Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

В сказочной и загадочной Индии

Полную версию книги можно приобрести:
  • в "Моркниге",
  • в Санкт-Петербургском Клубе моряков-подводников на Васильевском острове (тел. (812)323-24-67, 323-0778),
  • в интернет-киоске Санкт-Петербургского Клуба моряков-подводников,
  • в Москве в магазине Главного штаба ВМФ на Козловском и на Златоустьевском пер. (тел. (495)604-30-78),
  • в Москве у автора (terenov_a@mail.ru),
  • в Нижнем Новгороде в музее истории завода "Красное Сормово" (тел. (831)29-66-47, 29-69-75),
  • во Владивостоке в Доме офицеров ТОФ у капитана первого ранга Осадчего (тел.(4232)26-18-21).


Отзывы о книге

Дорогой читатель! (комментарий адмирала И.И. Налетова, начальника штаба Северного флота в 1992–1996 гг.)
Комментарий вице-адмирала Р. Голосова, Героя Советского Союза (апрель 2007 г.)
Уважаемый читатель! (комментарий адмирала В.П. Валуева, Командующего Балтийским флотом в 2001-2006 гг.)
Дорогой читатель! (комментарий вице-адмирала Аруна Кумара Синха)
От переводчика

Содержание

Лебединая песня крейсерской подводной лодки «К-43»

Начало пути
Медвежья услуга
В бухте Улисс
В заливе Петра Великого
Подготовка к аренде
В сказочной и загадочной Индии
          Славный город Визакхапатнам
          Попка – не всегда дурак
          Легенды об индийской пище
          Первое боевое крещение
          Все изменилось под нашим Зодиаком
          Шри-Ланка
          Вышел Пупкин на крыльцо
          Сингапур Вредные привычки
И снова Камчатка 15 лет спустя

Индия и ее флот

Немного истории
Организация флота
Корабельная служба
Как служится на флоте офицерам?
          Плюсы и минусы службы в индийском флоте
Религия и национальность на флоте

Перишер

Перишер

Эпилог

Эпилог


Выход начался строго по плану, с оркестром, слезами жен и детей. Особенно тяжело прощаться с оставшимися членами экипажа, ведь мы расставались практически навсегда и уже никогда не соберемся единым коллективом, способным выполнить любую задачу. Ледовая обстановка в бухте была тяжелая, и мы еще долго разворачивались на выход за ледоколом, а через 4 часа уже начали погружение. Погружение затянулось, так как клапана вентиляции цистерн главного балласта промерзли. За неделю прошли Японское море, Цусиму, Желтое, Восточно-Китайское, Филиппинское моря, а затем проливом Баши вошли в Южно-Китайское море. Глубины далее не позволяли следовать в подводном положении, поэтому к Сингапуру шли над водой. Проходя Сингапурским проливом ранним утром, оценил всю красоту города-государства возникшего вдруг среди джунглей юго-восточной Азии с одной стороны и побережья Индонезии – с другой.

Великое множество кораблей в проливе под разными флагами, громадные Боинги-747, совершающие прямо над мачтами выдвижных устройств разворот и посадку в аэропорту Сингапура - Чанги, сказочная погода всего в 100 километрах к Северу от экватора – вот что запомнилось с тех времен. Ну и конечно, запомнилась скоростная, белоснежная яхта, сопровождавшая нас несколько часов светлого времени. Шкипер, молодой загорелый мужчина с голливудской улыбкой во все свои 32 зуба, непрерывно снимал нас на камеру, а его «помощница» загорала в бикини на корме. Вертолеты с непонятными опознавательными знаками и нашпигованные телеоператорами также не оставили нас вниманием. Я не удивился оперативности издателя толстенного британского справочника корабельного состава Janes Fighting Ships, когда через месяц после нашего прихода в Индию вышел его выпуск за 1988 год, где мы красовались уже в разделе «Флот Индии», а в предисловии подробно была проанализирована ядерная программа Индии.

* * *


В те годы эти места Южной и Юго-Восточной Азии еще не были использованы для активного отдыха и туризма, по крайней мере нами, но мечта увидеть мир, зародившаяся у меня в детстве, как и у любого моряка, начала реализовываться именно тогда. Побывав за годы своей службы почти во всех морях Атлантики и Средиземного моря, Северного Ледовитого, Тихого и Индийского океанов, надо быть поэтом или Виктором Конецким, чтобы оценить и описать все места, где побывал: красоту ледяного безмолвия полярного дня в районе Северного полюса или полярного сияния ночи, курящихся над облаками вершин камчатских вулканов или ультрамариновый цвет тропических морей, шикарные белоснежные песочные пляжи с экзотическими пальмами и цветами. Здесь я бессилен, поскольку нет ни таланта, ни соответствующего образования. Очень не мешало бы побывать во всех этих местах, не имея за спиной груза ответственности за корабль и экипаж, и посмотреть на эту красоту не через перископ подводной лодки, а вместе с семьей. В период службы такой крамольной мысли не возникало, может быть, потому что времени не было думать об этом. Когда изучаешь географию, порты, проливы и острова с точки зрения нанесения по ним ракетных ударов, других мыслей, видимо, и не должно возникать. Как тут не вспомнить книгу о первых американских атомных подлодках, идущих под Северный полюс. При всем уважении к первопроходцам, меня убила фраза командира «Наутилуса»: «не успел я надеть ночную пижаму, как меня вызвали в центральный пост». И это подо льдом. Где найти такую подводную службу, чтобы спать в пижаме? Как тут не помянуть добрым словом советского командира, не снимающего водолазного свитера и канадки с сапогами по несколько дней, а то и недель. Спишь в центральном посту с одним открытым (дежурным) глазом, всегда в ожидании ЧП. В районе ниже поясницы (а если точнее – в заднице) расположен встроенный биологический дифферентометр, кренометр и акселерометр. При незначительном изменении назначенного дифферента, крена или скорости автоматически открываются оба глаза. Нет, американцы правы, говоря: «Тяжела служба подводника, но русские сделали ее невыносимой»…

В море выходило не более 10 человек, чередуясь в три смены, так как места на корабле не хватало (в конечном счете это стало сказываться на квалификации миниэкипажа, ведь наплаванность каждого резко уменьшилась). Ну а мне пришлось испить эту горькую чашу до дна. Говорю так не потому, что не люблю «морячить», а потому, что все многочисленные выходы в море были серьезным испытанием организма. Температура воды достигала 30 градусов до глубины 100 метров, холодильные машины не справлялись, питание отвратительное, так как должность кока в нашей группе не предусмотрена, а пища индийского экипажа не подходила нам ни под каким соусом…

* * *


Легенды об остроте индийской пищи имеют под собой все основания и если на севере Индии эту остроту можно как-то терпеть, запивая еду водой, то на юге она нестерпима. Всему виной повсеместное применение жгучего перца-чили, который кроме антивирусных и антисептических функций выполняет и еще одну важнейшую – раздражителя желудка. Дело в том, что в условиях жесточайшей жары резко усиливается жажда и снижается аппетит, но ведь водой сыт не будешь. Кроме того, в пищу добавляют массу всевозможных приправ, специй, ради которых собственно и открывали Индию европейцы. Очень богата и разнообразна вегетарианская пища. Некоторые повара умудрялись готовить из овощей и фруктов такие блюда, что нам – мясоедам нельзя было отличить их по вкусу от мяса. Слияние мусульманской и индийской цивилизаций оказало большое влияние и на кухню. Способ приготовления в тандуре мяса, лепешек, принесенный моголами из Средней Азии, приготовление риса в казане в виде плова подняли индийскую кухню на новый уровень. Мы с огромным удовольствием наслаждались кулинарными шедеврами, приготовленные в ресторанах индийскими поварами, а от перца спасались хорошо разбавленным виски со льдом. Но в условиях подводной лодки кокам очень трудно создавать шедевры и поэтому для нас это было серьезным испытанием.

Индийские экипажи потребляют мало мяса в рационе по религиозным и другим мотивам, а для того, чтобы компенсировать отсутствие белка, едят горох. До сих пор у меня перед глазами огромные баки, в каких мы раньше варили суп, с черным вареным горохом, вперемешку со специями, которые наводили ужас на нас своим видом и запахом, поскольку последствия потребления такого продукта сотней здоровых людей в ограниченном пространстве были непереносимыми.*5 Фруктов и свежих овощей в рационе очень мало, поэтому первый год мы кормились компотами, печеньем, сгущенкой с кофе. В туалет, пардон, после такой пищи, не ходили неделями, что в сочетании с невыносимой жарой значительно убавило наш энтузиазм. В последний год мы несколько приспособились, заставляя (прося) кого-нибудь из своих готовить супчики, каши, отбивные. Часто брали что-то, приготовленное женами. Надо отдать должное индийским кокам, которые старались как-то помочь и облегчить наши страдания.

Условия эксплуатации корабля были жесточайшие: 100%-ная влажность, высокие соленость, температура воды и воздуха в разы увеличили скорость коррозии. Особенно досталось забортной арматуре, трубопроводам и корпусу, дейдвудному сальнику. Очень серьезную ошибку мы совершили в период последнего ремонта, не настоявши на замене водоотливной магистрали. Сейчас уже трудно разобраться, кто виноват: техническое управление флота, экономившее деньги, завод, посчитавший эту работу слишком трудоемкой, или экипаж, не проявившей настойчивости. За эту ошибку мы заплатили сполна, а через 1.5 года вынуждены были сделать эту работу, но уже в Индии. Состояние водоотливной магистрали и стало основной причиной многочисленных аварий, связанных с поступлением воды, и пожарами, с которыми успешно справлялись, сказались многочисленные тренировки по борьбе за живучесть, но к концу аренды техническое состояние корабля было великолепным.

Самая серьезная авария произошла через 1,5 года в Бенгальском заливе, когда уже другой индийский командир решил погрузится на 250 метров для определения типа гидрологии. Моя попытка убедить его отказаться от этой затеи и ограничиться 150 метрами, ссылаясь на то, что подлодка уже не девочка, а зрелая женщина, которой такие нагрузки ни к чему, к успеху не привела. Правда, удалось добиться, чтобы он объявил тревогу и увеличил ход. Формально он конечно же был прав, так как корабль должен был быть способен погружаться и на значительно большую глубину, но… На глубине 180 метров вырвало резинометаллический патрубок системы охлаждения вспомогательного оборудования в трюме 3-го отсека, в метре от самых больших электрических механизмов – обратимого преобразователя, ВПР и главного распределительного щита правого борта. За считанные секунды, пока увеличивали мощность и ход до полного, трюм был заполнен забортной водой, залившей обратимый преобразователь, ВПР и замкнувшей подводящие шины главного распредщита. От мощной электрической дуги главный щит полыхнул как лист бумаги, расплавился, извергая вокруг расплавленный металл. При переключении питания на другой борт завалили аварийную защиту реактора на мощности 90% и на глубине 160 метров остались без хода, без питания, с заклиниными горизонтальными рулями, с пожаром на нижней палубе и заполненным трюмом центрального отсека…

Много было за эти годы смешного и не очень. Однажды, когда я с кораблем находился на переходе в Бомбей, в оставшейся группе случилось еще одно ЧП. Взрослому сыну хозяина ресторана Сунилу отец купил новую «Судзуки», которая в Индии называлась «Марути». Парень этот поддерживал хорошие отношения с нашими спецами, как­то приехал похвалиться, оставил машину у входа в гостиницу с ключами в замке зажигания и убежал на кухню проверить порядок. В это время спецтрюмный, назовем его условно «мичман Пупкин» (отличный парень, кстати), только недавно прибывший в наш коллектив, выпив, по его словам, бутылку пива, вышел на крыльцо почесать себе яйцо, а заодно покурить. Обстановка благоприятная, свобода полная, командир в море, денег много и ты уже настоящий сэр. Могу себе представить, что творилось в его душе, когда он увидел новенькую машинку с бантиком на крыше, с ключами в замке зажигания и открытой дверью. Видимо, в свои 25 лет, считая себя старым морским волком, инструктором, освоившим реактор, посчитал, что уж с такой машиной он справится одной левой. Машина, однако, была «праворукая», как и все в Индии, и стояла в метре от фонарного столба на скорости. Забравшись в кресло водителя, включил стартер, с перепугу нажав на газ; машина рванула, колесом наехала на столб и перевернулась. Ошарашенный инструктор выбрался ползком без единой царапины, ну а на автомобиль смотреть было жалко. Проехав всего один метр, у него оказались перебиты все стекла, смяты капот, крыша и двери, масло и электролит залили салон. Как говорится, одно лишнее неверное движение – и ты становишься отцом. Так и здесь – одно неверное действие, и все, что нажито в Индии непосильным трудом, отдано хозяину машины в качестве компенсации…

Ранней весной 2005 года, уже находясь в запасе, приехал с семьей на Камчатку в Паратунку – искупаться и покататься на горных лыжах. Не удержался и показал корабль жене и своему 12-летнему сыну. Это сейчас при желании все организовать легко и просто, особенно когда на всех флотах (и не только российских) осталось много друзей, занимающих солидные посты, а тогда, 22 года назад, членов семьи не подпускали к зоне строгого режима на пушечный выстрел. Снега в тот 2005 год выпало несметное количество, перемещались мы из Паратунки в Рыбачий по тоннелям, прорытым в снегу, частные дома засыпаны под крышу, а собаки несли сторожевую службу, привязанные к печным трубам. Встретился и со своим старым товарищем, Маркманом А. Б., с которым начинал службу в 11-й дивизии подводных лодок Северного флота. Александр Борисович, в бытность командиром реакторного отсека, был уже опытным морским волком, капитан-лейтенантом, впервые показывал мне свой отсек в 1974 году, принимал у меня зачеты, и первый стакан спирта на пульте ГЭУ я принял из его рук. Сейчас он уже много лет глава города Вилючинск, много делает для моряков и города, настоящий хозяин своей территории.


За эти семь суток, проведенные в Паратунке, побывал и увидел больше, чем за годы службы на Камчатке. На японских снегоходах поднимались мы на вулканы, восхищаясь видом на южную часть Камчатки, Авачинскую бухту, Тихий океан. Купались во всех видах горячих источников и ледяных водах озер. Гора Морозная, недалеко от г. Елизово, где меня и семью в тот год друзья впервые поставили на горные лыжи, до сих пор будоражит мое воображение великолепным двух километровым спуском и ошеломляющим видом на Петропавловские вулканы. По ночам не спишь, анализируя ошибки, пытаясь ответить на вопрос: почему на спуске с горы при поворотах постоянно улетаешь мордой в сугроб, а твой юный сын скользит, как будто всю жизнь занимался горнолыжным спортом? С тех пор вся семья «подсела» на горные лыжи, с нетерпением ждет зимы, как лета, мечтает сравнить Австрийские Альпы с Камчаткой. Ну а за камчатское пиво с вяленой камбалой, какого, я думаю, и в Чехии с Германией нет, можно Родину продать. А еще рыбалка на спиннинг на реке Быстрая, когда на твоих глазах голец берет наживку, а красавица форель хватает гольца вместе с крючком, и ты трясущимися от волнения руками вытаскиваешь это богатство на берег! Котел с чистейшей речной водой уже закипел и ждет, когда в него опустят только что пойманную форель.

Свою подлодку нашел на пятом пирсе, среди других ей подобных, вмерзших в лед и засыпанных по рубку снегом. Экипаж, в составе которого уже давно служат совсем другие люди, встретил как положено. Провели семью по кораблю. Он и сейчас в прекрасном состоянии, но запах, ставший родным запах индийских специй и гороха не выветрился из отсеков до сих пор. В центральном посту, где провел свои лучшие годы, как будто ничего не изменилось, возникло ощущение, что подлодка хоть сейчас может выйти в море и показать на что способна. Я рассказал народу некоторые подробности славной истории корабля, мы сфотографировались на память, и было видно, что экипаж гордится своей причастностью к этой истории. На рубке по-прежнему белой краской с любовью, уже нашими моряками, нарисован номер «S-71». За кораблем так и осталось негласное имя «индианка».

Уже заканчивая свой опус, получил известие, что 23 октября 2006 года на корабле в последний раз торжественно спущен военно-морской флаг. Флаг отправлен мне на хранение, а сама лодка – на утилизацию. Рано или поздно это должно было случиться. Хочется верить, что и здесь она принесет пользу стране. Ну а флаг этот Андреевский вместе с другими боевыми знаменами корабля вручил я для музея истории завода «Красное Сормово» генеральному директору 7 ноября 2007 года во время празднования 40-летия подводной лодки.

Полную версию книги можно приобрести:
  • в "Моркниге",
  • в Санкт-Петербургском Клубе моряков-подводников на Васильевском острове (тел. (812)323-24-67, 323-0778),
  • в интернет-киоске Санкт-Петербургского Клуба моряков-подводников,
  • в Москве в магазине Главного штаба ВМФ на Козловском и на Златоустьевском пер. (тел. (495)604-30-78),
  • в Москве у автора (terenov_a@mail.ru),
  • в Нижнем Новгороде в музее истории завода "Красное Сормово" (тел. (831)29-66-47, 29-69-75),
  • во Владивостоке в Доме офицеров ТОФ у капитана первого ранга Осадчего (тел.(4232)26-18-21).

Издатель книги

Книга "Хождение за три моря. Лебединая песня крейсерской подводной лодки "К-43" издана "Издательством Спорт и Культура".


Главное за неделю