Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Баннер
Линейка снарядов для "Торнадо-Г"

Какими снарядами
заряжают
РСЗО "Торнадо-Г"

Поиск на сайте

к-433-1 - Сообщения с тегом "годы курсантские"

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого". Пятый курс - «ОТЦЫ И ДЕТИ».

И, наконец,- пятый курс -«ОТЦЫ И ДЕТИ».
«Поголовный падёж скота» - все женятся. С каждым днём нас становилось всё меньше и меньше. Эта «пора гона» выбивала из наших рядов бойцов пачками.
И приостановить этот процесс не предоставлялось никакой возможности. Люди утекали, как вода сквозь ладони, как песок между пальцами. В любую неделю мы одного - двух теряли.
Женился подлый Михайлюк- бандеровец- предатель. (Это потому, что женился, гадина).
Я стоял дежурным по роте, по этой причине в ЗАГСе присутствовать не представилось возможным абсолютно. Около 00.30 последующих суток в роту вломились Колька Савинов,Заяц, Ворона и Михайлюк. Михайлюк заорал: - Петрович, бросай всё-
( Можно подумать, что я бананы в песке валял!)
- и пошли ко мне.
В нашу роту, расположенную на пятом этаже офицерской гостиницы ( дослужились!), можно было попасть по «южному» и «северному» трапам - это в разных оконечностях коридора ротного. Спустились вниз. На «южном» входе вывесили табличку: «вход с северного трапа», а на «северном» входе – «вход с южного трапа» и, через «телевизор», слиняли по месту жительства новой семьи.
Всё бы ничего, да когда торжество подошло к своей завершающей части, начали убирать за собой помещение. Я мыл посуду, которую подносила новоиспечённая супруга Михайлюка, остальные драили палубу, стирали скатерти и т.д и т.п. Вдруг за моей спиной истошный Ленкин вопль. Я резко развернулся и… получил крутой удар дамским коленом в левый глаз. Как оказалось, Савинов, сволотинушка, схватил сзади Ленку, приподнял её и начал щекотать. Через два часа я очень напоминал кота Базилио (Нельсон - просто отдыхал, по сравнении с моей «фишкой»!
Наутро, по прибытию в ротное помещение командира роты:
- Рота, смирно! Товарищ капитан 3 ранга! Во время моего дежурства происшествий не случилось. Личный состав полностью в наличии, действует по распорядку дня. Дежурный по роте курсант Стрельцов.
Чомба с интересом всматривался в мой «пакет». И хриплым голосом:
- Значит так, Стрельцов. Ты сделай выводы по своему фингалу, а я сделаю выводы по тебе!
И, в конце концов, выводы он сделал не только в мой адрес, но и в отношении всего нашего взвода. Злопамятным оказался! Хотя сам с себе подобными чуть не утопил крейсер, когда у них взорвался боезапас башни главного калибра. За что и был переведён в Питер.
Как когда- то сказал КЧ:
- Такие, как он, относятся к «категории слизи». Эти ребята своего никогда не упустят. Они с лейтенантских звёздочек глубоко беременны манией величия. Матрос - подчинённый для них просто быдло, рабочая скотина, которая всё стерпит молча: обед тебе доставит в каюту, приборку произведет в тобой же загаженной каюте, брюки отпарит, шинельку вычистит. И чем больше старшие офицеры «дерут» младших, указывая на недостатки в специальной и воспитательной работе с подчинённым им личным составом, тем больше достаётся и братцам - матросикам. Зажравшиеся барчуки, которые покинули училищную скамью ничего не зная и не умея, сдерут с них теперь не одну дюжину шкур ради достижения своей идиотско - мистической цели. Чтобы у него всё было, но ничего за это ему не было. И ещё может папе или маме «заложить» хама – командира. А корабль и эта корабельная сует а- не для него. Вот берег, адмиральские погоны, это – да».
К счастью на Флоте подавляющее большинство нормальных «служивых морских волков». Но их не видно, они постоянно занимаются подчинёнными, материальной частью, проводят учения, отыгрывают учебные, боевые и аварийные тревоги. Домой попадают «через пень- колода». Да и морячат они по пол - года. От такой жизни жёны от них уходят. Таких мужиков с «железа» не отпускают, на «землю» не переводят так как они самые лучшие специалисты в морских ратных и будничных делах. Офицерские классы и академии - не для них! Корпус корабля - вот его место! Море - вот его дом!
Для переводов, достижения «учебных вершин» есть два особых контингента, из лиц, упомянутых мною несколькими строчками ранее:
-Первые - дети «высоко сидящих» родителей.
-Вторые - абсолютные кретины и лентяи. Нытики и полная бездарность с морской точки зрения.
Для того, чтобы Командиру избавить корабль от подобных кадров, он идёт на всё. Но на Флоте - нельзя переводить с понижением, списать с экипажа. Это, своего рода, ЧП. Сам же командир и получит «втык»: не воспитали, не научили, не привили и т.д. и т.п. Плюс «строгач» по партийной линии. Безболезненно «абортировать» этого члена можно только с «повышением». Именно по сей причине, бездарность на Флоте «растет» по служебной лестнице с астрономической скоростью…
Последний патруль пятого курса и Системы на Балтийском вокзале. Всё отстрелялись. Диплом защищён, государственные экзамены сданы. Три недели - и мы – офицеры. В составе двух нарядов (четыре курсанта: я, Ворона, Косой и Колька Савинов пришли к моей очень любимой будущей жене. На четвёртом этаже замуж за Вовку выходила соседка Валентина. Гулял весь подъезд и прилегающие окрестности. Первым оттуда был принесён Савинов и положен на кровать. Ворона улетел куда - то по своим птичьим делам, обещая через пару часов вернуться. В этот период моя тёща принесла Косого с четвёртого этажа на своих нежных женских плечах. Зайца мы с Таней тоже упаковали.
Через три часа, путём битья по мордасам, Заяц и Савинов были приведены в более- менее человеческий вид. Добрели до железнодорожной платформы «Дачное», вплыли в электричку. Докатились до родной, до боли в сердце, Системы. ( Правда! Мы ЕЁ очень сильно любили и любим, гордились и гордимся ЕЮ. Да что там! Скажите Вы любому Поповцу, не зависимо от года выпуска, волшебное слово: «СИСТЕМА » - у него глаза засияют, как у сказочной Серой Звёздочки, и он полезет в холодильник за водкой.
Это навек, это как целая жизнь. Нет больше. Это - наш «поповский» сгусток душ живых и душ погибших в корпусах подводных лодок и надводных кораблей, в полках морской пехоты. Это наши жизни, жизни наших друзей, однокашников, старших братьев, дедов и отцов, положивших себя на алтарь победы в Великой Отечественной Войне, в Египте, Сирии, Анголе, Мозамбике, Вьетнаме, Корее, Кубе, Йемене, в Баренцевом, Норвежском, Красном, Белом, Чёрном, Балтийском, Северном, Охотском, Средиземном морях, в Северном Ледовитом, Тихом, Атлантическом, Индийском океанах. И где ещё - только одному Богу и Главкому известно.
ВВМУРЭ - это судьба и образ жизни.

Ворона так и не вернулся, гад.
Приехали в училище, сдали штык - ножи в оружейку, мечтали успокоиться и сплющиться. И тут по телефону:
- Немедленно прибыть в рубку дежурного сменившимся патрульным нарядам.
Ну прибыли, построились. Доложили.
- Где четвёртый? ( Вот это вопрос!!! А хрен его знает! Самим бы узнать!!!)
А на КПП происходило всё очень печально. Эта пернатая тварь запихнул невесть откуда взятую девицу головой в «телевизор» и , судя по откатно - поступающим движениям, они занимались безобразиями. А рядом бегал дежурный по КПП и орал:
- Товарищ курсант! Прекратите эти всяческие безобразия! Буду вынужден применить табельное оружие!
А вокруг белая ночь, цветущий жасмин кружит голову...
И в этом великолепии весны гадская Ворона совокупляется. А придурок мичман бегает вокруг размахивая личным оружием.
Завороженный происходящим пожарный наряд со второго курса молча стоял на почтительном расстоянии, прервав обход по маршруту и дружно кивал головами в такт Ворониным телодвижениям. Собака Лялька благоразумно спряталась за их спинами чуть слышно подвывая. В момент кульминации появился дежурный по нашему факультету:
- Не понял, что здесь происходит?
- А вот…!
Он быстро въехал в тему, наморщил череп и выдал:
- Мичманца убрать, немедленно угомоните его! Пистолет отобрать.
Ну вы и с-с-с-суки! Что Нижний парк уже не устраивают для лабораторных работ ?


А до выпуска - двадцать один день! И ОН НАСТУПИЛ 28.06.1979 года.

To be continued (Продолжение следует)
Tags:

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого". Курс четвёртый - «ПРОЩАЙ, МОЛОДОСТЬ».

Четвёртый курс- «ПРОЩАЙ, МОЛОДОСТЬ».
Для того, чтобы уволиться в субботу, по - раньше, мы приобретали билеты на всякие оперы, сонаты , концерты камерной музыки, балеты и т. д. и т.п. Естественно, туда мы ни шагу, соблюдая жизненно - железное правило ВВМУРЭ - «На хрена попу гармонь, а курсанту филармонь!», заползая в другие места, где было значительно веселее!
Но как- то мы, всё- таки, попали на какую-то оперу, в Мариинку. Я не помню, о чем там шла речь, так как два первых «периода» мы просидели в буфете театра. В третьем, ближе к финалу ( или буллитам) выплыли, накаченные в партер. А со сцены орут:
- Лючия с ума сошла!
Ей вторит вся театральная труппа:
-Совсем сошла! Навсегда!
Это потрясло надолго. Поэтому выпито было ещё немало в соседнем с храмом искусства пивнике.
А затем, перемещались в Систему, обходя маршруты патрулей, но на «Балтах» произошел кошмар. Пока мы ждали электричку, Кайзер узрел негритянку в белой шубке. Она этому придурку улыбнулась и что-то пролепетала на своем диком наречии. Этого оказалось достаточно. Кайзер встал в позу «Московской сторожевой», понюхав воздух ис криком:
- Всю свою жизнь мечтал переспать с черной в белом!
унёсся следом за папуаской. Что там и где происходило - знает только он. Как могли, мы его прикрывали в течение четырёх суток. Вернулся в среду после отбоя. Залез на свою койку и, чуть слышно скуля, ворочался всю ночь. Утром выдал:
- Мужики! Не связывайтесь с негритянками!

Зима. Вечер, до отбоя минуты…
- Курсанту Стрельцову немедленно прибыть в рубку дежурного по училищу. Форма одежды - форма пять!
Да что же такое? Спать хочу! Но приказ - есть приказ! По Уставу его необходимо исполнить и, только после этого, обжаловать.
По прибытии в дежурку:
-Вас, товарищ курсант, разыскивает вице- адмирал Пятин! Вам надлежит прибыть к Балтийскому вокзалу в наикратчайшее время! Такси - у Главного входа, довезёт до последней электрички.

На «Балтах» меня встречали старшина второй статьи Пятин и старшина первой статьи Овцов ( он же - Овец). С диким воплем Ваньки Пятина:
- Петрович! Я родил сына!
Электрично - кемарный сон как рукой сняло. Вот это номер!!! Пятин родил сына!
-Пошли смотреть на пацана!

Каким-то неизвестным образом, мы приобрели в магазине на углу улицы Шкапина и Обводного канала за пять с полтиной рублей семь бутылок винища, три кекса, три конфеты и одну шоколадку для Ленки Пятиной. Вино нёс Овец, нежно и крайне осторожно прижимая его к своей впалой грудине, попутно, перемещаясь к роддому, расположенном на улице Газа ( ныне - Старо - Петергофский проспект) мы периодически останавливались и содержимое бутылок перетекало в наши желудки, отламывали от кексов по крупицам и заедали это пойло. Прибыли на место. Пока Ванька бегал вокруг этого заведения с воплем : « Леночка!», мы с Овцом врезали ещё и ещё, оставив Ваньке его долю. Вдруг, откуда не возьмись, появились слушатели Военно - Медицинской академии и, пропилив мимо нас, заползли строем в приёмный покой роддома. На улице нарисовалась какая - то тётенька в белом халате:
- А вам что, особое приглашение нужно? Немедленно переодеваться и в родилку!!!
Я непонимающе посмотрел на Овца, Овец- на меня. Вернулся Пятин.
- Ну что, долго я вас ждать буду
Нас заволокли в приёмный покой, заставили сдать шинели, напялили халаты, намордники и пинками вышибли на второй этаж в родильное помещение.
На столах лежали тётки, раздетые снизу до пояса и орали! Вокруг суетилась куча врачей. Нас с Овцом « прикрепили» к одной девочке. Хмель резко вымело из наших балбесников! Овец, гладя её по лицу и, стоя на коленях, что- то впаривал, сам прослезившись до кошмара и подвывая вместе с ней. Подошла врачиха:
- Да какого…я! Чему вас только учат в академии?!
Овец проблеял:
- У нас Ванька родил сына, мы хотели его жену Ленку поздравить .
- Значит так, придурки, раздвиньте ей ноги и держите так до выхода плода!

Овец, еле слышно шурша белоснежным халатом, осыпался в обморок. Мне тоже резко похудшело.\
Короче, пока Пятин шарился по послеродовым палатам и искал Ленку, мы с Овцом родили двойню. Потом Овца откачивали при помощи нашатырного спирта и били по морде в кабинете начальника отделения до момента возвращения этого припадочного в реальное время.
Когда Овец укрепился на копытах, нас решительно вышвырнули из роддома.

To be continued (Продолжение следует)

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого"." Весёлые ребята 3".

Мы просто учились жизни и морским качествам во ВВМУРЭ имени А.С. Попова, вот и всё!
Потом- практика в посёлке Гаджиево. Мы, четверо ВВМУРЭшником в одном кубрике процветали с шестнадцатью ДЗЕРЖИНЦАМИ. Вот там-то я и встретил Серёгу Кочурова. У них был командир роты капитан 3 ранга Кацай. Повезло им. Кацай строил их каждое утро и «полоскал» мозги. Было видно, что офицер заботится о подчинённом личном составе, переживает за них. Хоть он и драл их и в хвост, и в гриву- мы им завидовали! У нас же- никого из офицеров не было. Полный бардак! Конкретное отсутствие контроля со стороны офицерского состава. Ну нельзя же так!!! МЫ, ЧЕТЫРЕ ПОПОВЦА- НИКОМУ НЕ НУЖНЫ!!!
На службу, естественно, « болт забили». Одичали. Ходили только на камбуз- и опять в койки. Вели исключительно свинно- поросячий образ жизни. Нагуливали жирок и пузики. Валяемся, скучно. Кочурова, как вырвало из койки:
- Ну всё, хана, надоело!!! Саныч, давай мицу ( по- русски: военно-морскую фуражку).
И запускай её по кругу. Пусть кто сколько может. А то тоска!
В фуражку полетели рубли, мелочь. Никто не вякал и не протестовал. В магазин пошли Кочуров и Саныч с… чемоданом!
- Серёга! А на кой чемодан?
- Ну вы, поповцы, и идиоты! Чему вас только учат в Системе??? Какому придурку припрёт в мозжечок проверять чемодан у курсанта, прибывшего для дальнейшего прохождения практики? А с вещмешком стопудово заметут!
- А ведь курсантам не продают!
- Не с-с-сыте, Маша, я – Дубровский. У меня одноклассница по школе работает на горе продавщицей, прорвёмся!
Действительно, по истечении минут сорока, они вернулись. Чемодан на плече нёс Саныч. После раскупоривания этого сундука, оказалось, что внутри полтора ящика портвейна «777».
Михайлюк:
-А закусывать чем? Ведь получается полтора литра на харник! Не охренеем без закуси?
Саныч:
- Закусим курятиной.
Я:
- Вы что, ещё и курицу купили!
Кочуров:
-Боже мой! Ну почему вы, поповцы, такие тупорылые?! Курятина- это от слова КУРИТЬ, «Беломор» вас устроит? Или за «Примой» сбегать?
По истечении двух недель процветания и абсолютно клёво- паразитической жизни нас ВЫЧИСЛИЛИ. Когда мы выползли « на природу», то есть заволоклись на сопку напротив штаба Третьей Флотилии ( с целью испечь картошки, заблаговременно спёртой на камбузе, да и просто отдохнуть от безделия), разожгли костёр. Дзержинцы мирно играли в карты, мы, поповцы, так же мирно собирали ягоды и грибы. Но какая-то падла на нас натравила гарнизонно- караульный взвод «тушканчиков»- представителей Таджикистана.
Когда они зароились вокруг нас, Кочуров пропел:
- Что- то не нравится мне всё это! К бою!
Штук семь- восемь этих чучел мы сразу сбросили с сопки, отобрав автоматы. Но их было, как грязи! Такое впечатление, что они выползали из- под каждого валуна…
Из гауптвахты нас доставал капитан 1 ранга Афанасьев. С криками, матом и прочая…
В общем, нас запихнули на пароход «К-245» проекта «667АУ» под его же командованием и отправили в море. Перед этим старший помощник командира приказал взять с собой спальные и личные шильно- мыльные принадлежности. Остальное- сдать на хранение в баталерку. Уже на пирсе:
- Товарищи курсанты! Во время нахождения в прочном корпусе, ничего не трогать и не крутить. К офицерам, мичманам и матросам- не приставать. Руками никуда не лезть. Считайте, что вы- горе экипажа! Обуза и потенциальные трупы в случае аварийной тревоги. Поэтому всем держаться вместе, в Центральный пост- ни ногой! Питаться вы будете в мичманской каюткампании. Гальюн в четвёртом отсеке. Курилка- в пятом . Но не приведи Боже, если в период морей вы НАРВЁТЕСЬ НА МЕНЯ!!!
Ну мы четверо суток и не вылазили. «Плющились», жрали , как на убой, курили в курилке. Жизнь казалась безоблачной и лёгкой! Но это до момента, пока Саныч не напоролся на командира лодки. У Саныча была одна особенность в организме: он за два дня обрастал трёхсантиметровой щетиной во всех местах, кроме глаз и лба. Командир, блаженно вывалившись из командирского гальюна второго отсека, узрел Саныча, крадущегося вдоль переборки в корму с куском хлеба и банкой тушенки. Афанасьев перепугался и заорал! Саныч ломанулся в пятый отсек( он там жил под десятой ракетной шахтой). Но добежать не успел. Был
отловлен вахтенной службой и доставлен в Центральный пост РПКСН( ракетного подводного крейсера стратегического назначения). По «Каштану» ( это система внутренней связи подводной лодки), с надрывам:
- Внимание по кораблю! Говорит командир! Начальнику медицинской службы немедленно прибыть в Центральный пост!
Прихромал доктор. Ему было приказано незамедлительно приступить к «обриванию» морды Саныча. Уж не знаю, что там происходило, но Саныч минут через двадцать вылетел из каюты доктора с диким воплем, и уполз под свою шахту. Пол- морды были общипаны, остальная часть не тронута. Следом выполз доктор и заорал:
- Да какого же…я ! Где взяли этого обезьяна?! Я об его рыло четыре «Харькова» ( это так называлась электробритва тех славных времён) загадил! Попадись мне ещё, пигмей хренов!!!
Из- под ракетной шахты, Саныч голосом евнуха:
- Я не пигмей! Сам- пигмей! Я курсант спецфакультета училища имени Дзержинского!
- Увижу- убью гада!
- Сам такое слово! Пол- рыла изрезал! Ты не доктор! Ты- гестаповец! Смерть фашизму!!!
В последующие дни мы пищу Санычу приносили, как собачке, под шахту со спавшей в ней баллистической ракетой очень сильного стратегического назначения и ещё с ядерной головкой.
Да! Третий курс- это было крутое время!!!

To be continued (Продолжение следует)

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого". Продолжение. ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА

Далее… А далее жизнь моя пошла противолодочным зигзагом.
ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА

А потом был третий курс « ВЕСЁЛЫЕ РЕБЯТА». Мы, действительно, были негрустливы. Ушел на кафедру капитан 3 ранга Тертычный Вячеслав Николаевич, наш командир роты, за которым мы были, как за каменной стеной. Новый командир роты капитан-лейтенант Епихин Василий Васильевич( Вовка Попов его нарёк Чомбой) перетасовал всю роту:
1 взвод- радиоэлектронное противодействие (РЭП) – блатной класс.
2 взвод- гидроакустики –надводники.
3 взвод- гидроакустики – подводники, изучающие комплекс «Скат», который только появился на лодках.
И , наконец, наш 4 взвод- гидроакустики- подводники, изучающие гидроакустический комплекс «Керчь», которому в то время было уже лет десять- пятнадцать ( то есть- старушка). В него вошли все те, кто на взгляд Епихина, был неуправляем и неисправим: «самокатчики» (любители слинять в самовольные отлучки), отсидевшие на губе ( гауптвахте), и прочая, и прочая, и прочая… (В общем и целом, на нашем классе был поставлен жирный крест- НЕЛЮДИ). Их перевели к нам, десятерым, оставшимся во взводе с первого дня первого курса обучения. Епихин не ожидал, что дружнее и преданнее друг другу, чем наш взвод- нет и не будет! Это был сгусток нервов без единого « стукача». Процветали мы обособленно от всех остальных, как сорная трава. Если мы с кем- то дрались- то всем взводом. Если мы гуляли- то всем взводом! Своих мы всегда тащили на себе в училище. Никого никогда и нигде не бросали.
Приведу несколько примеров из многих ярких воспоминаний этого курса. Для начала- чемпионат мира по хоккею с шайбой. Начало финального матча в 22 часа 30 минут.(Отбой по распорядку дня в 23.00) Когда закончился первый период и мы из ленинской комнаты вышли в умывальник на перекур, дежурный по роте ( командир второго «надводничьего» взвода) настойчиво просил всех «отбиться» так как дежурным по Системе заступил начальник кафедры связи ( это 2 факультет ) капитан 1 ранга Швец. У этого «капраза» была подлая привычка лично шляться по ротам и, освещая фонарём койки, считать количество курсантских тел. Затем он закладывал дежурному по Ленинградской Военно- Морской Базе:
- Это Вам докладывает капитан 1 ранга Швец! Да-да, ШВЕЦ! Повторяю медленно: Шапка, Веди, Есть, Цепочка! Дежурный по училищу. Разрешите доложить о наличии в Высшем Военно- Морском училище радиоэлектроники имени Александра Степановича Попова личного состава на 01 час ночи ( И понеслось!!! По списку со всеми нетчиками по- фамильно, по- ротно):
11 рота, 11А рота, 21 рота, 31 рота, 31А рота, 31Б рота, 12 рота, 12А рота, 22 рота, 32 рота, 32А рота, 32Б рота, и так далее, вплоть до последней 45 роты( тогда ещё в училище оставалось 2 роты радиоразведчиков- « канарисов», как мы их звали), а всего- четыре факультета и
тридцать семь рот.
Да! Непруха!!! Вот же подлянка! А играли наши со шведами, счёт по- нолям.
Первый, второй, третий взвода послушно разошлись по свои кубрикам и приступили к «вырублению».
Сережка Смирнов (он же Кайзер. Когда у него выпало стекло из наручных часов, он его носил, как монокль. Ну я его Кайзером и обозвал. Серёга не обиделся. Так и остался на всю оставшуюся Кайзером -он был командиром взвода после Мамочкина)- своему четвертому взводу ( то есть нам):
-Всем морщить репу! Что будем творить? Лично я спать ложиться- в гробу видел! Ещё не хватало, чтобы наши проиграли!( Ну конечно! Если вдруг четвертый взвод 13А роты ВВМУРЭ имени славного А.С. Попова откинет копыта в своих кроватках, наши уж точняк продуют! Мы в этом свято были убеждены). Переместились из курилки в свой кубрик. Осмотрелись. Почесали общипанные тётей Соней загривки( это имя такое, парикмахерша училищная, на вид- лет триста- четыреста. Ну просто- черепаха Тартила! Если к ней попадешь- вилы! После её трясущихся передних конечностей, вооруженных машинкой «самолётом», шерсть на черепах не росла месяца три).
Сашка Герасимов:
- Да что хрен ломать об забор?! Сварганим из шинелей куклы и баста!
Сварганили, ничего получилось, правдиво. Но чего-то не хватало. Здорово не хватало! И тут до меня дошло:
-Мужики! А харь- то нет! Щвец не купится на подставу без рыл! Давайте швырнем противогазы на подушки! Запихнем в них шапки и всего делов!
Кайзер:
- Во! Точно! Удачно!
Отвернули фильтры ,набили резиновые морды шапками и положили на подушки.
Заговорил Вильгельм:
- Нужно открыть окно, а то потом спать не сможем, ведь резиной вонять будет. А если замёрзнем- накроемся поверх одеял шинелями.
Прикинули, взвесили и нашли замечание вполне логичным. Открыли створку окна, Луна светила во весь горизонт, всё видно как в белый день! Красотища! Посмотрели на творение рук своих. Класс! Только уж больно на морг похоже! Резиновые морды на всех койках в лунном свете, постепенно начали покрываться испариной из-за резкого различия внутри- кубричной и наружно- уличной температур. Но поправлять или изменять что- либо уже некогда, начался второй период, за ним третий. Мы тихо-хонько сидели в ленкомнате, предварительно закрыв её изнутри на ключ. Буквально за минут семь до конца игры, в роте кто-то дико заорал и хлопнула входная дверь с такой силой, что чуть не обвалился потолок.
Тройной стук в дверь. И , дежурный по роте, шепотом:
- Мужики! Завязывайте! Старший помощник дежурного по Системе приползал. Зашел в ваш кубрик- и с воем оттуда в рубку к Швецу!
Пока базарили через дверь, матч закончился. Наши (естественно , благодаря четвёртому взводу) «сделали» шведов и стали чемпионами!
- Вы что там, капканы наставили?
Пришлось выйти. Перекурили, убрали шинели и противогазы, легли спать.
И тут началось!!! С диким топотом в кубрик влетели дежурный по училищу капитан 1 ранга Швец, старший помощник дежурного по училищу, дежурный по нашему факультету , помощник дежурного по училищу- курсант пятого курса 1 факультета Пеняев ( Игорь Александрович через двенадцать лет, когда я стал заместителем начальника строевого отдела училища имени адмирала С.О.Макарова- являлся моим подчинённым, командиром 42 роты- 2 курса радистов) и училищный рассыльный. Врубили Свет.
-Взвод! Подъем! Выйти построиться в коридоре! С личными документами!!!
Нас Швец проверял по списку и сверял с фотографиями в военных билетах. Оказалось, что все на месте. Швец зашел в кубрик, минут пять его осматривал , заглядывал под койки, проверил рундуки, после чего тяжелым взглядом посмотрел на свого старпома и они оба вышли из роты. Следом все остальные, кроме помдежа по Системе Пеняева:
-Ну что, трупики, ожили?! Швец- фанат хоккея, он смотрел телевизор а помдежу- по- барабану. Ну тот и порыл шмон в ротах наводить. После победы наших, Швец пребывал в счастливой эйфории ! Радовался, как ребёнок. И тут прибежал в рубку Свин ( он же- капитан 2 ранга Свиньин, старший преподаватель кафедры боевого использования средств связи ВМФ) сбледнувший до безобразия , за сердце хватается! С подвыванием прошептал, что в Системе ЧП! В 13 А роте организованное убийство! Целый взвод мертвецов! У всех глаза остекляневшие, раскрыты, и хоботы болтаются, а луна в окно ярко светит, все лица чётко видны. А они у них покрыты инеем. Окно кто-то открыл, наверное, чтобы не воняло трупным ядом!!! Швец заорал:
-« Какие, на хрен, хоботы?! Какой иней? Какие трупы?!!! Всем за мной! Туда же отправить дежурного по первому факультету! Исполнять! Немедленно!!!»
-Что вы такое вытворили?
Вкратце объяснили что да как было. Помдеж сложился от хохота пополам!
- Ну вы и придурки! Швец же официально разрешил смотреть хоккей! Но за доставленное удовольствие- огромное спасибо от всего пятого курса! Такого наша Система еще не вытворяла никогда! Своим расскажу- оборжутся, повыпадают в осадок!!! Ну вы, блин, оконченные клоуны! Какой номер вашего класса?
- 138 !
- Разрешаю с этого дня вам курить в курилке пятого курса учебного корпуса! Но только ваш взвод- 138!
Ну вот это ДА! Что- то мы сделали , действительно, « из ряда вон»!Курилка всегда была Святая- Святых! Там курил только пятый курс, так заведено испокон века, с момента образования Системы. Остальные курсы курили в умывальнике, никто эту традицию нарушить категорически не смел! И каждый курсант знал это, как « Отче наш»…)
Помдеж убежал, продолжая ржать, как целый эскадрон.
По сути, даже такая огромная Система, как ВВМУРЭ- сродни маленькой деревеньке: если в какой- то роте кто- либо пукнул, то в остальных все попадают с коек…
На следующее утро уже все, включая и отдельно проживающий первый курс, знали, что мы выкинули. К подъёму в роту прибыл начальник факультета капитан 1 ранга Корякин - Черняк ( по- курсантски «КЧ» - коротко и понятно), командир роты капитан- лейтенант Епихин и дежурный по факультету. Командовал начфак, голосом, не предвещающим ничего, кроме расстрела на плацу :
- Четвертому взводу выйти и построиться на центральной палубе в одну шеренгу . Форма одежды - рабочее платье!
Влетели в робы, как положено, за двадцать секунд, высыпались на ЦП, построились. Кайзер доложил начфаку о выполнении его приказа. КЧ обошел весь строй, внимательно вглядываясь в наши ещё не до конца проснувшиеся рыла. После чего приказал Епихину лично возглавить проведение утренней физзарядки первого, второго и третьего взводов. А когда в роте остались только мы, такое началось!!! Это была просто поэма ( с упоминанием фамилии каждого из нас и наших характеристик . Вот память у мужика!), с использованием всяческих красноречивых нескромных эпитетов, словосочетаний, завихрений и крутых доказательств ублюдочности каждого в отдельности и всех вместе. По окончании вправления мозгов, уже знали, что все мы торжественно на плацу перед лицом всего училища лишаемся курсантских погон через два часа ( по окончании завтрака), строем, под вооруженным конвоем, БЕСПОГОННЫЕ отправляемся на Красную Горку для дальнейшего распределения в качестве матросов по всем самым гнусным дырам, какими только обладает ВМФ СССР. Кайзер и командиры отделений пилят на гауптвахту в Кронштадт ПОЖИЗНЕННО!. Не забыл он вспомнить и наших родителей, уточнив, что аборты надо было делать своевременно, не допуская рождения таких дебилов!
- Ну что? Всем всё ясно???
Весь взвод одновременно и чётко:
- Так точно!
КЧ раза три прошел вдоль строя, смотря в курсантские (ещё пока) глаза , будто хотел нас запомнить на всю жизнь.
Каждый в душе уже сказал любимому училищу «ПРОЩАЙ, СИСТЕМА!». Как оно дальше сложится?
Начфак остановился, поскрёб подбородок. Снял фуражку ( даже в самую лютую стужу он по Системе ходил только в фуражке), медленно протер фактически исключительно белым носовым платком подкладку и, с улыбкой во всё лицо:
- Ну что, звери, испугались?
- Так точно!
- То-то же! Всё, старшина, воспитание считаю оконченным. Учебная цель достигнута! Всем на приборку, на завтрак и в учебный корпус на занятия. А наказание я вам придумаю! Иначе меня не поймет адмирал.
- Товарищ капитан 1 ранга! А погоны нам оставят?
- Ага, до смены на лейтенантские , через два года! Вы, идиоты! А знаете, что Свин… то есть капитан 2 ранга Свиньин из-за ваших шуток слёг в госпиталь в предъинфарктном состоянии? Старшина, доложите мне всё правдиво, как это было.
Кайзер посмотрел на нас. Все чуть заметно кивнули, давая своё «добро». Вышел из строя, подошел к КЧ и шепотом ему доложил. Взвод продолжал стоять по стойке «смирно». Брови у КЧ сначала приподнялись, потом опустились и… неожиданно его лысая голова сотряслась от хохота! Он так громогласил, что вся дежурная служба соседней роты выскочила к столику дневального.
- Ну, блин, чудаки! Внимание, взвод! Ранее наложенное взыскание в виде перевода на Красную Горку и на гауптическую вахту отменяю за находчивость и проявленную инициативу! Но воспитательный процесс на Флоте - носит непрерывный характер! А по сему, взвод, РАВНЯЙСЬ! СМИРНО!!!! Слушай приказ! В течении недели- строевые занятия после третьей пары на плацу перед жилым корпусом! Старшина! Исполнять. Командира роты я оповещу сам, выполнять, начиная с сегодняшнего дня!
И продолжая смеяться, он вышел из роты, приговаривая :
- Ну оконченные кретины!!! Но мои! Умнички!!! Моя школа! Хрен бы кто додумался до такого!!! Ха-ха-ха-ха!!! Таки сделали « дурфак»! ( Дурфаком в Системе называли второй факультет- факультет связи за долболомство и дикую упёртость командного и преподавательского состава этого же факультета). Хрен с ним, ха- ха- ха, со Свином, но мои МОЛОДЦЫ!!! Что значит первый факультет!!! Да пошли на хрен и начальник второго факультета и адмирал! Мы им показали, что первый факультет- не кот начхал!!! Мы сможем ВСЁ!!! Даже без единого выстрела сложить в госпиталь всяких идиотов!!!»
Неделю мы провели в строевых занятиях, Мужественно , в соответствии с приказом КЧ. Но народ, проходящий мимо не допускал ни смеха, ни всякого рода подколок. Нам приносили хлеб с маслом от тёти Вали, конфеты, сгущенку.
To be continued (Продолжение следует)

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого". Продолжение. Без вины виноватые.

Далее… А далее жизнь моя пошла противолодочным зигзагом.

БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЕ
Второй курс - «БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЕ». Из этого периода помню только два впечатлительных эпизода.
Первый - занятия в училищной обсерватории ( у нас имелась такая в первом корпусе, где сто лет назад процветали драгуны, кони которых ночевали в Петровских конюшнях ( помните фильм «Три толстяка»? Вот тот замок и был конюшнями. А ныне там гостиницу сбацали).
Наш преподаватель капитан 1 ранга Гусев ( он же - Гусь лапчатый) привел взвод на периметр второго этажа и разъяснял, где и какое созвездие, называя по- именам звёзды. Вы же сами понимаете, второй курс, а тут какие- то звёзды. Да по барабану! Пусть пропоёт, а потом – увольнение. На вопрос: « Всем всё понятно?» - мы ответить не успели. В аудиторию вошёл курсант второго курса 3 факультета. Осмотревшись, он прохилял к преподавательскому столу, на котором стоял глобус ночного неба. Стянул с него алидаду ( это такая хреновина, по которой штурмана как- то определяют место парохода в море по созвездиям. Выглядит типа короны с пропилами). Напялил её на свой череп. Затих. С минуту простоял, гордо взирая в окно, потом снял и возвратил в зад, на глобус.
В аудиторию влетел курсант пятого курса с палашом и повязкой «РЦЫ». ( Поясняю сразу: повязка «РЦЫ», сиречь буковка «Р» на старославянском наречии - для Флота- дежурный. Цвета: синяя полоска сверху, белая по- середине и синяя в основании. Вахтенная служба означается ношением на левой руке повязки «КАКО» т.е. буковка «К» по тому же наречию. Цвета - сверху красная полоса, по- центру белая и снизу- красная). Он что - то прошипел второкурснику. Того просто смело из обсерватории. После чего пятак подошёл к столу, снял с глобуса алидаду и нацепил её себе на голову… Долго смотрел в оконный проём счастливо - тупым взглядом. Потом, приведя всё в исходное, покинул помещение.
Капитан 1 ранга Гусев:
- Вот вам и ответы на все вопросы. Что второй, что пятый - разница по- нулям! Дубов набираем и липу выпускаем!!! А теперь строем по одному подойти к глобусу и, по очереди, напяльте это произведение искусства великих людей на свои тупые головы, дабы в последующем у вас не было тяги к идиотизму.
Но, сколько я себя помню в курсантские годы, проходя мимо этого кабинета, всегда заглядывали внутрь .И если в нём никого не было, алидада срочно переползала на твоё чело. Парализующий душу взгляд в оконный проём. Минута, две, три… Блаженство неописуемое!
И второй момент:
У Лёхи Густова ( Он же Вильгельм Густлов, большой фашистский пароход, торпедированный в феврале1945 года подводной лодкой «С-13» под командованием Героя Советского Союза ( в последствии) капитана 3 ранга Маринеско) был День рождения. Мы, в количестве десяти рыл, прибыли в его комнату в коммунальной квартире на улице Декабристов по его же приглашению. Как положено- отметили праздник. Но случился казус- Андрюха Коньков (Коньков Андрей Львович , он же КАЛ- это сокращённо, или Конь, или Лошадь, или Кобыл) напупысился до падения риз. Нам уже оставался один час до электрички. Быстро проведенным советом было постановлено - Лошадь « прогулять». Но чтобы до него быстрее дошла острота момента - в трусах и в майке. Раздели Кобыла, вытащили во внутренний двор- колодец и начали пинками гонять вокруг тумбы вентиляции( есть такие в старых дворах Питера).А, на минуточку, середина декабря, на улице –минус 35 градусов по Цельсию! Стоя во дворе- продрогли. Вильгельм сказал, что сам пропасет Коня. Мы ушли бацать приборку (что характерно, всегда за собой всё убирали и уничтожали следы своего бывшего присутствия). По истечении минут десяти влетает в квартиру Вильгельм и орёт, что Кобыл… сбежал! Порыли искать беглеца. Там- нет! Сям- нет! А Лошадь выскочил через забор дворика, пока Виля прикуривал папиросу, и саданул по улице Декабристов в сторону центра города. А за ним -патрульные из Ленинградского Артиллерийского училища! Вот представьте картину- по абсолютно пустой центральной улице Ленинграда несётся тело метр шестьдесят росточком, весом до восьмидесяти кг, босой, в майке- тельнике и в Военно-Морских трусах до колена. А за ним три «сапога». Ну патрульных мы повалили в снег (благо, среди них не было офицера). Я погнался за Жеребцом. Эта же скотина забежал в подъезд, вскрыв кодовый замок в шесть секунд и урыл на пятый этаж. Позвонил в какую-то дверь. Там я его и догнал. Дверь открыла мадам лет тридцати и затянула Лошадь в квартиру со стоном и грудным придыханием: «Ну, дорогой, наконец-то!»
Подбежали наши.
-Где Кобыл?
-Его в эту хату засосала какая-то кобра!
Дверь железная, не пробить. На звонки и стуки вышла только бабка из квартиры напротив и пригрозила вызвать милицию. Вот попали! Голая Лошадь в неизвестном плену, дверь не уронить и ещё эта баба Яга! Вильгельм, наморщив репу, прощебетал:
-Мужики, пилите в Систему, прикройте нас, а этого парнокопытного я привезу!
В Системе мы отметились у дежурного по факультету, отметили и Вилю и Коня. Два раза заходили к дежурному. После тридцати четырёх лет тяжести своих офицерских погон, я думаю, что он всё понял…Что ни Лошадь, ни Вильгельм в Систему не прибыли.
Но они заявились в четыре утра. Вильгельм злой, как собака, а Лошадь - счастливо лыбился и был всё так же раздетый, но… в женском драповом пальто цвета «бордо» и в женских же сапогах цвета «кофе с молоком». Вот это был номер!
Кобыла успели переодеть в робу и уложить на койку, когда пришел дежурный по факультету. Посчитал наличие спящих тел, удовлетворённо хмыкнул и ушел в соседнюю роту. Лошадь счастливо подхрюкивал, а Вильгельм обещал утром оторвать ему башку и остальные гениталии.

To be continued (Продолжение следует)

П. Стрельцов. " Уголовное дело в отношении себя самого". Продолжение. Приказано выжить.

Далее… А далее жизнь моя пошла противолодочным зигзагом.
Приказано выжить

« Я, гражданин Союза Советских Социалистических республик, Стрельцов Пётр Петрович, вступая в ряды Вооружённых Сил СССР, принимаю Присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников. Мужественно переносить все тяготы и лишения воинской службы.
Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и государственное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему Народу, своей Советской Родине и Советскому Правительству.
Я всегда готов по приказу Советского Правительства выступить на защиту моей Родины - Союза Советских Социалистических Республик и, как воин Вооружённых Сил, я клянусь защищать её мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами.
Если же я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся

(12.00 часов 15. 09. 1974 года. Новый Петергоф. ВВМУРЭ им. А.С. Попова).


В 1974 году поступил в Высшее Военно-Морское училище радиоэлектроники
им. А.С. Попова на радиотехнический факультет в роту гидроакустиков, класс ГАС ПЛ.
«вечный голод» и «угнетение» кафедрами “черных полковников” ( Тактики морской пехоты)
и кораблевождения, бесконечный «месяц без берега» для всей роты, за исключением старшин,
в течение всего первого курса.
Грязь необъятных полей Родины, запахи камбуза и овощных баз по субботам и воскресеньям, пожарные подразделения и караулы второго курса.
Самовольные отлучки, внешние объекты с пивными ларьками и подогретым пивом, скрытные перебежки в котельную училища на период утренней физической зарядки, дежурство по клубу в воскресные и Праздничные дни, уборки по окончании танцевальных вечеров женского гальюна – третьего.
Патрули и уклонения от встречи с ними, свадьбы, первые отцы и дети – четвертого. Бесконечные строевые смотры и дежурства, игры в футбол и баскетбол между “женатиками” и “правильными курсачами”, заканчивающиеся неизменными победами последних по причинам всевозможных истощений организмов первых - выпускного пятого курса.
А. хотя, может быть, необходимо вспомнить как оно было, просто по курсам, только о курсантах, не задевая преподавателей:
Из первого ( по курсантски «ПРИКАЗАНО ВЫЖИТЬ!») - постоянное ожидание кормёжки, бесконечные наряды, мокрые ботинки « прогары», вечный холод, ну и, действительно, желание выжить. В нашей «Системе» первый курс проживал отдельно от остальных - в здании бывшей школы. Эта богадельня так и называлась ОУБ ( отдельный учебный батальон), командовал этим притоном полковник морской пехоты Богданов. Это был, в нашем понимании, очень страшный человек. Седой, с постоянно подозревающими глазами и вечно всем недовольный. Попасть к нему в лапы значило, однозначно, отчисление из училища.
Но когда мы были уже на пятом курсе и заступали помощниками дежурного по ОУБу, Богданов нас всячески жаловал, приглашал попить с ним чайку. Вот в своём кабинете он нам и поведал, что его седина это результат пятиминутного прохождения по Красной площади в 1952 году, на Параде в честь ДНЯ ПОБЕДЫ. Палашом он при отмашке задел по фуражке и думал, что она свалилась с головы. Это было уже напротив Мавзолея, где стояли Сталин, Берия, Ворошилов и т.д. Не обернуться и не проверить левой рукой наличие, либо отсутствие головного убора. Он себя уже похоронил, пока прошёл триста метров. Но оказалось, что от удара палаша только слегка повернулся козырёк фуражки и ничего более. Всё на месте, всё в норме… кроме того, что вся голова стала седая.
После смены с первого караула решили пойти на танцы в актовый зал. Приятная на вид девушка, приглашаю на танец. Она взяла меня за рукав суконки, развернула к себе курсовкой, хмыкнула и сказала, чтобы я отвалил до четвёртого курса, как минимум. Очень стыдно было…Да, на тот момент мы из себя представляли мидий, у которых ещё не отросла раковина, но это я уже значительно позже понял. Командиром взвода у нас был главный старшина Матушкин ( в простонародье Мамочкин). Отбой. Все по своим койкам. Тишина в кубрике. Делаем вид, что спим. Мамочкин уходил с годками ( это те, которые поступили в училище из Вооруженных Сил) курить в умывальник. А когда возвращался, то с разбегу прыгал в свою коечку. С учётом того, что до Нового года у нас было только одно увольнение после принятия Присяги, терять нам было нечего. Мамочкин «окучил» весь взвод. У нас на круг было объявлено лет семь - восемь «без берега». Сашка Каштанов ( через двадцать шесть лет его дочка выйдет замуж за сына Матушкина - вот же жизнь!) и я, сменившиеся дневальные по роте, подставили под койку Мамочкину две банки ( табуретки). Он пришел после перекура, разделся и прыгнул на свою кроватку! Хруст развалившихся банок и дикий вой! Вернулся из санчасти через неделю. В гипсе. Молчал с неделю. Потом начал мстить. Конечно, никто нас с Сашкой не сдал. За это взвод не увольнялся еще два месяца ( по Уставу, вообще-то, групповые наказания однозначно запрещены, а Мамочкин на это наплевал). Но личный состав с упоением смотрел на гипсовые повязки этого сатрапа и только улыбался, что последнего бесило несказанно! Совесть курсантская в нём проснулась уже только в летнюю сессию. Будучи тупой, как пробка, пытался проконсультироваться у молодых.
Ответы были в соответствии с отношением:
-Сам не знаю!
-Я сам не понимаю…
Мамочкин присел за свой самый дальний стол, у освещённого уже тёплым солнцем окна, и…, минут через десять, упал в обморок. Изо рта пошла пена. Никто даже не пошевелился
В класс вошёл дежурный по роте Витька Тюрин (погиб на третьем курсе):
- А где командир взвода ваш? Командир роты вызывает его на ковёр.
Дежурный по классу Максим Тищенко:
- Да вон он, между столами валяется».
-Какого хрена сидите? Матушкин загибается! Срочно к дежурному! Скорую немедленно!
Увезли Мамочкина в госпиталь. Вернулся он через две недели. И, что нас поразило, вошёл в класс, с порога снял бескозырку, поклонился и сказал:
- Братва, простите меня, если можете. Я по отношении к вам вёл себя, как последняя сволочь!
Мы посмотрели друг другу в глаза. Кто потом опустил голову, кто уставился в окно, кто на потолок… Да как же не простить после такого? Простили и обиды забыли, экзамены за него сдавали всем взводом.
И ещё в памяти - учебные стрельбы из автоматов на полигоне. Руководители - полковник морской пехоты Дунаев ( начальник кафедры морской пехоты) и полковник Андронов- старший преподаватель. Так, как они стреляли - в жизни не видел! С колена, от бедра, спиной вперёд при помощи зеркала! Все мишени просто перерезали пулями:
- Учитесь, пацаны! А кто учиться не хочет и служить на Флоте, снимайте гюйс, надевайте сапоги, берите берданку и шагом марш в армию!
Потом, уже летом, была комендатура города Героя Севастополя. Я прибыл туда, как положено, «взяться» на учёт в связи с нахождением в отпуске. Дежурная морда старшего лейтенанта из окошечка приёма документов :
- А ну-ка, товарищ курсант, зайдите в дежурную часть! По какой причине, объясните, у вас в бескозырке одна пружина?»
- А нам такие выдали!
- А почему Вы в форме три, хотя по гарнизону введена форма два?
- А форму два нам вообще не выдавали. Ведь в Ленинграде прохладно.
- А мне до Феньки, что у вас там творится. Да и штанишки у вас значительно шире, оговоренных Уставом! Да и курсовой знак обшит кантом, погоны шелковые! Трое суток ареста! Шагом марш в камеру!!!
Слава Богу, этот идиот сменился через три часа. Заступил капитан третьего ранга. Вызвал меня, спросил:
- Ну и откуда я , такой орёл? На тебя старлей рапорт накатал на имя коменданта. Ну и что я сотворил? Какая система? Питер? Домой в отпуск?
- ВВМУРЭ имени А.С. Попова. Первый факультет. Рота 11-а. В отпуск. Давно дома не был. Вот и съездил…
- Аа-гааа, акустик! Считай, что твой билет сегодня выиграл. Значит так, молодой, рапорт я разрываю и выбрасываю в гальюн, а ты сейчас пилишь бегом домой на Остряки огородами. Не влети на коменданта, через Исторический бульвар дуй. По Севастополю в форме не шастай, если какой- либо начальник патруля крикнет: « Товарищ курсант! Ко мне!»- ты не реагируй, не поворачивайся и следуй дальше спокойно. У местных гадов имеется такая подлая привычка. Я тебя на учет поставил и снял. Числа ставь сам. Всё, выполнять! По возвращении в Систему, передавай привет от меня самой Системе, капитану первого ранга Корякину-Черняку и капитану второго ранга Маслёнкину, это мой командир роты.
-Товарищ капитан третьего ранга, от кого, как доложить?
-Скажи от Васьки Кошмара, они оба поймут. После того, что я вытворял в Системе - они меня на всю жизнь запомнили, да и мои автографы тоже! Всё, молодой, отваливай, время пошло!
По прибытии в училище, я доложил начальнику факультета:
- Товарищ капитан 1 ранга! Разрешите Вам передать, как приказано, привет от капитана 3 ранга …Васьки Кошмара! Он сказал, что Вы его помните.
Эффект был поразителен! КЧ (Корякин – Черняк) враз выпрыгнул из кресла, забегал по кабинету, выскочил в коридор, вернулся, отер пот со лба и просипел:
- Где эта падла?! Его здесь нет?
- Нет. Он исполняет служебные обязанности. Дежурит по Севастопольской комендатуре.
- А Флот Черноморский стоит?
- Так точно, стоит!
- Он что, его ещё не взорвал? Бред! Не может быть такого, если Кошмар на Флоте, а все корабли целы! Полный бред! Такого просто- напросто, быть не умеет! Кошмар- это полный ужас первого факультета! Запомни, курсант, это очень страшный человек! Он такое выделывал! Но тебе, Стрельцов, этого лучше не знать!
Я, возвращаясь в свою роту, зашел в канцелярию капитана 2 ранга Маслёнкина ( ну надо же исполнить просьбу старшего по званию!). Он был на своём рабочем месте. Но когда услышал слово « Кошмар», его смело из кабинета, как метлой! Вернулся и с обалденной отдышкой:
- Где эта сволочь?
- В Севастополе, дежурит по комендатуре.
- А Черноморский Флот???
- Стоит. Что ему станется!
- Такого быть не может, если там процветает Кошмар!
Интересно, что же вытворял этот паренёк, будучи курсантом! Но об этом уже никто и никогда не узнает. А жаль, очень жаль!
Потом была практика. Это тоже как «песня без баяна»! По пути в Лиепаю, торчали часов пять в Риге. Наш командир и командир 11 роты укушались «в дребезги». Мы их еле успели спрятать от комендантского старшего офицерского патруля. Зашхерили на третьей полке в вагоне и принайтовали своими ремнями, чтобы они не высыпались на головы подполковников со свирепыми повязками «КОМЕНДАНТСКИЙ ПАТРУЛЬ». Но эти два клоуна каким-то образом ночью развязались, «построили», не стесняясь в лексиконе, дневальных по вагону, добили своё спиртное и начали орать, чтобы мы развернули поезд в обратную сторону, так как они забыли взять с собой какую-то Марту. Когда мы их убедили, что та самая Марта едет в соседнем вагоне - так как у нас нельзя- воинский вагон, они сразу угомонились и «срубились». В последующее время об этой Марте они ни разу не вспомнили. Вот это орлы - перехватчики!
До крейсера «Свердлов» мы, таки, добрались. А он стоял в сухом доке. Что это для корабля ремонт подводной части? Для личного состава вечная мука. В гальюн - по команде, в корпусе грохот от работающих пневмоинструментов, пыль и духота!
Кое-как выжили. Дальше - морская пехота в Хмелёвке. Это километрах в двадцати от Балтийска (бывший Пиллау). Поселили нас- 2 роты в помещении бывшей бани на трехъярусные нары. Воды нет, командиры срыли в Балтийск и не вернулись. Жрать нечего. Взяли автоматы и пошли искать продукты. Километрах в десяти нашли какой- то хуторок. Коровы пасутся, запах свежевыпечённого хлеба, мешки с картошкой…Покричали, посвистели. Двери дома открылись и на пороге застыли две тетки. Ну чисто - туши свет! Страшенные, как моя жизнь, корявые с мордами коней! Но накормили, напоили молоком, воды и хлеба дали с собой.
А через сутки нас с Вороной ( Николай Александрович Воронин) украли морпехи. У них, как оказалось, были показательные учения перед броском в Сирию. А мы ходили вдоль берега. Как нам сказали - пожарный наряд. Что можно тушить на пляже абсолютно необитаемом? Но приказ есть приказ. Вот мы парами круглосуточно и выписывали круги. Единственная отрада - янтаря там, как грязи! Весь берег усыпан. Ну, нас подводные диверсанты и спёрли. Увезли на свой аэродром. На следующее утро старшина первой статьи ( виноват, сержант морской пехоты Дважды Краснознамённого Балтийского Флота) предложил нам промести взлётно- посадочную полосу и дал голики (мётлы). Сердца будущих офицеров такой наглости воспринять ну никак не смогли:
-Да сам метлой паши! А мы - скоро станем офицерами и хана тебе!
- Ладно, раз так. На борт немедленно!
На нас с Вороной надели какие-то рюкзаки и загрузили в «АН-12-БД». Заставили молча сидеть и ждать. Мы сидели и ждали до момента открытия аппарели самолёта. Представьте себе, зад у самолета раскрывается и в глазах только облака и , между ними, синее небо… Но мы-то с Вороной знали, что нас трогать нельзя! С привеликим удовольствием пронаблюдали десантирование двух взводов морской пехоты, здорово! Орлы прямо! Но тут к нам подошли два сержанта и просто-напросто выкинули нас с Вороной из борта. Вот это была труба!!! Орали мы как резаные поросята. Я-то упал на землю, а Ворона повис на яблоне! Еле его снял. Бросили купола и ходу к своим. Этого счастья нам хватило на всю оставшуюся…

To be continued (Продолжение следует)

Встреча не состоялась.




В сети наткнулся на фотографию прославленного северного адмирала Льва Матушкина.
Вспомнились курсантские годы и первая встреча, лицом к лицу, с Львом Алексеевичем.
А было это так.
Гаджиево, весна, год 1977. Мы курсанты 4 курса 3 факультета ВВМУРЭ им Попова на практике на подводных ракетоносцах 667 БДР проекта 13 дивизии 3 флотилии краснознаменного Северного Флота.
У Толика Азарова родился сын и его отпустили в краткосрочный отпуск, откуда он и привёз трехлитровую банку самогона, замаскированного под яблочный компот. Приложились мы с Толей в казарме за «ножки», так сказать, и отправились на пароход, где нас в нетерпении поджидали наши товарищи. Идём в «зону», вокруг никого, время позднее, погода разгулялась - нашенская северная, заряд за зарядом и всё в морду, а нам хорошо, мы же мореманы, да ещё и на грудь приняли и жизнь подводниковская, героическая вся впереди, и нравится она нам, одним словом хорошо.
Вдруг впереди проявилась фигура с двумя звездами на погоне. Снег в лицо исказил размер звёзд и они показались звёздочками. Не меняя курса мы проследовали мимо мичмана, и только сблизившись вплотную, край глаза отметил неестественно большой размер звезд! Адмирал!
Да, это был командующий 3 флотилией вице — адмирал Матушкин. Командующий остолбенел от сверх наглости курсантов, болтающихся среди ночи по вверенной ему территории ? И они - эти раздолбоны с трехлитровой банкой, даже не дёрнулись испугаться и отдать честь.
Это нас и спасло. Толик сдавленный пискнул: « Серёжа, бля,... это же адмирал,.. бежим».
«Товарищи курсанты, стойте..., ко мнеее..», - но мы уже неслись в ночи с трехлитровой банкой самогона, подгоняемые адмиральским рыком и снежным зарядом.
Вот так состоялась не состоявшаяся встреча.

Крейсер "Железняков".



Можете представить легкий крейсер пр.68 К в море, в штиль, на тридцати узловом ходу? Десять тысяч тонн стали и свист турбин, дрожь палубы и трепет бело – голубого, звездатого флага и вымпел красной змеёй.
Залп орудий главного калибра, от которого, кажется, расколется палуба и всё: пушки , снаряды, котлы, кастрюли, офицеры и матросы - ухнет в морскую пучину. Но пронесло, только под ногами хрустят осколки стекла лопнувших плафонов.
Это крейсер «Железняков», где моё (курсанта уже второго курса) предназначение – спать за барбетом второй башни главного калибра и до остервенелого блеска драить рынду – объект приборки.
Таких монументальных годков , как на крейсере , я, больше нигде не встречал. Их значимость просто ошеломляла и восхищала. А крейсерские крысы были ростом с собаку, метровые хвосты свисались с трубопроводов под подволоком в кубрике. Не то, что тронуть, закричать, на такую страшно –загрызёт.
А ходили мы по Балтике под флагом ГК ВМФ, адмирала Флота Советского Союза Сергея Георгиевича Горшкова. Крейсер «Железняков» числился кораблём управления Балтийского Флота и на учении на нем гордо реял флаг Главкома, прославленного адмирала, обитающего где то там в командирских небесах на мостике или адмиральском салоне, куда простому смертному, если не по службе, вход категорически запрещен.
Летит по волнам легкий крейсер, гордо реет над ним флаг Военного Флота Союза Советских Социалистических Республик.


Из истории крейсера "Железняков"
Рапорт командира крейсера Железняков капитана 1 ранга Дадана А. Министру обороны СССР Булганину А.Н


Крейсер железняков на боевом курсе, 1953 год.

Крейсер "Киров".


Первым боевым кораблём, на который вступила, тогда ещё моя курсантская нога, был легендарный Краснознамённый крейсер «Киров». Запомнилось призрачное марево над косой трубой, выскобленная до бела деревянная палуба и исполинские стволы главного калибра, жадно глядевшие 180 миллиметровыми, смертоносными жерлами в беспечную голубизну кронштадского неба и конечно неповторимый букет запахов краски, железа и йода.
Движение на корабле раскручивалось малорослой, жилистой фигурой помощника командира , корейца, по фамилии капитан третьего ранга Ким (потом всех корейцев убрали с флотов – политика такая была). Помощник был просто цунами, в севастопольской фуражке аэродромного типа он прессовал время и искривлял пространство вокруг себя, правя свою ответственную службу, втягивая в воронку корабельной круговерти всех причастных и непричастных.
В горле першило от вспыхнувшего счастья приобщения к морю, кораблям и чайкам…
А через два дня нам объявили: что мы подводники, атомоходчики. Короче сливай воду и шей свинцовые трусы.

О грузинах и авианосцах.

У нас на курсе был грузин - Джавахашвили. На пятом курсе, перед дипломом, были какие - то экзамены по тактике или ТСУ, короче опрос. Попадается ему билет по вооружению авианосцев.
Древняя грусть в миндалевидных глазах, большой нос с отрицательным дифферентом и не проблеска в извилинах под курчавой шапкой волос .А откуда чему быть, дядя в Поти главный военмор, а мандарины и вино плюс благословляемое КПСС представительство от грузинского народа в ВМФ, как свидетельство нерушимой дружбы и братства всех социалистических республик (“…под солнцем партии мы крепнем год от года”), обеспечивало на пять лет возможность прибывания в Высшем Военно – морском Училище. Но час расплаты настал.
Суровая флотская комиссия жаждет знать, чем же вооружен этот авианосец. После долгой, до неприличия паузы, голос экзаменуемого известил, уже на всё готовую комиссию:
“ На авианосце,…ну пушки,торпеды……”.
И опять долгая пауза. Первым не выдержал преподаватель кафедры тактики - капраз и страшный матерщинник, как следствие долгой службы на эсминцах:
“Джавахашвили .. ёбть.., ну а самое главное оружие авианосца ..ёбть.., повторяю .. блядь .. по буквам а-ви-а-но-с-цев …ёбть?”
- молчание, -
”Ну хорошо ..ёбть ..пушки, торпеды…ёбть…, а самолеты..блядь.. на них бывают”.
В ответ радостно :
-“Самолёты?! Самолёты!!.. бивают, бивают….”
.Все облегчённо вздыхают.

Облом

Облом или ничто не вечно под луной.

В воскресенье, с женой и внуками гулял по парку в Петродворце, как то смутно было на душе, и вдруг дошло - нет ни "шайбы", ни "сорокадверок", стало грустно.
"Что взгрустнулось милый?" - с участием спросила боевая подруга.
"Да так дорогая, воспоминания нахлынули" - ответил я - "зайдём в ”Петрович”, что-то пивка захотелось."
Жена заявила категорический отказ, спасли внуки, ожидая многого, ведь дедушка всегда добрый, когда попьёт пиво. Против лома нет приема, так же и у бабушки нет приема от внуков, когда они, что нибудь захотят. И вот он Петрович, но что за наваждение, какой облом, на месте романтического заведения, сакрального для каждого Поповца, ординарный фастфуд, без претензий на оригинальность. Пиво расхотелось и захотелось водки, но это было выше сил даже внуков. Ничто не вечно под луной. :cry:










Шайба :)


Главное за неделю