Эффективность проекта «Новороссия» до сих пор снижали две причины. Первая: проект изначально был затеян Ринатом Ахметовым для шантажа и торга с Киевом и с другими олигархами. А теперь он находится в стадии «перехвата управления», и из ахметовского становится (но ещё не стал полностью) кремлёвским. (Причём в ДНР этот перехват управления глубже, чем в ЛНР). Из-за этого возникает фракционная грызня в верхах Новороссии (грубо говоря - ахметовские против кремлёвских), «странные» кадровые перемещения и периодические заигрывания с нацистами.
Вторая. Кажется, в самом Кремле пол-весны и почти всё лето не могли определиться с курсом относительно Новороссии. «Партия войны» боролась с «партией слива». К августу борьба окончилась; Первое лицо решило, что издержки от слива Новороссии больше, чем от курса на её поддержку. Тотчас активизировался «военторг», укропская армия закипела в «котлах» и – voila! - армия Новороссии начала контрнаступление.
Киев оказался перед выбором: тяжёлое поражение сейчас или катастрофическое поражение позже. В лучших национальных традициях выбрали оба варианта, надеясь заменить удачу и мозги упёртостью и жестокостью.
Теперь Порошенко практически обречён. Уже. Прямо здесь и сейчас, 11 сентября 2014 года. Военной победы над Новороссией ему не видать как ушей без зеркала, а без этой победы его растерзают… о, желающие выстроятся в очередь! От выживших правосеков, разьярённых «зрадою генералiв», до окончательно сбрендивших майдаунов. От Матки с косой до МойскогоКала.
Если Порошенко признает военное поражение и остановит операцию, правосеки проволокут его по Банковой за его собственные кишки, намотанные на шею. Если не остановит, «ополчение» (…все понимают, почему я пишу в кавычках?) домолотит оставшиеся укропские части. Благо это удобно: почти всё, что на Украине ещё способно ездить и стрелять, сейчас собрано там, на Востоке. После чего перед «ополчением» вся Украина окажется с раздвинутыми ногами - в военном смысле. Т.е. без воинских частей, способных всерьёз защищать её: всё серьёзное будет смолото на Востоке. И тогда «ополчение» пойдёт на Киев.
Таким образом, у Порошенко нет «хорошего» варианта действий. Вообще. Есть только плохие. При этом не действовать он не может, а действуя - любым образом! – он лишь ухудшает своё положение. Единственный оставшийся шанс: бросить всё прямо сейчас, лететь в Швейцарию и оттуда отрекаться от престола. Но нужно ещё успеть доехать целым до Борисполя... а ведь доброхоты шепнут «Правому сектору», как только пройдёт команда готовить самолёт.
Понимает ли это Порошенко? Думаю, да. Думаю, слухи, что борт №1 в Борисполе держат в постоянной 100% готовности, и там же прямо в аэропорту посменно дежурят экипажи, объясняются именно этим. Таким образом, «ополчению» не придётся свергать киевский режим: это сделают за него, причём раньше, чем «ополчение» дойдёт до Киева. Даже двигаясь с максимально возможной для танков скоростью.
Так выглядит расклад со стороны Киева. А со стороны Москвы?
Полагаю, Москва в курсе о настроениях в Центральной Украине. (Была б не в курсе, была бы дура). Не говоря уж о настроениях в Западной. Поэтому, полагаю, Москва задала себе вопрос: если мы руками «ополчения» разобъём укропскую армию и возьмём Киев, - что мы дальше с ним будем делать?
Что нам делать с Матерью городов русских со свiдомой заразной бл***ью?
Ведь население Центральной Украины (не говоря о Западной) омайденено до полной неадекватности. Оно пылает ненавистью к России. Оно реально думает, что в Европе его ждут зарплаты по 10 000 евро и пенсии по 5 000, и лишь злой Путин не даёт получить им их прямо сейчас. Только злой Путин не даёт им съехать из панельных пятиэтажек в апартаменты Лазурного берега. Оно реально думает, что АТО победоносна и «сепараторам осталось чуть-чуть». Оно считает, что способно жить без России лучше, чем с Россией (или как вариант – способно и дальше пользоваться щедротами России, одновременно пердя ей в лицо).
Поэтому в случае захвата Центральной Украины Кремль не получит ничего, кроме двадцати миллионов двуногого говна. Говна перевозбуждённого, дебильного и агрессивного. Говна, за двадцать три года привыкшего обращаться с государством как с гандоном. То есть - очень «ценного» в качестве подданных.
Потерпев поражение в открытых боях, хохлы перейдут к партизанскому террору. В спины «ополчению» будут непрерывно лететь пули и «молотовы» - в Киеве, в Житомире, в Полтаве... Будут лететь под откосы поезда. Соответственно, в Россию будет потоком идти «груз 200». И идти вниз рейтинг Первого лица. Вопрос «а надо ли это Первому лицу» - риторический.
Потушить эту подворотную какляцкую ярость денежными вливаниями невозможно. Сколько бы ни вложила Россия в захваченные территории, сколько бы ни отстраивала «социалку» и все военные разрушения, как бы ни поднимала хохлам пенсии и зарплаты – это не поможет. Из-за уродства их национальной психологии хохлам всегда будет мало. По определению. Поднимет Россия среднюю зарплату с $380 (…это было при Януковиче; при нынешнем курсе гривны уже меньше $200) до средних российских $800? Тьфу! Ганьба! «Якщо б не москали, в Европи мы бы вже маяли по $8000 !» Пропагандистская отдача, политическая ценность вкладывания ресурсов в хохлятину равны нулю. Хохлятина всё равно не оценит, а вот недовольство россиян («после всего мы опять кормим эту сволочь?!») будет вполне реально.
Но невозможно не только это. Там, в Центральной и Западной Украине, невозможна и денацификация по германскому образцу. Когда в 1945 американцы и русские стали устраивать немцам экскурсии в концлагеря, тыкать мордой в тамошние «аттракционы», насильно показывать хронику в кинотеатрах – немцы были в шоке. Многие плакали. Некоторые падали в обморок. Но когда хохлам показывают кадры сожжённых заживо одесситов, растерзанные тела женщин и детей Донбасса, они не падают в обморок. Они зубоскалят. Они орут: «Так вате и надо! Слава Украине! Хероям слава!..» Немцев ужасали зверства их соотечественников, хохлов они лишь возбуждают.
Таким образом, купить лояльность бандеровской биомассы невозможно. Невозможно её и «перевоспитать». Её можно только истребить физически или изгнать из страны.
Но каковы издержки второго варианта – изгнать или истребить миллионы людей украинцев? И сколько придётся истребить? Германии за исцеление от фашизма пришлось заплатить процентом жизней, который в пересчёте на население Неньки даёт примерно шесть миллионов. Полагаю, у России нет ни желания, ни возможности устроить геноцид на шесть миллионов персон. (Даже персон, 100% заслуживающих этого). У неё просто нет репрессивного аппарата нужной эффективности и масштаба. В принципе он есть у неё, репрессивный аппарат, - чечены, прошедшие концлагерь в Чернокозово, могут подтвердить, – но не такой, чтоб в приемлемый срок переработать шесть миллионов. Тупо не хватит исполнителей с, эээ... необходимой подготовкой.
Даже Сталин вынужден был пойти на попятную, когда ему доложили число сотрудничавших с немцами на Западной Украине. Он понял, что если применить к Бандерложью советские законы, как они есть, регион просто обезлюдеет. И тогда расстрел для бандервы были заменен длительными сроками заключения – едва ли не единственный пример смягчения, а не ужесточения сталинских наказаний. (Сейчас мы пожинаем плоды тогдашнего «милосердия» вождя. Возможно, вычистить регион и заселить заново имело бы смысл. Сейчас это сберегло бы нам остальную Украину…) Так вот, в случае разгрома укропской армии и захвата Центральной Украины кремлёвское Первое лицо окажется примерно в положении Сталина – но не располагая государственным аппаратом сталинского качества. И значит, меры, невозможные тогда, будут тем более невозможны сейчас.
Я размышлял над вариантом «два-лайт»: ГДР. Государство, формально отдельное от суверена и не входящее в его состав, но «сидящее» на его штыках и не нуждающееся в лояльности подданных. Размышление показало: в Украине и этот вариант невозможен. В ГДР он состоялся после физической гибели многих миллионов, заражённых нацизмом, в затяжной войне, да и сталинский СМЕРШ и НКВД не теряли времени в Восточной Германии. А сейчас у нас нет ни того ни другого, и затяжная война с Украиной – последнее, что нам нужно. Верно? Значит, не проходит и ГДРовский вариант. Для него в Украине слишком много готовых стрелять из-за угла и слишком мало раскаявшихся…
Что же делать?
То, что я писал в прошлой «простыне». То, что предписывает великий Сунь-Цзы: чётко разделить желаемое и возможное, признать невозможность невозможного и не пытаться его достигнуть. Применительно к Украине это значит - признать, что Центральная Украина и Киев для Русского Мира потеряны. В обозримом будущем, во всяком случае. Как бы ни было тяжело это признавать. (Не фиг было 23 года клювом щёлкать!)
Отбросить бессмысленные лозунги-химеры типа «нам нужна единая пророссийская Украина». Смысла в них столько же, сколько в «единой пророссийской Альфе Центавра». Нужна-то она нужна… и что с того? Мне вот прям щас нужны яхта Oceanco в Карибском море и три-четыре голых старшеклассницы на борту. Во как нужны! Но от их нужности у них не прибавится реальности… Итак, надо признать, что Центральная Украина – потерянный ломоть. Из-за проср**нных 23-х лет там выросло потерянное пробандеровское поколение, и нужно или быть готовым физически избавиться от этого поколения, - имея на то и волю, и возможности, - или принять реальность его существования. И думать, как минимизировать следствия.
Нужно также отбросить идею-химеру про «уравновесить бандеровские регионы пророссийскими». Не только потому, что русскроязычные регионы не будут жить в одном государстве с теми, кто их бомбил, сжигал и расстреливал, хрюкая от удовольствия. Но и потому, что бандеровских пассионариев «уравновесить» объективно нельзя. Если вы попробуете «уравновесить» тарелку говна тарелкой повидла, и смешаете их, вы получите две тарелки говна и никакого «равновесия».
То же самое с бандервой. Потерпев поражение в отрытом бою, и даже в партизанской герилье, они наверстают потери в «герилье» духовной. Отдадим им должное: они доказали, что способны эффективно обандеривать молодёжь в небандеровских регионах. На Донбассе и в Одессе – да что там, даже в Крыму! – накануне 2014 г. успели появиться русскоязычные бандеровцы… Потому что бандеровское мировоззрение просто (как любой фашизм), оттого удобно, при нехватке интеллекта и образования - удобно вдвойне, да ещё и окрашено в цветастые этнические тона. Оно разом отвечает на все вопросы бытия в форме, доступной любому дауну. Почему ты получаешь двести долларов, почему ты моешь чужие сортиры, почему ты живёшь в панельной пятиэтажке, почему у тебя нет Lamborgini… Тому що на свити е москали. Ось чому!
Оставьте русскоязычные регионы ещё на одно поколение в одном государстве с бандеровцами – и в них уже не нужно будет импортировать бандеровскую идеологию: она начнёт вырабатываться «на месте». И эти регионы будут потеряны так же, как потеряна Центральная Украина. Так что же делать-то? Что делать?
Делать то, что я писал в начале весны. Отрубить от поражённой фашизмом нации все регионы, пока ещё не заражённые или заражённые сравнительно слабо. Провести там жёсткую чистку и денацификацию (что в сложившихся условиях значит - деукраинизацию всего и вся). А остальному предоставить догнивать в собственном соку. Без российских рынков (включая рынок труда), без российских ресурсов, без российских льгот, без российских кредитов... И наблюдать, как бывший «младший брат» катится до уровня Сомали. Не имеет значения, нравится нам этот вариант или нет; прочие варианты мы уже рассмотрели выше. Этот остался единственным. Не хватит человечьих сил, не хватит даже русской мощи, чтобы спасти народ-дебил, который этого не хочет.
Я уже сказал, что киевский режим будет свергнут раньше, чем «ополчение» дойдёт до Киева. Полагаю, он будет регулярно свергаться и впредь. Где-то раз в три месяца. По-другому и быть не может - в отсутствие денег. В отстутствие тепла в домах (для тепла нужны уголь и газ, уголь уйдёт вместе с Донбассом, а для газа нужны деньги, которых нет). В отсутствие света и электричества (ДнепроГЭС находится в Новороссии, для ТЭЦ нужен донбасский уголь, для польского угля нужны деньги, которых нет, а для АЭС нужны урановые топливные элементы, которые стоят БОЛЬШИХ денег. Которых нет. Кстати, имеющиеся элементы закончатся в ненькиных АЭС ещё в 2014 году.) В отсутствие еды (для уборки урожая нужно топливо, для топлива нужна нефть, для нефти нужны деньги, которых нет. Приусадебные участки у кожной украиньской семьи? Навыки сельской праци? Гыгы-ы! Попробуйте кормиться с тех участков не как с подсобных, а как с основных, притом всей семьёй, притом круглый год, притом добираясь пешком.) В отсутствие лекарств (на них нужны деньги, которых нет). В отсутствие даже надежды на деньги – почти 70% украинских экспортных производств, генерирующих валютную выручку, находятся на Донбассе… Просто «Дом, который построил Джек»!
Словом, в отсутствие ВСЕГО (кроме патриотических чувств) в сердце Хохляндии будут твориться угар, трэш, адъ и содомiя. Может, насчёт свержений влады «каждые три месяца» я слишком оптимистичен? Каждые два!.. Вот это, я понимаю, истинно украинское свободолюбие. Майдан за майданом. Перэмога за перэмогою. Зрадник за зрадником. На гиляку. Кто не скачет, тот москаль. А кто скачет, патриот. Кто сказал «скакать устал»? Быстро зрадника в расход! Пусть у нас звенят под носом две сосульки из соплей - мы лишь скачем на морозе выше, чаще, веселей. И так до последнего украинца.
Возможно, в дело вступит дарвиновский отбор. Возможно, тытульная нация, обнаружив, что она в полном Сомали, начнёт переформатирование национальной психологии и самоочищение. История знает несколько примеров. Иногда чудеса случаются... Но редко, очень редко. Не стоит на них рассчитывать.
…Последнее испытание, последний искус для России в «украинском вопросе» - испытание жалостью. Когда в фашистской Украине наступит Сомали, из неё во все стороны попрут потоки беженцев. В том числе в Россию. Твари, ликовавшие от вида «горелой ваты», «дохлой самки колорада» и называвшие Россию «паРашкой», приедут в Россию и предьявят претензии на российскую помощь. Со спокойной совестью (ну, с тем, что у хохлов вместо совести). Они будут звать Путина х***лом и одновременно требовать от него пособий. И будут думать, что они правы. Потому что Россия всегда им должна. Эту веру из хохляцкого мозга не выбить и девятью граммами свинца; хохол умрёт с ней, как с нею родился…
Так вот, последнее искушение России будет состоять в том, чтобы захлопнуть перед тварями ворота. Чтобы принимать беженцев лишь из восьми областей Новороссии, а из заражённых областей не принимать. Из Киевской, из Житомирской, из Полтавской – не принимать! Вам хотелось до Европы, так ползите же туда! Составляла планы жопа - отработает п...да… А то, что Европа не примет миллионы тварей-нищебродов, то личное дело меж Европой и тварями. Нас не касается.
Я не очень верю, что Россия пройдёт этот искус. Жалость к побеждённому, скулящему врагу – одна из главных слабостей (и одновременно одна из главных сильных сторон) русских. Надежда на то, что Первое лицо в такой слабости не замечено. Достаточно взглянуть в его глаза на крупноплановых портретах, чтобы увидеть - надежда есть… Но если Россия не пройдёт этот искус, если «развод» с нацией йопнутых селюков, рагулей и шлюх не оформится до конца - и в головах, и на картах - «украинский вопрос» не будет решён. Он будет лишь в очередной раз отложен.
Прочитала, что в интернете появился сайт, на котором европейцы могут оставить слова прощения. Я не выясняла, кто подобное задумал. Но то, что к тому времени, когда я обратила на него внимание, 3,5 тысячи европейцев извинились перед Россией и президентом Путиным за потоки лжи, неправедных обвинений, ненужных санкций, которые потоком льются до сих пор, было неким бальзамом и испытанным чувством справедливости. Европа начинает прозревать, видеть черное – черным. Но в моей памяти остались факты, когда среди звезд эстрады вдруг стало модным просить прощение за всех россиян и мою страну. В одной из передач телевизионных показали сюжет, взятый с украинского канала о выступлении солистки группы «Ночные снайперы» Дианы Арбениной с концертом в Киеве. После исполнения очередной песни, поклонившись зрителям, она подошла к микрофону: «Я бы хотела… меня никто об этом не просил, но, думаю, правильным будет,- запинаясь сказала она, - перед лицом Всевышнего попросить прощение за своих коллег…, которые почему-то вас не поддержали…» Все! Только эти слова… Но после этого, вернувшись, она услышала все, что о ней думают теперь некогда любившие ее россияне, а через некоторое время узнала, что все ее дальнейшие концерты, расписанные до ноября, в самых разных городах России, отдельные ее исполнения в концертных программах Москвы – ОТМЕНЕНЫ. На Востоке говорят: «Худшие враги человека не пожелали бы ему тех бед, которые могут принести ему собственные мысли «. У нас на Руси короче: «Молчание – золото!». И про «слово не воробей…» тоже верно. А еще точнее: «Лучше бы промолчала…» Казалось бы, что особенного было в этих словах? Человек так думал, чувствовал, он был таким, каким может быть? Все так. Но, как говорят, не в том месте, не в тот час сказаны. Да и по сути… Она выступала в Киеве, перед теми, кто еще недавно стоял на майдане, убивал «беркутовцев», жег покрышки и здания, перед теми, кто недавно скандировал «москаляку на гиляку» и хотели брать «кацапов на ножи»… Аплодисменты после такого выступления исключают какое-то другое толкование, кого поддерживала в этот момент Диана Арбенина. Можно ли отыграть что-то назад? Конечно, нет. «Быль – не сказка. Из нее слово не выкинешь « Сейчас она в своем видеообращении говорит: «Я сделаю все, чтобы вернуться!». Фанаты, поклонники певицы обратились даже к министру культуры России Владимиру Мединскому с просьбой не отменять ее концерты. Он ответил примерно следующее: что проведение концертов в городах, это не его компетенция. Отменили организаторы их. И не в одном городе, а волной. Причины были самые разные, но вполне понятные. По слову и воздается. И мне не верится, что можно вернуть теперь все, как было. В жизни оно по другому: «Подумаешь, страдает полотно, что есть на нем само Пятно. Уж, если говорить о чести, Пятно всегда на видном месте « (поэт Юрий Глушков ). А мы о чести и говорим. Не пятно, так осадок из души не выскребешь. И урок: кстати промолчишь, что большое слово скажешь. Хотя это очень трудно бывает - не спешить языком…
Золотов Александр Никитович, 1933 г. рождения, капитан 1 ранга, выпускник Рижского Нахимовского училища (1951), ВВМУ подводного плавания (1955), доктор военных наук.
Судьбоносные встречи. Нахимовское училище.
«На жизненном пути каждого человека происходит неизмеримое число встреч и знакомств с различными людьми. Случаются встречи мимолетные, бесследные: пообщался и забыл. Бывают знакомства длительные - по совместной учебе, службе, работе, совместному соседству, родству. Такие помнишь долго, иногда всю жизнь, чаще с удовольствием, иногда и без. Некоторые из знакомых и родных превращаются в друзей. С ними не обязательно встречаешься часто, но ты о них помнишь и всегда знаешь, что они есть и в любое время могут посочувствовать и помочь искренно и бескорыстно. Помните, как у Симонова: «Чего нет, того нет, а что есть - пополам!» Но есть и еще одна категория встреч и знакомств. Это встречи судьбоносные, они могут в корне изменить твои жизненные устремления, а порой - и мировоззрение. (Кстати, к таким судьбоносным я бы отнес знакомства с будущими супругами, рождение детей и внуков. Но речь не об этом.) Хочу рассказать о некоторых своих встречах, которые начисто меняли все ранее мною задуманное. Родился я в 1933 г. в Череповце, которого почти не помню. Отца я тоже не помню, он погиб, когда мне было чуть больше года. Через два года моя мама вновь вышла замуж за военного, и начало нас мотать, куда придется. Приходилось жить и в Новгороде, и в Петрозаводске, и в Красноуфимске, и в Рыбинске, и в Ленинграде, и у деда в деревне Огорелье Ленинградской области. Здесь-то восьмилетним мальчишкой я и оказался в оккупации в августе черного 41-го. Однако ненадолго: в апреле следующего года части Второй ударной армии нас освободили, и мы эвакуировались на Урал. В сорок четвертом, после снятия блокады, с сестрой и матерью я возвратился в Ленинград.
Читать я научился рано и под воздействием любимого с десяти лет начал мечтать о море. И только о подводных лодках. Мечты мои стали воплощаться на практике, когда я поступил учиться в пятый класс Рижского Нахимовского училища, которое только-только организовалось во второй половине послевоенного 45-го. По этой причине занятия начались лишь в декабре. Учился я неровно, хотя и неплохо - все рассчитывал на свою память, усидчивости же не хватало (это качество довольно долго меня еще подводило). Первая четверть (а заодно и полугодие) закончилось 22 февраля 1946 г. и, к моему удивлению, я был объявлен первым учеником в своей роте (из четырех взводов пятого класса). Наряду с еще тремя воспитанниками из других рот, в которые входили седьмой, шестой и четвертый классы, Альбертом Акатовым, Евгением Коноваловым и Гарриком Лойкканеном я был приглашен на торжественный обед по случаю дня Красной Армии к Бате. Так мы уважительно называли начальника училища капитана 1 ранга Константина Александровича Безпальчева. Кроме нас четверых, сидевших за низеньким столом, в гостях находилось несколько взрослых, в том числе известный латышский писатель Вилис Тенисович Лацис, в прошлом рыбак и грузчик, в будущем - Председатель Совета министров Латвии.
Писатель В.Т. Лацис в гостях у нахимовцев Справа вверху - капитан 1 ранга К.А.Безпальчев
Здесь-то и случился со мной запомнившийся на всю жизнь конфуз. Дело в том, что в ту пору, несмотря на довольно сносное питание в училище, многие из нас ощущали постоянное чувство голода (видимо, еще с военного времени). А у Елены Тимофеевны — супруги Безпальчева — стол ломился от яств. Был великолепный борщ, затем подали жаркое. Но больше всего меня поразили пирожки с мясом. Сколько я их съел, не помню, но когда хозяйка разрешила нам снять наши форменные мундирчики и остаться в тельняшках, я самостоятельно этого сделать не смог: не расстегивался морской ремень. Попытки Константина Александровича и Елены Тимофеевны снять его успехом также не увенчались, и только могучий Лацис с этим справился... Интересная это была супружеская чета Безпальчевых. Он - невысокого роста, с животиком, полным лицом с редкими седеющими волосами и голубыми глазами, и она - высокая, статная, темноволосая - казались совсем не под стать друг другу, а жили душа в душу, в дружбе и полном взаимопонимании, воспитывали двух сыновей.
Не часто вся семья Безпальчевых имеет возможность собраться за обеденным столом. Слева - направо: Константин Константинович, Константин Александрович, Элеонора Филипповна и Елена Тимофеевна. Рига. 1947 г. Константин Александрович окончил до революции Морской корпус, плавал на знаменитом крейсере «Россия», в советское время служил на Черноморском флоте, командовал эсминцем «Петровский» и другими кораблями. Прекрасный моряк, эрудит, великолепно знавший латынь, историю, литературу, физику, астрономию, а также заядлый театрал и знаток музыки, хороший оратор, строгий начальник и замечательный педагог - вот его портрет. , Вечером того же дня (когда произошел казус с ремнем) нас Всех ожидал еще один сюрприз: все воспитанники присутствовали в оперном театре. Я впервые в жизни с восхищением слушал «Евгения Онегина» и, сидя в первом ряду партера рядом с Безпальчевым, внимал пояснениям Константина Александровича, которые он давал своим юным четверым гостям: сейчас будет соло на гобое, оно напоминает пастуший рожок; сейчас будет знаменитая сцена дуэли; внимательно прослушайте арию старого генерала Гремина, сколько в нем благородства; запомните заключительную сцену возмездия за совершенное Онегиным зло. В дальнейшем, наряду с другими операми, я слушал «Онегина» много раз и всегда при этом вспоминал пояснения Константина Александровича.
По завершении первого года обучения я свои позиции сдал и перестал быть отличником. На очередном торжественном собрании, посвященном окончанию учебного года, получил от Безпальчева хорошую взбучку: он велел мне встать ногами на «банку» (скамейку), чтобы меня все видели (я был маленького роста) и заявил, что я, будучи у него в гостях, столько пирожков съел, что до конца учения должен бы учиться только на «отлично», а вот подвел его, и теперь он мне не доверяет. И, знаете, - подействовало. Хотя по пирожковому делу произошел еще один казус. Однажды вечером, выучив кое-как уроки, я гулял со своим приятелем Олегом Ивановым по двору училища и вдруг у самого забора обнаружил аккуратно завернутый в бумагу пакет. Развернули - пирожки, попробовали один - с мясом и рисом. Я уже было обрадовался, но тут Олег заявил: а вдруг пирожки отравленные (нас учили проявлять бдительность). Понесли пакет в санчасть, отдали медсестрам на анализ, а сами побежали в класс, где и рассказали о находке остальным товарищам, усердно занимавшимся самоподготовкой. Класс сорвался с мест. Прибежали в санчасть. Две сестрички, уплетая последний пирожок, объяснили нам, что яда в них нет. Нас с Олегом чуть не съели вместо пирожков. Шесть лет довелось мне учиться среди этих мальчишек, поступивших в училище отнюдь не по блату. Никогда не забыть мне основательного Витю Комлева - нашего вечного вице-старшину, блестящего Сашу Познахирко, лучших спортсменов Женю Ланцова, Женю Сергеева, Володю Шувалова, акробата Леню Калейника, тихоню Володю Магера, ироничного Борю Щукина, с которым много лет просидел за одним столом, первого своего друга Олега Иванова, веселых братьев-близнецов Борю и Геру Тихомировых, зубрилу Олега Тихомирова, упрямого Юру Иукканена, своевольного Валю Ломтева, всегда целеустремленного Алика Берзина, старательного Виталия Михальского и, конечно же, Джима Паттерсона (помните негритеночка из кинофильма «Цирк»?) и более позднего друга моего Володю Горчакова, всегда уверенного в себе. Кто-то из них стал адмиралом, кто-то профессором, кто-то поэтом, а некоторые, зачастив с выпивкой, пойдут по наклонной. Сегодня все уже давно на пенсии, а некоторых уже и нет в живых. Готовили нас всех равно, одинаково, но все стали совершенно разными. И жизненный путь оказался у каждого свой. Учили нас всем положенным по школьной программе предметам, плюс военно-морскому делу (от вязания морских узлов и плетения матов до практического освоения шлюпки-шестерки на веслах и под парусами). Кстати, финны подарили нам парусную шхуну «Лавена», переименованную затем в «Нахимовец», и на ней мы тоже проходили морскую практику.
Парусно-моторная шхуна «Нахимовец», на которой воспитанники училища проходили морскую практику.
Были у нас и уроки труда, в частности - столярное дело (в конце обучения каждый должен был смастерить по табуретке), слесарное дело (завершилось изготовлением штангенциркуля, а у меня получилось некое изделие почти каменного века, которым я очень гордился) и радиотехники, где мы мастерили детекторные радиоприемники. Учили нас даже бальным танцам и азам теории музыки.
Слева Дж.Паттерсон Всем известно, что отношение учеников к тому или иному предмету в полной мере зависит от качеств учителя. В училище же, несмотря на сложные послевоенные годы, был подобран прекрасный педагогический коллектив. Любовь к истории (а следовательно, и знание её) нам привил замечательный историк капитан Ицкевич (прошу прощения, что помню не все имена-отчества), к географии - Георгий Иванов, к русскому языку - Неонила Романова (на всю жизнь запомнил, как писать слово «одиннадцать», исписав им, по её требованию, всю ученическую тетрадку), литературе - Наталия Ильина, к военно-морскому делу - капитан-лейтенант Залитэ. Никогда не забуду первого нашего математика -Леонида Зиновьевича Драбкина, умершего в 48-м от язвы желудка, и его преемника - Петра Николаевича Бугорского (Пенибугу). Они сумели увлечь нас своей, казалось бы, скучной дисциплиной. Уроки танцев я не любил и почти всегда убегал с них играть в футбол тряпичным мячиком, о чем впоследствии горько сожалел (когда стали приглашать девочек на училищные танцевальные вечера). Сколько же девичьих ног я перетоптал, чтобы научиться сносно танцевать! Очень неплохо было организовано дело со спортом. Каждый день начинался с пробежки и физзарядки. Я их терпеть не мог и с удовольствием избавился, когда закончил учиться, о чем до сих пор тоже сожалею. Уроков по физкультуре было достаточно много - 3-4 в неделю. Для желающих были созданы секции акробатики, гимнастики, легкой атлетики, бокса, классической борьбы. Помню, как-то по пустякам я подрался с Аликом Берзиным и проиграл ему «бой». Эта неудача заставила меня записаться в секцию бокса, где я прозанимался более четырех лет до окончания училища. Больших успехов в этом виде спорта я не достиг, но уверенность в себе приобрел.
Часть летнего времени (до отпуска) мы проводили в лагере, где жили в палатках. Не забыть трехсуточного похода на шлюпках в Елгаву или выхода в Рижский залив на шхуне. Кстати, тогда впервые я познал, что такое морская болезнь. У каждого класса (взвода) был свой офицер-воспитатель и его помощник - старшина, почему-то, как правило, татарин (Мустафин, Нафиков, Маняпов). Старшин мы любили больше. Находились они с нами почти неотлучно, многое знали и умели. Кстати, и шлюпками они управляли намного лучше офицеров, в основном пехотных. Очень большое внимание уделялось в училище нашему эстетическому воспитанию, привитию нам азов культуры. Нас регулярно водили в рижские театры: оперы и балета, русский драматический, оперетты. Кстати, не все походы в театры воспринимали с удовольствием, некоторые ворчали: «Опять в культпоход погнали, я лучше бы печку в кубрике топил» (в спальных помещениях у нас было печное отопление). В училищный духовой оркестр были подобраны неплохие музыканты, которые играли нам не только на строевых занятиях и по праздникам, но и почти каждое воскресенье во время обеда, после небольшого вступительного экскурса Безпальчева исполняли что-нибудь из русской классики - «Камаринскую» Глинки, симфонию «1812 год» Чайковского...
Продолжение следует.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ. 198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус.
Б.Н.Карпов, С.Н.Куликов. О тех, кто учил, заботился и остался в памяти
Карпов Борис Николаевич, 1931 г. рождения, окончил Рижское Нахимовское училище (1950), три курса ВВМУ подводного плавания (1953), ВВМУ им. М.В. Фрунзе (1954), проходил службу на надводных кораблях СФ. Окончил СЗПИ (1963), кандидат технических наук, работал на предприятиях оборонной промышленности, автор более 20 научных работ и авторских свидетельств.
Куликов Сергей Николаевич, 1931 г. рождения, выпускник Рижского Нахимовского училища (1950), ВВМУ подводного плавания (1954). Проходил службу на подводных лодках СФ, участник испытаний атомного оружия на Новой Земле (1955). Окончил Политехнический институт им. М.И. Калинина по специальности автоматика и телемеханика, работал на предприятиях оборонной промышленности.
Розанов Григорий Васильевич, начальник политотдела, Безпальчев Константин Александрович, Плискин Лев Яковлевич
С чувством удовлетворения мы подготовили статью о Бате, который заменил в послевоенные трудные годы и родителей и дом. Но он не смог бы сделать это один. Поэтому чередой всплывают в памяти и другие сотрудники училища, кто был всегда рядом с ним, и, естественно, и с нами; кто учил, воспитывал, кормил, кто влиял на нас и формировал из мальчишек сознательных юнцов. С уважением вспоминаем заместителя начальника училища капитана 1 ранга Льва Яковлевича Плискина. Это был интеллигентный, тихий и скромный руководитель, который громогласно никогда и никого не распекал, не отчитывал, но именно он был организатором и куратором всего, прекрасно функционирующего учебно-воспитательного процесса, ответственным за учебные программы и их реализацию; за профессионализм преподавателей и качество преподавания; за воспитательную работу с нами командиров рот, офицеров-воспитателей и старшин. Своими деловыми и человеческими качествами он снискал известность среди специалистов и руководителей образовательных учреждений столицы Латвии. Воспоминания о самом начале «службы» у одного из нас связаны со старшиной 2 статьи Михаилом Ивановичем Стрельниковым. Помню, как 8 ноября 1945 г. я по повестке в числе еще группы из 7-8 мальчишек с тощим вещевым мешком явился в Управление военно-морскими учебными заведениями ВМФ на набережной Красного флота у моста Лейтенанта Шмидта, — там он нас и встречал. А потом повез в город Ригу. Ехали почти сутки через опустошенные Ленинградскую и Псковскую области и сытую Латвию, на станциях и полустанках которой торговали (о чудо!) колбасами, сырами и ...пирожными! Как мы глазели на это сквозь стекла. Стрельников благоразумно нас на перрон не выпускал.
По прибытии в училище сдал он нас командиру сборной роты капитан-лейтенанту Владимиру Михайловичу Буту. Был он высоким, красивым, слегка прихрамывающим после ранения офицером. Встретил нас приветливо, относился по-отечески, играл с нами в шахматы, фотографировался и спокойно но методично ежедневно мобилизовал нас на обустройство быта, - таскали матрасы, собирали двухэтажные кровати и пр. Естественно, в эти же дни были и переживания: шли медосмотры, экзамены, но без всяких билетов, - скорее, это были собеседования с целью выяснить уровень нашей подготовки. Ну, и конечно же, кому повезло - самая желанная церемония - баня, подбор и выдача обмундирования: роба, бушлат, тельняшка, бескозырка ...! Суетня, поиск зеркала ... детское блаженство. Все красуются друг перед другом, а старшины консультируют, как нужно носить тот или иной предмет формы одежды. Дни потекли быстро, динамично. Почти ежедневно прибывали группы будущих воспитанников, офицеры, старшины, преподаватели. Всё разворачивалось широким фронтом и невероятно быстро. Но вот странно, мы в эти недели до официального открытия училища Батю видели очень редко, но организация училища шла фантастическими темпами. Хотел бы я сегодня посмотреть, кто бы справился также успешно!? Организовать подобное учреждение за полтора месяца! С официальным открытием училища 3 января 1946 г. мы были сведены в роты по годам обучения (т.е. по старшинству), а внутри рот по взводам (по классам). Вот тут появились командиры рот, офицеры - воспитатели по классам и их помощники - старшины срочной службы. С некоторыми из них мы будем связаны по 4-5 лет, а встречаться многие годы. Командиром нашей роты был назначен капитан, а затем и майор Валентин Федорович Сиротин. Обстановка при нем была деловая и спокойная, рота была на хорошем счету.
Офицеры РНВМУ перед Крымским мостом, Москва , апрель 1948 год. Командиры 1-й роты парадного расчета капитан Сиротин и капитан-лейтенант Голубков.
А вот приход нового офицера - воспитателя в наш класс - старшего лейтенанта Кухарева Николая Алексеевича вызвал оживление, пришел не просоленный военмор, а бывший агроном очень любивший химию (до войны Николай Алексеевич окончил Сельскохозяйственный («плодово-ягодный») институт в городе Пушкине. Он довольно часто бывал с нами по вечерам во время самоподготовки и тут уже не только консультации по химии, а иногда и целые лекции. Мог рассказывать долго и даже нудно, увлекаясь, подзадоривая нас, заодно и проверяя наши знания. Николай Алексеевич был хорошим человеком и был с нами до самого выпуска. В 1975 г. мы с ним встретились в ресторане гостиницы «Ленинград», где впервые собрались бывшие воспитанники РНУ с некоторыми офицерами и преподавателями. В это время капитан 1 ранга Н.А. Кухарев ушел в отставку с должности флагманского химика Тихоокеанского флота, получил квартиру в городе Сланцы, преподавал там в химическом техникуме, а затем по призыву партии уехал в совхоз «Осьминский», где вскоре стал директором; т.е. вернулся к первоначальной гражданской профессии. Мне представляется этот факт не таким уж частым и достаточно интересным. Из старшин запомнился навсегда старшина 2-й, а затем и 1-й статьи Александр Михайлович Шашков, который был с нами с самого начала и до дня выпуска. Толковый, не вредный, в меру строгий он чаще был нам товарищем, а некоторым воспитанникам и другом. Саша не скрывал, что в дальнейшем хотел бы служить в милиции, и он там успешно служил, занимал высокие должности и имел звание полковника. Естественно, каждый человек относится к одним с большей симпатией, к другим с меньшей. Поэтому в экзаменационную сессию он был незаменим, мог заранее и тему сочинения подсказать и где какой экзаменационный билет лежит. Во всяком случае, мне кажется, что он из старшин был ближе всех к воспитанникам.
Вот уж кто запомнился! А все потому, что я дважды попадал в его руки. Это - начальник медслужбы, боевой офицер и фронтовой врач, прекрасный профессионал, майор, а впоследствии полковник Мармерштейн. Всегда безупречно одетый, с виду суровый военврач был очень внимательным к нам, но решительным и без церемоний. Чувствовалось закаленное в боях и твердое сердце хирурга. Помнят его, конечно же, все! Из преподавателей запомнились своими интересными и содержательными уроками: ботаник-биолог Лившина Зельда Израилевна, преподаватель морского дела капитан-лейтенант Эдгар Янович Залитэ. Преподаватель истории и географии Ицкевич преподавал интересно и относился к нам либерально. По его инициативе и при его непосредственном участии воспитанник Боря Карпов подготовил пару статей, если можно так назвать наивное сочинительство для «Исторического журнала» о российском ВМФ. Такой журнал со статьями, написанными воспитанниками, предполагалось периодически выпускать. Инициатива офицера была, конечно, интересной и благородной, но что-то не получилось и журнал тихо скончался на втором номере. Тепло вспоминаем преподавателя физики Виктора Петровича Бошнякова. Преподавал он предмет добросовестно, стараясь вложить в нас эти сложные знания. Мы с ним, условно говоря, подружились. Начиналось все с шахмат. Я не был самым сильным шахматистом, но в одном из турниров на первенство училища занял второе место и получил приз - бюст адмирала П.С. Нахимова - он и сейчас хранится у меня. Как-то мы с Виктором Петровичем сыграли несколько партий и завелись..., потом он иногда оставлял меня в кабинете физики для «консультаций» и ...начинался турнир. К сожалению, это не повышало моих отметок по физике, с трудом четверки! Не надо было выигрывать у преподавателя! Но зато он разрешил в его кабинете проявлять фотопленки. Он был на встрече с нами в 1975 г.
Башняков (Бошняков) Виктор Петрович
Большой любовью и уважением не только своего класса, но и всех воспитанников роты пользовался капитан-лейтенант Сергей Иванович Сергеев. Свой класс он провел с начала и до выпуска. Его девизом было: «Делай как я!» Он никогда не повышал голос, всегда был спокойным и внимательным к нам. Под его командованием воспитанники и, в частности, Сережа Куликов участвовали во всех шлюпочных гонках, в том числе, в спартакиадах суворовских и нахимовских училищ. Главным достижением, которым очень гордились, была победа в крейсерской гонке на 25 миль с выходом в Рижский залив. Сергей Иванович был членом яхт-клуба Дома офицеров Риги и нередко брал нас на выходы в море. И снова всплывают в памяти наши преподаватели. Русский язык и литературу вел Израиль Яковлевич Лозинский. Это были не разборы произведений с делением героев на положительных и отрицательных, а проникновенный рассказ о сущности героев, а через это в глубь истории и сущности общества той эпохи. Он всегда обращал наше внимание на построение фразы... До сих пор помнится одна, которую он цитировал из «Героя нашего времени» М.Ю. Лермонтова: «Воздух чист и прозрачен, как поцелуй ребенка!»
В походе. Руководитель практики старший лейтенант С.И.Сергеев объясняет нахимовцам Челищеву (слева) и Хиноверову обстановку на море. Фото капитана В.Заворуева.
Математику преподавал майор Соломон Наумович Бухман. У него была методика преподавания сродни высшей школе. Контрольные работы по каждому разделу. Пока не напишешь с положительной оценкой - зачет не получишь. Задачи и примеры были не из задачников! Ну, а на экзаменах - заслуженные «4» и «5»! Уровень и качество полученных нами знаний в училище неоднократно успешно подвергалось проверке при поступлении бывших воспитанников в различные и самые престижные высшие учебные заведения, как военные, так и гражданские. Это подтверждается и знаниями английского языка. Вспоминаются преподаватели этого предмета - капитан Иван Николаевич Енин и А.Бирон, которая была урожденной англичанкой и супругой министра иностранных дел Латвии (каков уровень!). Учили язык 5 раз в неделю, интенсивно, словарный запас набрали большой, соображали и в грамматике, к сожалению, не было практики. Когда перешли на учебу в 1-е Балтийское, оказалось, что в том числе и в знании английского языка мы сильнее других: получали хорошие отметки, практически не готовясь.
Художественная самодеятельность в РНВМУ. Сцена из спектакля «За тех, кто в море». Артисты нахимовцы 4-го выпуска (слева направо): Щеткин Ю.Н., Герасимов Ю.В. и Пашков Б.И.
Но ведь мы не только учились. Нас учили и отдыхать. Была у нас самодеятельность, да еще и какая! Старший лейтенант Всеволод Всеволодович Богданович остался в памяти, как близкий по духу воспитанникам человек, офицер и как талантливый организатор и постановщик нашего местного «мюзикла» под названием «Отдых на баке». В нем участвовала практически вся вторая рота. Это была длительная по времени и сложная по замыслу постановка, состоящая из отдельных сцен, связанных общим сюжетом. Солидным было и музыкальное сопровождение. На смотре коллективов самодеятельности «мюзикл» занял первое место, а это событие было отмечено в приказе как особо значимое. Я, Карпов, приехав однажды в командировку с Северного флота в Кронштадт, встретил там Всеволода Всеволодовича, где он продолжал службу после Риги. Прошло 60 лет, а мы до сих пор храним яркие и теплые воспоминания о своем детстве и юношестве, которые прошли в идеальных для того времени условиях доброжелательной ауры, духовности (как сейчас выражаются), истинной и бескорыстной заботы о воспитании подрастающего поколения. Пожалуй, только сейчас, набравшись жизненного опыта и сравнивая то, как воспитывали нас, и как воспитывают в иных учреждениях юношей сегодня, мы понимаем, какие люди нас окружали, заботились, учили. Сколько тепла и души было отдано нам в очень непростое и тяжелое послевоенное время. Вечная благодарность и память ИМ! А особо - Бате - глубоко уважаемому адмиралу Константину Александровичу Безпальчеву!
Продолжение следует.
Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ. 198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус.
«Я в правду поверил, как в чудо. Стремился к высотам земным, Но сетовать все же не буду, оставшись на век рядовым. Не нужно ни славы, ни чина, Не в этом высоты пойми… Одна у людей есть вершина- Всегда оставаться людьми « ( Лев Ошанин, поэт)
ДРУГИЕ ГРАНИ ВОЙНЫ
«История, которая произошла несколько дней назад до сих пор не даёт мне покоя. Хотя я лично под обстрелами и бомбёжками уже прожил больше месяца. Видел кровь и разрушения. Не один раз убегал и прятался от взрывов. Можно сказать, выработал рефлексы выживания на войне, но эта история потрясла меня до глубины души.
Донецк. Микрорайон Текстильщик. 28 августа, когда особенно «тщательно» каратели утюжили нас.
В самом начале обстрела, когда еще только был слышен свист приближающихся ракет «Града». На открытой местности между многоэтажками оказались мы трое: я, бывший офисный работник; горнорабочий шахты Скочинского и местный бомжик, который на момент обстрела ковырялся в мусорном баке. Все за считанные секунды оказались в подвале дома (сейчас все подвалы в микрорайоне открыты как раз на такой случай) .
Начался ад кромешный: разрывы, грохот, удушающий запах пороха и ракетного топлива.
Подвал был не глубокий, двери не закрытые. И тут мы увидели кота, простого дворового серого полосатика с пушистым хвостом, который от ужаса решил последовать за нами, но от страха остановился в десятке метров и застыл. Весь сжался в комок, прижал ушки, весь затрясся и начал жалобно и пронзительно плакать.
Да! Не мяукать, не вопить, а именно плакать от того грохота и свиста осколков. Вы не знали, что и животные могут плакать?
Далее, самое невероятное.
Бомжик , я так и не узнал его имени, растолкал нас от двери и выскочил наружу со скоростью неимоверной даже для спринтера (мы только и успели крикнуть: «Куда?») Схватил бедное животное и чуть ли не в прыжке, что позволяли ему его стоптанные шлепки, влетел обратно в подвал, мы его еле удержали на ногах.
Видели бы вы это!
Оба, и человек, и кот у него на руках, трясутся. Взрывы и грохот продолжаются. Котик прильнул к старому грязному, воняющему немытым телом, дымом дешевых сигарет и спиртным пиджаку, как к чему-то чистому, светлому, спасительному.
«Всё хорошо, всё хорошо», - поговаривал бомжик, непослушными руками гладя котика. Тот, начал то ли мурлыкать, то ли продолжал, плакать и мяукать, облизывать пиджак. Но сложилось такое впечатление что полосатик, рассказывал о своей нелёгкой жизни, финал которой едва не настал под грохот бессмысленной войны...
Обстрел закончился. Мы уже с шахтёром стали выходить из подвала. А они так и остались там стоять. Два существа, которые никому не нужны, которые как бы вычеркнуты из жизни. Но продолжающие жить назло всему...»
Эта история была опубликована на сайте «Мир Тесен», под ключевым словом «Человек», 4 сентября. А я, скачав ее в свою папку, не могла забыть ее, потому что, рефреном в эти дни звучали в голове одни и те же слова: оставаться людьми… оставаться людьми… Они не были случайными. Они возникали, когда читала в интернете и газетах, слушала по радио и в телевизионных передачах другие истории, информации, рассказы… Все они появились, потому, что «пришла» в наш мир война. Казалось, что о войне мы знает много, знаем, что несет она, чем грозит… но эта - то ли гражданская, то ли антитеррористическая, то ли направленная на уничтожение своего народа, необъявленная «мясорубка»… она развернулась такими необычными гранями, столько открыла, вскрыла, обнажила, вывернула, выявила, показала, что хватит отголосков ее еще не на одно десятилетие.
Эта «война», которая еще и не закончилась, сделала нас всех другими. Заставила, переживать, страдать, жить чужой болью, принимать близко к сердцу, помогать, делиться, оценивать, задумываться, размышлять… Она, как ни странно, преподала нам всем немало уроков. О них я размышляю последнее время. И попробую рассказать в дальнейшем. ПОТЕРЯТЬ ЛЕГКО… 7 сентября. По-пермски было уже ночное время. Не спалось. Включила в мобильном телефоне радио «Эхо Москвы». Сразу хочу сказать, что эта радиостанция потеряла в последнее время в моем лице активного радиослушателя. «Плохо пахнут» многие сюжеты, развороты…Воткнув наушники, услышала знакомый голос Андрея Макаревича. Ему задавали вопросы, он отвечал… Его просили спеть. Он спел по заявкам в тот момент песни - «Марионетки», « Изменчивый мир»… Каждый раз под аплодисменты присутствующих. Потом его спросили, продолжает ли он писать? Прозвучало в ответ как бы снисходительное: так и быть, для вас, презентация моей новой песни. И спел: «Моя страна сошла с ума». А в песне он всех, кто не разделяет его убеждения, всех, кто не любит его и нападает «за концерт в оккупированном боевиками Святогорске Донецкой области, за посещение обильно политые кровью Семеновку и Славянск не с гуманитарной помощью, а чтобы украинские СМИ дали красивую картинку « ( так пишут в интернете ), называет «г-ном». И что поразительно, вновь раздались аплодисменты!!!
Не буду, сейчас говорить о своих впечатлениях от услышанного. Они созвучны с теми, которые вы, возможно, прочитали в интернете. Михаил Шахназаров, например, написал пародию на эту песню, заявив о том, что «фекальным сонетом» Макаревич «оскорбил лично его». Мне запомнилось видео с записью стихотворения, в котором все точки расставлены: …» под старость остаться для всех в дураках, ты должен был это предвидеть. Ты стал «недолюбом» не в первых кругах, тебя стал народ ненавидеть. Всегда против всех – вот твой завет, сегодня уже с новой силой, кушая в обе щеки русский хлеб, назвал ты г-ном Россию? ... Видно большой ты сапфир получил? И быстро на деле сдулся, поющий о том, чтоб прогнуть целый мир, сам под него прогнулся»…
Есть в этих пусть не очень художественных стихотворных строках такие емкие слова, которые вмещают в себя отношение к человеку, и в общем-то осознанного, но неблаговидного, как оценили это люди, поступка. «Как жаль, что тебя мы любили… - говорит в стихах автор, - вот он с гитарою наперевес народный «г-нист» России». Как в детстве, когда тебя обзывали, в ответ ты говорил: «сам такой!» А ведь, настолько метко сказано, что это «кличка» может теперь остаться на долгое время. И ни прежняя слава, почитание, награды и звания не пойдут в зачет.
Безусловно, не все согласятся с такой оценкой. Ведь раздались же аплодисменты после исполнения этой песни в редакции радиостанции, передачи которой нередко учат весь мир, как надо жить…К моему великому сожалению и неприятию этого…
«Когда революционные украинцы разрушили устои государства, не имея ни малейшего представления о том, как и с кем будут все восстанавливать, а затем еще обвинили Россию во всех своих грехах, моя страна отреагировала так же, как и я, крайне отрицательно. А если Макаревич считает, что, совершая простые и понятные шаги, «его страна сошла с ума», то, видимо, он живет в какой-то своей стране. Но не в моей, точно» (это написал на сайте Юрий Лоза ). И я бы так сказала: «не в моей стране» живет некогда почитаемый, а теперь не всеми рукопожатный Андрей Макаревич…
Почему говорю о нем, хотя м так было достаточно сказано в интернете, печати, радио? Для меня это урок, который я не повторю: можно сделать много поступков, чтобы заслужить доверие, уважение, признание и только один, чтобы потерять его. А главное: «…Не надо ни славы, ни чина, не в этом высоты –пойми… Одна у людей есть вершина – всегда оставаться людьми». Я так это вижу.
