Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,86% (53)
Жилищная субсидия
    19,28% (16)
Военная ипотека
    16,87% (14)

Поиск на сайте

ПЕРЕНОС ПЕТРОПАВЛОВСКОГО ПОРТА

Предвидя новое нападение англо-французов в навига­цию следующего, 1855 года, военное командование Петропавловска считало необходимым возможно сильнее укрепить порт и город. Завойко разработал подробный план подготовки к обороне, предусматривавший значи­тельное увеличение военных сил и материальных средств защиты. План этот был заблаговременно послан Му­равьеву.

Одновременно в самом Петропавловске были приня­ты все возможные в местных условиях меры для подго­товки к новой обороне. Всю зиму 1854/55 года велись ин­тенсивные работы по восстановлению и перестройке ста­рых и сооружению новых батарей с учетом опыта обороны предыдущего года. Строились новые прочные погреба для пороха и снарядов, сооружались закрытые ходы на бата­реи, приготовлялись запасные станки и лафеты. По при­меру прошлого лета к работам этим были привлечены весь гарнизон и все население города.

Между тем в Иркутске еще в ноябре 1854 года были получены сообщения, что союзники снаряжают для дей­ствий в Тихом океане новую эскадру в 18 вымпелов и что нападение на Петропавловск предполагается осуществить флотилией из 26 судов, для усиления которой специально послан из Европы 84-пушечный пароходо-фрегат «Мо­нарх». Муравьев полностью разделял мнение камчатского командования о необходимости дальнейшей защиты Пет­ропавловска и своевременного приведения порта в оборо­носпособное состояние. Он распорядился тогда же, в но­ябре, об отправке в Петропавловск, с открытием навигации по Амуру, различного снаряжения, вооруже­ния, материалов, воинских команд, словом, всего необходимого для усиления Петропавловского порта. Другие выходившие за пределы его компетенции вопросы обороны он представил на разрешение высших властей в Петер­бург.

Сообщения восточно-сибирской администрации и кам­чатского командования о блестящей победе, одержанной 20—24 августа, дошли в столицу в декабре 1854 года. По­ка известия эти прошли через всю Сибирь, во взглядах правящих кругов на значение Камчатки произошли круп­ные перемены.

Правительство сочло оборону Петропавловска в слу­чае нового нападения англо-французского флота нецеле­сообразной. Тем самым была решена и участь Петропав­ловского порта. Восточно-сибирской администрации было приказано совершенно разоружить и эвакуировать порт.

Получив приказ правительства, Муравьев принял срочные меры к полной эвакуации Петропавловского пор­та, которая должна была состояться самой ранней весной, немедленно по открытии навигации, до предполагаемого прихода неприятельской эскадры в камчатские воды. Весь план восточно-сибирского командования был построен на том, что зимовавшему в Петропавловске немногочислен­ному русскому флоту удастся перехитрить неприятеля, уйти из порта до его прихода и благополучно добраться до Амурского лимана как самого надежного места укрытия.

В самый разгар подготовки к обороне, 3 марта 1855 года, в Петропавловск прибыл адъютант генерал-губернатора Муравьева есаул Мартынов. Он привез на­грады защитникам Петропавловска и распоряжение снять порт и все укрепления, вооружить зимовавшие суда и при первой возможности вывезти все казенные учреждения и имущество, гарнизон и гражданских служащих с семьями.

Весть об упразднении порта и оставлении Петропав­ловска быстро облетела весь городок и вызвала всеоб­щее уныние. Место назначения эскадры было известно одному лишь Завойко и держалось в строжайшем секре­те. Из опасения, что секретные сведения могут дойти до противника, по Петропавловску распространялись самые разнообразные слухи о предстоящем плавании. По одним версиям, русская эскадра должна была отправиться в Ба­тавию или Сан-Франциско, как в нейтральное место, и там переждать войну; по другим — порт было решено пе­ренести в устье реки Анадырь.

На долю петропавловцев снова выпало тяжелое испы­тание. Подготовка порта к эвакуации происходила в очень трудных условиях. Работы осложнялись из-за глубокого снегового покрова. Особенно трудна была погрузка на суда снятых с них в прошлом году орудий. Батареи были завалены целыми горами снега. Местонахождение каждо­го орудия можно было обнаружить лишь с помощью длин­ных железных прутьев. Затем орудия нужно было раско­пать, достать из глубоких ям, погрузить на специально приготовленные нарты и спустить на покрытый льдом Ковш. Работы эти велись весною, когда лед уже стал не­прочным. Доставка орудий на корабли требовала поэто­му много усилий, да к тому же была опасна.

Нарты с пушками спускались на канатах на лед и не­медленно подхватывались самыми сильными матросами, тащившими их изо всех сил к судам. Под полозьями все время трещал лед, выступала вода. После того как погру­жены были пушки и прочее военное снаряжение, началась погрузка имущества учреждений, гарнизона и граждан­ских лиц. Грузы лишь одного порта составили свыше 80 тысяч пудов. Только одних пассажиров было 282 че­ловека. Всего на судах оказалось около 800 человек. На­ступила оттепель, и работать приходилось по колена в грязи и воде. Одновременно происходили ремонт и оснаст­ка судов. Все эти большие работы были закончены менее чем за месяц.

Затем нужно было проложить проход для кораблей, находившихся во льдах Ковша, в незамерзающую боль­шую губу. Круглые сутки, стоя в воде, множество людей ломало и пилило лед. Часто очищенное за день простран­ство ночью снова покрывалось льдом, и всю работу при­ходилось начинать заново.

К 1 апреля суда были готовы к выходу в плавание. К 3 апреля был закончен проход во льду от Ковша до Сигнального мыса, и 5 апреля камчатская флотилия в со­ставе флагманского корвета «Оливуца», фрегата «Авро­ра», транспортных судов «Двина», «Иртыш», «Байкал» и бота № 1 вышла в открытое море.

Маленький, но еще недавно оживленный городок со­вершенно опустел: покинувшие город гарнизон и граж­данские служащие составляли подавляющее большинство его населения. Оставшиеся жители были обеспечены всем необходимым на два года. После отъезда военных вла­стей гражданское управление Камчаткой было возложено на исправника. Есаулу Мартынову, присланному Муравьевым, было поручено наблюдение за гражданской вла­стью и командование оставленным в Петропавловске от­рядом казаков и ополченцев. В случае появления против­ника все имевшееся в городе казенное и частное имуще­ство, равно как и различные запасы снабжения, следова­ло вывезти из Петропавловска в соседние селения Авачу и Старый Острог. Там же были сосредоточены небольшие военные силы для действий против неприятеля на случай, если бы он продвинулся за пределы города. В Большерецке стоял транспорт «Кадьяк», готовый в любое время вый­ти в море для связи с Амуром. От Петропавловска до Большерецка протянулась цепь казачьих пикетов.

В своем последнем донесении из Петропавловска За­войко сообщал:

«Подведомственные мне штаб- и обер-офицеры и ниж­ние чины, неутомимо трудившиеся всю зиму над построй­кой укреплений и постановкой на них орудий, показали и в настоящем случае примерное усердие и самоотверже­ние. Только при такой ревности подчиненных моих к служ­бе возможно было снять Петропавловский порт в течение месяца, и это дает мне повод надеяться, что и в предсто­ящем нам плавании все будут воодушевлены тем же усер­дием, и суда во-время и беспрепятственно достигнут ме­ста своего назначения. Если же, сверх ожидания, мы встретим в море сильного неприятеля, то или отразим его или погибнем, не отдав врагу русских военных судов и славного русского флага».

Кампания 1855 года принесла, однако, лишь новый по­зор англо-французскому флоту.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю