Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,20% (52)
Жилищная субсидия
    18,52% (15)
Военная ипотека
    17,28% (14)

Поиск на сайте

Хомяк-мститель (отрывок из повести "Ворон Темного Урочища")

Стихи

Разные стихотворения
Флибустьерское

Рассказы

Тимка
Тополиный снегопад
Шум дождя

Песни

Песни на стихи Виктора Богданова


           …Женька прыснул в кулак, другие тоже не могли скрыть свои улыбки. Эта история была известна всей школе, и без улыбки вспоминать её было нельзя.


          Сразу после майских праздников близнецы принесли в школу хомяка. Они долго выбирали будущую жертву своей шутки, пока не остановились на кандидатуре Веры Самчуковой. У неё была привычка оставшуюся после обеда булочку прятать в свой портфель и на уроках потихоньку отщипывать от неё небольшие кусочки. На это и рассчитывали Павлик и Петя, когда после обеда сунули хомяка в её сумку.
          Следующим уроком была математика. Пожилая математичка Ириада Ивановна носила очки, высокую старомодную прическу, была невысокой и полной женщиной. Среди учеников имела прозвище «колобок в очках». В этот день она объясняла у доски новую тему, последнюю в учебном году. Сила привычки Верки Самчуковой сработала на пятнадцатой минуте урока (близнецы, сидящие на соседнем ряду на две парты позади Верки, как настоящие исследователи, вели подробный хронометраж событий). Делая вид, что её очень заинтересовали объяснения «колобка в очках», Верка на самом деле думала о лежавшей в сумке булочке. Её рука уже дважды непроизвольно начинала движение под столом по направлению к висящей на крючке сумке, но что-то постоянно не давало ей завершить начатое – отщипнуть кусочек булки и засунуть его в рот. Верка уже начала нетерпеливо ерзать на своем стуле – близнецы были уверены, что у неё на булочку давно выработался условный рефлекс, как у собаки Павлова. Булочка отправлялась в портфель девчонки после каждого обеда, но на первом же уроке она должна была быть беззастенчиво слопана. Возможно булкам нравилось, что им удается прожить на этом свете на час больше чем остальным, чей короткий век закончился прямо на обеде, но они же не знали, что вместо мгновенной смерти на чьих-то молодых зубах, их ждет мучительная и долгая пытка, когда от них отщипывали по маленькому кусочку. Мучительная смерть булочки в темноте Веркиного портфеля вызывала благородное возмущение Павлика с братом и взывала к отмщению. Наконец с третьей попытки Верка засунула руку в свой портфель…
          Справедливости ради надо сказать, что хомяк совершенно не знал, что на него возложена благородная миссия народного мстителя. Оказавшись в портфеле, он первым делом начал искать из него выход, но вместо выхода вдруг обнаружил в уголке совершенно целую и вкусно пахнувшую булочку. Так как кроме него в сумке никого не было, он с чистой совестью посчитал находку своей собственностью. Если же учесть, что с самого завтрака он ничего не ел сидя в застегнутом кармане одного из братьев, а аппетит у хомяков известный, он тут же принялся наверстывать упущенное, набивая мешки за щеками с удвоенным рвением. Для него было неожиданностью вторжение чьей-то руки в уютное пространство уже начинавшей нравиться ему сумки. Эта рука не только нарушила его мирную трапезу, но ещё и покушалась на остатки булки, которые хомяк отдавать никому не хотел. Рука же, нащупав вместо целой булки какие-то жалкие крошки, стала искать что-то, нервно перемещаясь из угла в угол портфеля, пока случайно не задела и не опрокинула хомяка на спину, да ещё начала ощупывать его самого (вероятно, приняв за ту самую булочку). Он усиленно стал отбиваться всеми четырьмя лапами и случайно зацепился малюсенькими своими коготками за рукав кофточки. Потом он мгновенно оказался вытянутым на свет божий и от зазвеневшего в его ушах дикого визга лишился чувств, рухнув с высоты поднятой руки прямо на подол ещё сидевшей пока на своем стуле девчонки, так нагло прервавшей его обед.
          Визг, который издала Верка, можно было сравнить одновременно и со школьным звонком, и с сиреной терпящей бедствие подводной лодки. Класс математики, где шел урок, находился на первом этаже, но, как потом выяснилось, даже на четвертом этаже учителя спешно закончили занятия, перепутав этот визг с сигналом общешкольной пожарной тревоги, начав эвакуацию учеников. А ещё в школе ходили упорные разговоры о том, что в момент наивысшей точки Веркиного визга в соседнем кабинете химии несколько пробирок с разными химикатами взорвались прямо на учительском столе, составив такую гремучую смесь из разных кислот и щелочей, что мгновенно превратили в пепел классный журнал девятого «а» класса, причем вместе с толстой дерматиновой обложкой, в которую был обернут, а учитель химии получил страшные ожоги словно попал под воздействие химического оружия. Один из мальчишек на перемене потом клятвенно уверял других, что сам видел, как преподаватель ОБЖ оказывал лежащему без сознания химику первую помощь. В слухи о ранении химика Женька не верил, но тот действительно несколько дней не появлялся в школе.


          Поднявшийся в классе и во всей школе переполох не коснулся только братьев, продолжавших невозмутимо хронометрировать события. Павлик все происшествия до секунды привязывал ко времени, замечая его по своим командирским часам, а Петька усердно записывал всё на отдельном листе, который потом послужил основной уликой их «чудовищного преступления» при разборках на состоявшемся после уроков классном часе. Но мальчишки ни капельки не расстроились вызовом в школу отца, гораздо больше их огорчало, что они видели всё только со спины и не могли наблюдать выражение лица Верки.
          Сунув руку в портфель за первым кусочком булочки, Верка сильно удивилась, не обнаружив её на положенном месте. Подумав, что случайно положила булочку в другой угол, она стала шарить по всей сумке, пока не нащупала что-то мягкое, теплое и мохнатое. Это «что-то» неожиданно начало отбиваться от неё и даже, как потом уверяла на собрании Верка, вцепилось зубами ей в палец, что, конечно же, было наглым поклёпом на добродушного и испуганного хомяка. Выдернув из портфеля руку, она вдруг обнаружила прямо перед своим носом вцепившегося лапой в рукав кофты грызуна. Вид хомяка с набитыми до отказа пухлыми защечными мешками был впечатляющим! Сама Самчукова не сознавалась, но близнецы были уверены, что она так заорала не от вида самого хомяка, а испугавшись того, что он её сожрет как булку, запихнув кусочками себе за щеки.
          Тут же лишившийся от стресса чувств хомяк свалился прямо на колени к Верке, что, естественно, было ошибкой с его стороны. Верка подумала, что это он уже начал атаку с целью откусить от неё первый кусочек и словно подброшенная катапультой взлетела из положения сидя на стуле прямо ногами на стол. Кто только не пытался потом повторить этот трюк – не получалось даже у признанных всей школой спортсменов. Но Верке этого показалось мало. Она сидела в среднем ряду за второй партой, можно сказать, что почти под носом у учителя. Следующий её прыжок опять долго обсуждался в школьных коридорах. Прямо со своего стола через головы впереди сидящих она сиганула на стол учителя, вероятно посчитав его наиболее безопасным местом, продолжая истошно орать на всю школу. Сам же хомяк никому неведомым образом вместо того, чтобы свалиться на пол под Веркиным столом, совершил совершенно немыслимый со всех точек зрения плавный полет по крутой дуге и приземлился прямо на грудь «колобка в очках», откуда безвольным комочком скатился на стол, теряя по пути из своих мешков кусочки проглоченной совсем недавно булки.


          Ириада Ивановна за свою жизнь в школе чего только не повидала и, по словам её же самой, готова была ко всему на свете. Зря она была в этом уверена! Когда дикий Веркин крик отвлек её от доски с формулами, она повернулась к классу лицом, чтобы разобраться и призвать нарушителей к порядку. Возможно, она была готова ко всему на свете, но не к прыжку дико орущей девчонки прямо к ней на стол через головы сидящих в недоумении учеников. Но Верка была ещё в полете, когда ей на грудь шлепнулось что-то мягкое и волосатое, которое начало медленно скатываться вниз. Если принять во внимание, что ширина «колобка» мало уступала в размерах его же высоте, то катилось это мохнатое существо довольно долго. По крайней мере за это же время успели скатиться очки с носа математички. Она побледнела и растерялась, так как без очков видела довольно слабо, начала шарить руками по столу, скорее всего опасаясь, что орущая Верка вдребезги раздавит её очки. Однако вместо очков рука её наткнулась на хомяка, без движения лежащего на столе. Чисто автоматически поднесла его поближе к глазам, чтобы как следует рассмотреть. И рассмотрела…
          К звукам сирены тонущей подводной лодки прибавился протяжный, высокой тональности визг, сравнить который с чем-либо было вообще невозможно. Бесчувственный хомяк повторно шлепнулся на стол, а «колобок», на этот раз без очков, вылетела из класса со скоростью курьерского поезда. Потом нашлись личности, которые уверяли, что «колобок» не выбежала из класса, а в прямом смысле выкатилась из него, оправдывая свое прозвище. Сама же Верка самозабвенно орала до тех пор, пока в классе не появился директор школы и быстро навел порядок.
          Именно этот случай вспомнила сейчас Самчукова, которая долго вынашивала план своей мести близнецам. Женька же считал, что из всех участников этой истории больше всего пострадал хомяк, у которого потом ещё целых две недели непроизвольно дергались все четыре лапы, стоило только ему увидеть в своей клетке кусок булки или хлеба.


Главное за неделю