Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Пожелания императора

После убийства народовольцами царя Александра II в 1881 году российский пре­стол занял его сын Александр III.

Еще в 22-летнем возрасте он близко позна­комился с Русским Севером, возглавляя ко­миссию по оказанию помощи голодающему населению Вологодской и Архангельской гу­берний. О Мурмане Александр III знал по рассказам бывшего начальника конвоя (лич­ной охраны) генерал-адъютанта Шереметьева, с 1883 года возглавлявшего Арскую китобой­ную компанию (предприятие в южной части Мотовского залива).

Александр III хотел видеть Россию мощ­ной и процветающей державой, достаточно защищенной от внешних нападений, обеспе­ченной железнодорожными путями от центра страны до Тихого океана на востоке и до Ле­довитого океана на севере. По свидетельству лейб-медика, академика Н. А. Вельяминова, "он не обладал выдающимися умственными способностями, но бесспорно не был лишен природного "здравого смысла" и известной житейской мудрости... Он работал, не покла­дая рук, ... глубоко, до самозабвения любил Россию, верил в ее большое будущее и считал своим святым долгом служить ей всеми свои­ми силами".


Император Александр III.

Александр III охотно одобрял предложе­ния, направленные на развитие Мурмана и поднятие благосостояния промыслового на­селения. 8 февраля 1883 года царь распоря­дился восстановить Кольский уезд, упразд­ненный после разорения города Колы и при­соединенный административно к Кемскому уезду. В распоряжение уездных властей "для разъездов по делам службы и преследования норвежских рыбопромышленников, нарушаю­щих интересы приморского населения", был предоставлен 30-сильный пароход, получив­ший название "Мурман", и особый кормовой флаг: белый с двумя скрещенными посредине якорями и положенным на них гербом Ар­хангельской губернии. Местом стоянки паро­хода стала Екатерининская гавань, в южной стороне которой, близ перешейка, была устроена пристань на сваях, мастерская, куз­ница, угольные склады и для проживания ко­манды парохода "красивый, с резьбою в рус­ском стиле, дом". Все эти постройки были за­вершены в 1891 году.

По ходатайству местной общественности Александр III в 1886 году запретил беспош­линный ввоз спиртных напитков из-за гра­ницы и торговлю ими на Мурманском берегу.

О том, как император относился к посту­павшим на его имя прошениям, можно судить по "высочайшим резолюциям". На ходатайст­ве губернатора А. П. Энгельгардта в 1893 го­ду о проведении телеграфа на Мурман Алек­сандр III написал: "Давно бы пора"; на пред­ложение об увеличении суммы на выдачу ссуд переселенцам на Мурманский берег сде­лана резолюция "Желательно"; на соображе­нии губернатора о ликвидации таможенной черты, отделяющей город Колу от колонист­ского Мурманского побережья, государь поме­тил: "Мне кажется, что это все справедливо".

Пожелания императора тут же направля­лись "к надлежащему исполнению". Таможен­ная черта была отодвинута к югу от города Колы. Сумма ежегодных ассигнаций на ссуды переселенцам была удвоена. Департамент эко­номии выделил 200 тысяч рублей на сооруже­ние телеграфной линии на Мурман. 7 сентяб­ря 1895 года Энгельгардт донес министру внутренних дел: "Телеграфная линия от Колы до Екатерининской гавани уже окончена и между этими пунктами открыто телефонное сообщение". От Екатерининской гавани линия разветвлялась на восток до Гаврилова и на за­пад до норвежской границы (становище Стол­бовое).

Весной 1894 года на Кольский Север ко­мандировали инженера путей сообщения Бо­риса Александровича Риппаса для изыскания трассы будущей железной дороги на Мурман.

В столице усиленно обсуждался вопрос о сооружении нового военного порта для рус­ского флота. Руководители Морского ведомст­ва (управляющий Н. М. Чихачев, начальник генерального штаба Н. Н. Обручев) предлага­ли создать военно-морскую базу на Балтике, в Либаве (Лиепая). Александр III не разделял их мнений. В случае войны Германия легко могла блокировать порт в Либаве и держать флот взаперти. Александр III хотел "устроить порт в таком месте, где бы, с одной стороны, была гавань, незамерзающая круглый год, а с другой стороны, гавань эта должна была быть совершенно открыта, то есть чтобы... из нее можно было бы прямо выходить в море".


Министр финансов С. Ю. Витте.

Подыскать нужную гавань для "главной морской базы" русского военного флота на Мурман отправился выдающийся государст­венный деятель, министр финансов Сергей Юльевич Витте. В своих "Воспоминаниях" он пишет: "Император высказывал мне такого рода мысль - свою мечту, - чтобы на север была проведена железная дорога, чтобы край этот, интересы которого он принимал очень близко к сердцу, не был обделен железными дорогами. Он говорил мне о том, как бы он был рад, если бы ему удалось видеть там же­лезные дороги, которые обеспечили бы этому краю подвоз хлеба".

В поездке на Мурман Витте сопровождали специалисты морского дела И. И. Казн, А. Г. Конкевич, железнодорожный деятель С. И. Мамонтов, журналист Е. Л. Кочетов, юный художник А. А. Борисов, архангельские чи­новники и моряки. Плыли на лучшем парохо­де - "Ломоносове", имевшем скорость хода более 20 километров в час, превосходившем "по удобству и красоте многие европейские пароходы".

Из всех осмотренных бухт Мурманского побережья наилучшей оказалась Екатеринин­ская гавань. Витте был восхищен ее видом. "Такой грандиозной гавани, - писал министр, - я никогда в своей жизни не видел; она про­изводит еще более грандиозное впечатление, нежели Владивостокский порт и Владивосток­ская гавань. Мы эту гавань подробно осмат­ривали, стояли там несколько суток"; она за­мечательна "как по своему объему, полно­водью, так и по своей защищенности".

Во второй половине июня 1894 года на Мурмане стояла прекрасная погода, круглосу­точно светило солнце, на море играли киты. Витте, по его словам, "ночью часто закуривал папиросы посредством зажигательного стек­ла". Край не казался мрачным и непригод­ным для жизни.

По возвращению в Петербург Витте подал Александру III обстоятельный отчет о поездке и свои соображения о сооружении военного порта. Он предлагал: 1) военно-морскую базу для русского флота устроить в Екатеринин­ской гавани; 2) провести к ней от Петербурга двухколейную железную дорогу; 3) построить на Мурмане мощную электростанцию, чтобы иметь там сильное освещение. К своему до­кладу Витте приложил особую записку "Либава или Мурман?", в которой аргументи­ровано обосновал преимущества Екатеринин­ской гавани перед балтийским портом в слу­чае возникновения войны с Германией.

Проект Витте не был утопией. При Импе­раторе-Миротворце (такое прозвание получил Александр III) Россия ни с кем не воевала, успешно развивалась экономика, шло бурное железнодорожное строительство (с 1891 года быстро сооружалась транссибирская магист­раль к Тихому океану). Умный и практичный министр знал финансовые возможности Рос­сии, видел нараставшую германскую угрозу и намечал мероприятия нужные и вполне осу­ществимые.

Зная, что "Император Александр III имел влечение к Русскому Северу", Витте и его окружение питали надежду на скорое вопло­щение их планов в жизнь: "В будущем Екатерининске... непременно будет русский флот... появятся и законная власть, и порядок, и сама цивилизация со всеми ее атрибутами, плодами и благами... даст Бог, осуществление Петербург-Мурманской линии не за горами". Изыскатель трассы железной дороги Риппас писал: "Надо отрешиться от ложных, закосне­лых взглядов на наш Север... Непростительно считать Лапландию страною льдов, мрака и всяких ужасов... При соответственных и энер­гичных мерах правительства она не замедлит занять весьма почтенное место между други­ми странами государства и будет лучшей частью нашего Севера".

С одобрения Александра III Морской Гене­ральный штаб стал посылать в мурманские воды для охраны их от иностранных браконь­еров военный крейсер (в 1893 году - "Наезд­ник", в 1894 году - "Вестник", в 1895 году -"Джигит", в 1896 году - "Самоед", с 1897 года - транспортное судно под военным флагом "Бакан"). Базой для них являлась Екатеринин­ская гавань. Сюда крейсера приводили суда незаконно промышлявших в наших террито­риальных водах иностранцев к мировому судье, который подвергал их 10-рублевому штрафу с конфискацией добычи.

В 1894 году гидрограф Михаил Ефимович Жданко произвел тщательное обследование Екатерининской гавани, нанес на карту ряд географических названий: мыс Чижова (в честь создателя Архангельско-Мурманского пароходства), гора Вестника (охранного крей­сера), озеро Ларина (ближайшее от гавани, по имени командира крейсера "Вестник"), озеро Боковое получило название озеро Игнатьева (мичмана крейсера "Вестник"), озеро Продол­говатое - озеро Чайковского (другого мичмана на том же крейсере).

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю