Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,20% (52)
Жилищная субсидия
    18,52% (15)
Военная ипотека
    17,28% (14)

Поиск на сайте

3. Австралийско-англо-американские противоречия после второй мировой войны

Как бы в ответ на игнорирование Англией своего доми­ниона, австралийское правительство предъявило в связи с ка­питуляцией Японии множество требований, осуществление которых должно было подчеркнуть самостоятельность и особое значение Австралии. Во второй половине августа 1945 г. пре­мьер-министр Чифли выступил с требованием, чтобы Австра­лию «рассматривали не как второстепенную, а как главную тихоокеанскую державу». «Тайме» сообщил, что, «по мнению австралийского правительства, роль, сыгранная Австралией в войне, не получила должного признания при заключении пере­мирия и что, по мнению этого правительства, следует доби­ваться, чтобы при заключении мира такое положение было бы исправлено». Чифли потребовал, чтобы австралийские войска были допущены к участию в оккупации Японии, причём он на­стаивал, чтобы их командование было непосредственно подчи­нено главнокомандующему Макартуру, а не англичанам(1). Чифли предложил также Англии «разделить ответственность в юго-западном бассейне Тихого океана» с точным разграни­чением английской и австралийской сфер влияния. Борнео и все ранее оккупированные Японией территории к востоку от Борнео, включая острова Науру и Океан, должны были войти в австралийскую сферу. Австралия предъявила также претен­зию на участие в реоккупации Сингапура и Малайи(2).

Ещё через месяц австралийское правительство стало уже предъявлять претензии на участие в Совете министров ино­странных дел.

Раболепствуя перед Вашингтоном, австралийская буржуа­зия, однако, не могла даже в первые месяцы оккупации Японии удержаться от выражения недовольства по поводу американ­ской политики в Японии: она велась слишком явно вразрез с интересами Австралии. «Австралийцы не могут понять, по­чему Макартур единолично распоряжается в Токио»(3), — сооб­щал «Тайме». В Мельбурне высказывались требования, чтобы Макартур разделил ответственность с «Советом представите­лей союзников».

Превратившись вместе с лейбористским правительством в сателлита американского империализма, австралийская бур­жуазия после второй мировой войны стала нередко играть на международной арене роль застрельщика американской экспан­сии. В то же время австралийское правительство иногда пыта­лось фрондировать против американской агрессии в случаях, когда эта агрессия непосредственно и особенно резко сказыва­лась на интересах господствующих классов Австралии. Это имело место главным образом в связи с американской полити­кой в Японии или же в связи с притязаниями США на острова, которыми владеет Австралия.

В неофициальных выступлениях это фрондирование прини­мало иногда довольно истеричный характер. Эватт и другие члены правительства обычно сопровождали свою «критику» американской политики верноподданническими клятвами и за­верениями.

Но Даже Эватт, касаясь американской политики воссозда­ния японского милитаризма, не мог удержаться, чтобы не от- метить, что политика США в Японии «до некоторой степени похожа на политику, проводившуюся в отношении Германии после первой мировой войны и в результате которой Германия стала угрозой демократиям. Восстановление японского воен­ного потенциала создаёт угрозу для Австралии»(4).

Однако гораздо чаще Эватт повторял формулу: «Тихоокеан­ские союзники ждут от Соединённых Штатов руководства в обеспечении и поддержке мира».

Экономическая экспансия американских монополий в Ав­стралии и Новой Зеландии характеризовалась увеличением удельного веса США в австралийской и новозеландской внеш­ней торговле в первые годы после войны. Торговля США с Ав­стралией в 1946 и 1947 гг. в ценностном выражении возросла более чем на 150% по сравнению с 1938/39 г. Импорт Новой Зеландии из США возрос соответственно на 70%, а экспорт в США —на 700%(5).

Удельный вес американского импорта снизился, однако, в последующие годы, так как в условиях имперских преферен­ций и при наличии других преимуществ английские импортёры брали верх над американскими. В экспорте Австралии доля США возросла главным образом за счёт резкого повышения цен (по сравнению с довоенными) на шерсть, которая в 1949/50 г. составляла 51% всего австралийского экспорта. Торговля Австралии с Англией, странами Британской империи и США в последние годы выразилась в следующих цифрах (в млн. ав­стралийских ф. ст.):


Помимо обычных таможенных мероприятий английские мо­нополии старались ограничить американский импорт в британ­ские доминионы и колонии различного рода специальными мерами. Так, в июле 1949 г. конференция министров финансов стран Британской империи приняла решение об общем сокра­щении импорта из «долларовой зоны» на 25%. Вышеприведён­ная таблица показывает, что это решение не только не было осуществлено Австралией, но что её импорт из США в 1949/50 г. увеличился по сравнению с предыдущим годом на 26%. Однако можно полагать, что, если бы не было этого ре­шения, американский импорт ещё более возрос бы.

По сравнению с довоенной внешняя торговля Австралии в результате роста цен, особенно на экспортные товары, значи­тельно увеличилась в ценностном выражении. В декабре 1949 г. индекс импортных цен равнялся 280 (1937—1939 гг.=100), тогда как индекс цен на шерсть равнялся 420, на пшеницу — 380, на металлы — 440(6). Такое соотношение цен было весьма выгодно для австралийских монополий.

С большим успехом, чем в области торговли, американские монополии действовали в сфере инвестиции капитала в Австра­лия. В 1947 г. американские капиталовложения составили 16 млн. ф. ст., а в 1948 г. они почти сравнялись с английскими инвестициями, произведёнными в том же году. Монополии США после второй мировой войны стали проникать в железо­рудную промышленность Австралии, в воздушный транспорт. Железные рудники Ямпи Саунд, которые ранее находились в руках японского концерна, теперь перешли в распоряжение американцев, так как последние владеют контрольным пакетом акций (52%)(7). Американцы фактически контролируют кино­промышленность и радио.

Американский капитал играет ведущую роль также в нефте-обрабатывающих, автомобильных и некоторых других компа­ниях. К началу 1951 г. в Австралии существовало не менее 90 отделений американских корпораций. В августе 1950 г. Международный банк реконструкции предоставил Австралии заём в 100 млн. ам. долл.

В Новой Зеландии также наблюдается рост американских инвестиций. Уже в конце 1945 г. печать сообщала о некоторых новых значительных капиталовложениях американских моно­полий в этом доминионе. Так, американские каучуковые мо­нополии Файрстон, Гудрич и Дэнлоп при участии новозеланд­ского капитала сооружали в Новой Зеландии фабрики авто­мобильных покрышек и камер. В связи с этим американская печать заявляла, что планы новозеландского правительства, предполагающие лишь участие английского капитала в про­мышленном развитии Новой Зеландии, на практике терпят крах. Без американского капитала новозеландцам, мол, не обойтись. Англия же не в состоянии конкурировать с американ­скими фирмами и капиталом, несмотря на её исключительные преимущества в Новой Зеландии(8).

Удельный вес американского и английского импорта и экс­порта во внешней торговле Новой Зеландии показывают сле­дующие цифры(9):


Расширение экономических связей между США и Австра­лией и усиление экспортной зависимости Австралии от амери­канского капитала не могли, однако, скрыть быстрого развития австралийско-американских экономических противоречий, кото­рые вытекали из самой природы капиталистического развития.

Развитие промышленности в Австралии во время войны превратило её в конкурента США на тихоокеанских рынках, так как внутреннее потребление уже не могло создать доста­точного спроса на продукцию австралийской промышленности. Но тихоокеанские рынки были уже захвачены мощными аме­риканскими монополиями, и даже в самой Австралии и Новой Зеландии американская продукция теснила местную про­дукцию.

Рост промышленности в Австралии и Новой Зеландии ха­рактеризуют следующие данные(10):


Продукция металлургии и машиностроения в Австралии выросла на 120%, продукция ряда отраслей лёгкой промыш­ленности— на 40—60%. Доля промышленной продукции в 1944/45 г. составила 57% всей продукции страны против 47% в среднем за последние шесть довоенных лет. Добыча угля в 1947 г. возросла в Австралии приблизительно на 30% по сравнению с довоенной. В Новой Зеландии в 1946 г. индекс промышленной продукции превысил 110 (1938/39 г. = 100).

Не сократилось также производство сельскохозяйственных продуктов. Между тем уровень жизни в Австралии и Новой Зеландии значительно снизился. По официальным данным, ин­декс оптовых цен в 1947 г. в Австралии и Новой Зеландии пре­высил 150 (1937 г. = 100, 1939 г. = 105).

Даже по этим данным, рост индекса заработной платы зна­чительно отстаёт от роста цен.

По данным рабочих организаций, с 1939 по 1949 г. цены в Австралии возросли почти на 100%, а заработная плата — только на 50%(11).

Норма эксплуатации в Австралии сильно увеличилась. Раз­витие внутреннего рынка после войны отставало от роста про­изводства.

Между тем объём австралийского экспорта (если учесть рост цен) в первые годы после войны не увеличился, а экспорт Новой Зеландии возрос незначительно. Об этом говорят следующие данные (1937 г. = 100; стоимость в млн. австрал. и новозел. ф. ст.):


Наряду с увеличением товарооборота Австралии с Соеди­нёнными Штатами ещё больше возросла торговля Австралии с азиатскими странами. В условиях послевоенной нехватки товаров американо-австралийское соперничество на азиатских рынках чувствовалось сравнительно слабо, но в 1948—1949 гг., особенно во время начавшегося кризиса перепроизводства в США, это соперничество получило уже ярко выраженные формы. Весь экспорт Австралии в азиатские страны в 1946/47 бю­джетном году составил 192 млн. австрал. ф. ст. Экспорт в денежном выражении увеличился, таким образом, почти в 4 раза по сравнению с 1938/39 г., когда он равнялся лишь 48 млн. ф. ст. Импорт из азиатских стран составил соответ­ственно 108 млн. и 67 млн. ф. ст.

После войны Австралия сильно сократила импорт из-за границы стальных и железных изделий и продолжала ввозить почти исключительно белую жесть. Она не только в достаточ­ном количестве стала производить сталь и стальные сплавы, но и увеличила свой экспорт железа, стали и стальных изделий. Этой продукции было экспортировано в 1947 г. 300 тыс. т про­тив 79 тыс. т в 1938 г.(12) Значительная часть этого экспорта, как и до войны, шла в Новую Зеландию, но вместе с тем он на­правлялся и в азиатские и даже европейские страны. В Азии главными покупателями железных и стальных полуфабрикатов были Китай и Индия. Эти же и некоторые другие азиатские страны в течение ряда лет были крупными покупателями ав­стралийской пшеницы, муки, мяса и других продуктов сель­ского хозяйства.

Чтобы полностью освободиться от импорта стальных изде­лий, концерн «Брокен Хилл» в 1948 г. разработал проект про­изводства белой жести в самой Австралии, а также проект рас­ширения производства других стальных изделий.

Объём австралийской промышленной продукции по сравне­нию с американской продукцией, конечно, незначителен, но американские монополии после войны стали выражать недо­вольство по поводу тех барышей, которые достаются на долю англо-австралийского капитала. Для австралийцев же конку­ренция американских товаров особенно чувствительна именно потому, что австралийская промышленность относительно мо­лода и слаба и ей трудно выдержать удары несравненно более мощного соперника.

Между тем этот соперник, пользуясь своим экономическим и политическим превосходством, применял самые разнообраз­ные методы для того, чтобы повсюду теснить своих конкурен­тов. Так, Австралия вынуждена была, согласно условиям меж­дународного соглашения об экспорте зерна, сократить свой экспорт пшеницы на 20%. Разумеется, соответственно увеличи­вались экспортные возможности Соединённых Штатов. Широко был использован «план Маршалла» для продвижения амери­канской и вытеснения всякой иной, в том числе и австралий­ской, продукции. Премьер-министр Австралии Чифли сокру­шался по поводу того, что Англия, согласно «плану Маршалла», должна закупать фруктовые консервы в США, что наносит удар австралийскому садоводству и консервной промышлен­ности.

Австралия предприняла ряд актов против наступления американских монополий, заключив соглашения о крупных торговых сделках с Англией и принимая некоторые меры с целью сокращения импорта из США. В третьем квартале 1949 г. по решению австралийского правительства выдача ли­цензий на ввоз американских товаров была полностью пре­кращена(13).

Во время войны английские инвестиции в Австралии и Но­вой Зеландии сократились, как и повсюду. По данным англий­ской «Белой книги», к концу войны Англия продала в доминио­нах (без Канады, но включая Эйре) инвестиций на 201 млн. ф. ст. Более того, Англия сама задолжала за время войны доминионам, в частности Австралии, значительную сумму. В мае 1948 г. австралийское правительство решило даже сде­лать Англии «подарок» в сумме 25 млн. ф. ст., списав эту сумму со стерлингового счёта английской задолженности.

Хотя австралийская зависимость от Англии, экономические и политические связи доминионов с Англией слабеют, но вме­сте с тем Австралия и в особенности Новая Зеландия ещё ты­сячами нитей связаны с метрополией. После войны отмечался новый приток английских инвестиций в Австралию. Так, англий­ские автомобильные предприятия вкладывали капиталы в ав­стралийские автозаводы. Между Англией и Австралией за­ключаются долгосрочные торговые сделки, монополизирующие ту или иную отрасль экспорта, исключающие в определённых случаях участие американского или иного капитала. Весной 1948 г. между Австралией и Англией был заключён на пять лет контракт, по которому Англия закупает весь австралийский экспорт яиц. Австралия обязалась довести экспорт яиц в Англию до 1 260 млн. в сезон. -Весной 194§ г. Англии закупила в Австралии 1,6 млн. г пшеницы урожая 1948/49 г. Английская печать сообщала весной того же года, что между Австралией и Англией достигнуто соглашение, по которому Англия обеспе­чила сбыт австралийского мяса на 15 лет.

Австралийская буржуазия не менее, чем английская, заин­тересована в сохранении системы имперских преференций. Ещё в январе 1947 г. правительство Канберры сняло временные ограничения с целого ряда важных английских импортных то­варов.

Значительно возрос поток эмигрантов из Англии в Австра­лию. В марте 1946 г. английское правительство решило цели­ком или частично оплатить проезд английских эмигрантов в Австралию. В последующие годы австралийское представи­тельство в Англии было завалено заявлениями англичан, же­лавших эмигрировать в Австралию. В 1947 г. в этот доминион из Англии прибыло 30 тыс. эмигрантов. Ещё большее число не смогло выехать из-за нехватки морского транспорта.

Всё это в той или иной мере содействует сохранению связей доминиона с метрополией, способствует известному тяготению Австралии к Англии.

Важным фактором, содействующим в настоящее время цен­тробежным тенденциям в доминионах, является подчинение английской политики Вашингтону, политика раболепствования перед ним.

Военные базы Австралии — Дарвин и др. — оборудованы для обслуживания американских бомбардировщиков; осуще­ствлены и другие мероприятия, показывающие подчинённость Австралии Соединённым Штатам в военном отношении. Анг­лийское и австралийское правительства подчинились диктату американского империализма в вопросах восстановления японского милитаризма, предоставления японской промышлен­ности заграничных рынков за счёт интересов Англии и Австра­лии. Австралия идёт также на уступки в отношении предоста­вления японцам рыболовных прав и возможности заняться китобойным промыслом в Антарктике.

Существуют также противоречия между австралийской и ан­глийской политикой в Индонезии. Австралийские экспансио­нисты были заинтересованы в ослаблении экономического и по­литического контроля Голландии в Индонезии. Они рассчиты­вали со временем заменить голландских империалистов в этой богатой стране, лежащей по соседству с Австралией. На ав­стралийское правительство оказывали давление рабочие и про­грессивная общественность, сочувствующие национально-осво­бодительному и демократическому движению индонезийского народа. Правительство Австралии предпринимало кое-какие шаги на дипломатической арене, идущие вразрез с политикой голландских колонизаторов в Индонезии. Но политика этих колонизаторов являлась также политикой английских монопо-лий, имеющих крупные капиталовложения, в Индонезии и стре­мящихся к сохранению там в возможно большем объёме англо-голландского колониального господства. Поэтому австра­лийская политика в отношении Индонезии скорее соответство­вала (но по различным мотивам) американской Политике, ста­вившей задачей вытеснить голландцев и англичан и занять их место, чем политике Лондона.

Опасаясь американской агрессии и не имея надежды на сколько-нибудь серьёзную поддержку Англии против домога­тельств американского монополистического капитала, австра­лийская буржуазия пытается отвести американскую экспансию от южной половины Тихого океана. В статье, опубликованной в 1948 г. в американской печати, Эватт писал, что при заклю­чении мирного договора с Японией целесообразно «предоста­вить Соединённым Штатам контроль над островами Волкано, Бонин и Рюкю, которые должны быть отобраны у Японии»(14). Ничему не научившийся Эватт повторял в другом виде прова­лившуюся политику Лайонса и Мензиса, которые раболепство­вали перед Японией, охотно поощряли японскую агрессию в Китае, надеясь, что таким путём австралийской буржуазии удастся ускользнуть от натиска тихоокеанского агрессора. Но, как известно, империалистическая агрессия раньше или позже устремляется по линии наименьшего сопротивления.

Австралийские капиталисты, слугой которых являлось лей­бористское правительство Канберры, точно так же как и пра­вительство консервативных партий, испытывают глубокий страх, вызванный победой народно-освободительных сил в Китае. Австралийская крупная буржуазия поэтому чувствует удовле­творение при виде того, как американский империализм всеми способами поддерживает жалкие остатки китайской реакции и развёртывает свою агрессию против Китайской народной рес­публики и Кореи.

Австралийский министр иностранных дел Эватт, действуя от имени австралийской буржуазии, предлагал американским империалистам не принадлежащие Австралии острова Бонин и Рюкю, рассчитывая, что американская финансовая олигархия умерит тогда свои аппетиты в районах «австралийского влия­ния» и откажется от претензий на некоторые австралийские владения. По этим же соображениям австралийские дипломаты полагают, что американо-советские и американо-китайские про­тиворечия играют им наруку. Правящие круги Австралии, про­водя антинациональную политику, всё более подчиняют Австра­лию интересам американского империализма, втягивают страну в агрессивные планы американских и английских монополий, принимают участие в позорной захватнической войне против корейского народа.

Приняв участие в гонке вооружений, правительство Мен­зиса всё более неприкрыто играет роль марионетки Уолл­стрита. Австралия и Новая Зеландия в июле 1951 г. непосред­ственно вошли в агрессивную военно-политическую систему США, вступив в подсобную Северо-атлантическому блоку орга­низацию на Тихом океане, что выразилось в заключении (па­рафировании) 2 июля так называемого малого Тихоокеанского пакта. Это означало готовность буржуазных правительств этих британских доминионов принять участие в актах американской агрессии на Тихом океане. Военные расходы Австралии за три года возросли вчетверо и ложатся тяжёлым бременем на плечи народных масс. Прямые военные расходы, составившие в 1949 г. 54 млн. австрал. ф. ст., увеличились до 83 млн. в 1950 г. и были намечены в сумме 200 млн. ф. ст. в 1951 г. Правительство Мен­зиса завинчивает пресс эксплуатации, снижает жизненный уровень трудящихся, выполняя задания американского импе­риализма. Баснями об «угрозе коммунизма» консерваторы пы­таются прикрыть свою антинародную и антинациональную по­литику. Но эта ложь очевидна для всех. Народные массы Австралии не желают стать пушечным мясом в разжигаемой американскими империалистами новой войне.

(1) Незначительный контингент британских войск, включая австралий­ские, был допущен американцами к символическому участию в оккупации Японии. Чтобы избежать подчинения австралийских войск (в соответствии с требованиями Чифли) помимо англичан и американцам, Лондон назначил австралийца командующим всеми британскими оккупационными войсками в Японии и тем самым обошёл щекотливый вопрос. Австралиец был назна­чен представителем Великобритании в Союзном совете для Японии.

(2) «Times», August 18, 1945; «Gazette Montreal», August 20, 1945.

(3) «Tiffles», September 28, 1945.

(4) «Правда», 20 июля 1948 г.

(5) «Есоnоmiс Report», United Nations, Department of Economic Affairs, Lake Success, 1948, p. 66.

(6) «БИКИ», 16 ноября 1950 г.

(7) См. «Красная звезда», 6 апреля 1949.

(8) «New York Times», November 25, 1945.

(9) «The Board of Trade Journal», April 10, 1948.

(10) «The Board of Trade Journal», April 10, 1948; «Economic Report», p. 60. Всё население Австралии в 1947 г. составляло 7,5 млн. человек, Но­вой Зеландии — 1,9 млн. человек.

(11) См. «За прочный мир, за народную демократию!», 1 августа 1949 г., Р. Диксон, Забастовочное движение в Австралии.

(12) «Irоn and Coal Trades Review», August 20, 1948, p. 422.

(13) «БИКИ» N° 90, 1949 г.

(14) «New York Times Magazine», April 4, 1948.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю