Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная юридическая консультация
Какое место на международной арене займет российский ВМФ к окончанию госпрограммы вооружения-2025?
В первой десятке
    67,57% (25)
Второе
    13,51% (5)
Третье
    13,51% (5)
Первое
    5,41% (2)

Поиск на сайте

МОРСКАЯ ШКОЛА РОССИИ ГРАБАРЬ ВЛАДИМИР часть 5

МОРСКАЯ ШКОЛА РОССИИ ГРАБАРЬ ВЛАДИМИР часть 5

Продолжаем публикацию книги Владимира Константиновича Грабаря "Морская школа России"

Ссылки на предыдущие части
часть 1
часть 2
часть 3
часть 4

Часть 5
Морская академия

Барон С.-Гиллер. Рождение Морской академии

Государь решил создать в Петербурге училище нового типа для подготовки офицеров – Морскую академию по образцу французских морских училищ Марселя, Тулона и Бордо. За дело взялся французский барон Пьер-Антуан Сент-Илер (Инициалы см. в: НИА СПб ИИ РАН. Колл. 115. Оп. 1. № 445. Сент-Илер, Сантилер (Saint-Hilaire) Пьер-Антуан, француз, барон, принят на русскую службу в чине генерал-лейтенанта (1715), директор Петербургской Морской академии под главным начальством А.А.Матвеева (1716-1717)) (тогда называемый – С.-Гиллер), которого современные историки называют не иначе как проходимцем. В российской истории часто слова «выходец» и «проходимец» означают одно и то же, но историк Ф.Веселаго пишет о нем: «Барон Сент-Илер, принятый в службу с чином Генерал-Лейтенанта, был человек замечательный по своим знаниям, смелым проектам и самому неуживчивому характеру» (Веселаго Ф.Ф. Очерк истории морского корпуса. СПб., 1852. С.37).

18 сентября 1715 г. барон представил свой проект, назвав новое заведение Морским корпусом, сообразуясь с уже существовавшими в Европе кадетскими корпусами. Для 300 молодых дворян он полагал 60 профессоров с жалованием в 600 руб. и деревню с подсобным хозяйством. Но Петр I в ответ изложил свои представления об организации обучения и содержания учеников. Одержимый идеей создания академии, он утвердил название «Морская академия» и не возражал, чтобы обучение проходило на голландском и немецком языках. О месте же на предложении Сент-Илера порешил: «Учинить на Кикина дворе, а вновь делать трудно» (РГА ВМФ. Ф. 223. Оп. 1. Д. 19. Л. 50). Вслед за тем началась организационная работа.

Кикин двор



Под академию отвели один из домов А.В.Кикина, но не Кикины палаты, как принято считать, а деловой двор адмиралтейств-советника Кикина. Петр I упоминал его 20 мая 1715 г. в определении мест для гаваней («между Кикиным двором и верфом» (Петров П.Н. История Санкт-Петербурга. 1703-1782. М., 2004. С. 101. Печатается по изданию 1885 г.)). Двухэтажное каменное здание двора находилось восточнее Адмиралтейства, за домом Апраксина. Сейчас на этом месте часть Эрмитажа, выходящая фасадами на Адмиралтейство (Столпянский П.Н. Старый Петербург: Адмиралтейский остров: Сад трудящихся: Ист.-худож. очерк. М.; Пг., 1923. С. 67) и нынешнюю Дворцовую площадь (тогда – Адмиралтейский луг). Морская академия значится на одном единственном «Новом достоверном плане Санкт Петербурга…» (Новый и достоверный план С.-Петербурга, основанного русским императором Петром Алексеевичем, а также реки Невы и канала, прорытого по приказу русского императора, а также ближайших местностей, изданный амстердамским географом Рейнером Оттенсоном в 1725-1729 г. в Амстердаме), где буквой V отмечен дом Ф.М.Апраксина с подписью в экспликации – Academie. Внешний вид здания можно видеть на рисунке Марселиуса 1723 г. Существует также план зданий на Адмиралтейской набережной 1726 г., на котором «дом Кикина», уже перестроенный, представлял собой П-образную постройку с двумя выступающими ризалитами.

Александр Васильевич Кикин – бомбардир и приближенный государя. Возглавляя с 1713 г. Воинскую морского флота канцелярию, он попал под «разборку» «Подрядной аферы» и понес суровую кару – лишен чинов и отстранен от должности советника Адмиралтейства. Более того, он так напугался, что с ним случился апоплексический удар. Поправившись, он еще попытался вернуть расположение Петра I и отправил племянников учиться за границу, но при этом рассчитывал на возможную смерть царя и сблизился с царевичем Алексеем. Кара последовала по возвращении Петра. 6 февраля 1718 г. А.В.Кикина арестовали в доме брата и вскоре колесовали в Москве.

Становление академии

Поскольку с января 1716 г. Петр I вместе с супругой оставался за границей, становление академии происходило без него. Директором академии был поставлен барон Сент-Илер под главным начальством графа А.А.Матвеева. Между ними почти сразу начались столкновения.



Андрей Артамонович Матвеев, сын главы Посольского приказа Матвеева и Мэри Гамильтон, разносторонне образованный, знавший иностранные языки и латынь, с 1700 г. пребывал за границей в качестве посланника и только что вернулся в С.-Петербург с титулом графа Римской империи и в чине тайного советника.

Он знал многих иностранцев с фамилией Сент-Илер, не ведал только, откуда взялся этот барон. В декабре 1716 г. он писал Апраксину, что «он С.Илер навигаторской науки не знает; и если бы не случилось английских профессоров, то нельзя было бы и в десять лет ни одного кадета из науки в науку произвесть». У Сент-Илера состоялась беседа с А.Д.Меншиковым, которому до всего было дело, и при каждом удобном случае он любил делать иноземным господам сильные внушения вплоть до битья палками. Сент-Илер оправдывался, но оправдания опоздали. 12 февраля 1717 г. Петр шлет указ Ф.М.Апраксину ­ поручить руководство Морской академией тайному советнику А.А.Матвееву, а барона Сент-Илера уволить, так как на его место будет нанят другой человек (НИА СПб ИИ РАН. Колл. 115. Оп. 1. № 433. Л. 214-215, 215-216, 216-217 (дубликаты от 15 и 19 февр.). «Другого человека» так и не назначили, и академию возглавлял А.А.Матвеев.

Переезд учеников из Москвы



Из Москвы в Петербург приехал профессор Г.Фарварсон и некоторые учителя из русских, в том числе восемь навигаторов, среди них Ф.Алфимович, Г.Г.Скорняков-Писарев. В Москве отыскивал учителей справщик печатного дела Федор Поликарпов, в 1715 г. государь указал принять у него учителей немецкой и французской школ и выслать в С.-Петербург с провожатым или с караулом, если они пленные. По донесению Федора Поликарпова (Поликарпов-Орлов Феодор Поликарпович – директор Московской типографии, писатель, учитель Академии, справщик, переводчик Печатного двора. С 21января 1711 г. ведал немецкие школы, приписанные к Монастырскому приказу, и греческую школу) оказалось, что оба учителя свободные, один из французской школы – Иосиф Иванов Гагин (родом итальянец), другой из немецкой школы – Яган Вурм.
В феврале 1716 г. из Навигацкой школы было дополнительно переведено в Петербург 36 преподавателей географии, геометрии и математики, вероятно, это были недавние ученики Навигацкой школы. 14 февраля граф Ф.М.Апраксин приказал послать в Санкт-Петербург учителя Степана Гвына со своими учениками. Отроки потянулись в дом Кикина на Адмиралтейском острове далекой столицы.



Занятия в школе. Фрагмент гравюры ХVIII в

Первые ученики в Морскую академию набирались по результатам смотра недорослей, проведенного на исходе 1715 г., сразу после выхода царского указа. Затем прибыли ученики из Москвы. Президент Адмиралтейств-коллегии граф Ф.М.Апраксин 14 февраля по указу великого государя приказал, чтобы из Навигацкой школы переводились окончившие классы геометрии и тригонометрии, из недорослей и солдатских детей лейб-гвардии Преображенского и Семеновского полков и других разночинцев 279 человек, чтоб они явились в Санкт Питербурхе в Адмиралтейство в последних числах февраля 1716 г., и чтоб никакого «озорничества, пьянства и никаких самовольностей в дороге будучи не чинили, послать капрала Быкова да при нем одного человека доброго солдата… чтоб в дороге никто не сбежал» (РГАВМФ. Ф. Адмиралтейская канцелярия. Д. 115. Л. 1207-1219 об.).



Отроки в училище. Гравюра из «Брюсова календаря» 1709 г.




Когда из Москвы приехало значительно большее количество учеников, чем требовалось, то 44 ученика из бедных семей отправили обратно в Навигацкую школу, потому что в Санкт-Петербурге их не на что было содержать и негде размещать. Часть оставшийся школьников попала на Петровский завод, где военный инженер Вилим Геннин организовал свою школу, о чем он докладывал письмом Ф.М.Апраксину. Другую часть отобранных недорослей отправили за границу. В.А.Нащокин пишет, что по приезде в Петербург в 1716 г. он посетил школу. Другие современники писали, что смотр состоялся во дворце Апраксина. Разночтение объясняется просто: двор Кикина, где в это время начинала работу Морская академия, которую как и академию Греко-латинскую называли школой, стоял среди дворовых построек Апраксинского дворца.

Инструкция Морской гвардии

Внутренний порядок в Морской академии регулировался в соответствии с Инструкцией, утвержденной вместе с проектом 1 октября 1715 г. (Инструкция Морской Академии в СПб. (ПСЗ. Т. 4. № 2937от 1 окт. 1715 г.). Каждая статья начинается повелением: «Его Величество заповедует» или «Его Величество повелевает». А заканчивается непременно угрозой: «под наказанием». Например: «Вся Морская Гвардия по все утры в 7 часу… должна собираться в залах Академии для обучения всех экзерциций, которые оным предписаны будут, под наказанием». Явно составленная Сент-Илером, инструкция содержала наивные пожелания, будто ученики «с учтивостью сядут каждый по местам своим без всякой конфузии, недосадя друг другу». Петр I сделал приписку в своем духе: «Для унятия крика и безчинства выбрать из Гвардии отставных добрых солдат, и быть им по человеку во всякой каморе во время учения, и иметь хлыст в руках; и буде кто из учеников станет безчинствовать, оным бить, не смотря какой бы он фамилии ни был, под жестоким наказанием, кто поманит».

«Для наблюдения за порядком в каждой каморе у дверей стоял часовой, имевший право арестовать зачинщика, о всех беспорядках он докладывал Директору, а тот Его Сиятельству Адмиралу. После вечерней зари – «тапты» – из академии и камор отлучаться запрещено, а командующий над гвардией офицер каждый час чинит «рунд» – обход с целью осмотра. Директору и Командиру Морской Гвардии повелено во все дни быть в залах или школах Морской Гвардии и смотреть, что учители, профессоры каждый ли, по своей должности своей исправляет и обучает ли Морскую Гвардию».



Гардемарин 1724 г. Кадет 1752 г.

Интересно, что обо всех учениках говорилось – «Морская гвардия», а об отдельном ученике – «кто от Морской гвардии». Чувствовалось неудобство. В апреле 1716 г. вышло «Положение о гардемаринах в российском флоте». Интересно также, что вернувшегося из-за границы В.В.Головина его дед «бас» И.М.Головин послал в Академию продолжать обучение. «И с июля месяца стали мы обучаться военному солдатскому артикулу у определенного к тому нарочно, по указу, у отставного гвардии Поручика Ивана Безстужева, и у Сержантов гвардии отставных, и розданы нам всем дворянам ружья и сумы, и велено нам называться Гардемарин» (Трактовка термина историком флота Ф.Веселаго (его «Очерк истории морского кадетского корпуса» вышел в 1852 г.) «гардемарин, garde de marine, морской страж, морской гвардеец» взята им из французской «Enccyclopedie methodique», в современном французском пишется – garde-marine.).



Если судить по указам и инструкциям, то Морская академия была настоящим военно-учебным заведением с правильно распределенными учебными занятиями и соблюдением строгой дисциплины. В жизни многое происходило иначе. Сменивший Сент-Илера директор Морской академии граф А.А.Матвеев 2 мая 1717 г. жаловался Сенату на «неописанную скудость денег» и «несказанные трудности», так как от Адмиралтейства «кроме доброго «нета» никакого положительного довольствия не получается» (МИРФ. Ч. 3. С. 339). Школьники Морской академии снимали углы по окраинам, где дешевле, даже на другом берегу Невы. В 1718 г. 14-летний И.Шишкин и 30-летний В.Корженецкий со слугами жили во дворе подьячего Василия Филиппова в Посадской слободе, 17-летний «школьник» В.Пестрилов стоял во дворе дьяка Анисима Маслова (оба – на Петроградской стороне).

Возвращение государя

Государь возвратился из-за границы 21октября 1717 г. Его встречали корабли у Кроншлота, и как только яхта с царственной четой на борту вошла в Неву, началась пальба. Петр вскоре был уже на верфи, осматривал работы на стапелях, а за ним семенили мастера корабельные и «бас» И.М.Головин. А за теми – недоросли, приведенные полковником Г.И.Кошелевым для смотра и уже определенные в Академию, оббегая высокого гостя и его сопровождение, старались еще и еще раз глянуть на государя. Многие видели своего кумира впервые. Его новомодное синее платье, гребешок в волосах и слово о великих делах врезались им в память на всю жизнь.

Решая множество проблем государственных и семейных, Петр уделял внимание и академии. 2ноября 1717 г. он распорядился выдать деньги «в Морскую академию на содержание школьников» из соляного сбора, то есть из дополнительных средств, не идущих на содержание армии (подушные сборы) или флота (питейные и таможенные сборы - 2нояб. 1717 г. Распоряжение Петра I относительно выдачи денег из соляного сбора в Морскую академию на содержание школьников. Копия конца XIX-начала XX в. (НИА СПбИИ РАН. Ф. 270. Оп. 1. № 85. Л. 191). Судя по указу от 13авг. 1731 г. (ПСЗ. Т. 8. № 5831), в 1724-1725гг. флот содержался на таможенные кабацкие и канцелярские сборы)). Малообеспеченные воспитанники стали получать ежемесячно по 1 руб., при переходе в обучении из «цифири в геометрию» – еще по полтине в месяц. В меркаторской навигации им прибавляли по 2 руб. с полтиною, а в круглой навигации – по 3 руб. человеку на месяц. К зиме надо было поставить печи на втором этаже. А в следующем году здание Кикиного двора стали расширять. 20 апреля 1718 г. Ф.М.Апраксин писал о повелении Петра I «Академический двор, что был Кикина, достроить». В академии пристроили несколько мазанок.

1июля 1718 г., во вторник, Петр I после посещения Адмиралтейства «прибыли в Академию, и быв до 9 часу, отъехал в дом свой» (Повседневные записки делам князя А.Д.Меншикова 1716-1720, 1726-1727 гг. / Публ. С.Р.Долговой и Т.А.Лаптевой // Рос. архив. Т. X. М., 2000. С. 236). Скорее всего, он поехал во дворец в Летнем саду, его Зимний дворец стоял неподалеку, на месте нынешнего Эрмитажного театра, тут и пешком – два шага. Еще ближе по набережной линии стоял дом кригскомиссара Г.П.Чернышева. Недалеко, на Мойке, располагался и дом директора Матвеева.



Чернышев Григорий Петрович, сперва денщик Петра I, потом генерал-майор, член Адмиралтейств-Коллегии и сенатор, при Екатерине I генерал-поручик, при Анне генерал-аншеф, при коронации Елизаветы - граф (25 апр. 1742 г.)

Материалы для истории Русского флота ч.1
Материалы для истории Русского флота ч.2
Материалы для истории Русского флота ч.3



Мария Андреевна Матвеева-Румянцева

Петр I уважал А.А.Матвеева и за его образованность, и за красавицу дочь Марию Андреевну, ее он выдал замуж за любимого денщика А.И.Румянцева, и у них родился сын, будущий фельдмаршал П.А.Румянцев-Задунайский. Но государь задумал некоторые перемены, а также, видимо, понял, что аристократ Матвеев слишком деликатен, чтобы устроить школу как надо, и перевел его с повышением, назначив по таланту – сенатором и президентом юстиц-коллегии. Туда, где трудно, Петр ставил проверенных с юности бомбардиров.

[I][Продолжение следует/I]


Главное за неделю