Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия Военная юридическая консультация
Поиск на сайте

Золотая балтийская осень. И.Е.Всеволожский. М., 1964. Часть 1.

Золотая балтийская осень. И.Е.Всеволожский. М., 1964. Часть 1.



Художник В.Богаткин.

Первый янтарный лист слетает с зеленого клена и медленно кружит над светлой водой. Валуны высовывают из воды горбатые спины. Они лежат и на берегу, словно звери, пригревшиеся на солнце.
Старожилы утверждают, что когда-то в бухту заходили океанские корабли — в доказательство показывают картины, написанные доморощенным живописцем. Теперь к причалу швартуются рыболовные шхуны. Заходят и тральщики; недавно они подорвали блуждавшую мину... Однажды всплыла подводная лодка... Ранним утром пришел парусник времен Станюковича. В наш космический век? Да. Молодые романтики моря становятся на нем моряками...
Первый опавший лист — предвестник наступающей осени. Вскоре золотые прядки появятся и на березах. Потускнеют лиловые вересковые поля.



Бухта насупится, нальется свинцовой зеленью, пенистая волна накроет горбы валунов, подкатит к рыбачьим сетям. Из холодных туч посыплется первый снег. Метель занесет снегом шхуны; сугробы нагромоздятся в садах и подтянутся к проезжей дороге. А потом — ударит мороз. Вмерзнут причалы в лед. Если взглянуть тогда сверху на бухту — увидишь белую сверкающую равнину, уходящую к горизонту. И только по голубым дымкам можно отыскать Кивиранд...
Я живу в Кивиранде среди рыбаков и ушедших на покой капитанов. «Киви» — камень, «ранд» — берег. Домики зовутся «Сирень», «Клен», «Рябина», «Черемуха». «Березку» сторожат две плакучие березы.
Ветви с пестрыми прядками листьев трутся о деревянную стену; в саду, в затухающем пламени георгин, сереет высокая мачта. В праздники на ней полощется флаг. Осенний сад спускается обрывом к волнам, медленно набегающим на берег.



Из низкого облака высыпаются чайки; как поплавки, покачиваются они на легкой волне.
В бухту вошли корабли. «Команде — ужинать», — передает радио. Огни иллюминаторов светлы и уютны, они напоминают о тепле кают-компании, кубриков, о том, что моряки отдыхают после трудных учений.
В Кивиранде гаснут огни. Рыбаки рано ложатся. По кромке темного берега молчаливо идут пограничники с настороженной остроухой овчаркой...
Они берегут морскую границу, открытую ветрам...
Что ждет их в обманчивой ночной тишине?
О моряках и о людях границы я хочу рассказать в этой книге, написанной в море и возле него...

Август

ГЛАВА ПЕРВАЯ. РОСТИСЛАВ

1




Малый противолодочный корабль П.П.Павлинов.

Противолодочные корабли проводили совместное учение с подводниками.
Слева темнели леса, справа пролегала неприметная морская граница; за ней в далекой туманной дымке намечался берег соседней страны.
Небольшие корабли клало на борт, и волна перекатывалась по палубе. Качка изнуряла всех — гидроакустиков, наблюдателей, минеров, артиллеристов. Хуже всего приходилось мотористам: в наглухо закрытом отсеке трудно было дышать.
Подводную лодку обнаружили раньше, чем она сумела прорваться в район морской базы. Корабли «отбомбили» ее.
И подводник передал командирам кораблей семафор: «Восхищен вашим мастерством». В душе он ругал их на чем свет стоит.

Несколько лет назад Ростислав Крамской пришел на противолодочный корабль штурманом и помощником. Пришел с крейсера. Тот устарел, не успев состариться.
Век космоса — век подводного флота. Крейсер сдали в архив.



Н.С Хрущев, Н.А.Булганин и И.В.Курчатов на крейсере "Орджоникидзе" на пути в Англию 1956 г. Прав ли был Хрущев, отказавшись от строительства океанского Военно-Морского Флота?

Грустно жить на корабле, осужденном на слом. И хотя служба продолжала идти своим чередом, а в положенные часы офицеры собирались в кают-компании на обед, после ужина смотрели телевизионные передачи и «забивали козла», все уже было не то: не было волнующих выходов в море, вызовов на мостик, не слышно было гула корабельного сердца — кругом тихо, мертво; и не по себе становилось, если ночью проснешься: услышишь кладбищенскую тишину.
В кают-компании с горечью говорили о том, что флот (в ту пору еще не создавались ракетные корабли) обречен на бездействие. Некоторые сослуживцы Ростислава уходили на берег в ракетные войска. Звали: иди с нами, Слава, у ракетчиков — будущее. У флота же его нет...
Ростислав упорствовал:
— Может быть, пойдут на слом не только крейсера и линкоры, но, пока флот существует, я буду служить ему. На воде, под водой — все равно... На мой век хватит,
— Ты — романтик... — осуждали его.
Он не отрицал:
— Да, конечно, романтик!



Тральщики - "пахари моря". П.П.Павлинов.

Его отец тоже был моряком. Он приезжал в Ленинград, весь пропахший ветрами и солью. В запасе для сыновей у него было столько рассказов, что их хватило бы на год. Юрий Михайлович Крамской плавал на малых кораблях — на «охотниках», сторожевиках, тральщиках. Ему было о чем рассказать. Глебка — младший брат Ростислава — к морю был равнодушен. Но Слава... Казалось, он вместе с отцовскими рассказами о первых комсомольцах, пришедших в Кронштадт на разрушенный флот, о дальних походах вокруг Скандинавии, об уничтожении мин, оставшихся после гражданской войны, о людях смелых, отдавших жизнь морю, вдыхает неповторимый запах суровой соленой Балтики.
И когда от отца во время войны с белофиннами месяцами ничего не было слышно, Ростислав мысленно плавал с ним на его маленьких кораблях, переживал суровые штормовые походы. Потом была передышка — один мирный год. Отец часто появлялся на Васильевском острове, дома, вспоминал погибших товарищей (он тяжело переживал гибель Мити Кузьмина, друга по училищу), но очень скупо рассказывал о боях, в которых участвовал сам, — а как хотел бы о них узнать поподробнее Ростислав! Взгляд отца затуманивался, когда он вспоминал Митю, — оставалось гадать, как именно Митя погиб: он на «малютке» ходил подо льдом в Ботнический залив, всплывал на пути транспортов и топил их торпедами; возвращался, обходя сети, ловушки и минные поля. Однажды он не вернулся. Подорвалась ли его лодка на мине? Застряла ли в стальных сетях? Или ледяная вода хлынула в рваную пробоину? Этого никто никогда не узнает.
В тот мирный год отец с сыном часто ходили по Маркизовой луже на яхте. Ростислав любовался неповторимым закатом, и ему казалось, что он плывет куда-то далеко, по океану. Он ездил к отцу в балтийские порты, выходил с разрешения адмирала в море на юрких маленьких кораблях, которыми командовал в ту пору отец, и чувствовал себя моряком. В одном из портов в июньское воскресенье и застала его война. Отец в тот же вечер отправил Ростислава в Ленинград; мать через месяц забрала его и Глебку и эвакуировалась далеко на восток, и отца Ростислав не видел три года, лишь получал коротенькие известия: ранен в бою, лежал в госпитале; снова встал в строй; награжден орденом; получил повышение; жив и здоров; скучает по сыновьям (Глебка — тот вспоминал отца редко). В сорок пятом они встретились наконец в родном Ленинграде, и Ростислав с трудом узнал в пожилом капитане первого ранга с широкой планкой орденских ленточек на груди — отца. Лицо у него было утомленное, он стал немногословен и оживлялся, лишь только рассказывая о том, как в развалинах горящего дома в Далеком нашел овчарку-щенка и назвал его Стариком. Старик стал его другом и дважды спас отцу жизнь.



Нахимовское военно-морское училище, Часы на фасаде здания.

В Ленинграде открылось Нахимовское училище, и отец предложил: «Хочешь устрою, сынок?» Ростислав с радостью согласился. В голубом доме, из окон которого было видно волнующуюся, стремящуюся к морю Неву, он начал свою флотскую службу. Окончив Нахимовское, перешел в училище имени Фрунзе. И высшее училище было окончено в положенный срок.
Ростислав получил назначение на крейсер, продвигался успешно и мечтал служить морю всю жизнь.
Но крейсер сдали в архив, Ростислава откомандировали на берег. Он был расстроен до слез, но приказ есть приказ. В назначенный день он доложил в штабе молодому полковнику:
— Капитан-лейтенант Крамской явился в ваше распоряжение.
Молодцеватый полковник оглядел вновь прибывшего, заглянул в его аттестацию и, по-видимому, остался доволен:
— Такие, как вы, нам нужны, капитан. Рассказывая о преимуществах ракетных войск, полковник несколько раз именовал его «капитаном».



Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю