятными юбилейными медалями.
Средства массовой информации тоже оказали внимание флоту, посвятив славным страницам его истории публикации в печатных изданиях, передачи по радио и по телевидению, чередуя рекламой памперсов и моющих средств.
О флоте, его строительстве, боевых победах, традициях, суровых буднях и, к сожалению, бедах известно много. Но многое и затерялось в лабиринтах трехсотлетней истории, в том числе и из недавнего прошлого.
В свое время было, к примеру, Второе Высшее Военно-Морское училище подводного плавания, готовившее наряду с другими училищами офицерские кадры для бурно развивающегося подводного флота. Его выпускники осваивали дизельные подводные лодки - предшественницы грозных атомоходов, служили и на самих атомоходах, внесли достойный вклад в укрепление обороны Родины.
Мне, бывшему курсанту первого набора этого училища и его выпускнику, не доводилось читать о нем в популярной литературе. Давно уж нет и самого училища, а место, где оно было, - Рига - оказалось в “дальнем зарубежье”. Не стало у его выпускников “альма-матер”, нет возможности встречаться в родных стенах тем, кто еще жив и помнит о нем. Время уходит, а вместе с ним и крупицы человеческой памяти. Как жаль, что в молодости было не до дневников, все было в памяти по своим местам и, казалось, навечно.
Достаю флотские фотографии - хоть что-то из летописи жизни.



Это Рига. Курсантский строй, я третий в первой колонне. Впереди меня Заур Садых-Заде, из-под его ног всегда в слякотную погоду летели на меня грязные брызги. Я, в отместку, норовил наступить ему на каблук.



А это мы на практике в Балтийске на каком-то боевом надводном корабле – Женя Шпагин, Леня Кузнецов, Заур, я, Миша Уфимцев, Саша Журавин, Володя Львов, Эдик Самедов.



Там же. Группа «подводников» в расширенном составе.
Слева направо: Верхний ряд, стоят – Алексеев, Журавин, Баширов, Коркин, Казаков, Бушляр, Асмолов, Кузнецов, Стук.
Средний ряд, в полуприсест – Львов, Садых-Заде, Шпагин, Волосюк, Львов, Выборнов.
Сидят – Самедов, Уфимцев, Калинин, Дадунцев, Мамедов, Фадеев.



Вот ещё, мы в Баренцевом море на скалистом острове Харлов, рассыпались на пологих участках, ползаем - «пасёмся» морошкой. (Этой фотки нет. Или дослать или текст изъять)

Не сохранились, к сожалению, фотографии штурманских походов на учебных кораблях “Комсомолец”, “Эмба”.



А вот мы втроем: (слева – направо) Юра Алексеев, Саша Журавин и я. Худющие еще, но веселые, смеемся. Мы на свадьбе у Пети Бушляра.
Да, печально. Юра и Саша уже ничего не напишут …
Попробую я написать о том, что было, о тех, кого помню. А там, глядишь, найдутся и другие - уточнят, подправят, дополнят.

Глава 1. НА ДАЛЬНИХ ПОДСТУПАХ К МЕЧТЕ.

Наше дошкольное детство - бурное развитие страны, всенародный подъем, рост благосостояния семей, ночной - не для детских ушей - шепот родителей о “вредителях”, “воронках”.
Нас воспитывали на примерах “героизма” Павлика Морозова и Мамлакат. Через наших родителей, окружение, из черных тарелок репродукторов с песней “Если завтра война” в наши детские души проникала предвоенная тревога.
Первую половину среднего образования мы получили в годы Великой Отечественной войны, вторую половину заканчивали в “холодную”, в ней же, “холодной” и служили, временами “обжигаясь”.
Войну мы знаем не только из книг и фильмов. Под первую бомбежку я попал ранним, ярким солнечным июльским утром 1942 года. Мне уже исполнилось 10 лет, “за спиной” три класса средней школы. Было непонятно и страшно. После недельной, яростной бомбардировки было уже не так страшно. Из укрытия мы, пацаны, отслеживали пикировки самолетов, сброс и траектории бомб, навскидку определяли - когда можно вылезть из укрытия и понаблюдать, что произойдет, или зарыться поглубже в щели. Как пахнут горячие, рваные осколки только что взорвавшихся бомб, знают сейчас, наверное, только дети Чечни, Дагестана.
После трехдневного затишья - новые впечатления от массированного артобстрела с диким визгом снарядов и непредсказуемости последствий. Б-р-р-р… Да, немцы умели делать основательную обработку местности перед оккупацией.
Затем увидел немцев – врагов. Это был мотоциклетный дозор. Снова стало страшно.
А потом я видел много немцев, итальянцев, австрийцев, румын, венгров, чехов (вспомогательный персонал), пешие полки калмыков - эти в немецкой форме, только без нашивок орла над карманом френча, с немецким оружием. Видел казацкие кавалерийские эскадроны в традиционной казачьей форме с лампасами, позументами, погонами, нагайками, “Георгиями” - живая картинка из кинофильма “Чапаев”, только цветная - вооруженные советским оружием. И все это на немецкой стороне.



Группа офицеров 5-го донского полка. Этот полк, под командованием подполковника Кононова, был единственным, укомплектованным исключительно офицерами-казаками. - Офицеры Казачьей Кавалерийской дивизии.

Уже в то время у меня сформировалось собственное мнение и о национальных особенностях завоевателей, и цене дружбы их “союзников”. Высокомерное презрение немцев к прочему воинству, слезливая сентиментальность итальянцев, вороватая нечистоплотность румын даже для детского восприятия были очевидны.
Еще хорошо помнятся ночные бомбардировки нашими “стеллсами” - “ПО-2” - немецких объектов. Немцы боялись их панически, так же, как и партизан. Характерный стрекот моторов ПО-2 в ночи, затем внезапное их выключение, зловещий шорох на бреющем полете и неожиданные взрывы - их работа, как правило, очень точная. Это было страшнее, чем немецкие дневные бомбардировки.
Многие мои сокурсники прошли через это. Были и блокадники. Гордость нашего класса - Юра Алексеев имел заслуженную медаль “За оборону Ленинграда”. В 10-13-летнем возрасте он работал слесарем-электриком в блокадном городе. И учился.
У большинства из нас отцы воевали на фронте, матери трудились для фронта в тылу, кто-то пережил эвакуацию. Многие потеряли отцов. Всем достались лишения войны: недоедание, отсутствие одежды и обуви, учебников, тепла, уюта и много другого.
Яркой страничкой запечатлелся День Победы: организованные и стихийные митинги, улыбки на лицах, вслушивание в речи ораторов с надеждой услышать какие-то новые радостные детали, первые редкие цветы, яркие полотнища флагов и транспарантов. И снова улыбки, улыбки, улыбки, взаимные поздравления… И ожидание “радостного завтра”.



09 мая 1945 г. Место съемки: Ленинград.

А завтра - новая война с Японией, невозвращение многих отцов с фронтов, разрушенные жилища, голод 1946 года, отмена продуктовых карточек, залечивание военных ран и в душах, и в экономике, натужное соревнование с бывшими союзниками в ядерной программе, борьба с космополитизмом и начало регулярного снижения цен.
В лишениях, но с надеждой и ощущениями новых свершений в стране, мы получили “Аттестаты зрелости”.
Мы вступали в новую жизнь. В этой “новой жизни” нас ожидали новые проблемы…
Куда пойти учиться после школы? Вот ведь вопрос! Да, счастливцы те, кто уже с рождения знал, кем он будет и пронес свою детскую мечту твердо и последовательно. Но много ли таких? Ведь у большинства юношей совсем не так. Куда только не заводит детское воображение. После просмотра “Джульбарса” многим хотелось стать пограничниками, после “Истребителей” - летчиками (космонавтикой тогда еще не увлекались), после “Трактористов” - танкистами, с прочтением каждой увлекательной книги воображал себя то геологом, то врачом, то… Да мало ли кем! Ну, а уж с погонами на плечах! Кто бы этого не хотел - я не знаю. Страна еще недалеко ушла от “горячей” войны, и боевой дух юношей, воинственный настрой не подверглись влиянию пацифистских настроений. А в небе появляются новые типы самолетов – реактивные! Они внешне еще похожи на военные “Яки”, “ЛАГи”, они еще “тупорылые”, крылья не стреловидные, но какие скорости! На журнальных фотографиях в дни авиационных парадов в воздухе “сталинские соколы”, на командном пункте молодой и красивый гвардии генерал-майор Василий Сталин - заместитель главного руководителя авиационных праздников. Зрелище завораживает.
А вот вообразите себе, пожалуйста, синее море, где-то там, далеко, моряка (на берегу, естественно) в лихо сдвинутой набекрень бескозырке. Черные ленты с золотыми якорями, полосатый тельник, голубой воротник и клеша! Это, как сейчас говорят, еще “круче”. В этом столько романтики, что меркнут все прелести на земле и в небесах.



Р. Подобедов. Матрос. 1972.

Знаем, понаслышке, что Высшие Военно-Морские училища есть в Ленинграде, Севастополе, Владивостоке (это ужасно далеко), говорят, вроде бы, и в Баку. Мечта почти недосягаемая. Говорят, опять-таки, конкурсы страшные, отсев нещадный и не только по экзаменационным показателям, но и по физическим данным. Мираж, да и только.
Вот еще кораблестроительные, опять же в Ленинграде, еще в Одессе или Николаеве. Но там, по тем же слухам, с поступлением еще глуше.
Идут, конечно, соклассники и в “Сельхоз”, и “Пед”, и Горный, а то еще в какую-то “Плехановку”. Мелковато все это, проза жизни…
А в это время в каких-то “высоких инстанциях, в кабинетах за семью печатями” и, надо полагать, что не первый год, шла работа по реформированию Военно-Морского Флота, принимается Государственная судостроительная программа. В соответствии с Военной Доктриной в Военно-Морском Флоте делается ставка на подводные лодки - основные ударные силы. По опыту прошлой войны этот род боевых сил показал свое превосходство на море: скрытность, большая автономность, сильное вооружение. Высокая боеспособность при относительно меньших затратах на постройку, в сравнении с крупными надводными кораблями, склонили чашу весов в их пользу. Началось массовое серийное строительство подводных лодок нового поколения, с учетом опыта второй мировой войны. Потребовались кадры для их экипажей.
Летом 1951 года нас, абитуриентов, облетела радостная весть: оказывается, уже есть Высшие Военно-Морские училища и в Архангельске, и в Калининграде, а в Риге открывается в этом году – идёт набор…
Выбор был сделан!

Продолжение следует.

Обращение к выпускникам нахимовских училищ. 65-летнему юбилею образования Нахимовского училища, 60-летию первых выпусков Тбилисского, Рижского и Ленинградского нахимовских училищ посвящается.

Пожалуйста, не забывайте сообщать своим однокашникам о существовании нашего блога, посвященного истории Нахимовских училищ, о появлении новых публикаций.



Сообщайте сведения о себе и своих однокашниках, воспитателях: годы и места службы, учебы, повышения квалификации, место рождения, жительства, иные биографические сведения. Мы стремимся собрать все возможные данные о выпускниках, командирах, преподавателях всех трех нахимовских училищ. Просьба присылать все, чем считаете вправе поделиться, все, что, по Вашему мнению, должно найти отражение в нашей коллективной истории.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю