Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Баннер
Секреты машиностроительного завода "Армалит"

Как устроен
титановый
шаровый кран
для глубоководной техники

Поиск на сайте

Стихи о море и моряках

Бесшабашность

Меж небом серым, морем тёмным,
Несётся парусник лихой,
С волной он борется огромной,
С не меньшей борется бедой.

Он как скорлупка вверх и вниз
Мелькает на бурливых водах,
Ему претит покойна жизнь
И безмятежный тихий отдых.

Чего он хочет доказать,
Покинув гавань в час ненастья?
Нам не дано таких понять,
Познать, для них, что значит счастье.

У них смятенная душа,
Стандарт для счастья есть иной:
Покой не стоит ни гроша,
Ведь счастье – это вечный бой.

Неважно с кем и для чего,
Была бы буря и борение,
А там посмотрим кто кого,
Пустившись смело к приключениям.

Море ворчливо, с тоскливостью хмурой

Море ворчливо, с тоскливостью хмурой,
Сделало утро воистину бурным,
Волны бросая с разбегу на брег,
Словно толпа печенегов набег
Вдруг совершила налёт непотребный,
Выказав злобу натуры враждебной;
Гребни взметая под самое небо,
Камни тяжёлые мрачно колебля.
Всё грохотало натужно и тяжко.
Люди ж решили – рехнулось, бедняжка
И проявляли сочувствие даже.
Да, мы такие, с душой мягкотелой,
Вот и в стихах забияку воспели.

Волны резвятся в игре шаловливой

Волны резвятся в игре шаловливой,
Линии смело по глади залива
Чётко выводят. Абстракций мазки.
В этих рисунках не встретишь тоски,
В них жизнерадостность, полная силы.
Море под солнцем изыскано мило,
Словно бы пишет экстаза поэму,
Что не сумеет осилить и время.

Страсть рыбацкая

Море в морщинах, как в старческой коже,
Цветом больным испугать даже может,
Холодом дышит, стенает прибоем.
Бриз оголтело изводит всех воем.
Только рыбацкая братия с мола
Дружно с надеждой взирает на море,
На поплавки, если быть очень точным.
Не шелохнутся, подобие кочек.
Вот она страсть из терпенья и воли.
Где же Роден, чтоб ваять эту долю?
Та же решимость героев Кале.
Сядь, посиди на холодной скале.

Вечное ревю

Ларго – медленно и широко,
Ладно, слаженно, легко
Море полнилось звучанием,
Торжеством, что величальное.
Всё звучало, как впервые.
Даже скалы вековые
Мнились совершенством новым,
Миру не знакомым вовсе.
Может это дежа вю?
Моря классное ревю,
Где одна дана лишь тема,
Утверждая – жизнь не бремя,
Просто времени течение,
Где любой нюанс значение,
Может роль играть большую:
Может в штиль, а может в бурю,
Оставляя вечный след,
Что не меркнет в чреве лет
И всегда звучит, как новь,
Формируя в нас любовь
Не к банальности привычной –
К красоте земной, обычной
Пусть и в форме дежа вю.
Это вечное ревю.

Море, словно хор многоголосо

Море, словно хор многоголосо:
То оно басисто, как колосс,
То поёт, как тенор нежно
На просторе столь безбрежном,
Что пугает наши души,
Хоть и любим мы послушать
Этот хор из одного,
В чьём звучании легко
Умещаются октавы.
Но не надо морю славы
И награды тоже лишние –
Мишуры ненужной пышность.
Море хорошо в реале,
Без надуманных регалий.

Ненастная ночь

Ветер морщинил суровый лик моря,
Дождь по утёсам лил каплями горя,
Что превращались в сплошные потоки,
Крупные камни сметая с дороги
И с высоты низвергая их в волны
С грохотом, шумом немыслимых воплей.

Кто с кем боролся, за что, почему?
Всё оказалось повергнуто в тьму
Ночи, что спрятала буйства разгул,
Хоть не сумела смягчить рёв и гул,
Что раздавались всю ночь напролёт,
Страх нагоняя на слабый народ.

Утёсы хмурые, встающие над морем

Утёсы хмурые, встающие над морем,
Встречают волны с неизбежностью судьбы,
А волны же считают камни горем,
Что сдерживает их ретивый пыл.
Они дробят упорно скалы телом,
Считая для себя великим делом
Разрушить все преграды и препоны
И глухо бьются, бьются с басовитым стоном.
У них ведь времени избыток
И можно не считать болезненных попыток.

Звезда, прочертив небосвод

Звезда, прочертив небосвод,
Скатилась в пучину вод,
Скатилась в ночной океан,
Как будто попала в капкан
С простора, где скорость была,
Где тихо луна лишь плыла
Похожая чуть на медузу,
На шарик воздушный без груза,
Без груза земных забот,
Она их швырнула за борт.
К чему ей привычки людей,
Живущих в плену страстей
И верящих в глупость примет
До самых преклонных лет.
Ах, жаль, не успел загадать
Желанье. Успела пропасть
Звезда, как кусочек от счастья,
В котором не принял участия.

Ветер ласкался котёнком игривым

Ветер ласкался котёнком игривым,
Храбро лохматил волн пенные гривы,
Что набегали с упорством суровым,
Даже пытались пугать скалы рёвом.
Бриз же их пыл остужал весьма смело,
Только касаясь чуть косм поседелых.
Волны смущались – дитя ведь резвится,
Что же шуметь-то напрасно и злиться:
Он ведь ласкуша, он сущий ребёнок.
Волны ж от века не знали гребёнок.
Так или эдак, всегда ведь лохматы,
Всклочены вечно их гривы, как вата,
Вечно они постоянно в движении.
Как к шалуну не иметь снисхождения
Им, что суровы, могучи да грозны?
Быть недовольными к детям курьёзно.

Для тех, в кого влюблённо

Скалы, словно медиафасад,
Радуют своей раскраской взгляд.
Море позаботилось всерьёз,
Чтоб создать изящества курьёз.
Все потоки света от поверхности воды
Осветили впадины у каждой борозды.
Что, как шрамы, безобразило гранит,
Приняло теперь декора нежный вид.
Нет и складок в миллионы лет,
Есть шедевра световой букет,
Где абстракции весёлый водопад
Радует дельфинов простодушный взгляд.
Да и мы в восторге от искусства,
Создало что море, потакая вкусу.
Неужели нашему? Увы,
Ведь дельфинам тоже надобно любви
От того, чьё обожанье неподдельно.
Море по натуре очень цельно
И всегда готово на любовь
Чувственно ответить вновь и вновь.
Вот и создало шедевр на миллион.
Всё для тех, кто так в него влюблён.

Отливали волны серебром

Отливали волны серебром,
Благородным блеском вековечным,
Имитируя небесный гром,
В скалы бились беззаботно и беспечно.

И смеялся месяц в вышине
Над игрою этой суетливой,
Освещая путь лихой волне,
Чья уверенность росла с приливом.

Только звёзд ажурные скопления,
Были в небе сами по себе,
Цену зная, ведь не подвергались тлению
Очертания созвездий, значимые столь в судьбе,

Но не личной, а, естественно, людской.
Тех, конечно, завораживал прибой,
Раз смотрели, восторгаясь суетой,
Взмыленной от пустяков водой.

Море мерцает поверхностью пенной

Море мерцает поверхностью пенной.
Волны прибоя всё заняты пеньем,
Рыком вернее, а, может, урчанием.
Нет в его звуках ни капли отчаяния,
Просто довольство простором привольным.
Петь мирно песню без глотки прикольно,
Просто вращая валы многотонные
Там, где просторы да глуби бездонные.
Вот и балует от силы безмерной.
Это и есть его счастье, наверное.
Я упиваюсь сей песнею тоже,
Чувствуя бриза дыхание кожей.

Бренность

Огромные волны сродни монолиту,
Они заставляют нас вспомнить молитву.
Неважно кому и неважно о чём.
Мы страх перед мощью по жизни несём,
Совсем забывая – они ведь и хрупки,
Раз бьются о скалы подобно скорлупке
И жизнь волны попросту кратка и зыбка,
Она мимолётна, как грусти улыбка.
Лишь миг разделяет меж мощью и пеной
На этом просторе безмерном, но бренном.

Круиз

Ленивый полдень, жаркий бриз
И восхитительный круиз
На лайнере, что как игрушка
Изяществом ласкает душу
Взрезая килем океан
Над высью, где парит баклан
И чайки в милой суете
С небес пикируют к воде,
А ты, потягивая колу,
Любуешься простором голым,
Где верх и низ прекрасно сини,
Лишь пена за кормой, как иней,
Напоминает, где-то там
Ветров остался хищный гам,
Что чудится сейчас, как миф,
Который холодом красив.
Неужто через суток двое
Ты заскучал о хладном вое
Ветров и снега, и метели?
Да ты здоров ли в самом деле?

На веранде у моря

Мягкий тембр ласкающей волны
Убаюкивал разнеженное лето,
Создавая восхитительные сны
В атмосфере беззаботности и лени.

Даже месяц, кажется, застыл
Где-то там, внизу, у горизонта,
Где он, словно лодочка проплыл
Заторможено, неторопливо, сонно.

Даже звёзды, как манящие гирлянды
В небе нам светили в пол накала,
Придавая скромность страстным взглядам,
Придавая страсти губкам алым.

Не клонило нас, конечно, в сон,
Я тобой был просто восхищён
В этой близости под медленный мотив,
В этот вечер, что неповторимо был красив.

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... 13 След.


Главное за неделю