Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Поиск на сайте

Стихи о море и моряках

Море смотрелось банальной картиной

Море смотрелось банальной картиной,
Брызгая бликами аквамарина,
Брызгая пеной молочной и снежной,
Рвал её ветер задиристый, нежный,
Рвал не жестоко, а просто задорно.
Он по натуре немножечко вздорный.
Море ж сверкало картиной банальной,
День был обычный, был день беспечальный.

Печаль разлуки

Не знаю, помнят ли другие,
Я ж помню твой печальный взгляд,
Глаза бездонно голубые
И расставанья горький яд.

Я ненормальный, видно, парень,
Меня влечёт морская даль,
Но мы с тобою чудо пара,
К чему же нам ещё печаль,

Печаль разлуки, расставанья
И эта тихая тоска?
Не приглушает расстояние
Твой образ, локон у виска.

Но что мне делать с чувством к морю,
К походу, качке на волне?
С мечтою детства я не спорю,
Она живёт, как ты во мне.

Ведь без печали нет разлуки,
А без разлуки моря нет.
Моряк без расставанья муки?
Таких не знает белый свет.

Нельзя привыкнуть к расставанью,
Боль ожиданья приглушить.
Но есть покуда упованье,
А с ним, конечно, легче жить.

Нельзя подруге моряка
Без веры в твёрдую надежду,
Она надёжнее глотка
Воды, среди минут безбрежных,

Минут без друга, ласк его,
Минут, что тянутся, как вечность.
О, как же это нелегко,
Ведь жить так хочется беспечно.

Прибрежный бульвар

Прибрежный бульвар в духоте южной ночи
Оазис желанный, он жизнью клокочет.

Здесь толпы народа лениво, неспешно
Гуляют, вдыхая бриз ласковый, нежный.

И это не странно, что многим не спится,
Милее той ночи, навряд что приснится.

И ходит народ – не сомнамбулы, нет,
Их море прельщает, а в нём лунный свет.

Две стихии

Волны, как тучи страшны.
Тучи, как волны ужасны.
А в середине видны
Молнии – копья столь ясные.

Кажется, сам Посейдон
С Зевсом решили схватиться.
Гул громовой, словно стон,
Как бесконечность всё длится.

Боле не в силах сдержать
Море холодную ярость.
Небо не хочет скрывать
Незаурядную яркость.

Гулко две силы сошлись,
Гулко сошлись две стихии.
Обе богам поклялись
Освободить штормовые

Жуткие страсти свои,
Страшную мощность стихии.
Как же богам без войны,
Раз они парни лихие.

Море ворчало

Море ворчало – почти человек,
Лунные блики бросай на брег,
Блики, которые волны впитали,
Жадно вбирая их с космоса дали.

Море сорило, как мот, серебром,
Хоть не считало себя богачом.
Просто к искусству имея пристрастие
Щедро дарило в сияние счастье.

Ода парусу

Когда паруса каравеллы
Вздуваются силою ветра,
Наполнены бризом, упруги,
А дома остались подруги,
А дома друзья сухопутные,
Не надо им жизни беспутной,
Не надо им жизни бродячей,
Ветра где сухие, горячие,
А. может быть, злые холодные,
Коварны, как темень подводная.

И правы они все формально.
Кто может понять ненормальных,
Что тихий уют свой оставив,
Навстречу опасности правит,
Кому нет приятней услады,
Чем прелесть шального пассата,
Кто любит и ветер и парус,
Солёную моря коварность
И дома кому не сидится,
Кто лихо под парусом мчится?

И пусть каравеллы лишь в прошлом,
Но ветер и парус хороший
Остались, как те, что под ними
Несутся, азартом гонимые.

Волна с полуденною ленью

Волна с полуденною ленью
Чуть увлажняла на мгновенье
Горячую от зноя гальку
И с тихим страхом, вперевалку
Вновь отступала вглубь, обратно,
Где так вольготно и отрадно,
Где нет палящего кошмара,
Где не восходишь в небо паром,
Где глубоко и где покой,
Где не достанет жгучий зной.

Море сияло огромным сапфиром

Море сияло огромным сапфиром.
Блеск васильковый довлел над всем миром.

Даже суровые рваные скалы
Синькой синели, сапфиром сияли.

В сказке, как будто весь мир оказался.
Мне он, однако, лишь блеклым казался

Рядом с твоими глазами индиго.
Цвет их и был для всего парадигмой,

Был эталоном и был настоящим,
Всё ж остальное, как тень - приходящим.

Светит море лазурью

Светит море лазурью
В унисон небесам,
День сияет глазурью
Так, что больно глазам.

И солёные брызги
Хороши на губах:
Аппетитны, как брынза,
Скоротечны, как взмах,

Взмах испуганной птицы
В полусонном раю,
Где густые ресницы
Я на вкус познаю

Волны с прытью лёгкой, вздорной

Волны с прытью лёгкой, вздорной
Прыгали на берег горный,
Будто бы всерьёз, не в шутку
Оседлать утёс в минутку
В самом деле захотели,
Ведь не зря они летели
Столько миль в просторах моря
С расстоянием так споря.

Но с вершиною гранитной,
Со скалою монолитной,
С высотою бесподобной
Биться просто неудобно.
Не взлететь волне, как птице,
Можно только грудью биться
Под воздействием упрямства
С вековечным постоянством
Об основу снова, снова
С грозным рокотом басовым.

Шелест прибоя под светлой луной

Шелест прибоя под светлой луной
Не нарушает полночный покой,
Что разливается в трёх измерениях,
Как тишины благотворной творение,
Где диссонанс набегающих вод,
Тихой гармонии дарит комфорт.

Волна с пластичностью танцора

Волна с пластичностью танцора
И с силой, полною задора
На сцену из блестящей гальки
Взлетает, вьётся, как спиралька,
Шипя, как кобра иль шаман,
Но злость и колдовство – обман.

Она рассыпчатою пеной,
И не скрывая тихой лени,
Назад неспешно отступает.
Волна, как кошечка играет.
А что же ей не порезвиться?
Все в мире любят веселиться.

День седьмой

Игриво, в темпе менуэта,
Волна плескала жарким летом,
А вдалеке дельфинов банда
Кружила в темпе сарабанды.

Лишь мы на пляже в отдалении
Лежали, предаваясь лени.
Я любовался не дельфином,
Ты для меня была картиной.

Был нашей встречи день седьмой
И ты сказала: «Милый мой».
От пары слов простецкой фразы
Я ощутил прилив экстаза.

И тихий день сюитой страсти
Ворвался в душу в одночасье.
Сияло солнце. День седьмой.
И был я счастлив, что не свой.

Шторм

Вал за валом,
Как обвал.
Морю тесно стало.

Гул и грохот,
Грохот, гул,
Хохот,
Бешеный разгул.

Море разъярилось,
Ликом исказилось.
Вздыблено и гневно
В дрожи ярой, нервной.

Стонет болью,
Брызжет солью,
Плачет и рыдает.
Отчего? Кто знает.

Ведь совсем недавно
Ликом было славно,
Ликом благонравно.
Что же разъярилось,
Пеною покрылось?

Мчится диким вепрем
На потеху ветрам,
Мчится на каменья
В злобном вдохновенье.

Вал за валом,
Как обвал.
Ярость морем правит бал.

Море играет луной, как мячом

Море играет луной, как мячом,
Но отражению всё нипочём,
В ряби рассыпалось, в брызгах сверкая
И превратилось в тропу, убегая
За горизонт, где сверкание звёзд
Строит навстречу серебряный мост.
Брызги и звёзды сомкнутся едва ли.
Это не суть романтической дали.
Главное, есть мизансцена для сказки,
Сказки, где явь и мечта не химера – оазис.

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... 10 След.


Главное за неделю